64. Любить — значит действовать

Все время, что Лея была в больнице с Эмином и госпожой Марьем, она не сводила с него глаз, боясь его слов и следя, чтобы он никуда не уехал. Отказавшись, поехать домой, она созвонилась с сестрами, прося их не приезжать, боясь за них. Рассказав о реальном положении дел, она хотела дождаться новостей о состоянии дяди Халиля и только после этого вернуться.

Сестры хоть и успокоились, но все равно немного настаивали на том, чтобы приехать. Лея как могла, старалась отговорить их, и даже когда Джамиля сказала, что Саид привезет ей сменные вещи, отказалась.

Ей необходимо было увидеть дядю Халиля и все объяснить ему. Она не хотела вражды между их семьями.

Эмин после того звонка не смотрел на нее, будто она виновна в этой трагедии и ей было тяжело смириться с этим. И лишь когда его мама, присела рядом, благодаря её за поддержку и то, что она осталась с ними в этот тяжелый период, Эмин вышел, а когда вернулся, принес им чай в стаканах.

Лея старалась не плакать, но чем больше думала о том, что случилось, тем сильнее волновалась. Джамиль так и не привез Ираду через два часа. А Эмин, поговорив с кем-то по телефону, оставался с ними всю ночь.

Утром, когда врач вышел к ним и сообщил о том, что господин Халиль будет жить, они не сдержали слез. Эмин обнял из обоих, прижав к себе, и Лея вознесла молитву, чувствуя, как свалился камень с ее души. Она бы не простила себе, если бы он умер.

Ей хотелось навестить его, но врач сказал, что пока это невозможно.

— Езжай домой. Мои люди отвезут тебя, — сказал Эмин, подходя к Лее.

— А ты, то есть вы? — поправилась она быстро, смотря на госпожу Марьем.

— Тебе больше нечего здесь делать, Лея, — он улыбнулся, осторожно дотронувшись до ее щеки и стирая последние слезинки. — Пока отец жив, твой деверь и его братья могут жить, но Джамиль…

— Эмин…

— Если он привезет ее замужней, — он замолчал, но она поняла, что будет что-то плохое.

— Прошу тебя?

Он уже хотел что-то сказать, но в двери вошли Джамиль и Ирада, заставив его сжать челюсти и сдвинуть Лею с дороги.

— Нет Эмин!

Лея бросилась вместе с ним, пытаясь предотвратить убийство. Эмин вытащив пистолет, направил его на Джамиля, но он спокойно принял это, спрятав Ираду себе за спину.

— Она моя жена, — спокойно сказал Джамиль, показав на кольца.

Заметив, как Эмин замирает на месте, проследив за рукой сестры, Лея поднимает к ней глаза, видя ее слезы.

— Не надо, Эмин, прошу тебя?

— Дочка? — голос матери кажется таким тихим в этой тишине, что щелчок затвора звучит оглушающе. — Эмин? — зовет его мать.

— Не надо! — кричит Ирада.

Лея понимает, что, если ничего не сделать, здесь прольется кровь, поэтому встает прямо перед дулом и смотрит на Эмина.

— Эмин, пожалуйста, давай выслушаем твоего отца? Пусть он решит эту проблему? Не нужно стрелять. Не здесь…

— Лея!?! — рычит он, едва сдерживаясь и в последний момент, убирая руку и ставя на предохранитель. — Убирайся отсюда!

Лея испуганно замирает, смотря на него и думая, что он говорит это ей. Но когда он поднимает глаза и впивается в лицо Джамиля, становится ясно, он не принимает их брак.

— Ирада, идем.

— Брат я…

— Она моя жена. И останется со мной, — говорит Джамиль.

— Замолчи! — шипит Лея, понимая, что он чудом избежал наказания. — Оставь ее. Отец в реанимации. Дай ей немного побыть с семьей.

— Никто не заберет ее больше. Брак официальный. Наши узы скреплены не только на бумаге.

Если Лея надеялась на благоразумие Джамиля, то его не было. Эмин взревев после его слов, налетел как коршун, избивая новоиспеченного мужа своей сестры.

— Ублюдок мелкий! Как ты посмел тронуть ее⁈

— Эмин успокойся, — плакала Ирада, пытаясь разнять их.

