Глава 20. Все допускают ошибки

Грэт Грегор Лируа с тех пор, как его прилюдно унизила та девица, каждый вечер приходил в «Запретный плод» в надежде, что она вновь появится. Он снимал других нимф, одаривал их подарками, но в глубине души он хотел именно Русалочку. Это была первая женщина в его жизни, которая отказалась от его дорогих подарков. И не просто отказалась, играя в недотрогу, чтобы возбудить его желание, Русалочка действительно знала себе цену и не хотела его деньги. От этих мыслей у Грегора сводило зубы, он представить себе не мог до сих пор, что существуют такие женщины. В его мировоззрении все женщины были продажными. Он носил в кармане брюк ту самую розовую ленточку в черный горошек и, когда никто не видел, нюхал это ленточку. Именно эту ленточку она повязала вокруг его члена, предварительно дав понять, какие ласки она могла бы подарить ему. О, как же он хотел её найти! Он бы ползал за ней на коленях и умолял бы жениться на нём. Он бы… Он даже не знал, что сделал бы ради того, чтобы эта неприступная нимфа, показавшая всему Кварталу, что не хочет его, стала принадлежать ему.

Грэт Грегор еженощно занимался сексом с нимфами Квартала, но ни одна из них не походила на ту самую. Грегор кончал в них, но при этом не получал удовольствия. И с каждым разом становился всё более неудовлетворенным. Все нимфы улыбались ему, кричали под ним и ни одна не смела отказать. Вот в чём была его проблема, ни одна ему не отказывала до сих пор, видимо боясь его отца грэта Габриэля Лируа.

Вот и сегодня Грэгор сидел уже в общем зале, а не ложе, чтобы поближе рассматривать девушек. Он отлично понимал, что, скорее всего, тот образ был всего лишь иллюзией и бессмысленно искать именно ту женщину, но всё равно всматривался в лица. А ещё пил. Это был уже его пятый бокал виски за вечер.

* * *

Томас решил не подниматься сегодня в ложу, а остаться в зале. Ему хотелось, чтобы к нему сама подошла какая-нибудь из девушек, в общем зале это было сделать проще. К тому же он искал нимфу, похожую на Алису, чтобы предложить ей уединиться в её домике. Он внимательно разглядывал танцующих нифм, причем пользовался своим даром и рассматривал их истинную внешность. Что ни говори, а иллюзии он все-таки считал небольшим, но враньём. Ему не нравилось, когда девушки создавали излишне кричащие образы с помощью чар.

* * *

Алиса в иллюзии рыжеволосой девушки зашла в зал «Запретного плода». На неё никто не обращал внимания. В ложах почти никого не было, все мужчины сидели в основном в общем зале. Неожиданно её взгляд наткнулся на Томаса, задумчиво разглядывающего призывно качающую бедрами перед ним полуголую красотку с каштановыми волосами. Какое-то смутное недовольство заворочалось у неё в душе, но она тут же придушила это чувство. «Мне до него нет дела, а он меня в этом облике не узнает. Он лишь королевский инспектор, определяющий правду или ложь по человеку, а не смотрящий сквозь иллюзии. Если не общаться с ним, то он не заподозрит меня». Томас чуть заметно кивнул танцовщице, и она подошла к нему, села на одно из широко расставленных колен, и стала стереться об него промежностью, при этом подняла обоими руками свои волосы, обнажая ухо. Томас что-то говорил ей на ушко.

«Мне вообще нет до него дела!» — как мантру про себя повторила Алиса, и отвернулась. Двумя столами позади она увидела пьющего в одиночестве грэта Грегора. Девушки его сторонились. «О, мне сегодня везёт!» — подумала Алиса и походкой от бедра пошла к грэту Грегору, прихватив с ближайшего подноса проходящей мимо девушки два бокала с вином.

— Благородный грэт скучает в одиночестве? Я могу посидеть с Вами? — она произнесла это с самыми томными нотами, на которые была способна.

Грегор посмотрел немного затуманенным взором на подошедшую рыжую нимфу. «Средненькая, на четверку. У меня бывали и получше» — подумал он, махнул рукой «мол, садись» и взял из её руки бокал с вином. Ему глубоко фиолетово, что пить, лишь бы пить.

— Как тебя зовут? — он решил поинтересоваться для приличия, хотя вовсе не собирался запоминать её имя.

— Лионора, но Вы можете меня звать просто Лина, — представилась девица.

Грегор хмыкнул «Неужели настоящее имя сказала, а не псевдоним, как любят все остальные?».

