9

ДАША

Позавчера ко мне приезжал Артемьев, а послезавтра прилетает из Милана Алекс. Мои мысли мечутся между этими двумя мужчинами. Не понимаю, как я отношусь к первому, не знаю, что скажу второму.

Как объясниться с Алексом? Как смотреть ему в глаза?

Меня поражает, что гнев и негодование в адрес Артемьева постепенно растаяли. Нет, совсем не исчезли, но сейчас, по крайней мере, меня не начинает трясти от одного только его имени.

Странно, но теперь я вся наполнена каким-то неясным томлением. Увидев снова Артемьева, вспомнила его поцелуи и то, какие ощущения они вызывали.

Мой жених целуется совсем по-другому — так осторожно, деликатно. Честно говоря, ощущения те же, что и от поцелуя мамы или братика, чувствуешь только любовь и нежность. О страсти, естественно, речь не идёт. Наверное, Алекс тоже умеет целоваться пылко, настойчиво, просто он бережёт меня до свадьбы, не хочет будоражить?

Артемьев взбудоражил. Его поцелуи — будто на голову вылили ведро горячей воды, и она обрушилась вниз по телу, заставляя дрожать и сжиматься каждую клеточку.

Причинённую им физическую боль я уже забыла. Она была острой, но короткой. Психологически было гораздо больнее. Но то, что Артемьев приехал, попросил прощения и действительно выглядел растерянным, произвело на меня сильное впечатление… Мог бы вообще не придать значения происшествию, пожал бы плечами: ну, ошибся, подумаешь. У него такие связи, вес в обществе, возможности, что я и вякнуть бы не посмела, не то что заявление в полицию написать.

Вот теперь думаю о нём, думаю, думаю… Забрался под череп!

— А вот и я! Даша, добрый день, вы давно меня ждёте?

К столику кафе, за которым я предавалась запутанным размышлениям, подошла изящная голубоглазая блондинка в серебристом плаще. Ева Никитская, управляющая картинной галереей. В галерее новая осенняя экспозиция, все картины продаются, поэтому наше агентство должно хорошенько их прорекламировать.

Мой непосредственный начальник — Вадим — уже вышел из больницы и мгновенно включился в работу. Сегодня он отправил меня к Еве, чтобы согласовать с ней предварительные наброски и макеты рекламы, да и просто мило пообщаться, это тоже надо.

Мы заказали чай, обсудили детали. Я смотрела на эту девушку во все глаза. Какая же она стильная, красивая! Говорят, отец ей оставил грандиозное состояние, но вместо того, чтобы слоняться по бутикам и спа-салонам, Ева работает. И она вовсе не высокомерная, держится очень просто, хотя при её внешних данных, образовании и статусе вполне могла бы задрать нос.

— Какое прелестное платье, Даша, — между делом заметила она.

— Правда? — я вспыхнула, заволновалась.

— Очень стильное. Фиолетовый цвет придаёт твоим глазами невероятный оттенок. У тебя сейчас и глаза такие же — фиалковые!

Я тут же растаяла. Ещё бы! Специально откладывала деньги, чтобы купить это платье, сегодня впервые надела, а Янка утром в офисе раздраконила его в пух и прах.

— Новое платьишко? Что ж, для тебя самое то! — заявила она во всеуслышание. — Депрессивненько, скучненько… К тому же, фиолетовый — цвет старых дев. Значит, идеально тебе подходит.

— Яна, отстань от Даши, — крикнула из-за своего стола Эля.

— Отвали от ребёнка, — поддержал Вадим. — Дашка, платье — супер!

— Платье милое, Даш, правда! Не слушай её, — сказала Аня.

Коллеги за меня вступились, но настроение было испорчено. Платье уже и мне самой показалось скучным и неинтересным, хотя с утра я с восторгом смотрела на себя в зеркало…

Поэтому комплимент Евы был особенно дорог, ведь её отличный вкус и изысканные манеры не подвергались сомнению. Если сравнить двух блондинок — Еву и нашу офисную секс-бомбу — Янка с её загорелыми сиськами, которые она старательно выставляет напоказ, выглядит заурядной дешёвкой.

