Глава 13 · Найди достойного мужчину!

Я почувствовала на себе приятную тяжесть его тела. Только вот… мне просто ужасно, невыносимо, нечеловечески сильно хотелось большего!

И Оникс будто почувствовал меня, прижался сильнее, потерся о меня, задевая будто бы не центр удовольствия, а центр души!

Искра, еще одна, и вспышка пошла вверх, ослепительно и тихо. Я выгнулась и сорвалась в шепот, в который, как я ни старалась, не уместились слова. Меня накрыла теплая волна — чистая и невозможная.

Я будто взорвалась. По-настоящему. Остро. Сладко. Невыносимо.

Оникс зарычал и тут же отстранился.

— Отдохни. Я скоро, — велел он и скрылся в душевой.

Я так и лежала, глядя в белый глянцевый потолок, где отражался иллюминатор и звездные просторы. Уснуть не могла и больше не отключалась, не проваливалась в забытье.

Хуже — постепенно ко мне возвращалось здравомыслие. Сначала было даже хорошо.

Я услышала собственное дыхание и шум воды в душе. Пульс сбавил обороты, пальцы перестали дрожать. Мышцы приятно потяжелели, как после тренировки. Голова прояснилась.

И я наконец поняла, что натворила!

Стыдно-то как! Просто жу-у-у-уть!

Но… кажется, мне даже понравилось…

— Это опасно для нас обоих, — отрезал Оникс, заходя в комнату, будто подслушал мои мысли.

— Из-за яда? Действие у него страшное, конечно… Мне не понравилось, что я была не в себе, — честно призналась я, жутко смутившись от мимолетного взгляда на мужчину. — Но разве это было опасно?

— Я покидаю станцию, — ошарашил Оникс. — Уже отправил запрос своему работодателю. И получил расчет. Полечу на Гра-Мин.

Уволился с работы пока ходил в душ? В Конфедерации все дела решаются как нечего делать? Точнее, как душ принять.

Я села на кровати, прикрываясь многострадальной простыней.

— Я с тобой.

Голос, который раньше требовал, чтобы я нашла «ледяной шар» рядом с Ониксом успокоился. Значит, не стоит пока от него отдаляться.

— Нет, — отрезал Оникс.

— Как? — вырвалось у меня.

Ощущение, что пол под ногами провалился, и я ухнула вниз.

После той близости, что между нами была?

Не было. И Оникс мне ничего не обещал.

Он и так мне помог. А я опять напридумывала…

— Комната оплачена до конца квадры. Можешь оставаться здесь. Обратишься к Нюрру, он поможет тебе найти достойного мужчину.

— Чего?

Я ждала чего угодно, но не такого! Думала, он скажет, что у Нюрра я смогу найти работу. Единственное, чего у меня сейчас нет — куска хлеба и работы. И мне уж точно не до мужчин.

Не до других мужчин.

Тем более после того невероятного, чего между нами «не было»…

Да что ж такое, Дана⁈

Похоже, я полностью переродилась в тех облаках пара и жидкостях, которыми меня поливали на Луне до появления Диона и его команды.

Кости срослись, волосы появились. Похоже, в мозгу тоже что-то подправилось и теперь не хочется больше шугаться мужчин… Правда только некоторых. Очень некоторых… И виновата в этом, боюсь, не моя новая прическа — она тоже следствие — а инопланетные технологии.

— Нет так нет, — сказала я нервно.

И бросилась в душевую, чтобы одеться. Но голос в голове тут же напомнил о себе:

«Найди ледяной шар».

Поспешно засунув ноги в штанины, я прямо на ходу судорожно продевала руки в рукава, хлюпала носом и путалась в бесячих волосах.

С чего бы мне оставаться жить в чужой каюте? Какой смысл?

Я вышла обратно в комнату.

Оникс продолжал собирать свои вещи в пластиковый контейнер. Их тоже оказалось немного. А потом он вдруг остановился, осторожно взял меня за руки. Будто боялся приближаться.