— Я Вам не нравлюсь? — полненькая девица истолковала его хмыканье по-своему, — Среди девушек ходит мнение, что Вам нравятся худощавые блондинки, такие как Виолетта, — Алиса не знала, как вывести разговор на Виолу, так что брякнула первое, что пришло ей в голову.

— Виола — шлюха моего отца, живёт с ним и здесь не выступает с тех пор, как здесь выступала одна незабываемая нимфа по имени Русалочка.

— Незабываемая? — Алиса удивилась такому эпитету.

— Да, представляешь, — Грегор уже напился до состояния, когда считал нормальным изливать душу первой встречной девице, — она невероятно красивая, соблазнительная, сама подошла ко мне, а потом умудрилась выставить меня полным идиотом. С тех пор я только и думаю, что о ней… — Грегора понесло.

«Так, всю самую ценную информацию, что Виола теперь здесь не выступает и её можно найти только в доме Габриэля, я узнала. Теперь надо как-то сматываться от Грегора, пока он не ударился в воспоминания обо мне, а то ещё не ровен час, узнает».

— Я, пожалуй, принесу ещё вина, — Лионора встала, поправила волосы и взяла пустой бокал Грегора. Грэт мазнул взглядом по ней, увидел её нетронутый бокал, и какая-то мысль мелькнула у него на задворках сознания.

— Постой, — он схватил её за запястье, — погоди. Станцуй мне.

— Эм, я не умею… — Лионора стала выдергивать руку и грэт Грегор лишь ещё больше напрягся.

— Станцуй, — властно приказал Грегор.

— Ладно, — нимфа улыбнулась. «Делать нечего, придется станцевать» — подумала Алиса, — «Заберусь-ка я на стол, чтобы не лапал меня. Небось, ещё рассчитывает, что я сейчас ему на коленки сяду и тереться начну, как та нимфа об Томаса». Последняя мысль в голове возникла сама собой.

Алиса медленно встала, повела плечиком, потом другим, поставила ногу на стул, эротично продемонстрировав кружево чулок в разрезе платья, затем забралась на стол и стала соблазнительно извиваться. Грегор успокоился, «показалось», — подумал он. Откинулся в глубокое кресло и залюбовался плавными движениями пухловатой нимфы. Сейчас он смотрел на неё снизу вверх и не видел её лица, только силуэт в мерцании искр света. И чем больше он смотрел на неё, тем больше восхищался движениями. Ему вновь пришла на ум Русалочка. «А вот ведь точно так же сейчас делала….».

* * *

Томас подозвал девушку, напомнившую ему Алису к себе. Она села на его колено, спиной к нему, он так попросил, чтобы не видеть её лица, и стала так призывно тереться об него, что тут же пришло возбуждение. Он прикрыл глаза, вспомнил лицо Алисы, и расслабился. Получая удовольствие. В какой-то момент нимфа встала с него, потянула за руку и прошептала:

— Давай продолжим в моём домике

Томас встал, и повернулся, потянувшись за девушкой. Его взгляд привлекла рыженькая пухлая нимфа, танцующая на столе грэта Грегора. Он прищурился, включая магическое зрение, так как увидел эту нимфу впервые за все свои визиты в «Запретный плод» и захотел рассмотреть её истинную внешность. Томас удивленно выдохнул. Это была Алиса!

— Красавчик, если тебе нравится та нимфа, то можем и её пригласить в мой домик, — ласково прошептала брюнетка, обвив его за талию мягкими руками.

— Спасибо, я передумал, — быстро проговорил Томас и стал незаметно двигаться к столику грэта Лируа-младшего. «Какую игру она затеяла? Видимо, решила спасти свою подругу сама, это очевидно. Не за сексом же она сюда пришла. Но что ей надо от этого мерзкого типа? Как бы в беду не попала, Грегор — не последний дурак, может догадаться, что перед ним та самая Русалочка» — вертелось у него в голове. Томас сейчас был предельно собран и понимал, что скорее всего Грегор просто так не отпустит рыженькую, хоть и не очень симпатичную, нимфу. Томас обратил внимание, что Грегор был завсегдатаем «Запретного плода», и воспользовался услугами практически всех нимф. «Алиса была в новом облике, Грегор, как и я, не видел эту иллюзию раньше, а, следовательно, наверняка захочет затащить её в свою постель. Дважды один и тот же фокус с ним не пройдёт».

Алиса танцевала, отдавшись музыке, она любила танцевать. Музыка набирала обороты, она распалялась, забывшись, что танцует для грэта Грегора. В какой-то момент по ритму мелодии она махнула ногой и подняла её высоко в вертикальный шпагат. И это было её ошибкой. Грегор ни у кого не видел такой растяжки как у Русалочки, и сейчас точно такую же растяжку продемонстрировала эта рыжая нимфа.

