Глава 24

— Девочка, жаль тебя расстраивать, но поход твоего мужа обречён на неудачу, — опустив глаза, прохрипел Нарх, посмотрел на часы и тяжело выдохнул. — Думаю, они уже угодили в западню, а если нет, то вот-вот попадут.

— Влад и император два сильных мага. Рангог же просто зарвавшийся дикарь. Нарх ты несёшь чушь! — вмешался Атал.

— Да-да, — покачивая головой, согласился Калиб, — Он дикарь, но сумел переманить на свою сторону добрую дюжину имперских вельмож, а ещё у него не один месяц прожил вот её дядюшка, — Нарх продолжая смотреть на Атала, тыкал в меня пальцем. — Откуда думаешь у Славийского средства на его изобретения? Стоят они целое состояние, а он отнюдь не богат. Рангог спонсировал Криса, тот взамен делился секретами, — Калиб с долгой дороги устал, годы берут своё, и он, мучая паузой, кряхтя, присел на пол. — У Рангога имеется средство быстро перебрасывать армию на дальние расстояния. Но и это ещё не самая большая загвоздка. Проблема в том, что у него есть цепь, и если она сложена вкруг, то любой маг, который в ней окажется, теряет силу, постепенно чахнет, и, в конце концов, гибнет.

— Ловушка Славийского поймала Влада, но ему хватило нескольких минут, чтобы из неё выбраться, — с надеждой сказала я.

— Нет, Таис, это совсем другое. Цепь нельзя разрушить силой мага, она подпитывается от него. Чем больше пленник сопротивляется — тем она крепче.

— Но как-то же их можно вызволить из неё?

— Можно, — подтвердил Нарх и попросил бумагу и чем можно написать.

Атал недовольно фыркнул, но всё принёс.

Калиб высунув от старания язык, начертил на листочке круг с символами внутри, нарисовал на нём точку и продел в неё шнурок.

— Вот эта вещь похожая на монету руководит цепью. Кто носит её, тот ей и управляет, а именно приказывает сомкнуться или разомкнуться, — показывая, рисунок сообщил Калиб.

— Это уже что-то, — воодушевилась я, но Калиб опять тяжело вздохнул.

— Рангог не расстаётся с монетой. Всегда держит при себе, а подобраться к нему практически невозможно.

— Попробую, — заявила я, и в уме наметала план.

— Сидя взаперти?! — удивился Калиб.

— Атал меня выпустит. Наверняка Влад на экстренный случай дал инструкции, как убрать стену.

— Нет! — наотрез отказался главный страж.

— Что нет? Выпустить не можешь или…

— Или… Влад голову за тебя оторвет и правильно сделает. Таис, не проси. Если бы хозяин согласился оберегать Эльзу, он бы сдержал слово.

— Ты глухой что ли? Влад там погибает, а он тут из себя не знаю, что строит. Выпускай, давай.

— Нет. Соберу оставшихся воинов в замке и в качестве подкрепления поведу их в след за Арагоном. А в императорский дворец направлю срочное письмо, чтобы поднимали основную армию.

Медленно осела на пол и закрыла лицо ладонями. Дышу. Борюсь с желанием, что-нибудь в клочья разорвать.

— К тому моменту, когда основная армия подоспеет, Влад и Брут будут мертвы, так же как и ты, — медленно шёпотом проговорила я, а потом обратно подскочила на ноги и заорала во все горло. — Что ты можешь? Ни-че-го. Ты обычный человек, хоть и искусный воин. Да я одна, таких как ты несколько десятков уложу и не поморщусь. Выпускай!

— Девочка права, — поддержал Калиб. — Без неё у вас нет шансов.

Атал запустил пальцы в волосы и прохаживался взад вперёд — в его голове тревога за друга бьётся с долгом. Надеюсь победит первое.

— Нет. Не могу. Прости, Таис, — озвучил решение, главный страж дернул ручку двери и ушёл.

Хоть опять рыдай, только делу слезами не поможешь.

Дверь неожиданно распахнулась, Атал вернулся и заявил:

— Ладно, но когда Влад меня убьёт, ты Эльзу не бросай. Считай это последней просьбой смертника.