Я расправила плечи и приободрилась. К тому же, «старая дева» — это уж точно не ко мне. С девственностью я распростилась три недели назад, понятно?

Когда отправлялась на встречу с Евой, Вадим, вручая портфолио, придержал меня за руку:

— Слушай, Даш, а ты очень изменилась, пока я зависал в больнице.

— Да? В какую сторону? — насторожилась я. — Надеюсь, в лучшую?

— Даже не понимаю, в чём дело… Ты какая-то необычная… Загадочная, задумчивая… Раньше скакала по офису, как Бэмби, а теперь… Не знаю. От тебя глаз не отвести!

— Ошибаешься, я прежняя, — аккуратно высвободила руку из захвата Вадима. Он отпустил с сожалением.

— Нет, Даша, нет! Ты очень изменилась… Потусим сегодня в ресторанчике после работы?

— Вот ещё! Ты забыл? У меня жених.

— Жених, — скривился Вадим. — Итальяшка твой. Да я, может, в сто раз его лучше!

*****

…Ева внесла некоторые поправки в наш проект, и на этом деловое свидание закончилось. Я вышла из кафе совершенно очарованная новой клиенткой. Хочу быть такой же утончённой и аристократичной, как она.

Направилась к остановке и вновь погрузилась в мысли об… Артемьеве! Ну почему же я постоянно о нём думаю? Как мне его забыть? Но можно ли забыть первого мужчину? Вероятно, нет. Это нереально, поэтому надо смириться. Теперь до конца жизни мне придётся вспоминать этого татуированного монстра. Вот только мысли о нём обжигают пламенем, становится жарко…

Я прикинула, что прежде, чем возвращаться в офис, успею заскочить в банк. Девчонки посоветовали взять кредитную карту. Потрачу с неё тридцать пять тысяч на лечение Бонни, а потом буду потихоньку возвращать. Там даже есть беспроцентный период.

Правда, девочки предупредили, что это такое дело — стоит начать, потом очень трудно выпутаться. Засосёт, как трясина. У Эли три кредитных карты, она постоянно перекладывает с одной на другую и уже света белого не видит — увязла в долгах. Но я же не буду брать сразу три, мне и одной хватит! Только бы вылечить моего рыжика.

За пять минут, что я шла к банку, у меня окоченели пальцы и замёрзли уши. Ничего себе, как похолодало! Некоторые товарищи хорошо подготовились, уже напялили трикотажные шапки. Нет уж, это чересчур, можно подумать, наступила зима. В октябре синоптики ещё обещают настоящее бабье лето! Надо только дождаться его…

И тут я увидела маленького пацана, того же возраста, что и мой брат Серёжка. Малыш телепался по улице в расстёгнутой куртке, съехавшей набок, и тащил за собой по мокрому тротуару мешок со сменной обувью. Под курткой я заметила тёмно-синий жилет с яркой, вышитой золотом, эмблемой лицея № 21.

Значит, детёныш идёт из школы.

Что за родители у него! Разве можно отпускать такого маленького одного! Странно. Двадцать первый лицей — очень дорогое частное заведение. Там вовсе не учатся беспризорники. Скорее — золотые дети, наследники крупных состояний. И вот пацан бредёт по улице без присмотра, наверное, уже замёрз, щёки горят от ледяного ветра.

— Стой, малыш. Привет. А ты почему один?

Я погладила пацана по голове. Так как я вынянчила брата, все дети Серёжкиного возраста вызывают у меня одинаковое отношение — материнское. У мальчугана на макушке был тёмный хохолок, виски аккуратно выведены по линеечке, а ниже затылка красовался выстриженный машинкой замысловатый узор. Непростая причёска!

— Малыш, как тебя зовут? Куда ты идёшь? Уроки закончились? В каком ты классе? — закидала ребёнка вопросами.

— Здрасте… Я — Вася.

— А меня зовут Даша.

— Ты красивая! — немедленно сообщил Вася, взглянув на меня.

— Спасибо, милый.

— Я учусь в первом классе.

