Глава 2

Старый приграничный форт встретил нас полуразрушенными стенами, покосившимися башнями и таким количеством защитных чар, что их остаточный магический фон ощущался задолго до того, как мы приблизились. Когда-то здесь размещался один из командных пунктов во время Сражения у Серых Рубежей. Теперь же от былого величия остались лишь каменные укрепления да воспоминания.

Впрочем, для временного лагеря на ближайшие четыре дня место вполне подходило.

Студенты постепенно выгружали вещи, разбивали палатки и осматривались по сторонам. Кто-то уже успел отправиться изучать развалины. Кто-то спорил о распределении дежурств. Боевые маги привычно держались отдельной группой. Артефакторы же, наоборот, тут же принялись обсуждать возможные находки. Лично я размышляла, удастся ли незаметно ускользнуть до официального построения, когда над лагерем разнёсся голос магистра Вальмона:

— Талвин.

Я тяжело вздохнула.

Нет. Не удастся.

Через несколько минут весь курс уже стоял перед куратором. Над столом магистра парила знакомая карта приграничья, разделённая на несколько поисковых секторов.

— Каждая пара получает собственный участок, — бескомпромиссно постановил Вальмон. — Все найденные амулеты подлежат обязательной регистрации. Неизвестные, а также подозрительные магические объекты и любые нестандартные находки немедленно доставляются в лагерь для дальнейшего изучения, — сделал паузу и выразительно посмотрел прямо на меня: — Если найдёте что-то, что не можете определить сразу, не трогайте.

Я возмущённо выпрямилась.

— Почему вы сейчас смотрите именно на меня?

— Интуиция, — невозмутимо ответил он.

По строю прокатились смешки.

— Скорее дискриминация, — заявила я.

— Нет, Талвин. Это опыт.

Смешков стало ещё больше. Я уже, было, открыла рот, собираясь сообщить куратору всё, что думаю о его предвзятом отношении к талантливым студентам, но справа раздался знакомый голос:

— Полностью поддерживаю.

Я повернула голову и, разумеется, наткнулась на Рэйнара Эшвуда.

— Твоего мнения никто не спрашивал, — любезно сообщила ему.

— Зато оно правильное, — ухмыльнулся встречно боевой маг.

— Какая неожиданность, — съехидничала в сердцах.

— Иногда очевидные вещи действительно оказываются очевидными, только и всего, — безразлично отреагировал он.

Я прищурилась. Он ответил тем же. Вальмон посмотрел на нас обоих с таким выражением лица, будто уже предвкушал развитие событий.

И почему-то это совершенно не внушало оптимизма.

Зато ещё через час наша пара уже углублялась в лес, чтобы наконец заняться моим любимым делом. Точнее, я занималась делом. А Рэйнар занимался тем, что мешал мне заниматься делом.

По крайней мере, выглядело это именно так.

Поисковое заклинание мягко светилось на кончиках моих пальцев, позволяя различать остаточные следы старой магии. Обычно они выглядели как тонкие мерцающие нити, едва заметно проступающие сквозь пространство. Чем сильнее был след, тем ярче становилось свечение.

Для большинства людей лес выглядел просто лесом. Для меня же он был похож на огромную запутанную схему из старых чар, следов, отпечатков и энергетических линий. Именно поэтому первой отклонение заметила тоже я.

Одна из нитей резко уходила в сторону от основного направления.

Я остановилась. Присмотрелась внимательнее.

Да. Определённо туда.

— След уходит в ту сторону, — сообщила я и вслух.

Рэйнар остановился рядом и развернул карту. Несколько секунд изучал её с таким сосредоточенным видом, будто от этого зависела судьба всего королевства Тайрин. Потом покачал головой.

— Нет.

Я моргнула.

— Что значит «нет»?

— Туда мы не пойдём.

— Почему?

Он указал на карту.

— Там старая линия укреплений.

— Именно туда и ведёт след, — подтвердила я.

— Именно поэтому туда нельзя идти. По крайней мере, не напрямик.

