Глава 46

Кирилл “Только смотреть”, – главное правило на этот вечер. Следуя какому-то безумному порыву, я вступаю в толпу, рассекая гущу людей, прокладывая дорогу к единственной в этом пропитанном пороком месте, кого я не могу игнорировать. Молча наблюдать за ней со стороны, за тем, как по-свойски ее трогает Воронов и разговаривает с ней, просто потому что имеет право, с каждым разом становится все сложнее, потому что понимаю, скоро он полностью заберет ее себе. И тогда мне не вытащить Пуговку, не спасти из цепких лап прожженного криминального авторитета. Знаю, зачем иду к ней, но все равно продолжаю убеждать себя в том, что только взгляну и больше не посмею приблизиться. Выцепляю в толпе хрупкую фигурку взглядом, и в грудине распирает от накатывающих эмоций. Приближаюсь к ней. Меж раступающихся в стороны тел, в лучах стробоскопа, она кажется нереальной. Будто нарисованная или же вышедшая из моего сна. Мия поднимает руки к потолку и, касаясь пальцами запястья на второй руке, проводит ими вниз до самого плеча, извиваясь при этом. Округлые бедра выписывают восьмерки, и я не могу отвести в сторону глаз. Девочка танцует, поднимает руки вверх, обнимает себя и проводит тонкими пальцами по соблазнительным изгибам. Маска, блестящее серебристое мини-платье с глубоким декольте совершенно не оставляют простора для фантазий. Во мне борются два блядских демона. Один из них требует схватить ее и утащить в свою пещеру. Сорвать это блядское платье и трахать до потери сознания. А другой, чертов моралист, готов вырывать глаза каждому ублюдку, посмевшему взглянуть в ее сторону, накинуть пиджак на острые плечи и увезти из этого проклятого вертепа. Незаметно для себя подхожу так близко, что чувствую запах ее духов с ароматом зеленого яблока. Смотрю на узкую спину, желая трогать ее, прижимать, собирать поцелуями вкус ее кожи. Мия словно гипнотизирует меня танцем. Все, что я знаю в этот момент, это лишь то, что сойду с ума, если не дотронусь. Стою вплотную к малышке и поддаюсь этой невыносимой тяге. Опускаю руки ей на бедра, прижимаясь со спины. Мия вздрагивает, замирая. Наклоняюсь и говорю в аккуратное ушко: – Потанцуем? Мне кажется, будто Пуговка шумно выдыхает, а в следующее мгновение откидывает голову мне на грудь, накрывая мои ладони своими. Вжимает ягодицы в мой пах и начинает выводить восьмерки бедрами. Член мгновенно наливается кровью, и я тычусь стояком сквозь брюки в упругую попку. Мия чувствует это, но не отталкивает меня, не убегает, а лишь сильнее трется о мою эрекцию. Провожу руками по ее бокам, по бедрам и талии вверх к роскошной груди, но не касаясь ее, так же возвращаю ладони обратно. Мия не отрывает головы от моей груди. Наклоняюсь ниже, прижимаясь щекой к ее виску, и хочу замереть в этом моменте. Хочу иметь право вот так трогать ее, танцевать с ней не украдкой, а в открытую, так, чтобы каждый, сука ублюдок, что мысленно поимел ее, знал, чья она. Я прикрываю веки, представляя, что мы остались только вдвоем, а все эти люди исчезли. Обхватываю пальцами её подбородок, поворачивая лицо к себе и прижимаясь губами к ее. Мия открывает рот и обхватывает губами мои. Сначала осторожно и не спеша, позволяя целовать себя и отвечая на поцелуй, но стоит нашим языкам встретиться, как она распахивает веки и отстраняется от меня. Смотрит глаза в глаза и медленно отходит. Кружевная маска прикрывает часть кожи на ее лице, но не прячет ее эмоции. Синие глаза горят, губы приоткрыты, а грудь тяжело вздымается. Она возбуждена и в то же время в гневе. Стоим не двигаясь, пожирая друг друга глазами. На мне тоже блядская маска, оставляющая открытой лишь нижнюю часть лица. Впитываю ее образ, понимая, что сопротивляться этой тяге бессмысленно. Все что между нами, сильнее меня и обстоятельств. И сегодня, здесь и сейчас я особенно остро чувствую это. Секунды, растягивающиеся на вечность. Сердце шумно бьется о грудную клетку. Качает кровь на пределе сил, будто весь кислород покинул организм, и если я снова не заполучу ее в свои объятия, то у меня начинается гипоксия. Взгляд, удар сердца. Взгляд, разряд молнии. Сердцебиение замедляется, звуки исчезают, оставляя лишь шумное дыхание. Она втягивает воздух, и мы одновременно шагаем друг к другу навстречу. Мия поднимает лицо вверх, а я запускаю пальцы в густые длинные волосы, притягивая девушку к себе, и наши губы встречаются. Пульс учащается, все функции организма работают, словно под уколом адреналина, сливаемся в поцелуе. Я ее ем, пью, стараясь насытиться. И Пуговка отвечает на мой голод таким же безумством. Она хватает меня за лацканы пиджака, притягивая к себе, а я кладу ладонь ей на ягодицы, прижимая к себе. По венам растекается ток, пробуждая чувства от летаргического сна. Рядом с ней я снова живу и чувствую, хочу ее поглотить и оставить себе это чувство навсегда. Гладкий язык обвивает мой, сплетаясь, исследуя каждый уголок рта. Кровь кипит, возбуждение достигает предела. Понимаю, что не выдерживаю. Хочу ласкать ее, хочу ее любить и ни за что не оставлю этому подонку Ворону. Отрываюсь от сладких губ, прижимаясь к ее щеке своей, и говорю: – Пойдем со мной. Сбежим отсюда, – смотрю Мии в глаза, дожидаясь ответа.