28

ЛИЗА

— Кто-то у нас увеличивается не по дням, а по часам! — удивлённо произнёс Денис.

Он поймал меня за руку и усадил на колени к себе спиной. Сначала ощупал и погладил живот, а потом поднял ладони выше и осторожно стиснул грудь. Зарылся лицом в волосы, отодвинул их назад и поцеловал меня в изгиб шеи.

— Ребёнок ещё не шевелится? — прошептал горячо в ухо. — Ты его чувствуешь?

— Пока нет. Но я прислушиваюсь, — прошептала в ответ. Крыша ехала от того, что Денис сжимал мою грудь и водил губами по шее.

Как приятны эти утренние нежности!

Теперь мы каждую ночь занимались любовью в спальне Дениса, я засыпала у него на груди измученная и почти счастливая.

Почти — потому что моя тайна меня изводила, а смелости раскрыться мужчине не хватало. С каждым днём становилось всё труднее признаться. Врезалась в память сцена в больничной палате: налитые кровью глаза мужчины, пульсирующая жила на шее… Как он разъярился, когда узнал, что Соня его обманывала!

Не хочу, чтобы Денис сравнивал меня с ней. А получается, что мы обе обманщицы. Чем я лучше Соньки? Я целых два месяца скрывала от него правду — с того самого момента, как появилась в его квартире…

Из-за этой неопределённости страшно переживала, ругала себя за трусость. Мечтала о том, чтобы этот вопрос разрешился как-нибудь сам собой, без моего участия. Но как?

А я уже влюбилась в Дениса до беспамятства, потеряла голову от его карих глаз, требовательных губ, сильных рук…

С замиранием сердца ждала, когда он придёт с работы. Когда наводила порядок в гардеробной, стискивала его вещи на груди и дышала их запахом. А в спальне обнималась с его подушкой…

Денис превратился в моё божество — такой сильный, уверенный в себе мужчина. Красавчик с тренированным телом и стальными мышцами. Фантастический любовник — умелый, ласковый. Успешный бизнесмен, который уже многого добился в жизни.

Не знаю, что со мной будет, если вдруг выяснится, что для Дениса я всего лишь временная забава. Насколько понимаю, до встречи со мной он проповедовал краткосрочные связи и ни в чём себе не отказывал. Почему же сейчас должен измениться? Ради меня?

Да кто я такая…

— Омлет остывает. — Я чмокнула милого в губы и выскользнула из его объятий. — Ешь скорее. Сейчас налью кофе.

Ещё я поджарила тосты, выжала апельсиновый сок — в общем, организовала для Михайлова идеальный завтрак. Всё, как он любит.

За окном моросило, небо хмурилось.

— Денис… Сейчас пойду на УЗИ.

— Сейчас? Тогда могу тебя подвезти, малыш. На улице дождь.

— Денис… — нерешительно взглянула я на Михайлова. — А ты не сходишь вместе со мной?

Мужчина перестал жевать.

— В смысле? Ты хочешь, чтобы я и в кабинет с тобой пошёл? Типа, как если бы я был… папашей?

Я изо всех сил закивала, но взгляд опустила. Застыла у стола, взяла полотенце и принялась аккуратно его складывать. Ждала ответа.

— Хорошо, — легко согласился Денис. — Давай. Я и сам давно хочу взглянуть на этого парня, который не даёт мне хорошенько тебя оттрахать. Вот и посмотрю на его бессовестную физиономию.

— Денис, ну что ты говоришь! — закричала я возмущённо и ударила Михайлова полотенцем, не сдержалась.

— А то и говорю! — улыбнулся Денис. Перехватил полотенце, притянул меня к себе и обнял за бёдра. — Не даёт нам развернуться на полную мощность. Ты ведь тоже этого хочешь.

Я поперхнулась, кровь прилила к лицу, ладони стали влажными. Да, мы уже оба поняли, что нам хочется гораздо более энергичного секса, чем тот, который допустим в моём положении.

Как же классно получилось в аквапарке — мощно и яростно!

— А почему ты думаешь, что это обязательно парень? Вдруг это девочка?

— Девочка… — эхом повторил мужчина с непонятной интонацией. Я не уловила, какие чувства он при этом испытывает. — Так, малыш, если мы вместе едем к врачу, я должен сделать пару звонков. Сегодня у меня важная встреча. Между прочим, с твоей несгибаемой бабулей. Мы с Богданом должны подписать с ней контракт.

— С моей бабушкой?!

— Угу. Ох, и вредная она у тебя, Лиз!

— Это да.

Я вздохнула так тяжко, что моя грудь поднялась и опустилась. Денис проводил это движение заворожённым взглядом, а потом сглотнул.

— Так, о чём я… Сбился с мысли. А, ну это! Ты иди, собирайся, малыш, а мне надо позвонить.

*****

Денис вёл машину — ехать было всего ничего — а я сидела на пассажирском сиденье, теребила пояс плаща и волновалась.

Гинеколог сказала, что меня ждёт второй пренатальный скрининг — УЗИ и биохимический тест на генетические риски. Надеюсь, на УЗИ не увидят никаких отклонений… Беременность — это девять месяцев сплошных нервов. А у меня и так переживаний хватает — из-за отношений с Денисом, из-за неопределённости.

