20

ДЕНИС

Пять дней мы с Богдашей провели в командировке. Горячие испанские мачо Альваро и Фернандес проявили инициативу и подогнали ещё одного инвестора. Молодцы! Теперь в плане инвестиций у «Меркурия» всё в полном порядке, но мы с Богданом должны обеспечить успешную реализацию проекта. А нам суёт палки в колёса вредина Истомина.

Вот же ведьма!

Пока был в Испании, о Лизе почти не думал, некогда было. С утра до вечера обсуждали наш проект с партнёрами. А вернулся домой, и горло сдавило от тоски. Пустая тёмная квартира, никто меня не встречает, жрать нечего…

Отвратительно.

Вспомнил, как хорошо было, когда у меня работала Валентина.

И когда Лиза работала… тоже было очень хорошо.

Правильно говорят — что имеем не храним, потерявши плачем.

К моему возвращению Маринка вызвала женщин из клининговой службы. Они, конечно, всё надраили, квартира сверкала. Но думать о том, что посторонние тётки тут всё трогали… Ещё неизвестно, какие тряпки использовали. А если одну и для раковины, и для унитаза? Пи**ец. Только от этой мысли может разбить инсульт… Нет, лучше об этом не думать.

Сейчас я понял, что Лиза, в принципе, неплохо справлялась со своими обязанностями. Ну-у… даже очень неплохо! И готовила тоже вполне прилично. Пару-тройку блюд, конечно, запорола, но остальное у неё хорошо получалось. К утреннему омлету вообще никаких претензий, всё идеально. А какая последний раз была карбонара! Даже вкуснее, чем у Валентины!

Но я не ценил, вот девчонка от меня и сбежала…

Сбежала! Как будто я монстр какой-то!

— Фигасе, — удивился Богдан, услышав новость. — Резвая у тебя матрёшка. Драпанула, да?

— Угу.

— Я-то думаю, что ты такой нервный, дикий. Предполагал, что измучен перманентным недотрахом. Беременные обложили со всех сторон, а оттянуться не с кем, — засмеялся Богдан.

— Хватит уже ржать надо мной, — огрызнулся я.

— Ладно, не буду. Где же теперь твоя кукла?

— Устроилась к Мотовилову в «Пальмиру».

— К Олегу? А, знаю его. Вроде, нормальный мужик?

— Да, вроде бы адекватный. Я с ним пару раз пересекался. Отель у него высшего класса, всё по уму. А сейчас Олег, очевидно, пытается замутить какой-то бизнес с Истоминой, потому что постоянно возле неё трётся.

— Ну, так и мы возле неё трёмся, Ден! — хмыкнул Богдан. — У меня уже на днях спросили — что это вы с Михайловым и Эллой всё время втроём тусуетесь? У вас мжм, что ли?

— Б**ть. Вот до чего уже дошло.

— Угу. Докатились. В каких вещах нас подозревают, полный пи**ец, — криво усмехнулся Богдан. — Но как же Олег твою Лизочку на работу-то принял? Она же беременная.

— Наверное, не призналась, скрыла. Срок небольшой, живота не видно.

Сразу же вспомнил, как жадно целовал Лизу на террасе в ночной темноте. Моментально бьёт по нервам бешеный удар страсти, в глазах двоится, всё тело молниеносно охватывает пламенем, член начинает тупо ныть…

Желание снова почувствовать под собой Лизу становится невыносимым, рвёт нервы, раскалывает череп на тысячу осколков. Кажется, если сейчас я не схвачу её, не прижмусь к ней — немедленно сойду с ума…

Хочется выть.

А она работает себе в «Пальмире». Всем довольна, радуется жизни. Меня, наверное, уже забыла, как страшный сон. Я проезжал мимо, видел её случайно. Матрёшка как раз выскочила из здания — белая блузка, юбка-карандаш, шпильки. Ножки ох**нные… Причёску высокую накрутила, шея открыта, аж дрожь по спине пробегает от этой картинки…

Не думал, что так перехватит дыхание, когда снова увижу её стройную фигурку.

Как же она весь день на каблуках… У меня ходила в сланцах, плохо ей было что ли? Неужели я такой урод, что нужно было бежать от меня сломя голову?

— Эй, ну хватит сидеть с тухлой рожей, — возмутился Богдан. Мы только что вернулись со стройки и заехали к нему в офис поработать с документами. — Заканчивай по Лизавете страдать. Сосредоточься. Батя пообещал меня прибить, если мы прое**ем «Меркурий».

