Глава 23

Влад

На следующий день Таис сразу после обеда заперлась в спальне. Мне велела и близко не показываться, а когда всё же заглянул, обнаружил благоверную в окружении служанок. Одна часть девушек колдовала над причёской и лицом моей красавицы, а другая по очереди приносила из гардеробной платья, туфли и всякую женскую дребедень. Затем они все дружно выбирали, что надеть Таис.

Наблюдать за супругой, что так усердно готовится к встрече с Мари — забавно. У Таис нет и быть не может соперниц, правда, ей об этом знать совсем не обязательно. Пусть немого понервничает, это ей за все бессонные ночи, что я провел, когда она, прихватив с собой сосуд, удрала от меня со Славийским.

— Просила же не беспокоить, — не оборачиваясь, отозвалась Таис.

— Да, но Мари приехала раньше. Если хочешь, чтобы мы начинали без тебя… — пожав плечами, сделал вид, что направился на выход.

— Ну, уж нет, — остановила меня супруга, заволновалась и, прихватив с кровати яркое красное платье, убежала вместе с ним в ванную. — Вот же… заявилась не в назначенный час. Не терпится ей, — сыпала ругательствами Таис, а когда вышла, невольно залюбовался своим главным сокровищем.

Оделась Таис с шиком. Видно на сборы ушёл не один час, но старания того стоили. Хотя мне она кажется куда милей, когда волосы взъерошены, из одежды — максимум сорочка, и находится моя прелестница в кровати. Нет, с сорочкой я погорячился, без неё всё же лучше.

Мари нас ждала в малой гостиной. Стоило ей увидеть Таис, как её взгляд заметно потускнел, а идеальная осанка стала не такой уж идеальной. Экс-пассия расстроилась — не носить ей больше звание первой красавицы империи. К чести Мари, она быстро взяла себя в руки и расплылась в благожелательной улыбке.

Мы поздоровались, Мари устроилась в кресле, а мы с женой — напротив неё на диване.

Бывшая любовница попыталась поднять посторонние темы, но Таис её оборвала, не грубо, но достаточно жестко, потребовав перейти непосредственно к делу.

— Вот это письмо мне удалось перехватить, — Мари достала из маленькой тряпичной сумочки конверт и протянула его мне. — Конечно это не оригинал, а переписанная мной копия, но уверяю, в нём слово в слово.

Пробежался по тексту и отдал на ознакомление Таис.

Послание было адресовано герцогу Даиву Грасу, отправил его главарь диких земель — Рангог. В письме указывалось точное место и время встречи, на которой Рангог собирался принять клятву верности от примкнувших к нему нескольких глав знатных имперских родов. Ради общей безопасности каждый участник обязывался прибыть один или с небольшой свитой. После следовал план захвата имперских земель, чертёж карты, где предатели очертили себе новые владения, и так же прилагался список из имён.

— Откуда у тебя эта информация? — задал я вопрос, а Таис добавила:

— И с чего ты решила ею поделиться с Владом?

Перед тем, как ответить, Мари стыдливо опустила глаза.

— Мой престарелый муж мне давно опостылел, а девушке без покровителя никак. Вот герцог Грасу и приютил меня под своим крылышком. Но когда совершенно случайно наткнулась на его переписку, сразу приняла решение предупредить Влада. Как бы там ни было, нас многое связывало, и иначе я не могла поступить.

— Правильно! Цапни руку, которая кормит, и айда к предыдущей, вдруг похвалит за поступок, да обратно возьмёт, с ней-то жилось сытнее, — съязвила Таис, но Мари не отреагировала на колкость и продолжала таращиться на меня преданными глазами.

— Ещё письма были? — спросил я у Мари.

— Ты же не веришь этой гадине, — не выбирая выражений, возмутилась жена и дернула меня за руку.

— Влад мне дорог, я хочу помочь, — заступилась за себя Мари и для верности пустила слезу.

— Брошенная женщина не помогает, а мстит. Например, ловушку готовит, — попала Таис в точку.

То, что Рангог готовил для нас западню, мы с Брутом давно знали, оставался открытым вопрос, кто решится подсунуть нам ложную информацию.

Либо я задел Мари куда сильней, чем думал, или она просто дура. Конечно, позволю ей беспрепятственно убраться из моего замка и добраться до гостиницы, но свободные деньки её сочтены. Гулять на воле любовнице осталось от силы до послезавтра, а далее её судьба неприглядна. Если бы она мстила только мне — отпустил бы на все четыре стороны, но она посягнула ещё и на жизнь брата.

— Спор бесполезен. Мари, если более нечего добавить, то, пожалуй, тебе лучше уйти, — вежливо попросил пассию покинуть мой дом. Девушка расстроилась, а потом посмотрела на меня как на смертника, и улыбка опять заиграла у неё на лице.

Предполагаю, прими я Мари обратно, она бы призналась, что письмо не тайком переписала, а ей его продиктовали и велели мне передать. Но раз я этого не сделал, то всё, что со мной произойдёт — заслуженная кара.

— Ты же ей не поверил? — когда за гостьей захлопнулась дверь, ещё раз спросила Таис, и я прижал её к груди.

— Нет, — поглаживая по роскошным волосам, поцеловал макушку любимой, а сам подумал: «Надеюсь, ты меня простишь: дальнейший мой план тебе явно не понравится».

Таис как прочувствовала надвигающуюся опасность и остаток дня старалась не упускать меня из поля зрения. Даже к ночи у нас не случился скандал, она не стала уже по сложившейся традиции выгонять меня из спальни, а наоборот охотно приняла.