Я скрестила руки на груди. Сделала вдох. Проглотила все комментарии, которые так и напрашивались на язык. Ограничилась кратким:

— Почему?

— Там осталось много неучтённых ловушек.

Некоторое время я молча смотрела на него. Потом театрально развела руками.

— Великолепно, — всё же не удержалась от язвительного замечания. — Значит, мы ищем опасные магические предметы, но при этом специально избегаем места, где их больше всего. Так?

— Мы избегаем места, где ты можешь угодить в первую же забытую ловушку, — сухо вернул мне Эшвуд.

— Как мило, что ты обо мне переживаешь, — уныло скривилась я.

— Я стараюсь, — даже не заметил моей реакции он.

Скапливающееся внутри раздражение медленно, но верно набирало обороты. Особенно потому, что поисковая нить продолжала уверенно тянуться именно в сторону старых укреплений. И именно туда мне хотелось попасть. Чем скорее, тем лучше. А ещё сильнее мне хотелось доказать одному невыносимому боевому магу, что артефакторы способны самостоятельно принимать решения. Хотя бы иногда.

Тем более, что очень быстро выяснилось — главной опасностью приграничных лесов является вовсе не нежить, не забытые амулеты и даже не старые боевые ловушки времён Сражения у Серых Рубежей. Главной опасностью был сам Рэйнар Эшвуд. Причём исключительно для моего душевного спокойствия.

Сначала мой горе-напарник по полевой практике мешал аккуратно:

— Не лезь под корни.

Я машинально опустила взгляд на переплетение толстых древесных корней, через которые как раз собиралась переступить, после чего вернула внимание к старшекурснику.

— Я и не собиралась, — сказала, как есть.

— Хорошо, — кивнул с важным видом он.

Но не прошло и пяти минут, как опять последовало:

— Смотри под ноги.

— Я смотрю.

Судя по выражению лица Рэйнарa, он мне ни капли не поверил и вообще давно начал подозревать, что ему досталась самая безнадёжная студентка во всей Академии. Лично я придерживалась аналогичного мнения относительно боевых магов. Это чувство особенно обострилось, когда он ответил:

— Нет, не смотришь.

— Да, смотрю.

Захотелось постучать головой о ближайшее дерево. Возможно, не единожды. Разумеется, не своей.

— Нет.

— Да.

Повезло, что спорить со мной он быстро устал. Некоторое время мы двигались молча. Я отслеживала поисковое заклинание, которое мерцало на кончиках моих пальцев тонкими золотистыми искрами, а Рэйнар внимательно осматривал окрестности. Всё шло относительно спокойно ровно до того момента, пока возле поваленного дерева я не заметила необычный серебристый мох. Магический фон от него исходил слабый, но вполне различимый. Естественно, мне захотелось рассмотреть подробнее столь любопытное явление, и я рефлекторно потянулась ближе к нему.

— Не трогай это! — влез и на этот раз Рэйнар.

Моя рука замерла в воздухе.

— Ты издеваешься? — повернув голову, посмотрела на старшекурсника.

Но он, если и заметил недвусмысленную подоплёку в моём вопросе, вида в любом случае не подал. Зато заявил твёрдо:

— Нет.

Вздохнула. Призвала себе побольше спокойствия.

— Я артефактор, — напомнила.

— Я знаю, — признал очевидное и он.

— Мне положено трогать подозрительные вещи, — продолжила логическую цепочку нашей нелепой дискуссии я.

— Именно поэтому я тебя остановил, — ничуть не проникся моим аргументом боевой маг.

Я выразительно закатила глаза и всё-таки отступила от находки. Не потому что согласилась. Исключительно потому, что поисковое заклинание в этот момент снова дрогнуло, привлекая моё внимание. След становился сильнее. Значительно сильнее. Поэтому я почти не слушала Рэйнарa до тех пор, пока в очередной раз не услышала:

— Талвин.

Я проигнорировала.

— Талвин.

Поисковая нить впереди заметно уплотнилась.

— Талвин!

— Что?!

— Вниз посмотри.