— Как там Роман Дмитриевич?

— Да не очень.

Друг хоть и не показывает, но он сильно переживает за отца. Знаю, что старший Одинцов сейчас в больнице — после длительной ремиссии снова обострилась тяжёлая болезнь. И не последнюю роль в этом сыграл «Меркурий». Все мы на нервах из-за этого проблемного проекта.

— Хочется порадовать отца. А пока нечем, — вздохнул Богдан.

Я взял со стола пульт сплит-системы и выставил температуру пониже. Друг расстроенно наблюдал за моими манипуляциями.

— Не грусти, брат! — подбодрил я Богдана. — Надеюсь, мы с тобой всё же переиграем Эллу. Скажи, твои безопасники уже выяснили, почему она подчищает инфу в интернете? Я и сам заметил, что об открытии аквапарка «Дельфин» нет нигде ни слова, как будто ничего и не было. Но я же точно знаю, что презентация состоялась.

— Да, мои безопасники разобрались. К сожалению, Ден, нам с тобой от этого никакой выгоды. Я-то надеялся, что парни нароют какой-то компромат на Истомину. А оказалось, что она и сама пострадала. Выступает в роли потерпевшей стороны.

— Да что случилось-то, Богдаш?

— На презентации во многие напитки было подмешано наркотическое вещество. В разной дозировке. У одного гостя развился анафилактический шок, его не спасли. Ещё трое обратились в больницу.

— Ох**ть поворот! — Я ошарашенно посмотрел на Богдана.

— Да не говори, Ден… Истоминой капитально подгадили. Как организатор мероприятия она отвечает за произошедшее. Люди пострадали, одного человека уже не вернёшь. Информация о трагедии рано или поздно всё равно распространится, и тогда о «Дельфине» будут говорить не иначе, как о заведении, где в день открытия погиб человек.

— Пи***ц…

Мысли в голове закрутились сумасшедшей каруселью.

— Теперь понимаю, почему после вечеринки я был не в себе.

— Тебе тоже перепало, друг.

— Ничего не помню. Что я там творил? Загадка! Можно подумать, надрался как свинья. А по факту почти ничего и не выпил.

— Угу. Зато подзагрузился этой дрянью.

— Очевидно, Истомина кого-то хорошо довела, раз ей такое устроили.

— Ну, доводить она умеет мастерски!

— Точно. В этом искусстве ей нет равных. А дальше что?

— Идёт следствие. Можешь представить, какие бабки вливает сейчас Элла, чтобы избежать шумихи в прессе.

— Однако на фоне этого она умудряется ещё и нам грызть печень! Ну что за баба! Мало ей проблем?

— Как думаешь, Ден… Может, нам попробовать надавить на неё? Пригрозим, что устроим ей чёрный пиар. Сольём всю информацию журналистам.

— Давай не будем, Богдан. Противно опускаться до такого.

— Вообще-то, я согласен. Мерзко это.

— Вот именно.

*****

Когда возвращался от Богдана к себе в офис, переваривал полученную информацию. При мысли о том, что кто-то мог распорядиться моей жизнью, накрывало волной бешенства. Найти бы урода, который организовал массовую травлю на презентации, и приложить его башкой о стену.

Ясно, что это сделал противник или конкурент Истоминой, тот, кто сильно её ненавидит. Мы с Богданом тоже не питаем к Элле нежных чувств, но мы бы никогда не поставили под удар посторонних людей во время наших с ней разборок.

Надеюсь, Истомина доведёт дело до конца и выяснит правду. Это в её интересах.

Добрался до офиса, а там ещё один сюрприз: в приёмной меня ждала Софья. Сидела на диване, пила чай с печеньем и грузила чем-то Маринку. Моя секретарша взглянула на меня с видом великомученицы — Софью она не выносит.

— Денис, а я к тебе! — обрадовалась Соня.

— Конечно, ко мне, — угрюмо отозвался я. — К кому же ещё.

Блондинка прошмыгнула за мной в кабинет, успев на ходу высокомерно потребовать у Марины ещё одну чашку чая.

— Денис, почему у тебя всегда здесь такой ледник! — сразу же начала докапываться Соня.

— Нормально.

— Ты вернулся из Испании и даже мне не позвонил! Почему?

— Ты же сама звонишь постоянно. Мне и так хватает твоего нытья. Я ещё должен проявлять инициативу? Я похож на мазохиста?