— У меня младший братик тоже только что пошёл в первый класс. Вася, так почему же ты гуляешь один?

— Я, походу, потерялся… — Пацан озадаченно оглянулся и почесал затылок. — Да. Точно.

— Ну вот! Как же так?

Я принялась застёгивать на мальчишке куртку. Она была испачкана, колени брюк тоже в грязных пятнах. Вася не сопротивлялся, когда я натянула ему на голову капюшон. Боялась, что парень возмутится. Моему Серёжке на голову вообще ничего не наденешь, отказывается в шапке ходить, типа, западло. Дурачок маленький!

— Машина не приехала, я решил пока погулять, хотел собаку погладить… А тут эти уроды.

— Уроды?! — испугалась я.

— Ага. Большие! Начали кидать мой портфель. Забрали айфон… Но я не испугался! Я им тоже ка-а-ак врезал! Бился, как мужик, по-настоящему. Дрался, как мой папа! Всех раскидал. Ну это… ну… почти. Их же было много, а я один! Потом я пошёл обратно в школу… но её там почему-то уже не было!

— Знаешь, Вася, а давай позвоним твоей маме с моего телефона. Она, наверное, уже с ума сходит. Ты помнишь наизусть её номер?

— Моя мама умерла, ей никак не позвонишь, — сразу загрустил малыш, а у меня сжалось сердце. — Она разбилась на машине… ехала слишком быстро. Она была очень красивая!

— О-о, милый… Мне так жаль… — На глаза навернулись слёзы сочувствия. Бедный ребёнок, уже потерял маму. — А папин телефон помнишь?

— Не-а.

— Тогда у меня есть другая идея! Мы сейчас вернёмся в твой лицей и найдём учительницу. Она точно знает телефон твоего папы.

— Лицей исчез. Его нет. Я искал. Возможно, он ушёл под землю, — серьёзно сказал Вася. — Такое иногда бывает. Земля раздвигается, и здание проваливается.

— Даже не надейся! — улыбнулась я. — С лицеем всё в порядке, и завтра утром тебе снова придётся пойти на занятия.

Вася тяжело вздохнул.

Я взяла мальчишку за руку, его ладошка была совсем ледяная. Мы отправились в путь. Нам было о чём поговорить. Я активно участвую в жизни брата, поэтому хорошо понимаю мальчишек этого возраста, знаю, чем увлекаются, кем восхищаются, в какие компьютерные игры играют.

Но не успели мы пройти и ста метров, как у тротуара резко затормозил автомобиль.

*****

Я даже не успела ничего понять. В одно мгновение неведомая сила оторвала от меня ребёнка, и малыш взлетел вверх.

— Васька, сынок… Куда же ты пропал?! — с болью и облегчением выдохнул большой мужчина, прижимая к себе мальчугана.

И это был… Артемьев! Я смотрела на него во все глаза. Какое совпадение — умудрилась подобрать на улице ребёнка моего главного врага. Бывает же такое!

Да, именно так как раз и бывает.

Следом за Артемьевым из автомобиля выскочил водитель и замер в метре от обнявшихся отца и сына. Вид у мужчины был расстроенный, даже испуганный. Было ясно, что товарищ капитально накосячил.

— Матвей Николаевич, простите ради бога! — взмолился водитель. На нём лица не было. Наверное, боялся расправы.

Артемьев метнул на него убийственный взгляд и снова поцеловал сына, потёрся носом о его щёку. Я смотрела на него во все глаза. Во-первых, всё ещё удивлялась совпадению, во-вторых, меня очень тронуло, что этот громила, бывший боец ММА, не стесняется при всех выражать свои отцовские чувства. Сейчас было заметно, что он страшно перепугался за сына.

— Сынок, ты куда свинтил, а?

— Да я решил немного прогуляться, но на меня напали гопники.

— Гопники! — зарычал Артемьев, ощерился, как волк, тут же превратившись в кровожадного зверя. — Найду и убью!

— Пап, они айфон у меня забрали!

— Я разберусь с ними, сынок! Из-под земли достану!

