9

На полу в коридоре царил настоящий бумажный апокалипсис. Я простонала. Кажется, старушки так быстро увели меня спасать Жорика, что я забыла не только запереть входную дверь, но даже закрыть дверь в кабинет. И там похозяйничал Чао. Что это было дело лап черного нахала, сомнений не было. Да и он этого не скрывал. Вышел встречать меня в коридор с делано равнодушной мордой. Но я видела, как хитро горят его янтарные глаза! – Ну за что? – протянула я. Ругаться не было сил. – Я понимаю, что ты не рад, что я теперь живу с вами. Но, знаешь ли, я тоже не рада. Я даже не рада, что нахожусь в этом городе! У меня были на жизнь планы получше! Чао в ответ лишь гордо вскинул хвост и неторопливо пошел на кухню. – А я слышала, что котики – милые создания! – Крикнула я вдогонку. – Выходит, врут! Письма, договоры, квитанции, даже аккуратно подшитый отчет о ремонте городской крыши – все это было разбросано и местами даже пожевано. Один лист с моими заметками о расходах и вовсе был порван в клочья. Я медленно прикрыла глаза. Значит, душ откладывается. И чаепитие тоже. Пока я на четвереньках собирала документы, выуживая их из самых дальних уголков, в голове у меня созревал план. Жизнь показала, что воевать с котом было делом безнадежным. Да и смысла не было, нам предстояло жить вместе неизвестно сколько. Значит, стоило как-то подружиться. Мне почему-то вспомнилось, как наша повариха любила поговаривать: «Путь к сердцу мужчины лежит через желудок!» Чао, конечно, не мужчина, а усатый хаос на четырех лапках. Но, судя по тому, с каким энтузиазмом он вчера стащил у меня пирожок, сомнений почти не осталось: есть он любит. Да, и Жорж, судя по всему, временами забывает его накормить. Итак, стратегия выбрана. Осталось понять, чем бургомистр балует этого черного монстра. Закончив с бумагами, я пошла на кухню, распахнула дверку холодильного шкафа и… уставилась на пустоту. Заглянула в миски Чао. Они тоже оказались пустыми. Может, это он от голода так бесится? – Пойду в продуктовую лавку, – громко объявила я. – Куплю себе что-нибудь на обед и тебе заодно! Из-под кухонного шкафа донеслось тихое «мрр». Интересно, значило ли это, что Чао понравилось мое предложение? Не забыв прихватить сумку, я направилась в сторону продуктовой лавки, что заприметила еще накануне. Лавка, конечно, ничуть не походила на привычные мне столичные магазины. Ни глянцевых витрин, ни чистеньких рядов с подписями, ни продавцов в накрахмаленных фартуках. Мой приход ознаменовался звоном дверного колокольчика. Воздух внутри оказался густым и теплым. Он пах одновременно чем-то вкусным и подозрительным, похожим, на смесь перекопченного мяса, сушеных трав и маринованных огурчиков. Прилавок был заставлен десятком корзин, горшков и холщевых мешочков. И за всем этим хозяйством стояла пышнотелая женщина в выцветшем платье. Сперва она недовольно прищурила на меня глаза, но быстро сменила гнев на милость. Щечки-яблочки поползли вверх. – Ева, добро пожаловать! – Мы знакомы? – осторожно уточнила я, понимая, что конечно же, нет. Но откуда-то она знала мое имя. – Так, уже все знают, кто ты! Новая помощница бургомистра. Я же не ошиблась? – Не ошиблись, – вздохнула я. Вот что значит маленький городок. Не успела приехать, тебя уже все знают. – А я Сильвия. Ну, так что ищешь? Чего душа просит? Душа просила обратно в столицу, но вслух я сказала не это. – Что-то такое, из чего легко приготовить обед. И еще что-нибудь для кота. Чего там они вообще едят? – Начнем с обеда… – энергично заявила женщина. – Сначала нужно решить, что именно ты хочешь приготовить. – Что-нибудь очень простое… – Простое… – Сильвия ненадолго задумалась, а потом понеслись перечисления… Сначала было овощное рагу с сыром, потом картофельный пирог с мясом, а закончила она печеными свекольными клецками. С каждой новой рекомендацией, к которой сразу же предлагался развернутый рецепт, мои брови взлетали все выше. И это у нее простое? Да, судя по описанию, даже