Глава 39

Я сидела в деревянной клетке. На ней настоял мой кардинал. “Программа защиты средневековых свидетелей мужской несостоятельности”  размещалась по правую руку от Родриго, а по левую расположился милорд Талини. Летописец окопался в бумагах и древних фолиантах, задумчиво дул щеки на приглашенного Джованни Сфорца. Средневековый развод предусматривает клетку для супруги. Мало ли? А вдруг сбежит? С развода?   Страх-то какой. Мой кардинал находился на своем месте, среди кардиналов. Родриго то и дела бросал на него обеспокоенные взгляды.

- Заседание консистории по вопросу разрушения священного союза между леди Лукреций Борджиа и милордом Джованни Сфорца объявляется открытым, - как-то радостно объявил Бурхард и вернулся к своим бумагам. Пошуршав листиками, церковный писать добавил, - Расторжение брака рассматривается по причине импотенции супруга.

Смех разнесся по консистории, кардиналы радовались чужому унижению.  Не то, чтобы мне было жаль мужа! Скорее ситуация казалась неприятной. Асканио Сфорца, вице-канцлер, являющейся родственником Джованни Сфорца смеялся над двоюродным братом, вместе со всей курией. Видимо, отношения в семье у них не очень. Особенно к Джованни. Мне кажется, или во всех семьях к детям по имени Джованни предвзятое отношение? Представляю родителей: “А тебя мы будем недолюбливать! Поэтому назовем Джованни!”.

Чезари смеялся громче всех, привлекая к себе внимание Джованни. Мой кардинал по его “ воскреси” перед Папой Римским, сразу заявил, что мой муж после развода долго не проживет. Родриго испугался, что Катарина станет мстить и снова пригласит короля Франции на наши земли.  В общем, скандал свел на нет всю радость Его Святейшества по возвращению сына.

- Ложь, - припечатал Джованни, с гордостью смотря на папу римского. Не состоявшийся и не состоятельный муж уже  почти просверлил во мне дыру ненавидящим взглядом. - Брак был консумирован.

- Протестую!  Флорентийские светила медицины были приглашены как независимые лекари. Они подтвердили невинность леди Лукреции Борджиа, - вставил свои пять копеек милорд Бурхард, а все одобрительно закивали. Конечно, флорентийцы подтвердят все, что угодно, после того, как мой Чезари сжег на костре Савонаролу, как еретика. - Что вы скажете на это? Помните, что войдя под своды апостольского дворца, вы гарантируете, что перед ликом господа и его наместником, Его Святейшеством Папой Римским, Александром Шестым,  говорите правду. Дабы не вводить в темноту свою бессмертную душу.

Джованни молчал, скрипя зубами. Смех не стихал среди кардиналов. Создавалась впечатление, что они знали о чем-то, о какой-то подлянке, но меня в нее не посвятили. Кстати о подлянках…  А где Микелетто?

- Брак. Был. Консумирован, - выдавил из себя Сфорца, взглядом обещая мне все муки ада, что не укрылось от цепких глаз моего кардинала.

- Милорд Талини, помогите нам решить этот вопрос, - развел руками с трона Родриго, как бы намекая что дает полный карт- бланш летописцу. - Вы - наш церковный юрист. Что об этом говорят древние фолианты?

Дверь резко распахнулась, а в нее вошел скромно одетый человек, похожий на моего Чезари. На поясе у него был закреплен очень красивый меч. Оружие сразу приковывало к себе внимание: рукоятка была выполнена в форме крыльев, меч переливался всеми оттенками серебра, бросая отблески с каждым шагом хозяина. Кардиналы сидели как пригвожденные, боясь вдохнуть. Когда первое удивление прошло, они  как горох посыпались на пол со своих мест. Родриго был цвета своей рясы, а мой кардинал во все глаза таращился на вошедшего.

- Древние фолианты, Родриго, говорят о том, что нарушение заповедей ведут за собой последствия, - отчеканил мужчина и остановился в нескольких шагах от трона. Родриго даже перстень ему не протянул, как это делал обычно. Кто он? - Видимо, я не вовремя, да, Папа Борджиа? Мне подождать за дверями, Родриго? Или я могу наблюдать отсюда? Пока не подошла моя очередь?