Но всё равно, кроме волнений, моё состояние доставляло мне безумную радость. Теперь я часто лежала на спине и, обхватив живот, тихо беседовала с моим малышом. Он наполнял меня светом, я относилась к нему как к чуду…

— Что притихла? — спросил Денис. Его новенькая «ауди», точно такая же, как и та, что пострадала в аварии, заехала на парковку около медучреждения. — Волнуешься?

Я коротко кивнула.

— Ничего не бойся, мышонок. Всё будет хорошо.

С этими словами Денис сначала сжал мой локоть, потом осторожно подёргал прядь волос и легонько щёлкнул по носу.

Как с ребёнком.

А у меня у самой скоро будет ребёнок.

— Ну, что ты так переживаешь, малышка? Ты же не одна, я с тобой.

Я посмотрела на Дениса с благодарностью. Хороший он. Как же мне повезло, что я с ним встретилась…

… Врач — пышная брюнетка лет пятидесяти с пудровыми бровями и контурным макияжем губ — водила датчиком по моему животу, намазанному гелем.

— Тут у нас всё хорошо, здесь у нас всё прекрасно, — приговаривала она, изучая экран. Её бормотание успокаивало, я была очень признательна врачу за эти комментарии. Если бы она молча смотрела на монитор, сдвинув брови, я бы сошла с ума от страха.

Денис хоть и поддерживал меня в машине, но сейчас, вероятно, тоже волновался. Он напряжённо следил и за движениями датчика, и за картинкой на экране. Сидел рядом с кушеткой и одной рукой сжимал моё запястье, а другой — колено. Как собственник — моя женщина, моя!

Наверное, со стороны это выглядело мило. По крайней мере, врач посматривала на Михайлова с улыбкой.

— Ну что, родители, пол вам сказать? Предупреждаю, сейчас самый удачный срок. Потом ваш зайчик сгруппируется, и вероятность ошибки станет выше. А сейчас могу сказать точно.

— Да, да, говорите! — нетерпеливо воскликнула я.

— Так, мамуля согласна. А папочка наш что скажет? — Врач вопросительно посмотрела на Дениса.

— Я тоже за, — не моргнув глазом сказал Михайлов.

Он не стал объяснять врачу, что пришёл в этот кабинет в качестве группы поддержки и отцом вовсе не является.

Ох, надо всё-таки сказать ему правду…

— Думаю, это пацан, — заявил Денис.

— Вы абсолютно правы! У вас мальчишка, мои хорошие. Вы только посмотрите, какой красавец, всё при нём! — засмеялась врач.

Я закрыла лицо ладонями, на глазах выступили слёзы. Боже мой, внутри меня растёт маленький мужчина! Ну как так? Как это можно понять? Это необъяснимая загадка!

— Точно пацан? — прищурился Денис. — А как вы определили? Я ничего не вижу.

— Да вот же, папочка, смотрите!

Я взяла салфетку и вытерла слёзы в уголках глаз. Бесполезно — они тут же хлынули по щекам.

— Матрёшка, ну-ка прекрати реветь, — потребовал Денис. — Ну что ты, милая! Лизочка… Перестань немедленно!

Денис быстро надёргал из коробки салфеток и принялся вытирать мне лицо.

— Это слёзы радости, — улыбнулась врач.

…Мы ехали обратно домой, и первые минуты пути я оставалась под впечатлением сцены в кабинете УЗИ. Смотрела на Дениса с любовью — не зная, что он отец, он, тем не менее, поддерживает меня.

А Михайлов принял звонок, надел гарнитуру и принялся обсуждать какую-то сделку.

Я снова погрузилась в тяжёлые размышления. Поверит ли он, что это его ребёнок? Обрадуется ли? А если возмутится, что его наследник появится на свет в результате случайного секса? Вдруг обзовёт меня распутной девкой?

Если бы в наши отношения не вклинилась противная Софья, я бы рассказала Денису правду уже два месяца назад. Я же собиралась! А в результате до сих пор молчу…

Господи, ну сколько можно себя мучить?! У меня уже нервы не выдерживают.

Всё, я приняла решение. Что бы ни случилось, вечером я обязательно признаюсь. Надоело дрожать от страха и шифроваться. Клянусь, сегодня Денис узнает, что я та самая русалочка, с которой он развлекался в аквапарке.

И гори всё синим пламенем.

ДЕНИС

Наконец-то мы заключили соглашение с Истоминой. Кобра подписала все бумаги и стала ещё одним инвестором «Меркурия», предоставив под строительство принадлежащий ей участок.

Мы с Богданом махнули рукой на то, что мадам вытрясла для себя кучу привилегий — неважно, пусть. Главное, что мы устранили последнее препятствие и теперь ничто не мешает реализации проекта. Можно развернуться на полную мощность.

— Ничего, вот женишься на Лизочке, Истомина станет твоей официальной родственницей, и тогда возьмёшь кобру в ежовые рукавицы. Покажешь ей, кто в доме хозяин, — улыбнулся Богдан. — Чтобы даже вякнуть не смела.