— Потом заблудился… Зато познакомился с Дашей. Вот она, пап! Смотри, какая красивая!

Артемьев нерешительно взглянул на меня, словно боялся, что сейчас я сорвусь с места и унесусь прочь. Или брошу ему в лицо какое-нибудь оскорбление, начну выяснять отношения — при сыне.

— Пап, Даша такая клёвая, вообще!

— Здравствуй, Даша. Спасибо тебе. Я очень благодарен.

— Здравствуйте, — тихо отозвалась я. — Пожалуйста. Не за что благодарить.

— Всё норм, пап, не переживай! Я в полном порядке.

— Зато я не очень в порядке, сын, — расстроенно признался папаша. Нет, всё же удивительно видеть этого зверя таким уязвимым! — Васька, малыш…

— Ты решил, что меня похитили?

— Угу.

— Матвей Николаевич, простите… Виноват, время не рассчитал… На перекрёстке была авария, затор… Вот я и не успел, — расстроенно бормотал рядом водитель.

— Я тебе ещё устрою, — бросил сквозь зубы Артемьев. — А учительница куда смотрела?

— Пап, вообще-то это я виноват. Сказал училке, что постою у ворот. Она меня отпустила. Но я пошёл за собакой.

— За какой собакой?

— Вау, такая большая, лохматая… Бездомная. Я с ней немного погулял, а потом эти уроды вывалили из кустов, и я с ними подрался.

— Ясно. Сейчас поедем в клуб, Васька. У меня ещё дела.

— В клуб! Ура! Потренируюсь с Рустамчиком! — обрадовался ребёнок.

Артемьев, наконец, опустил сына на тротуар. Мальчуган тут же нырнул под его локоть, подскочил ко мне и схватил за руку:

— Даша, а мы с тобой ещё увидимся, да? Приходи к нам в гости, ладно?

В гости?! В дом к Артемьеву?!

Я едва не задохнулась от подобного предложения. А малыш дёргал меня за руку и смотрел снизу вверх умоляющими глазами. Точно такими же серыми, красивыми, как и у его гадкого папаши.

— Вася, но… Но это… Это совершенно невозможно!

— Да-а-а-а-ша, пожалуйста! Ты такая красивая! Совсем как моя мама!

Малыш внезапно обнял меня за талию и ткнулся носом в живот. Я совсем растерялась. Капюшон свалился с темноволосой головы, я тут же натянула его обратно. Уши ведь продует! Отит — та ещё гадость!

Артемьев стоял у открытой машины и как-то странно смотрел на нас.

— Пап, пригласи Дашу в гости! — громко потребовал Вася. — Я хочу, чтобы она к нам пришла! Она меня спасла! Я, может, совсем бы потерялся без неё, и меня волки бы съели!

— Это запросто, — хмуро согласился Артемьев.

Несмотря на всю мою ненависть к нему, я хорошо сейчас понимала, что он пережил. Подумать только, какая лёгкая добыча — ребёнок бродит по улице, да ещё и в форме с эмблемой двадцать первого лицея. За шкирку и в машину, а потом шантажировать родителей. Или какой-нибудь педофил мог бы позариться на неприкаянного семилетнего пацана.

— Да-а-аш, ну что? Ты к нам придёшь? Пап, ну пригласи! — повторил Вася.

— Хорошо, сын, я тебя услышал. Мы договоримся, — хмуро произнёс Артемьев. — Садись в машину, мне надо на работу. Даша, тебя подвезти? Ты в офис? Нам как раз по пути.

— Нет, спасибо, мне надо в банк, — я кивнула на яркий логотип на соседнем здании.

И тут же прикусила язык. Вдруг остро почувствовала, что Артемьев видит меня насквозь, читает, как открытую книгу: он понял, что в банк я иду не просто так, а потому что мне очень нужны деньги. В то время, как от его миллиона я позавчера гордо отказалась.

Щёки вспыхнули, я отвела взгляд в сторону.

— Ладно. До свидания, Даша. Ещё раз спасибо.

— До свидания.

