Глава 23. Брак по необходимости

Прошло три недели с той самой ночи. Алиса вернулась к своим делам в «Весёлом Путешественнике». Миниатюрная нимфа бегала по заведению и лучилась, как маленькое солнышко. Горожане тянусь в «Весёлого Путешественника», потому что вечера в заведении отличались насыщенными событиями, а экзотические блюда сменяли одно другим. В какой-то момент жители Алишера стали говорить, что «Весёлый Путешественник» — один из самых элитных постоялых дворов и здесь стало престижно останавливаться на ночь или бронировать столик для делового ужина. Да, Алиса ввела и бронь столиков за небольшую дополнительную плату.

Мисье Джон Рунальд только восхищался деловой хваткой девушки и её виртуозными способностями руководить постоялым двором. Всю жизнь он мечтал, чтобы его сын Эрик продолжил семейный бизнес. В итоге Джон стал относиться к Алисе почти как к дочери, ведь именно она поставила на ноги его заведение за пару-тройку месяцев и многократно увеличила прибыль. А ещё Алиса по ночам пропадала в лаборатории Эрика и с тех пор, как она вошла в жизнь юноши, Эрик стал менее застенчивым, более уверенным в себе. Изобретения Эрика перестали сплошь быть бесполезными. Если раньше мисье Руналд-старший стеснялся того, чем занимается сын по ночам, то теперь он с гордостью демонстрировал ту же волшебную пыль в «Весёлом Путешественнике».

Алиса хорошо влияла на Эрика, а однажды даже заставила его пойти к портному и заказала новый гардероб. Теперь Эрик, когда не занимался своими опытами, одевался как настоящий мисье или даже грэт. У Алисы был безупречный вкус. К тому же, эта милая девушка договорилась с несколькими самыми крупными владельцами лавок на Главном Магическом Рынке на поставку волшебной пыли. Теперь Алиса и Эрик числились производителями этой самой пыли, Алиса помогла наладить производство, Эрик получал процент от продажи каждого мешочка с пылью. Он заколдовывал пыль на адреса домов. Теперь, если два горожанина хотели писать друг другу, они обменивались мешочками с их личной пылью и посыпали письма порошком, когда собирались отправлять их друг другу. Эрик стал зарабатывать свои собственные, причём немалые деньги. О нём стали поговаривать, как о самом талантливом молодом изобретателе в столице. Ходили слухи, что сам король заказывает у него зачарованную пыль, чтобы раздавать своим ближайшим подчиненным для оперативной и секретной переписки. «Ну, а раз сам король заказывает у него товар, то, скорее всего, скоро ему пожалуют титул грэта и поднимут до первого сословия» — вздыхали юные грэтты и мисси.

Джон видел, что по ночам Эрик и Алиса занимаются экспериментами, и не мешал им. Алиса нравилась ему и в качестве делового партнера, и в качестве друга сына, и он был бы рад, если бы она вошла в круг семьи. Поэтому, когда горожане стали шушукаться, что юная грэтта проводит ночи в доме Руналда и пускать разные сплетни, мисье Джон Руналд никак их не пересекал. Что касается самой Алисы, то ей было глубоко фиолетово, что и кто говорит у неё за спиной. Эрик был ей симпатичен, она с удовольствием помогала ему, от души смеялась его шутками, но совершенно не хотела ломать парню жизнь. Именно поэтому они никогда не флиртовала с ним специально, и не пыталась соблазнить. К тому же последняя ночь с Томасом как будто бы убрала проклятый голод нимфы. Алиса уже которую неделю занималась управлением постоялого двора, опытами и договорами поставок пыли с Главным Магическим Рынком Алишера, но не чувствовала голода, и это её радовало.

Несмотря на то, что она узнала лишь крупицы информации от Грегора, у Алисы был план. Она копила деньги на новую иллюзию, чтобы наняться в дом грэта Габриэля в качестве служанки. О той ночи с Томасом Алиса старалась не думать, как и не думать о том, что будет делать, когда снова начнёт испытывать голод. После Томаса ей казалось, что она просто не сможет лечь в одну постель ни с одним другим мужчиной.

Однажды рано утром в её комнату постучал мальчик посыльный и передал ей письмо. Алиса очень удивилась, потому что считала, что ей некому писать. Она перевернула конверт, на обороте было написано «от грэны Виолетты Капарэлли». Алиса неверующе уставилась на конверт. «Вот так новость!». Потом она очнулась и вскрыла почту. В письме Виолетта писала ей, что вышла замуж и теперь она — грена Виолетта Капарэлли, а её дочь — гретта Капарэлли. Она буквально в двух словах написала, что встретила её друга Томаса в своём доме, он оказался замечательнейшим человеком и помог «в её затруднительном положении». Далее шло несколько не особо значащих вежливых фраз и приглашение на свадьбу. «Мы уже оформили все бумаги, официально я теперь грэна, но Томас настаивает на большом празднике, потому что так принято у первого сословия» — писала Виола. Подруга также писала, что они с Нонной сейчас живут в особняке Капарэлли, и она будет рада видеть её, чтобы всё объяснить и рассказать. «К сожалению, почта может вскрываться, и я не имею права предавать такую информацию перу, но буду рада лично рассказать, как всё произошло. Спасибо тебе ещё раз за помощь Томаса».