В зале была звенящая тишина. Кардиналы не поднимались с пола. Мой кардинал стоял на коленях перед этим мужчиной, а Родриго потерял дар речи. Я раньше и подумать не могла, что есть какая-то сила, способная произвести такой эффект на всю курию. Даже моя прилюдная казнь кардинала из рода Делла Ровере, вернее одного из кардиналов этого рода, не произвела подобного впечатления. Ничего в роду Делла Ровере много запасных кардиналов!

- Милорд Талини, я верно обратился? Сейчас, кажется, так принято? - поинтересовался мужчина у летописца, а тот смог только икнуть в ответ и кивнуть, - Слава Господу. Милорд Талини, скажите, Папа Борджиа сможет принять меня сегодня? Или я могу несколько дней погулять по Ватикану и Риму? Вы, кстати, очень похожи на своего прапрадедушку. Поразительное родовое сходство.

Бледный Бурхард зашуршал бумагами, неуклюже что-то ища среди них, при этом неловко раскидывая их во все стороны. Я присмотрелась внимательнее к лицу этого человека. Я его точно где-то видела! Причем, совсем недавно! Но где же это было? Он сказал, что прибыл и готов погулять по Риму, значит, он не местный. Может, он уже был здесь и просто ждал возвращения Родриго?

- Его Святейшество, сможет, - дрожащим голосом и крестясь произнес летописец, а потом гулко вздохнул, - Вы можете подождать его здесь. Сейчас Вам принесут стул. Мы рады, что вы посетили нас, Святой Антоний.

Кто??? Святой Антоний? И тут память подкинула крестины. Точно! Капелла! Этот мужик был на одной из икон! Это он! Святой Антоний! Так он что?! Он живой?! Его при жизни в лик святых возвели?! Или как это? О, господи! А почему его все так боятся? Лера, остынь! Тебе сам Дьявол за хлоркой в фикспрайс ходил! А тут просто святой… Подумаешь… Нет, ну это ж надо!

- Продолжайте, - махнул рукой Антоний, присаживаясь на любезно подставленный ему стул, - Я не буду вмешиваться в процесс. Обещаю постараться.

Родриго кивнул, косясь на Антония, и повторил вопрос летописцу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Согласно законам церкви, мы можем провести прилюдное освидетельствование его беспомощности, - пролепетал Талини, во все глаза смотря на святого, ожидая одобрения. Антоний кивнул, - Прикажите нести матрац для проверки?

- И рубашку,  чтобы переодеть испытуемого, - добавил Антоний, а все вздрогнули от звука его голоса. Святой примирительно поднял руки, - Молчу-молчу.

Гость принялся рассматривать роспись апостольского дворца и больше не проявлял ни малейшего интереса к процессу. Мне становилось не по себе. Я, поджав губы, мысленно молила моего кардинала о поддержке. Чезари волновался! Его смущало наличие здесь святого. Кажется, он учился у него, и расстались они далеко не друзьями.  Но разве может быть учитель ровесником ученика? Антонию, на вид, не больше тридцати.  Пока я мысленно угадывала возраст святого, он почувствовал на себе мой взгляд и улыбнулся мне. Я уже потом заметила, что улыбнулся он, глядя не на меня, а на мой живот. Он знает?!

- Подготовка к испытанию закончена! - вырвал меня из потока мыслей голос Талини. Посреди зала уже стоял переодетый в сорочку Джованни, а на внесенном столе лежал старый и грязный матрац. Антоний окинул взглядом все происходящее и усмехнулся. Я его боюсь. - Лорд Джованни Сфорца, готовы ли вы начать испытание?

- А на ком проверять? - с напускной наглостью, но с четкими оттенками беспокойства произнес кузен львицы Романии и почему-то поежился. - Я предлагаю  проверить это вместе с моей женой!

- Да я тебе! - вскочил со своего места Чезари, но был резко осажен.