Раздражённо опустив взгляд, я обнаружила прямо перед собой яму, скрытую высокой травой. Ещё один шаг, и объяснять собственное падение пришлось бы очень долго и очень позорно.

А самое неприятное заключалось в том, что Рэйнар оказался прав.

Исключительно в этот раз!

Вот и предпочла сделать вид, что ничего особенного не произошло, с самым невозмутимым видом пошла дальше.

Получалось, кстати, не очень. Моего молчания хватило ещё минут на десять. Потом я не выдержала и искренне поинтересовалась:

— Ты всегда такой?

Рэйнар перевёл на меня взгляд.

— Какой?

— Будто сопровождаешь особо опасного преступника, а не третьекурсницу.

Несколько секунд он смотрел на меня с таким серьёзным видом, словно действительно обдумывал ответ.

— Обычно преступники доставляют меньше проблем, — выдал в итоге.

Я даже остановилась посреди тропы.

— Это сейчас шутка такая, Эшвуд?

— Нет, — на этот раз ни секунды не медлил он.

И вот как с ним общаться? Зря вообще начала.

— Тогда всё ещё хуже, чем я предполагала, — невольно закатила глаза.

— Согласен, — вдруг не стал спорить он.

Тут, признаться, я слегка подзависла.

— С чем? — прищурилась, глядя на него в ответ.

— С тем, что лучше не шутить ни в чём, связанным с тобой.

Прозвучало… обидно. Я бы даже сказала — оскорбительно. Вдвойне — от того, насколько вежливым тоном он это сказал. Я даже возмущённо открыла рот, собираясь немедленно поставить одного слишком самоуверенного старшекурсника на место, вот только достойный ответ придумать не успела. Поисковое заклинание внезапно вспыхнуло так ярко, что золотистые искры рассыпались между пальцами.

Я мгновенно забыла про Рэйнарa.

След был совсем рядом! Более того, теперь я отчётливо видела направление. Магическая нить тянулась вперёд, туда, где среди деревьев уже проступали очертания старых каменных стен.

— Нам туда, — уверенно заявила я.

Рэйнар проследил за моим взглядом и почти сразу нахмурился.

— Нет. Я же говорил, туда мы не пойдём.

Я вынужденно повернулась к нему.

— Что значит, опять «нет»?

Он развернул карту и указал на нужный участок.

— Старая линия укреплений. Забыла?

Я перевела взгляд с карты на Рэйнарa. Потом снова на карту. Потом опять на Рэйнарa. Проглотила очередную порцию напрашивающейся язвительности в адрес этого высокомерного зануды с боевого факультета.

— И что ты предлагаешь? — выдохнула с шумом.

— Обойти с востока, — после недолгих размышлений решил он.

— Это лишний час! — возмутилась я тут же.

— Зато безопасно, — безразлично повёл плечом.

Я едва не застонала в голос от нахлынувшего разочарования.

— Эшвуд, след усиливается, — попыталась воззвать, если не к его человечности, то хотя бы логике.

Но логика у боевых магов, очевидно, была исключительно своя.

— Ловушки никуда не делись, — напомнил Рэйнар.

— Магический след тоже, — не забыла и я.

— Он ждал там несколько десятилетий, — возразил он.

— А вдруг именно сегодня решит исчезнуть? — осталась стоять на своём и я.

Судя по выражению лица Рэйнарa, подобная логика вызывала у него почти физические страдания. У меня, кстати, от необходимости ему что-либо пояснять, они тоже возникали. Я ведь ничуть не преувеличивала.

К тому же!

— Иногда мне кажется, что ты выбрал не тот факультет, — добавила немного погодя.

Боевой маг нахмурился:

— Почему? — не понял он меня.

— Потому что тебе надо было поступать на кафедру паники и чрезмерной осторожности, — пояснила деланно любезно я.

— А тебе на кафедру преждевременной гибели, — презрительно фыркнул Рэйнар.

— Такой кафедры нет, — усмехнулась и я.

— Пока нет, — отзеркалил мой жест он.