Сонька реально меня задрала. Пока был в Испании, названивала круглосуточно. А я каждый раз брал в руки телефон в надежде, что это звонит Лиза. Вдруг у неё что-то стряслось? Вдруг эта непутёвая матрёшка опять куда-то вляпалась?

Соня обиженно оттопырила нижнюю губу и часто заморгала.

— Знаешь, иногда мне кажется, что тебе абсолютно плевать и на меня, и на твоего ребёнка! — истерично выкрикнула она.

— Так, ну-ка, стоп! — рыкнул я. — Истерики ты мне здесь устраивать не будешь.

Я стоял в центре кабинета, сунув руки в карманы брюк, и рассматривал её. Соня сняла плащ, и сейчас на ней было такое свободное платье, что и не определишь, изменилась ли её фигура.

Внезапно я понял, что мне это совершенно не интересно. Лизу я всю ощупал взглядом, когда подкараулил её у «Пальмиры», смотрел жадно, оторваться не мог. А Соня у меня вызывает лишь одно желание — стартануть от неё подальше на олимпийской скорости.

Но что же делать, куда мне от неё деваться… Сам виноват, надо было тщательнее контролировать вопрос контрацепции. Доигрался.

Жизнь — сплошной парадокс. Женщина, которая ждёт от меня ребёнка, вызывает одно лишь раздражение. А та, о которой думаю день и ночь, беременна от другого мужика.

Ну что это такое!

Пока я размышлял над этой несправедливостью, Соня извлекла из сумочки салфетку. В глазах у блондинки заблестели слёзы, на щеках выступили красные пятна. Ещё и носом шмыгала.

Несчастная, обидели её.

Однако… Неожиданно проняло.

Хочется, конечно, считать себя гранитной глыбой, неподвластной эмоциям, но от женских слёз почему-то внутри всё переворачивается.

— Ладно, прости, — выдавил я сквозь зубы.

— Денис, я думала, ребёнок нас сблизит, — всхлипнула Соня судорожно. — А на деле… Всё только хуже! Ты меня избегаешь.

— Но, как видишь, не очень-то успешно, — усмехнулся я. — Ну всё, Сонь, перестань. Не хотел на тебя наезжать, не сдержался. Просто день бешеный, много неприятной информации получил, а ты сразу начала кричать.

— Между прочим, я беременная, у меня гормоны, я плохо себя чувствую! — обиженно воскликнула Соня.

А Лиза почему-то ни на что не жаловалась. Может, скрывала от меня? Да нет, там, у «Пальмиры» она выглядела очень воодушевлённой и энергичной.

— Токсикоз так и продолжается, легче совсем не стало. По утрам так тошнит, что жить не хочется! — добавила экс-подруга, заметив, что я сомневаюсь.

— Да, да, я не прав! — поспешно согласился я, чтобы избежать очередного витка Сониной истерики. — Что мне сделать, чтобы ты успокоилась и… немного приободрилась?

Несчастная блондинка рвано выдохнула и выпрямилась на диване. Ярко-зелёные глаза сверкнули, как у рыси. Красивая всё-таки баба, недаром я целый месяц с ней развлекался. А теперь она ещё долго будет мотать мне нервы…

Кого винить? Сам во всём виноват.

На мой вопрос Софья не ответила, она держала паузу минуты две. Я понял, что снова начинаю терять терпение.

— Ну же, Соня, не томи!

— Денис… С твоими безграничными возможностями порадовать девушку совсем не трудно! — вкрадчиво произнесла красотка.

— И?

— Ты же машину мне обещал!

— Вроде мы уже обсудили этот вопрос?

— Денис, клянусь, что буду очень аккуратно ездить на новой машине. Никаких аварий, никаких штрафов. Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — Соня сложила руки в умоляющем жесте и взмахнула ресницами-опахалами. Слёзы мгновенно высохли, грудь под тонким шёлком свободного платья взволнованно вздымалась…

Я подумал — интересно, сколько недель тишины мне удастся купить, если я подарю Соньке автомобиль? Даст ли пожить спокойно — без ежедневных звонков и нытья?

— Ладно, уговорила.

— Правда?! — обрадовалась Соня. Она так резво вскочила с дивана, а глаза так ярко вспыхнули, что я снова усомнился в её словах о плохом самочувствии. — Купишь мне машину, Ден? Не будешь ждать, пока рожу?

— Куплю. Ты уже выбрала?