- Кардинал Борджа, ведите себя как подобает служителю единой матери церкви, -  как хлыст прозвучали слова святого, а меня как холодом обдало. И, судя по тому, что вся курия ежилась, то и их тоже.  -  Милорд Сфорца, судя по всему, с женой-то как раз у вас и не получалось. Возможно, разумнее выбрать другую женщину? Другой внешности? Телосложения? Чтобы не попасть в… неловкую ситуацию. Снова.

Джованни, обрадованный могучей поддержкой самого святого, кивнул и попросил предоставить ему куртизанок, не похожих на меня. Мой кардинал тут же расплылся в ядовитой улыбке и бросил благодарный взгляд на Антония. Похоже, эти двое виделись совсем недавно и обсуждали детали появления и самого процесса.

- Пригласить куртизанок! - громко отдал приказ Чезари, вставая со своего места, - Микелетто, проводи красавиц в  зал!

Двери заседательного зала отворились, в него вошли две девушке с явными признаками “веника” на лице. Хмурый Микелетто шел за ними, поглядывая на кардиналов.

- Это что такое? - опешил Сфорца, недоумевающим взглядом  уставившись на святого. Святой в ответ просто пожал плечами, сделав вид, что роспись потолка для него намного увлекательнее сего плотского процесса. Поддержку в моем лице, папы или курии мой бывший муж тоже не нашел. - Да они же больные!

- Все мы нездоровы, сын наш. Любая болезнь есть кара господняя. И если смилостивится господь наш, то дарует исцеление, - развел руками Родриго, однобоко ухмыляясь и  глядя на зятя, как на отработанный материал. - Либо ты соглашаешься на проверку своей мужской силы сейчас, при свидетелях святой единой матери церкви, или признаешь свое бессилие и брак расторгается по… Вполне понятной причине. Более того, на заседании присутствует глава инквизиции, Святой Антоний, известный своей справедливостью. Он не допустит вынесения несправедливого решения!

До папы тоже дошло, что Чезари общался со святым до заседания. Видимо, Антоний не доверяет Родриго в решении вопроса, с которым он пришел, и заручился поддержкой моего кардинала.

- Я отказываюсь, - брезгливо бросил Джованни, глядя на то, как одна из куртизанок легла на матрац и зазывающе раздвинула ноги. Антоний старался не смотреть в эту сторону, в отличии от остальных. Представление консисторию явно забавляло. Напряжение спадало, давая кардиналам возможность продемонстрировать свои истинные лица.

- Вы готовы признать ваше мужское бессилие? И подписаться под тем, что брак с леди Лукреций Борджиа, - начал выводить Талини, но Сфорца перебил его, чтобы быстрее закончить свое унижение.

- Не был консумирован,- добавил Сфорца, бросая еще один брезгливый взгляд на приглашенных девушек. Им бы к лекарю. Особенно той. Без носа.

- Не был консумирован или не мог быть консумирован? - поддел его Талини, натужно скрипя пером по бумаге. У меня мурашки побежали по спине от этого страшного звука. Терпеть не могу. Как по нервам!

- Не мог быть консумирован, - уже чуть не плача, сквозь зубы выдал Джованни, подходя к летописцу и просто вырывая у него заключение о расторжении брака.

- Поздравляю, - поздравил уже удаляющегося из зала Сфорца, а охрана уносила матрац и столы из зала. Все хотели хлеба и зрелищ, но здравый смысл победил. Страшный выбор. Либо неизлечимая по нынешним временам хворь, либо клеймо импотента на всю жизнь!

- Ваше Святейшество, - слегка склонил голову Антоний, подходя ближе к трону Святого Петра. Родриго все сильнее вжался в спинку. - Я требую у Вас казни, скрывающегося на Папских землях еретика. Согласно церковным законам, я не имею права убивать на Ватиканских, Святых землях, без благословения Папы Римского.

Родриго кивал, понимая, что и отказать не может, но и возможную выгоду упускать тоже не желает.

- Святой отец, а у этого еретика есть имя? - осторожно поинтересовался Родриго, стараясь смотреть Антонию прямо в глаза. Вот какие мы смелые! Да!

- Есть, - усмехнулся святой, понимая, какую игру завел Римский отче. - Имя еретика - Генрих Краммер. Автор богохульного трактата “Молот Ведьм”.