— Попытаюсь.

Подписав бумаги, мы сразу же поехали в больницу к Роману Дмитриевичу, чтобы порадовать старика новостью. Распили на троих пакет сока — отметили грандиозное событие.

— Молодцы, мальчишки, — похвалил Богдашин папа. — Я не сомневался, что вы рано или поздно уломаете эту стерву.

В больнице у Романа Дмитриевича большая палата, в углу которой уместился мягкий уголок, а у стены стоит рабочий стол с компьютером. На одном мониторе — графики и биржевые сводки, на другом — открытые документы. Между процедурами и капельницами отец Богдана продолжает работать.

Вернувшись из больницы, мы с Богданом сразу организовали телеконференцию с испанскими инвесторами, потом провели планёрку с инженерам и прорабам. На стройке все обрадовались: если стройплощадку не будет пересекать полоса чужой частной собственности, техника сможет свободно двигаться по всей территории.

В общем, раззудись плечо. Свершилось!

А нашу драгоценную Эллу Робертовну словно подменили, даже какая-то мягкость появилась во взгляде. Вот же лиса! Как ей хочется вести со мной бизнес на правах родственницы!

— Денис… Нам нужно поговорить насчёт Лизы… — пробормотала она, изо всех сил изображая смущение. — Наверное, я перегнула палку. Каюсь, была не совсем справедлива к девочке… Да, я до сих пор ненавижу её мать за то, что она погубила моего сына. Но Лиза ни в чём не виновата.

— Конечно, она не виновата, — я пожал плечами. — Вы не захотели узнать Лизу поближе и тем самым многого себя лишили. Потому что у вас удивительная внучка.

— Понимаете… У меня был сын. Красивый, умный, с блестящим образованием и головокружительными перспективами. Но появилась эта тётка, Лизина мать. Соблазнила парня, околдовала. Утащила за собой в медвежий угол, отправила работать на свинцовый комбинат… Андрей от всего отказался ради этой… этой стервы! Она была на восемь лет старше. Манипулировала им, зомбировала! Она украла у меня сына… Украла и погубила.

— Возможно, всё было по-другому?

— Как?!

— Была огромная любовь, сильное яркое чувство. И те несколько лет, что Андрей прожил с Лизиной мамой, он был самым счастливым человеком на свете. Ваш сын поступил как настоящий мужчина — несмотря на протест семьи, не отказался от своей любви, а потом взял на себя ответственность за свою женщину и ребёнка.

— Но он погиб из-за этого! — горестно воскликнула Истомина. — Если бы не поехал к чёрту на рога, остался бы жив!

— Никто не знает, как сложится судьба. Не накручивайте себя, вы всё равно ничего не сможете исправить. Зато у вас есть Лиза, в ней частица вашего сына. У неё ваши глаза, такие же бирюзовые. И очень красивые.

Истомина метнула на меня пристальный взгляд и поправила волосы.

— Что ж… Возможно, вы правы…

— Но вы, Элла Робертовна, никак не хотите отпустить прошлое и воюете с беззащитной девушкой.

— Ну, теперь-то у Лизы появился очень серьёзный защитник, — улыбнулась мадам.

— Да. Теперь у неё есть я.

— А я даже рада, что всё так обернулось. — Истомина дотронулась до моей руки. — Знаете, у меня есть несколько интересных бизнес-идей, и я бы хотела с вами поделиться. Они достаточно глобальны, сама я их не потяну. Но вместе с вашим «Альтаиром», Денис, можно очень неплохо развернуться.

— Хорошо, обсудим это как-нибудь. Теперь мы с вами будем встречаться даже чаще, чем раньше.

— Вот и отлично, — довольно муркнула хищница.

*****

Что ж, день сложился на редкость удачно. Утром побывали на УЗИ с моей девочкой, потом решился вопрос с участком. Наконец-то!

По дороге домой заехал в авторскую кондитерскую и купил набор пирожных, а потом заскочил в цветочный магазин. Выбрал для Лизы самый красивый букет — бело-розовый, составленный из разных цветов, такой же нежный, как она сама. Хотелось поскорее обрадовать малышку новостью, что бабуля больше не будет на неё злиться. И даже наоборот.

А мышонок на пороге меня не встретил! Ну как же так?

Снова где-то спит, спящая красавица. Очевидно, для беременных это обычное дело — срубиться прямо в полёте и резко уйти в анабиоз. Надеюсь, моя лапушка сегодня не вкалывала, как ненормальная? Я строго-настрого запретил ей это делать, вынес последнее жёсткое предупреждение. Последнее! Жёсткое!

Прошёл в гардеробную, разделся, затем отправился в ванную комнату и принял душ.

А теперь — вперёд, на поиски моей милой крошки! Интересно, где она дрыхнет на этот раз? Буду тискать и целовать сонную, пока не проснётся.

Обошёл всю квартиру… И ещё раз… Проверил диван, террасу, спальню, Лизину комнату, кабинет… Но Лизу нигде не нашёл. Дома её не было.

Чёрт…

Позвонил — услышал, что номер вне зоны доступа.

Что ещё за новости?! Где моя девочка?