— А-а-а, он тебе потом спасибо скажет, — прыгая от радости на месте, пообещала я Аталу, а он прошёлся вдоль стеночки, нехорошо так ругнулся и что-то пнул в углу.

— И всё, так просто — вытянула руку и убедилась, магическая пелена пала. Свобода. — Отлично, — буркнула я и, сменив улыбку на серьёзный настрой, потребовала у Атала вернуть мне браслет. Тут обошлось без уговоров, и через пять минут в мою ладонь упала цепочка.

Через полчаса наш отряд из четырёх бойцов выдвинулся из замка. Всю дорогу пока мы летели к границе, Атал ругался, что ему досталась роль наблюдателя. А как он хотел? Каждую увольнительную среди дикарей прохлаждался, его там каждый гном в лицо знает, не то что наёмники Рангога. Из стражей с собой взяла самых неказистых и нарядила их как последних прохвостов, одному даже мнимый шрам подрисовала. У меня же под накидкой красовался откровенный наряд танцовщицы и пару бубнов.

Но в пункте назначения нас ждали только выжженная земля, безжизненные тела и бледно-розовая пыль, что широкой лентой тянулась к горизонту и скрывалась за ним. Сделали вывод, что это след оставил Рангог, когда перебрасывал армию, и полетели по направлению полосы.

Уставшая Снежа замёрзла и поскуливала, от мороза наши тела окаменели. Мы с любимицей обе кутались в мой плащ, синхронно тряслись и клацали зубами.

Но меня пугал не холод, а то, что начал пробрасывать снег.

После нескольких часов вдали показалось очертание крепости, из узких невысоких окон которой, тускло, пробивал свет, до наших ушей донёсся звук неуёмного веселья: что-то отдаленно напоминающее музыку, хохот, крик и женский визг.

Дикари празднуют и это нам на руку.

Мы сбавили скорость и приземлились, так что нас не заметили дозорные, но в то же время, чтобы не пришлось долго идти по глубоким сугробам до логова Рангога.

Атал и его подчиненные в отличие от меня не замерзли: боевые огнедышащие драконы при любой температуре оставались горячими. Пока совещались, мы с любимицей припали к ним, как к родным. Согреванию также способствовал жаркий спор.

— Нет, без разведки не пущу, — скрестив руки на груди, в который раз заявил главный стаж. — Вполне вероятно, что там полно знакомых вельмож. Они тут же сдадут тебя, и у Рангога появится дополнительный рычаг воздействия на Арагонов.

— Толпище пьяных наёмников веселится. Благородные господа по коморкам давно разбрелись, и нос боятся высунуть. Варвары их как своих в любом случае не воспринимают, те знают об этом, и под разгоряченную алкоголем руку попасть не хотят, — парировала я, а пока говорила, шаг за шагом подталкивала подчинённых Атала в сторону ворот подальше от перестраховщика командира.

Главный стаж проводил нас, но потом вернулся к драконам, а мы железным громоздким кольцом, что висел на створках, постучались в стан врага.

— Ну, кто ещё там? — раздалось сонное ворчание, и на воротах приоткрылось смотровое окно.

— Мы сбились с пути и просим ночлег, — умоляющим тоном отозвалась я, привстала на цыпочки и встретилась через решётку с огромной довольной мордой наёмника.

— Девица? — кто-то спросил за спиной наёмника..

— Ага, молодая и смазливая, — морда продолжая пялится, сделала мне комплемент и засов, противно скрипнув, открылся.

— Вы кто такие?! — более бдительный напарник морды отодвинул меня в сторону и схватил за грудки стража.

— Артисты. Искали работу, сошли с тропы и заблудились. Лошади от холода в паре километров отсюда сдохли, — аккуратно втискиваясь между мужчинами, лилейно пою я и отлипаю руки бугая от парня. — Увидели свет вот и постучались.

— Незваным гостям здесь не рады, и долго они не живут, — сообщил здоровяк, но стажа отпустил.