Я тоже фыркнула и отвернулась. Самое неприятное заключалось в том, что спорить дальше становилось банально бессмысленно. След действительно усиливался с каждой минутой. Причём настолько заметно, что даже Рэйнар уже не мог этого игнорировать. Серебристо-золотая нить уходила вперёд, петляя между деревьями и остатками старых укреплений, словно специально показывала дорогу.

— Мы теряем время, — вновь напомнила я.

На этот раз он почему-то не возразил. Лишь ещё раз внимательно осмотрел заросшие каменные стены, полуобвалившуюся башню и остатки внутреннего двора. Похоже, оценивал возможные риски. Или мысленно готовился к тому, что я их обязательно создам.

— Если увидишь что-то подозрительное, сначала говоришь мне, — наконец произнёс он.

Я просияла невольной улыбкой.

— Значит, идём? — обрадовалась.

— Значит, я начинаю понимать, почему магистр Вальмон постоянно выглядит таким уставшим, — ворчливо отозвался Рэйнар.

— Это не ответ, — сделала вид, что не поняла, о чём речь.

— Это цена моего согласия, — по-своему поддержал он.

После чего первым же направился к развалинам.

В общем… Ура!

Я поспешила следом, стараясь не выглядеть слишком довольной собственной победой. Получалось, подозреваю, не очень.

Да и кого это волнует?..

Развалины старого командного пункта оказались именно такими, какими я и представляла себе место, которое несколько десятилетий назад покинули пограничные маги. Время успело сделать своё дело. Каменные стены местами обвалились, внутренний двор почти полностью зарос травой и молодыми деревьями, а от некоторых построек остались лишь груды камней, над которыми давно взял власть лес.

Зато магия никуда не делась.

Стоило нам пересечь остатки внешнего периметра, как поисковое заклинание на моих пальцах заметно оживилось. Золотистые нити вспыхнули ярче и сразу потянулись в разные стороны.

Я невольно улыбнулась.

— Нашли.

Рэйнар, который до этого внимательно осматривал окрестности, мгновенно насторожился.

— Что именно?

— Сейчас узнаем.

Первый амулет обнаружился почти сразу возле полуразрушенного караульного поста. Небольшая, но очень полезная вещица, размером с ладонь лежала под слоем земли и старой листвы. Стоило мне очистить находку от грязи, как знакомое плетение мгновенно сложилось в голове.

— Сигнальный.

— Уверена?

Я подняла взгляд на Рэйнарa.

— Нет, — хмыкнула с сарказмом. — Просто решила угадать.

Он едва заметно вздохнул. Я же уже разглядывала руны дальше.

— Видишь внешний контур? — всё же решила пояснить. — Он реагирует на пересечение заданной границы. Такие амулеты размещали по периметру лагерей и укреплений. Если кто-то проходил через охраняемую зону, накопитель передавал сигнал дежурному магу.

— Работает?

Я проверила остаточный резерв.

— Уже нет. Заряд давно выгорел.

Следующие находки обнаружились буквально в нескольких шагах друг от друга: осветительный амулет, защитный, потом ещё один сигнальный, затем небольшой поисковый маяк для передачи координат. Постепенно я настолько увлеклась работой, что почти перестала замечать присутствие напарника. Старые плетения разворачивались перед глазами знакомыми схемами, накопители рассказывали свою историю лучше любых архивных документов, а руны читались почти автоматически.

Наверное, именно поэтому артефакторика всегда нравилась мне больше всего. Любой амулет был своеобразной загадкой. А загадки я любила. Особенно когда знала ответы.

Очередную находку я определила ещё до того, как подняла её с земли.

— Защитный барьер второго контура.

— Ты даже не посмотрела на обратную сторону.

Я пожала плечами.

— И не нужно.

— Откуда ты знаешь? — удивился Рэйнар.

— Потому что плетение собирается вокруг центрального накопителя, а здесь он смещён вправо, — невольно улыбнулась. — Для атакующих амулетов такая схема бессмысленна.