Вася опустил тонированное стекло и помахал мне на прощание. Чёрный «крузер» включил поворотник, отъехал от бордюра и вклинился в поток автомобилей. Я посмотрела ему вслед. В груди смешивались чувства — приятные ощущения от знакомства с Васей и спутанные эмоции при виде его отца.

Сынок у Артемьева славный… Чего не скажешь о папаше!

Как жаль малыша — растёт без мамы. В таком возрасте он сильно в ней нуждается, а её рядом нет. Когда в офисе обсуждалась персона Артемьева, я решила, что ребёнок после развода живёт с матерью. А у них, оказывается, совсем другая ситуация.

МАТВЕЙ

В клубе Васька сразу же побежал переодеваться, чтобы потренироваться со своим любимым Рустамчиком. Верзилы, которые занимались на снарядах — лупили с поворота мешки, или молотили грушу, или таскали на цепях грузы — один за другим поприветствовали ребёнка. Каждый подставлял ладонь для удара, а Вася хлопал. Целый ритуал!

Рустам и вовсе подхватил парня, поднял под потолок на вытянутой руке, как котёнка, и внимательно посмотрел снизу вверх:

— Что, пришёл, боец? Сейчас бить тебя буду!

— Это мы ещё посмотрим, кто кого будет бить! — смело пропищал Вася. — Ща так тебе накостыляю, мало не покажется!

Матвей улыбнулся и отправился в кабинет. От сердца отлегло. Когда позвонил водитель и сообщил, что ребёнок исчез, мир обрушился камнепадом. Первая мысль: «Похитили, будут требовать выкуп».

В этом году началась школа, а это новый режим и новые лица. К Ваське был пристёгнут персональный водитель, но сегодня он отпросился, поэтому в лицей Матвей отправил свою машину. И вот результат: четыре инфаркта — у самого Матвея, у водителя, у Васькиной училки и у директора лицея.

К счастью, всё закончилось хорошо, хотя в мыслях рисовались самые ужасные картины.

Матвей позвонил своему заму, который курировал работу охранного агентства, и поручил разобраться с гопотой, напавшей на сына. Отследить айфон, найти портфель. Хвост училке он уже накрутил, да она и сама перепугалась, когда пропал ученик. Впредь не будет такой безалаберной. Должна была сдать ребёнка на руки водителю. Как будто не знает, что каждый детёныш в классе — лакомый кусочек для бандитов и вымогателей, так как все её подопечные являются детьми очень состоятельных родителей…

Вот что стало полной неожиданностью, так это встреча с Дашей. Увидеть её рядом с сыном он никак не ожидал. Ещё один удар под дых, выбивающий воздух из лёгких. Как-то чересчур остро он реагирует на эту девчонку…

Даша тоже удивилась. Таращила свои синие глазищи. Но вроде бы немного успокоилась, уже не метала в его сторону молнии, не шарахалась испуганно… Хоть какой-то прогресс. Васька, конечно, очень помог — этот маленький ловелас тронет любое женское сердце. Парень на комплименты не скупится, Даша — и красивая, и клёвая, и вообще… Да, всё именно так.

Было заметно, что девушке его сынишка понравился.

…Повинуясь минутному порыву, Матвей открыл сайт доставки цветов и выбрал для Даши букет белых роз. Подумав, добавил к заказу большого пушистого медведя. Она же девочка, наверняка, мишек любит.

«Из-за меня уже не девочка!» — поправил себя Матвей и вздохнул. Думать о том, какой стресс пережила Даша, когда он на неё набросился, было больно.

*****

Едва оплатил доставку по Дашиному адресу, как увидел на айфоне входящий вызов.

Звонил знакомый бизнесмен из Италии, Алекс. Он был топ-менеджером химического концерна и держателем крупного пакета акций, а также являлся сыном одного из владельцев. Холдинг имел представительство в городе. Матвей прикинул, когда они в последний раз общались с Алексом. Получалось, что больше года назад. Тогда итальянец оказал Матвею небольшую услугу, свёл с нужными людьми.

Год промелькнул как неделя. Мужчины начали разговор как ни в чём не бывало, будто в прошлый раз оборвали его на полуслове.