— Ты?! — он аж удивленно подпрыгнул в кресле и схватил ее за щиколотку с ножным браслетом. Он не был уверен, но чувство сомнения взыграло в нём.

Алиса поняла, что её хватают за ногу как раз там, где был браслет. И вырви она ногу из его рук, скорее всего застёжка браслета сломается и откроется её настоящий облик. Этого она допустить не могла, поэтому сделала вид что оступилась и упала ему в руки.

— Кто я? — она улыбнулась, обвивая его шею руками, — Вы о ком сейчас?

Грегора душили чувства подозрения, он не знал, как проверить, она или не она. Эта вертикально вверх поднятая нога… да никто так не умеет!

— Русалочка! — выдохнул он, глядя ей в глаза.

Вот сейчас Алиса испугалась по-настоящему. Грэт Грегор узнал её! «Он меня сейчас порвёт на много маленьких Алис» — оглушительно прозвучало у неё в голове. Она затрепыхалась у него в руках, ловко вскочила на ноги, словно кошка, воспользовавшись оцепенением Грегора. Грэт быстро пришёл в себя, и схватил уже двумя руками нимфу в железную хватку, взревев:

— Не отпущу! Моя!!! Будь моей!

— Нет, отстань, — закричала перепуганная нимфа. Теперь у Алисы не было и призрачного шанса отбиться от сильного мужчины. Она уже мысленно прокляла себя несколько раз.

Помощь пришла внезапно. Кто-то более сильный, чем она, отбросил Грегора на несколько шагов назад.

— Вам было сказано, уважаемый грэт, чтобы Вы отстали. Разве Вы не видите, эта нимфа не хочет никуда с Вами идти, — Алиса обернулась к спасителю, им оказался Томас.

Грегор посмотрел на Томаса и зло ощерился:

— Ах, это ты, неудачник. Ты настолько плох по мужской части, что не смог удержать при себе Дженни, а теперь и на мою женщину позарился? Лина подсела ко мне за столик сама, её никто не принуждал, а, следовательно, она хотела именно меня. Ты Томас — мелкий завистливый неудачник, отойди и не лезь в наши отношения.

Музыка стихла, все уставились на их троицу. Алиса ощутила острое дежавю. В этот момент любая другая девушка молча стояла бы в стороне и не ввязывалась бы в драку между мужчинами. Любая другая грэтта была бы счастлива, что из-за неё сцепились два представителя знатнейших и древнейших кланов, набиваясь в женихи. Любая другая работница Квартала Нимф с удовольствием посмотрела бы на драку из-за неё и подлила бы ещё масла в огонь. Когда так развлечёшься ещё?

Но Алиса не была любой другой. Совсем не была. Она не была ни продажной девицей, ни знатной грэттой. У неё были ценности и представления из другого мира. В её глазах Томас сейчас вступился за сомнительную честь незнакомой ему продажной нимфы. И это покорило её. И то, что он готов был подраться из-за неё. А больше ей и не надо было доказательств его благородства и порядочности. А ещё ей было противно, как мелочно Грегор втаптывал в грязь репутацию Томаса и проехался по его самому больному месту — по бросившей его невесте. Алиса не хотела, чтобы Грегор сломал Томасу нос или сделал больно. И она поняла, что просто обязана принять удар на себя и поступила как истинная женщина:

— Голубчик, — Алиса развязно повела плечами, оголяя грудь и тряхнув волосами — да кому ты врёшь-то? Тут все видели, какой тонкий у тебя стебелёк, — она в абсолютной тишине ощутимо хлопнула его ладошкой по причинному месту. Грегор аж поморщился, но не мог же он выдать, что ему сейчас сделали больно, — Да с тобой скукотища в постели полная, такого неумеху ещё и поискать надо. А вот с ним, — она мотнула головой в сторону Томаса, — я уверена, что прокувыркаюсь до самого утра.

Это был нок-даун. Все нимфы вокруг торжественно улыбались. Мало кому нравился Грегор, точнее сказать, он не нравился никому. И вот одна из их рядов сказала этому папиному сыночку всё в лицо, не опасаясь последствий. Мужчины сдерживали улыбки, потом кто-то рассмеялся и грянул хохот на весь зал. Грегор молча хватал воздух ртом, он не знал что сказать.

Да, это была она, определенно она, Русалочка! Вот уже второй раз она вновь его унижает, да скажите за что? За то, что он хочет её! И с кем она уходит? С этим мерзким грэтом Капарэлли…

Алиса повернулась к Томасу, аккуратно дотронулась до его рукава и сказала:

— Пойдём.