— Да брось ты, — вмешалась морда и, прижав меня лапой к себе предложила. — Пусть девчонка повеселит правителя, а этих…, — он кивнул на моих спутников, — … в загон к императорским отбросам кинем, охрана там усиленная, ничем не рискуем. Если эту ночь переживешь обязательно утром подходи, — уже ко мне обратился наёмник, улыбнулся в единственный зуб и шлёпнул по пятой точке так, что я подпрыгнула.

— Может ну его загон, Кук огнём дышать умеет и фокусы разные показывает, а Аким мой аккомпаниатор, как мне без него танцевать.

— Нет, куколка, они к имперским войскам, а ты к правителю на пир, — ткнув пальцем в нос, чуть не свернул мне голову морда, и второй удар по попе не заставил себя ждать.

Стражей и правда определили в деревянный хлев для скота, что находился по правую руку от крепости. Когда дверь туда открылась, увидела битком набитое помещение воинами Брута, что склонив головы, ждали страшной участи.

Меня же завили в зал, где творился хаос, кто, напившись вина, валялся под лавками, в углу двое мужчин веселили толпу кулачным боем, на нескольких столах практически голышом кружились девушки. Но меня интересовал Рангог, который сидел на троне и с высоты возвышающей его платформы наблюдал за происходящим в зале.

Когда пробралась в центр, сердце кольнуло, там окружённые массивной цепью стояли мой муж и его брат. Пирующие выкрикивали в их адрес едкие замечания, смеялись над ними и кидались в узников объедками, но близко подходить страшились.

Влад медленно обернулся и заметил меня. Как он учуял, я же в браслете? Глаза старшего Арагона налились кровью, но Брут вовремя его одёрнул и муж отвернулся.

Да, не простая предстоит впереди ночь, как для меня, так и для Влада.

По примеру других девушек забралась на стол, что стоял ближе всех к хозяину крепости и извиваюсь в танце. Отлично Рангог отметил меня и поманил пальцем. Подошла к платформе, и танцую на её ступенях, дальше личная охрана варвара не пустила.

Изредка поглядывая на разъярённого Влада, когда вытащу его из этой передряги, чувствую, ждет меня разговор. Ничего муженёк, мне тоже есть что сказать.

Рангог поднял руку, и все притихли.

— Ну что королевская кровь, решили, кто из вас умрёт достойно от меча брата, а кто сгинет как шваль от клыков моих псов. Может быть, принц уступит и отсечёт брату голову, — предложил варвар и зал взорвался мерзким хохотом.

— Это принц, — показала на мужа и хихикнула. — Скорей принцесса, ручки гладенькие беленькие такими только вышивать или веером обмахиваться.

Мне показалось, что толпа даже протрезвела, неслыханная дерзость — девица высказалась наравне с хозяином.

— Какая молодец! Язычок остреньких, а ну иди ко мне, — похлопав себя по коленям, пригласил присесть Рангог.

Подпрыгнув от радости, поднялась по лестнице и, не сводя внимания с монеты, что весит на шее Рангога, трусь об него как ласковая кошка.

Арагон в бешенстве, в следующий раз подумает, прежде чем, не посовестившись с женой, в подобные авантюры ввязываться.

Резкий захват, мир кувырком, и я распластанная лежу на коленях дикаря, а он склоняется ниже и ниже, даже запах чувствую из его рта. Медальон, манит, маяча перед глазами, ухватилась за шнурок, и что есть сил, рванула его на себя.

Верёвка треснула, и я зажала монету в руке. Мысленно приказала цепи разомкнуться, чувствую отклик, она послушалась.

В зале поднялся шум и судя по крикам и топоту — неразбериха.

— Сучка, придушу, — взревел Рангог и железные тески сомкнулись на моей шее. — Тварь. Тебе никто не поможет.

— Зря ты думаешь, что мне помощь нужна, — прохрипела я и сорвала с запястья браслет. Мне даже делать ничего не пришлось, магия высвободилась и сама оттолкнула дикаря в сторону. Он плашмя упал на пол и на карачках позорно пустился в бегство. Рванула за ним, но окрик Влада остановил.

— Таис, с ним мы разберёмся. Освободи воинов и драконов.