«Ох, твою ж….» только и подумала Алиса. Первым порывом было порвать письмо в клочья, но Алиса сдержалась. Потом она вспомнила, что оставила Томаса после той ночи в домике Виолы и весьма логично, что они могли встретиться. То, что Виолетта вышла замуж за Томаса — не оставляло сомнений. Видимо таким образом Томас предложил решение её проблемы с грэтом Габриэлем. Алиса очень сильно волновалась в тот день и кусок в горло не лез. В таком волнении прошло ещё несколько дней, Алиса не знала что делать. Иногда она порывалась встать, поймать экипаж и доехать до особняка Томаса. Но потом она думала, что же скажет Томасу? «Я понимаю, что брак у тебя фиктивный, ты сделал это, чтобы спасти Виолу, потому что слышал, как я просила об этом Злата. А, кстати, я ещё раз тебя обманула, это я была в образе Лионоры, это со мной у тебя был секс. И я знаю, что той ночью ты представлял меня на месте Лины. Ты мне тоже очень нравишься, а давай я буду твоей любовницей, раз жена у тебя уже есть?» — как-то опредёленно у неё не клеилось с объяснениями. И Алиса всякий раз откладывала поездку ещё на несколько дней. К тому же, ей приходило в голову, что их брак вполне уже мог быть и не фиктивным, наверняка Виолетта уже ни раз и ни два была с Томасом в постели, ведь сложно отказать истинно рожденной нимфе с магией подчинения… А скорее всего, Томас был по-своему счастлив с Виолой, да и к нимфе Алиса относилась хорошо и желала ей только добра. Поэтому рушить её брак не хотела.

Как всегда вечером, Алиса взяла еду из «Веселого Путешественника» и пошла в лабораторию к Эрику. Юноша был очень рад её видеть, улыбнулся, взял пакеты с едой и отошел к столу, чтобы достать нехитрый ужин. Когда он распаковал коробки с едой и аромат жареного пополз по лаборатории, Алиса осознала, что уже несколько дней не ела, ей вдруг стало очень дурно. Она только и успела сказать:

— Эрик, мне что-то плохо… — и потеряла сознание.

Эрик успел подхватить Алису, позвал отца, мужчины перенесли её в гостиную на первый этаж, а Эрик побежал за лекарем. Когда юноша вернулся с лекарем, на дворе стояла глухая ночь, Алиса вовсю общалась с его отцом. Солидный мисье с чемоданчиком попросил мужчин удалиться и стал осматривать Алису. Попросил показать её язык, потрогал пульс, затем взял какой-то камушек фиолетового цвета и приложил ко лбу девушки. Ничего не произошло. Потом он стал медленно возить по всей её коже камнем, задержал на желудке, там камень вспыхнул оранжевым цветом. Когда же лекарь опустил камень ещё ниже, на живот Алисы, камень вдруг приобрел золотое свечей. Лекарь хмыкнул и попросил мужчин вернуться, все в напряжении расселись на кресла. Алиса уже чувствовала себя хорошо и думала, что ничего особенного не случилось. Не надо столько голодать было последние дни.

— Мисье и мисье, Вы плохо заботитесь о своей гостье, — начал лекарь, — во-первых у нее желудочная болезнь, вызванная многодневным голодом. Нельзя же так! А во-вторых, грэта беременна, так что советую Вам молодой человек, — он обратился к Эрику, приняв его за жениха Алисы, — Не затягивать со свадьбой. Срок конечно маленький, но скоро у грэты будет виден живот.

А вот тут Алису словно громом поразило. Она! Истинная нимфа! Беременна! Да за несколько месяцев у неё был секс только… С Томасом. «Не-е-е-т», — мысленно простонала она. До этого самого момента она запрещала думать себе о красавце брюнете. И сейчас очень чётко поняла, что любит его. Просто любит. А на детей она и не надеялась после откровения Виолы, что истинная нимфа может родить ребенка только от любимого мужчины. И прошёл всего лишь миг, Алиса поняла, что оставит этого ребёнка. Она любит его уже просто за то, что он будет похож на Томаса.

Лекарь собрался и вышел из дома Руналдов под гробовое молчание. Когда дверь захлопнулась за ним, мисье Руналд-старший зашёл в комнату и сказал:

— Ну а теперь Эрик, ты, как честный юноша, должен жениться на Алисе.

— Но… — запротестовали и Эрик, и Алиса одновременно.

— Никаких но! Вы здорово ладите и идеально друг другу подходите. В надёжном браке муж и жена в первую очередь должны быть друг другу опорой и верным другом. Я понятия не имею, чей это ребёнок, и знать не хочу. Это не моё дело. Сейчас тебе, Алиса, — он повернулся к ней, — срочно необходим хороший жених, который взял бы тебя в жёны, несмотря на твоё положение. В противном случае в обществе поплывут слухи, а ты фигура видная. Да на тебя станут выливать ушаты грязи, когда ты родишь вне брака непонятно от кого. Твоя репутация и весь наш бизнес пойдет под откос, потому что в нашей столице живут одни лицемеры и снобы. Что же касается тебя, Эрик, — он повернулся к сыну, — ты возьмешь в жёны одну из самых красивых девушек этого города, а то и всей Шерисии. А ещё одну из самых умных, которая уже сделала из тебя человека. Да ты должен на ней жениться хотя бы из благодарности, сколько всего она для тебя сделала. Всё, это не обсуждается. И да, в качестве свадебного подарка я делаю тебя, Алиса, совладелицей всех своих пяти постоялых дворов. Отныне ты владеешь не только «Весёлым Путешественником», но и «Усталым путником», «Загадочным странником», «Королевским пристанищем» и «Родовым гнездом».

С этими словами мисье Джон окинул взглядом ошарашенную молодёжь и вышел из гостиной.

— Дела-а-а, — простонал Эрик.

— Да уж, — в тон ему добавила Алиса.