На этот раз Рэйнар промолчал. А я подняла голову и обнаружила, что всё это время он внимательно наблюдает за мной.

— Что?

— Ничего.

Ответ мне не понравился. Но ещё больше не понравилось то, что пристально наблюдать за мной Рэйнар так и не перестал. Пришлось добавлять:

— Обычно люди не смотрят так внимательно просто так.

— Просто пытаюсь понять, как ты это делаешь.

Я фыркнула.

— Учусь уже третий курс, — обозначила очевидное.

— Остальные в вашей группе тоже учатся третий курс.

— Намекаешь, что я особенная? — вновь посмотрела на боевого мага.

— Намекаю, что это выглядит подозрительно, — сухо прокомментировал он, а уголок его губ едва заметно дёрнулся.

Наверное, это должно было считаться шуткой. Для зануды Рэйнарa Эшвуда — вполне возможно. Впрочем, одну важную вещь я всё-таки заметила. Чем дольше мы находились среди руин, тем меньше он смотрел на меня как на потенциальную катастрофу и тем больше, как на человека, который действительно понимает, что делает.

Пустяк, а приятно…

Хотя вслух я бы этого никогда не признала.

Следующие минуты я посвятила заметкам по всем найденным находкам, как и велел магистр Вальмон. И как раз закончила делать пометки во взятом с собой журнале, когда неподалёку раздался глухой звук.

Подняв голову, я увидела Рэйнарa, который… неожиданно запнулся о груду обломков возле дальней стены!

Само по себе это уже выглядело странно. За весь день боевой маг — один из лучших студентов своего факультета, двигался по лесу так уверенно, будто родился где-то между деревьями и военными инструкциями. А тут… Я машинально перевела взгляд на препятствие, о которое он каким-то немыслимым образом умудрился споткнуться. И тут же нахмурилась.

Среди камней что-то блеснуло. Присмотревшись, я обнаружила серебристый предмет плоской круглой формы. Небольшой, из металла, размером примерно с ладонь, он был совершенно гладким, без рун, без накопителя и каких-либо признаков магического плетения.

Что-то было не так! Очень сильно не так!

Я резко выпрямилась. Несколько секунд я смотрела на находку, пытаясь понять, что именно меня насторожило, а потом вдруг осознала.

У любого предмета, особенно долгое время находящегося среди остаточной магии, есть фон. Слабый, сильный, повреждённый, почти угасший — неважно, но он есть всегда, а здесь не было ничего. Словно сама магия не замечала существования этого предмета и огибала его.

По спине пробежал неприятный холодок. А Рэйнар уже наклонился к находке.

— Не тро!.. — вырвалось у меня.

Слишком поздно. Его пальцы аккурат в этот момент сомкнулись на предмете. И на мгновение весь старый командный пункт словно замер.

Серебристая поверхность вспыхнула мягким золотистым светом!

По металлу побежали тонкие светящиеся линии, складываясь в незнакомый узор, воздух вокруг дрогнул, а где-то над руинами тревожно зашумели кроны деревьев. Я даже дышать перестала.

Но уже через несколько секунд всё закончилось.

Свет погас. Линии исчезли. Воздух успокоился. А наша неожиданная находка снова выглядела самым обычным куском металла. Наступила тишина.

Рэйнар перевёл взгляд с предмета в своей руке на меня.

— Ну и?

Очень хороший вопрос. Жаль, ответа у меня не было. Я ещё несколько секунд смотрела на подозрительную находку, отчаянно пытаясь понять, что именно только что произошло. Ничего разумного в голову не приходило.

— Ну и… ничего? — предположила я без особой уверенности.

— Очень информативно, — покачал головой Рэйнар.

— Стараюсь, — фыркнула я.

На словах всё действительно выглядело безобидно. Вот только внутри уже медленно просыпалось очень нехорошее предчувствие. Потому что магистр Вальмон не зря предупреждал нас, чтоб мы не трогали неизвестные находки, к тому же древние артефакты никогда не активируются сами собой и просто так. А если активируются, это обычно означает проблемы.

Большие проблемы.