— От объедков ещё не отряхнулся, а уже командует, — тихо заворчала я, но подчинилась. Сменив направление, двигаюсь не к выходу, а к Владу. Только одним глазком на него вблизи взгляну и всё. Пока пробивалась через толпу, муж и император обзавелись мечами и вперемешку пользуясь, то оружием, то магией сражались по крайней мере с тремя дюжинами дикарей.

— Малышка! — весело воскликнул император, его кулак пролетел в миллиметре от моего носа, врезался в чью-то челюсть, а на обратной дороге прихватил меня с собой, и я оказалась между Арагонами.

Прислонилась к мужу спиной и тепло разошлось по телу, а он ухитрился поймать мою ладонь и крепко её сжал. Ласковый миг длился лишь долю секунды, новая атака варваров разорвала ниши руки, но мне хватило и этого быстротечного счастья, чтобы душа запела. Окрылённая нежными чувствами, выпустив волну силы, расчистила себе проход и подбежала к выходу исполнять поручение Влада.

Зажмурилась. Солнце встало и слепит. Окрепший к утру мороз, обжигает кожу холодом.

— Снежа, — заметив её в небе, позвала я любимицу.

Император

Влад, насадив на лезвие, покончил с последним варваром в зале, и мы с азартом помчались вслед за их главарём. Пролетели вверх по лестнице и в поисках затаившегося Рангога пинаем двери в каждое помещение вдоль коридора. На втором этаже кроме двух бывших подданных, что предали меня, никого не встретили. Следующий этаж также оказался пуст, и мы поднялись выше, обшарили главную башню и вышли на открытую крышу крепости. Рангог на корточках сидел между каменными зубьями на оборонительной стене, скалился и целился в нас из лука.

— Убери игрушку и останешься жить, ей всё равно нас даже не ранить, — на удивление спокойно произнес Влад.

Этот дикарь его драгоценную жёнушку лапал, думал он ему сразу голову с плеч.

— Не-е-т, сегодня я умру, но не один. Прихвачу кого-нибудь с собой. Лучше так чем на радость зевакам в цепях волочится по всему городу за конём императора — победителя, — с едкой ухмылкой заявил главарь и выпрямился.

Ситуация кажется странной перед ним два мага, а он уверенно тычет в нас деревяшкой. Даже дети знают нас так просто не убить.

— Посмотри на наконечник стрелы, он смазан чем-то зелёным, — обратился я к Владу и дикарь рассмеялся.

— Чем-то смертельным для магов, — трясясь от смеха, пояснил Рангог.

— Стреляй, чего же ты ждёшь? — ответил ему Влад и мы оба приготовились ловить стрелу.

— Как скажешь, принц, сам напросился, — бросил главарь, резко повернулся, и стрела полетела в противоположную от нас сторону. — А жаль красивая была девка, наглая. Люблю таких, — сказал Рангог и его слова окрасились в ужас, когда раздался женский всхлип.

Подбежав к стене, мы увидели, Таис верхом на белом драконе и со стрелой в груди. Она, раскинув руки, смотрела на нас непонимающим взглядом, а потом, загоняя стрелу ещё глубже, повалилась вперёд на дракона.

Влад спустился по стене и с криком побежал к любимой. Дракон к тому времени аккуратно опустил хозяйку на снег и тыкая в неё носом жалобно скулил. Брат упал перед женой на колени, протянул к ней руки и, страшась ей навредить ещё больше, не решался приподнять.

Вынув из Рангога меч, отбросил его тело и последовал за Владом.

Меня ждало жуткое зрелище, у бедняжки из груди торчала сломанная стрела, жизнь с хрипом её покидала. Совсем молоденькая девушка спасла целую армию, но заплатила за это слишком дорого. Воины, что обступили Таис кругом, каждый ей обязан. Они вернутся к детям, обнимут жён и всё потому, что одна шумная и взбалмошная девчонка подарила им эту возможность. Таис издала последний истошный стон, и брат взвыл. Его отчаянье эхом разнеслось по долине и откликнулось болью в сердце каждого. Кто-то из толпы ударил мечом по щиту, и его бой похвалили, пока скорбный стук не оповестил всех, сейчас в загробный мир провожают героя.