— Я не могу контролировать себя рядом с тобой, — нежно и одновременно непререкаемо проговорил Оникс. — Лучше уеду, пока не успел к тебе привязаться.

Он дернулся ближе ко мне, но будто остановил себя. Замер.

— Прощай, Дана.

Оникс, орбитальная станция около необитаемой планеты Трионис, сектор 55−17–96

Я уходил от Даны, не оборачиваясь.

Если оглянусь, могу передумать. А передумывать нельзя.

Стоило представить ее лицо — пульс бил в горле, мыслей становилось меньше. Я прибавил ходу, будто от скорости зависела моя выдержка.

Я провел на орбитальной станции несколько лет. Прилетел сюда сразу после выпуска из Космоакадемии и работал инженером по жизнеобеспечению. Именно поэтому я оказался около шлюзов, когда прибыл челнок Даны. Один из механизмов сработал неверно и грозил разгерметизацией ангара.

И теперь я уверился — поломка была не случайной. Всему виной Дана.

Она хитростью пробралась в ангар без документов и кодов доступа. Значит, владела определенными навыками программирования или какими-то секретными технологиями.

И пряталась!

Из ее уст прозвучало имя «Дион». На слуху был только один Дион. Я видел его среди команды одного из правительственных судов. Значит, девчонка перешла дорогу очень влиятельным людям.

Что-то украла⁈

Безумная.

Мне следовало сдать ее начальнику станции или хотя бы старшему по пассажирским делам. Но инстинкты или сама Вселенная сыграли со мной злую шутку.

С первой секунды, с первого вдоха рафинированного воздуха рядом с ней я сошел с ума. Тело отозвалось такой дикой вспышкой желания, что я быстро сообразил, как отбить девчонку у зевак и увести в безопасное место.

Мне чудилось, что все — ВСЕ! — хотели ее так же, как я. До белых мушек перед глазами. До ледяного отчаяния.

Ледяного, потому что кожа в присутствии Даны будто покрывалась инеем. А мышцы твердели, словно замерзали в извечно белых высокогорьях Гра-Мин.

Да! Да и еще раз ДА! Мне хотелось увезти Дану на край света, показать чудеса родной планеты, спрятать от любых проблем, защитить хоть от самого правителя Конфедерации. Да от кого угодно!

Я с силой сжал кулаки.

Нельзя. Она не моей расы. Я не могу подвергнуть Дану такой опасности.

Граминцы не связывали свои судьбы с женщинами других рас. А ее расу мне не удалось определить ни с первого взгляда, ни при последующем контакте…

От воспоминаний о нашей неловкой близости у меня свело в паху.

Я ведь могу убить ее своей страстью.

Женщины всех рас испытывают сильнейшее возбуждение от нашего яда, и справиться с ним можно было единственным способом — естественным.

В каюте я помог Дане побороть яд, ту невероятно малую каплю, что случайно попала с моих губ на ее. Я был уверен, что так будет лучше. Но повторять такое нельзя.

А Дана… она найдет подходящего мужчину.

Я же выбрал держаться подальше. Не от трусости. А чтобы защитить мою единственную.

Да, я почти уверен, что она — моя женщина.

Женщина, которую я хотел больше собственной жизни, но жизнь которой не имел права забирать. Женщина, которую Вселенная послала мне для испытания силы и воли.

И я справлюсь.

Как бы мне хотелось назвать Дану своей! Пускай мы только познакомились, но инстинкты не обманешь. Она моя! И у меня никогда не будет другой. Это биохимия, это квантовая физика, это биосинтез Вселенной. Мое тело, мои гормоны, моя душа — уже сонастроились с Даной и никогда не примут другую женщину, граминку.

Для чего же? Неужели Вселенная не знает, что я ядовит для женщин других рас?

Знает. И испытывает меня.

Так, злясь на проделки Вселенной и на то, что не сдержался, я дошел до ангара.

Я все сделал правильно. Такого больше не повторится. Я лучше умру сам, чем подвергну опасности ее жизнь.

— На чем полетим? — послышался ее голос.

Я резко обернулся.