заклинания по архивации древних документов и те были легче. Я категорично отсекала предложения, а Сильвия все грустнела да хмурилась. В итоге мы сошлись на яйцах. – С яйцами точно справишься, – заверила меня продавщица. – На сковородку разбила – и все готово. А если солью посыпать и зеленью сдобрить – вообще шедевр. – С этим я должна справиться! – обрадовалась я, соглашаясь. Но на всякий случай, – если яйца все же мне не поддадутся, – попросила завернуть еще творога и банку варенья. – Так – теперь кот! – возвестила Сильвия с новой волной энтузиазма. – Что у вас за кот? Домашний или гулящий? – Характерный и вредный, – мрачно заявила я. – Остального не знаю. – Поняла… Продавщица ненадолго скрылась под прилавком и вынырнула с целой охапкой… всего. – Вот, значит: печень куриная с потрошками. Любой кот за нее душу продаст. Дальше, колбаса ливерная. Очень нежная. Так, еще держи, кусочек карпа. Он воняет, конечно. Но многие коты рыбу любят. Еще… – Пожалуй, хватит, – быстро остановила я продавщицу. – Думаю, пока на этом остановимся. – Конечно, – она понятливо кивнула. – Если коту понравится карп, я ему целого отложу. С усами. Рассчитавшись и сложив покупки в холщовую сумку, я поспешила домой. Пора было и самой перекусить, и черного монстра накормить, пока тот еще чего-нибудь гаденького в мое отсутствие не придумал. – Я вернулась, – объявила я в пустоту, переступая порог дома. Интересно, считается нормальным сообщать коту о своем прибытии? Ответа не последовало. Но стоило мне распахнуть сумку и начать выкладывать содержимое на кухонный стол, как Чао невесть откуда материализовался. Высоко задрав хвост, он прошелся по кухне, запрыгнул на подоконник и теперь забавно шевелил носом, втягивая ароматы, идущие со стола. – Итак, у нас дегустация. – Сообщила я. – Позиция первая – карп. Нежнейшая рыба с ароматом водорослей и привкусом болотины. Морщась от сильного рыбного запаха и держа «деликатес» на расстоянии вытянутой руки, я бросила его в миску и поставила ее перед Чао на подоконник. – Сервис как в лучших ресторанах! Чао долго обнюхивал рыбу. Потом посмотрел на меня, снова на рыбу и опять на меня, словно говоря: – Ты серьезно? – Ладно. Согласна. Мне тоже показалось, что карп уже несколько с душком. Рыба тотчас отправилась в мусорку. – Позиция вторая! Куриные потрошки! Мягкие, хрустящие. Просто лапки оближешь. Я брезгливо выложила склизкие внутренности, которые с неприятным шлепком растеклись по дну миски. Чао снова отпустил туда нос. А потом медленно… Очень медленно… поднял на меня разочарованные янтарные глаза. – Что? Тоже нет? – возмутилась я. – Сильвия – продавщица из лавки клялась, что любой кот за них душу продаст! Чао выразительно прикрыл глаза, всем своим видом демонстрируя, что он не «любой». – Ладно! Позиция номер три! Последняя! Имей в виду! Если и это тебе не угодит, то будешь ходить голодным! Я взяла ливерную колбасу, тонко ее порезала и положила в миску. Чао замер. Потом сделал шаг, второй и буквально бросился к миске. Колбаса исчезла в считаные секунды. – Вот так бы сразу, – удовлетворенно произнесла я, нарезая добавку. – А то: то не буду, это не хочу. Пока Чао довольно хрустел колбасой, я взялась за приготовление яичницы. Это оказалось действительно не так сложно, если не брать в расчет эстетическую сторону вопроса. Желтки растеклись, как чернила на промокашке. А я рассчитывала на изящные солнечные кружочки, как получаются у нашей поварихи, но не вышло. Зато пахло аппетитно. И на вкус тоже было ничего. Закончив с обедом, я перемыла посуду и сделала чай. Признаться, хотелось кофе, но я не умела его варить, а кофемашины здесь не было. В общем, когда с обедом было покончено, повеселили, и я, и Чао. Кот довольно вылизывался, сидя на подоконнике. Я вернулась к работе. Отчет сам себя не напишет, а уже очень хотелось отправить его казначеям и попросить, – или даже потребовать! – денег на городской парк. Чао перекочевал за мной в кабинет. Сперва