Пришлось ждать, когда моё сокровище глубоко и крепко заснёт и лишь, потом отправился в кабинет и написал Бруту, что место и время теперь известно. Далее путь лежал в хранилище артефактов, из которого я забрал недавно приобретённую там вещь, выторгованную у Славийского в обмен на послабление условий его содержания.

«Таис будет в бешенстве», — подумал я, разглядывая шесть невзрачных кристаллов. Ничего, это для её же безопасности. Она ни за что не останется дома, а поход на Рангога обещает быть кровопролитным и потребует от меня полной сосредоточенности на поставленной цели. Женщина, тем более любимая, на войне — обуза. Даже такая, как Таис. Принимать решения, оглядываясь на сохранность жены, не приемлемо. Я поступаю правильно.

Пока бесшумно расставлял по спальне кристаллы, моя красавица мило посапывала. Совесть, конечно, колола, но успокаивал себя тем, что не так уж долго Таис придётся сидеть в заточении, к слову весьма комфортном. Зато вот мне жизнь сахаром точно не покажется. Таис в четырёх стенах наедине со своей бурной фантазией таких козней навыдумывает, страшно представить, что обрушится на мою голову, когда вернусь.

Забрался под одеяло, подтянул горячее тело жены и, уткнувшись в её затылок, так и пролежал до утра, не сомкнув глаз.

— А давай мы сегодня до обеда проваляемся в кровати, а потом, когда земля прогреется, пойдём валяться в сад, — сладко зевая и потягиваясь, предложила Таис и, поёрзав попкой, перевернулась ко мне лицом. — Как тебе идея? — под конец фразы Таис перестала улыбаться, встревожилась и приподнялась на локоток. — Что случилось?!

— Мне надо уехать, — сказал я, погладил по румяной щёчке жены, быстро поцеловал её в губы и встал.

— Я с тобой! — Таис суетливо огляделась, нырнула под кровать и, нащупав там сорочку, бегом оделась. — Куда мы едем? — поинтересовалась Таис, вслед за мной залетев в ванную.

Облокотился ладонями о раковину и молчу, рассчитывал, что этот разговор не начнется, пока не соберусь.

— Я не возьму тебя с собой, — наконец признался я.

— Хорошо, но скажи, это твоя поездка никак же не связана с вчерашним визитом лживой змеи? — Таис закрыла в комнату дверь и подперла её спиной, без ответа она меня не выпустит.

— Связана…

— Так и знала! — всплеснув руками, взорвалась супруга. — Вроде муж у меня не дурак, а пошёл на поводу бывшей грелки. Первое — поездка накрылась, ты никуда не поедешь. Второе — срочно веду тебя к лекарю, твои мозги барахлят.

Как мог, сглаживал ситуацию, пытался объяснить Таис, что мы с Брутом давно знали о готовящейся западне и хотим сыграть на опережение. Такого удачного случая, когда Рангог покинет сердце диких земель и с небольшой армией близко подойдёт к имперским границам, больше и не представится. Он готовит ловушку для нас, а мы для него. Лишившись лидера, командиры дикарей перегрызутся за власть, междоусобицы их и погубят. На все мои доводы Таис выкрикивала лишь одно:

— На дикие земли не пущу, именно там ты и погиб в видении.

Спорили мы долго и упорно. Супруга поняв, что меня не переубедить, со словами: «Никуда от меня не денешься, еду с тобой», — кинулась в гардеробную.

Вышел из спальни, при всем желании Таис не сможет преследовать меня, и скоро она это поймет.

— Влад! Влад! Нет! — от истошных криков сердце сжалось, чувствую себя как никогда паршиво.

Шаг за шагом отхожу от спальни, но Таис не утихает, она вопит, ругается, крушит мебель.

— Ничего, ничего, выпускай злость, моё сокровище, так легче, — прошептал я и дал себе обещание, что впредь никогда не заставлю Таис так мучиться.

Таис

Перевернув вверх дном всю комнату, от бессилия упала на пол и, колотя по ковру кулаками, зарыдала.

Невидимая стена не выпускала меня из комнаты, и не подпускала к окнам, а Влад тем временем отдалялся и скоро мне его уже не догнать.

Первой решилась ко мне постучать Эльза. Она с опаской приоткрыла дверь, но смогла пройти вглубь комнаты не дальше метра, магия Влада не пустила.

— Эльза, ты сейчас на Снеже полетишь к моему старому знакомому. Зовут Калиб. Передашь от меня записку и привезёшь его сюда, — без приветствия, без объяснений начала я, и подруга сникла.

— Я всё, что угодно для тебя готова сделать, но Атал меня за ворота не выпустит, — огорошила девушка, и новая волна истерики нахлынула на меня.

Как я орала на Атала за то, что не отправился с Владом, как костерила Арагона за то, что оставил главного стража охранять меня. Если бы энергетическая стена не сдерживала, камня на камне не оставила бы от замка.

Пустила в ход всё: угрожала, умоляла, шантажировала, опустилась даже до того, что обещала Аталу, как только выберусь из комнаты, вонзить в шею клинок. И мне не стыдно, если надо, я ради Влада и не на такое пойду.

К вечеру уговорила главного стража послать за Калибом. Атал никак не мог понять, чем он может помочь, но я всё-таки его убедила, что такой проныра порой знает куда больше, чем все императорские шпионы вместе взятые. Он на диких землях свой, при нем открыто обсуждают любые темы, не переживая, что информация уйдет дальше его ушей.

Калиб прибыл к ночи и подтвердил мои самые страшные опасения.