— Буонджорно, Маттео! Как дела?

— Привет, Алекс! Всё хорошо, а у тебя?

— Аналогично. Матвей, мне подсказали, что ты знаком с Максом Шведовым. У него компания по производству бытовой химии.

— Да, знаком. Ну и?

— Мы хотим купить его торговую марку. Уже два раза подкатывали к нему по официальным каналам, но бл***, он же не идёт на контакт! П****ц, какой несговорчивый!

Матвей поморщился. Алекс, на четверть русский, очень гордился знанием русского языка и, чтобы подчеркнуть своё мастерство, использовал мат. Но в его исполнении это звучало неестественно, нарочито, резало ухо. Уж матерился бы на итальянском, подумал Матвей, там тоже лексики хватает.

— В общем, надо зайти сбоку, как это принято у вас в России. Да и у нас в Италии. Маттео, дружище, организуй неформальную встречу, а? Я прилетаю в субботу, послезавтра.

— Без проблем. Организую, — сразу согласился Артемьев.

Безусловно, он помнил, что с него причитается. Долг платежом красен. Год назад Алекс ему помог, теперь его очередь. Тем более, что организовать встречу со Шведовым совсем не трудно. Они могут даже втроём встретиться, Матвей с удовольствием повидается со Шведовым, давно не общался с другом.

— Спасибо. Как твой пацан? Подрос?

— Уже пошёл в первый класс.

— О, поздравляю! А ты, Матвей, так и не женился?

— Нет.

— А тебе надо. Хотя бы для ребёнка, — наставительно заметил Алекс. — Он у тебя маленький, ему нужна мать. Няни и гувернантки — это не то.

— У нас суровое мужское воспитание, — вздохнул Матвей.

Замечание Алекса резануло по сердцу. Уже прошло два года с тех пор, как бывшая супруга, превысив скорость, разбилась насмерть на загородной трассе. Сын до сих пор переживает эту трагедию, плачет по ночам, грустит. Наверное, иначе и быть не может.

Перед глазами почему-то сразу возникла недавняя картина: растерянная Даша стоит на тротуаре, а рядом Васька — обнял девушку за талию, уткнулся мордашкой ей в живот…

— А ты, Алекс, ещё не женился? На какой-нибудь страстной итальянке? — в ответ поинтересовался Матвей. Спросил скорее для того, чтобы увести разговор от больной для него темы.

— Пока нет. Но собираюсь. — Было ясно, что Алекс довольно улыбается, прямо цветёт и пахнет. — А невеста у меня очаровательная. Но вовсе не итальянка. Русская!

— Ого, даже так?

— Да. Зря я что ли без конца к вам мотаюсь, — засмеялся Алекс. — Присмотрел девицу. Красивая, скромная, молчаливая. Наши-то итальянские красавицы мозг сносят подчистую своей болтовнёй. Да ну нах**. Вот они бы так ловко минет делали, как болтают! — Алекс захохотал.

Матвей снова скривился, словно прожевал лимон. «Присмотрел девицу» — звучало как-то пренебрежительно по отношению к той, незнакомой девушке, избраннице Алекса…

— Надо будет вас познакомить, дружище.

— Обязательно. Хорошо, Алекс, в субботу созвонимся. Постараюсь организовать тебе встречу со Шведовым.

*****

Вечером, когда возвращались с Васькой домой, Матвей показал сыну на телефоне букет и медведя.

— Смотри, что я отправил той девушке.

— О, классно, пап! Ей понравится! Медведь клёвый. Пап, так ты пригласишь Дашу в гости?

— Кхм… Она не согласится к нам приехать. Откажется.

— Но почему? Мы можем позвать её на ужин. Она мне так понравилась, — Вася мечтательно закатил глаза. — С ней знаешь как интересно! Обо всём можно поговорить. А ещё она красотка!

— Парень, да ты донжуан! — улыбнулся Матвей и почувствовал, как по жилам немедленно разлилось кипящее вино: вспомнил нежную девичью грудь, упругий живот, длинные гладкие бёдра…

— Она очень добрая, пап!

«А я ужасно её обидел…»