я настороженно отнеслась к его присутствию и даже спрятала документы, –которые уже успела перебрать и внести в свою систему, – в ящики стола. Так, на всякий случай. Но кот в этот раз не спешил безобразить. Он улегся на стол прямо поверх бумаг и внимательно наблюдал за мной сверху вниз. А потом произошло нечто странное. Чао грациозно спрыгнул со стола и уселся прямо напротив, обернув хвостом лапы. Он пристально, почти гипнотически уставился на меня. – Чего ты хочешь? – я слегка растерялась. Явно же ему опять что-то от меня нужно. – Я тебя только что кормила! Не говори, что тебе нужно еще! В ответ Чао поднялся, подошел ко мне еще ближе и… боднул мое колено лбом. – Что это значит? – я нахмурилась, подозревая подвох. Черный нахал бросил на меня взгляд, в котором читалось «соображай уже быстрее» и снова потерся головой о колено. – Ты хочешь, чтобы я тебя погладила? Чао закатил глаза. Медленно. Выразительно. И сел, будто говоря: ну, наконец-то дошло. Осторожно, словно обращаясь с древним артефактом, я протянула руку и несмело провела по голове. Чао послушно сидел, ожидая продолжения. И я продолжила… Провела ладонью по гладкой спине, потом за ушком, и, о чудо… Чао зажмурил глаза с видом истинного блаженства. И тут же, без тени стеснения, громко замурлыкал, наполняя кабинет приятной вибрацией. Этот черный нахал… мурчал. Будем считать это началом дружбы. От поглаживания Чао меня отвлек тихий хлопок пришедшего магописьма. Я встрепенулась. Оливер? Нет. Опять всего лишь Карл. Впрочем, письму от брата я тоже была рада и сразу погрузилась в чтение. «Привет, сестренка! Сегодня по дороге на работу встретил Оливера. Он рассказал, что устраивает какую-то грандиозную вечеринку по случаю начала стажировки. Куча народу, музыка, фуршет. В общем, все как он любит. Заодно и меня пригласил. Но я отказался. Не мое уже это – вечеринки. Шум, свет. Мне с моей работой сейчас спокойствие важнее…» Не дочитав, я отложила письмо в сторону, в груди болезненно кольнуло. Оливер, который не написал мне ни одной жалкой строчки, организовывает очередную вечеринку! С гостями, музыкой и шампанским. Обидно было до колик в животе. Я потискала кота за ухо. – Вот так, Чао, бывает. Стоит тебе покинуть столицу, и тебя моментально забывают! А клялись в любви до гроба! Кот муркнул, блаженно прикрывая глаза. Я глубоко вздохнула и снова погрузилась в письмо. «… Кстати, по поводу работы. В обеденный перерыв заглянул в архивы и поискал информацию про твоего бургомистра. Жорж Калновски. И знаешь что? Я не нашел ни одного упоминания о человеке с таким именем. Вообще. Ни в городском, ни в региональном реестре. Дважды перепроверил магически – ничего. Может, ты что-то напутала с фамилией? Или это кличка? В общем, дай знать, когда выяснишь его настоящее имя. Ну все, сестренка. Целую и, надеюсь, до скорой встречи. Ах да, матери пока не пиши. Она еще не отошла. Твой брат». Вторая новость моментально перекрыла первую. Вечеринка Оливера, его молчание и даже обида – все ушло на задний план. Жоржа Калновски не существует. Это было… странно. Нет, это было очень странно! Даже пугающе. Я точно знала, что написала имя правильно. Не могла ошибиться. Я видела его сотни раз в документах, актах, распоряжениях. Вот и сейчас передо мной лежал отчет, на котором стояла подпись: Жорж Калновски. Размашистый, чуть наклоненный подчерк с неизменным завитком в букве «К». Но если в столичных архивах о нем нет ни слова – кто он тогда? Обманщик? Преступник? Убийца? Человек без прошлого, поселившийся на краю города. С харизмой, умом, шрамами и… тайнами. И где он пропадает целыми днями? Куда ездит на своем дорогущем магомобиле? Мои мысли прервала резко хлопнувшая дверь. Звук был такой внезапный, что я подпрыгнула на месте, скинув несчастного Чао. Я даже не уловила момент, когда он забрался ко мне на колени, а я машинально продолжала его гладить. – Ева, это я! – бодро поприветствовал меня Жорж. У меня по спине пробежали мурашки.