— Я… Ой… Да, выбрала… Но сейчас подумала, что… Денис! А когда? А как? Ты мне деньги перечислишь, или что? Ой, Денчик, как я рада! Спасибо тебе, ты такой милый! Я тебя обожаю!

Софья ринулась ко мне с обнимашками и поцелуями, но на полпути, очевидно, поняла по моему лицу, что этот фокус ей не удастся, и остановилась.

— Поедем в салон и купим, — сказал я. Открыл в смартфоне ежедневник, проверил расписание. — В следующий четверг. Раньше никак, всё забито под завязку.

— А я думала — завтра! — расстроилась Соня. — Но… Хорошо, давай в четверг. А ты не передумаешь?5ebdbc

— Я своё слово держу, вообще-то.

— Да, да, я не сомневаюсь! Денисик, уииииии! Это просто счастье! Спасибо тебе, любимый!

Когда Соня, наконец, свалила, я мысленно отметил, что она ни слова не сказала о Лизе. А ведь наверняка выпытала у секретарши, что экономки у меня больше нет. Представляю, какое это было счастье для блондинки. Однако Соня решила не демонстрировать свою радость, и это говорит о том, что девушка она хитрая, продуманная.

Надо бы взять её за шкирку и сводить на ДНК-тест. Но у меня начинают болеть все зубы при мысли, как она начнёт голосить и рыдать, что я ей не доверяю и травмирую её хрупкую психику…

*****

Итак, Софью удалось выпроводить, а ко мне приехали поставщики, и мы с мужиками на два часа плотно засели в переговорной. Затем я вызвал безопасника.

— Алексей, ну что, нашёл что-нибудь?

— Босс, извините, но вы издеваетесь? Вы задание по Лукьянову мне только вчера дали. Когда бы я успел?

— Ты чего борзеешь, а? Поговори тут у меня! — рявкнул я. Что за день такой сегодня? — Но спрашиваю, вообще-то, не о Лукьянове, а о Лизе Дементьевой.

— А-а, о ней! — Безопасник махнул рукой. — Да там всё в порядке, Денис Андреевич, никакого криминала. Мне сообщили, что Елизавету уволили из-за хамства. Но письменных заявлений от гостей отеля нет. Таким образом, доказать, действительно ли Дементьева кому-то нахамила, невозможно. В общем, ничего серьёзного в «Сапфире» не произошло. Просто Лиза им не подошла, вот и постарались от неё избавиться, использовав предлог.

— Ясно. Спасибо. Ты свободен.

Подумал, что Лиза вполне могла кому-то нагрубить. Не клиентам, конечно: при её нацеленности на карьеру в гостиничном бизнесе, это невозможно. Но в отношении коллег могла и не сдержаться, особенно если кто-то сильно к ней прикопался.

Она и мне умудрялась хамить, хотя её временное благополучие полностью зависело от моего настроения. А как она набросилась на меня в день расставания! Всё вывалила, что на душе накопилось… Наорала и свинтила. Я её не выгонял.

Вот кто она после этого? Наглый, в край оборзевший мышонок.

…Домой возвращался уже ближе к полуночи. Сделал крюк — выехал за город и прокатился по трассе вдоль побережья. Слева мерцала и волновалась тёмная гладь моря, везде сверкали ночные огни, из динамиков лилась музыка… Подумал, как было бы славно, если бы на пассажирском кресле сейчас сидела Лиза, а я мог протянуть руку и положить ладонь на её гладкую коленку…

От этих мыслей сдавило грудь. Возвращаться в пустую квартиру категорически не хотелось. Вот бы я открыл дверь, а там моя маленькая экономка. Смотрит преданно своими бирюзовыми глазами, докладывает: Денис Андреевич, террасу я помыла, на ужин эскалоп и салат из креветок с авокадо.

Эх!

…Дома вдруг случайно обнаружил, что клининговая бригада почему-то не тронула Лизину комнату. Уборку заказывала Марина, она же руководила женщинами, а я туда и не заглядывал.

Но вот сегодня вечером открыл дверь и увидел, что тут явно не убирались. Откинул покрывало — постельное бельё прежнее, его не меняли.

Неожиданно для себя улёгся на Лизину кровать, зарылся лицом в подушку, которая ещё сохранила её аромат. От этого запаха закружилась голова, а перед глазами возникла чудесная русалочка из моих галлюцинаций…

Теперь я понимаю откуда взялись эти глюки — они вызваны приёмом наркотика, который был подмешан в напитки.