Лея испуганно вздрагивала, смотря на то, как Эмин наносит удар за ударом, и едва сдерживалась, чтобы не завизжать от страха. Охрана подлетела к ним, пытаясь разнять драку, потому что медработники уже бежали, не понимая, что случилось.

Как только врач приказал вызвать полицию, они успокоились, понимая, что провести ночь в участке никому не хочется. Ирада со слезами на глазах не знала к кому первому подойти, поэтому тряслась в руках матери от слез и испуга. А вот Лея, прислонившись к стене, чувствовала, что ей не хватает воздуха. Осторожно подойдя к скамейке, она присела, обняв себя за плечи.

Им оказали первую помощь и запретили утраивать разборки, попросив покинуть учреждение больницы. Ирада о чем-то тихо говорила с Джамилем, умоляя и прося быть спокойным. Эмин смотрел на Лею, и она видела, что он винит ее в том, что случилось.

Когда Ирада подошла к брату и матери, Джамиль присел рядом, слегка толкая ее в бок.

— Испугалась?

— Джамиль ты дурак? — в ответ спросила Лея, понимая, что ему все нипочём. — Ты понимаешь, что ты натворил?

— Я никогда бы не отказался от Ирады, пойми уже, наконец.

— Молись о том, что нельзя купить за деньги. Попроси у Бога мозгов? Их тебе не хватает, честно. Я бы сказала, их тебе не додали, когда распределяли между тобой и братьями.

Она встала, покачнувшись, и он поднялся, придерживая ее.

— Я домой. Думаю, я сделала для тебя больше, чем достаточно, — ее голос звучал убито, ей казалось, что если она останется, то сойдет с ума от этой жестокости.

— Я отвезу, — держит он ее за руку.

— Не лезь ко мне! — прошипела она, вырывая свою руку и смотря на него испепеляющим взглядом. — Если бы не сестры и их любовь к твоим братьям, я бы ни минуты не раздумывала, заступиться ли за тебя.

— Я отвезу тебя, — голос Эмина спокоен, но его взгляд режет будто ножом, и Лея качает головой.

— Я сама.

— Не спорь Лея.

— Она не…

— Закрой рот! — прошипел грубо Эмин, хватая его за грудки. — Не смей, понял? Ты действительно не стоишь этих усилий.

— Эмин не нужно, — Лея встревоженно смотрит на них, боясь повторения. — Отвези меня, пожалуйста.

Джамиль сверлит в Лее дырку, но она старательно игнорирует его, махая Ираде и госпоже Марьем. И лишь когда она выходит на свежий воздух и едва не падает, понимает, что у нее больше нет сил.

— Осторожно⁉ — Эмин поддерживает ее под локоть и помогает сесть в машину, внимательно смотря на то, как она устало смотрит в окно, снова забыв пристегнуться.

Он тянет руку к ремню, но Лея даже не шевелиться, и только заглянув ей в глаза, он замечает, как она снова плачет.

— Прости, что напугал тебя. Я не хотел. Честно.

— Отвези меня домой, пожалуйста.

Всю дорогу он изредка смотрел на нее, но она так и не повернулась к нему, а когда привез ее к дому, заметил, что она спит. Слишком нежная и ранимая и внешне, и внутри.

Заметив, как Адиль и его жена выбегают навстречу, он вылезает из машины, прикладывая палец к губам.

— Она уснула. Всю ночь ждала новостей. Переживала за отца.

— Эмин, спасибо вам огромное, — обнимает его Наиля, целуя в щеку, и он смущенно отходит, открывая дверь и отстегивая ее. — Лея?

— Не буди, — говорит Адиль. — Так отнесу.

Наиля обеспокоенно смотрит на лицо сестры и поворачивается к нему.

— Она плакала? Что случилось? Отец…?

— Жив.

— А Джамиль? — настороженно спросила Наиля, будто о чем-то подозревая.

— Скоро приедет. Он в больнице пока, — цедит он, хмурясь, и замечая, как Адиль остановившись, смотрит на жену. — Вас ждут.

— Хорошо. Еще раз спасибо.

— Не за что, госпожа Наиля, — он смотрит на то, как к ним подбегает старшая сестра, а за ней следом Саид, смотря на Лею, а потом на него. — Молитесь на нее, молитесь. Она спасла ваши жизни, — цедит он едко, и садится в машину, срываясь с места и возвращаясь в больницу.