Глава 16. Нетерпеливый герцог Веллингтон

«Мужчины блудливы и влюбчивы, как пушистые вислоухи, орущие по ночам в марте. Если ваш жених заглядывается на других дам — не вините его. Он просто слаб духом и подчинен природе.

Для воспитания его силы воли вы всегда можете воспользоваться тапкой или кочергой. Крайний вариант — хирургические ножницы». 

Из книги «Невредные советы юным леди».

В гостиной стало неуютно с того момента, как мисс Обернат покинула ее розовые стены. Птички не распевали райские песенки в голове, а задорный, невидимый колокольчик не позвякивал в груди. Маркус чувствовал, как его начинало все раздражать: и грохот чашки о блюдце, и странные взгляды, которые бросали на него почтенные матроны.

— Может, чаю, ваша светлость? — вежливо поинтересовалась леди Инес в пятый раз за последнюю минуту.

— Благодарю, нет.

— Медовое пирожное?

— Я не голоден.

— Предложила бы пряники, но Прюденс их съела, — цокнула языком графиня и на мгновение замерла, затем наклонилась к выпрямившейся подруге и что-то зашептала той на ухо. Потом выпрямилась и произнесла: — Как поживает ваша матушка, ваша светлость? Ее светлость давно не посещает балы и вечера, а ведь когда-то она была одной из самых блистательных дам при дворе.

— Замечательно.

Леди Инесс выгнула брови в ожидании продолжения, но его не последовало. Баронесса Фонтик поставила чашку и, похлопав ресницами, поинтересовалась:

— Ваша светлость, как вы относитесь к музыке?

Ее подруга кашлянула и прикрыла ладонью рот, а Маркус недоуменно воззрился на леди. К музыке он относился примерно так же, как к любому бесполезному великосветскому развлечению — никак. Пустым растрачиванием времени под унылые аккомпанементы скрипок и рыдающих пианино занимались только те, кому нечем заняться.

— Простите, баронесса, я не поклонник.

— Но вы же любите музыкальные вечера и балы? — с нажимом спросила она.

— Нет.

— Я уверена, вам нравится Шумберт.

— Не знаю, кто это.

— Известный композитор сарацинского происхождения. Его виртуозная игра на виолончели покорила весь королевский двор.

— Надеюсь, король в курсе, что он кому-то и чему-то покорился вместе с двором. Особенно потомку варваров, которых мы веками перевоспитывали путем священных походов и религиозных войн, — иронично откликнулся Маркус.

Баронесса Фонтик возмущенно пискнула, подпрыгнула на подушечке и чуть не пролила чай. Поставив чашку на стол, она всплеснула руками, затем страстно выдохнула:

— Ах, ваша светлость, вы ошибаетесь. Музыка — это духовный и интеллектуальный рост, после которого человек перерождается в нечто новое, уникальное. Произведения Шумберта приоткрывают завесу тайн мироздания и знакомят нас с богом.

— Благодарю, я не собираюсь на тот свет.

Растерянная баронесса Фонтик ничего не поняла, а, когда поняла, похлопала ресницами, и ее рот округлился. Леди Инес вздохнула, потом пробормотала что-то насчет «бесчувственных бревен» и «сложных случаев».

— Но рост… — пискнула ее подруга умирающим голосом.

— Какой?

— Интеллектуальный, духовный, — взвыла она отчаянно.

— А, — Маркус склонил голову и равнодушно пожал плечами, — считайте, что я остановился в развитии. Ни я, ни Пумберт…

—  Шумберт!

—… Ничего не потеряли. Только его предки пару стратегически важных городов три века назад. Кстати, именно военная кампания Англоса III оказалась невероятно успешной и избавила нас от присутствия мавров на территории страны в южной части материка. Полторы тысячи сарацин против шести сотен бравых воинов…

Баронесса Фонтик резко развернулась к леди Инесс, как бы говоря, что это слишком тяжелый случай. А Маркус, потеряв к обеим женщинам интерес, вернулся к созерцанию окружающей обстановки.

Пальцы крепче сжались на папке с документами, взгляд в очередной раз пробежался по застывшим слугам. Рыжеволосая девчонка тут же вжала голову в плечи, затряслась и покрылась розовыми пятнами, чем заставила его задуматься над ее сходством с любовницей Линдена.

Жаль, что вчера Маркус толком не рассмотрел его спутницу.

— Еще долго? — нетерпеливо спросил у леди Инесс и покосился на часы. — Десяти минут на пробуждение недостаточно?

— А вы куда-то торопитесь? — ответили ему вопросом на вопрос.

— У меня, знаете ли, много дел. И я не думаю, что оставлять незамужнюю даму наедине с неженатым мужчиной — уместно.

— Уверяю, ваша светлость, Прюденс и Питер в хороших отношениях. Племянник никогда не причинит вреда моей компаньонке.

— Да? И насколько хороши их отношения?

— Достаточно.

Леди Инесс прищурилась, а Маркус почувствовал недовольство и решительно поднялся. За ним с тихим шелестом подскочил Тень, который незаметно сократил расстояние между собой и хозяином. Вряд ли в доме Линдена им грозила опасность, но бравый капитан в отставке все равно напрягся.

— Вы куда?

— К вашему племяннику, графиня. Прошу меня извинить.

В несколько шагов Маркус пересек гостиную и краем глаза заметил, как леди Инесс вместе с подругой поднялись следом за ним. Шуршание их платьев царапало обостренный слух, и герцог чудом не кинул парочку проклятий в сторону кого-нибудь из присутствующих.

Его настроение покатилось вниз, и в голове всплыли недобрые ассоциации, связанные с фразой «хорошие отношения».

Нет, Маркусу нет дела до компаньонки леди Инесс, но оставлять девушку наедине с пьяным мужчиной выше его сил и воспитания.

Неважно, какой близости он родственник! И то, что мисс Обернат простилась с девичеством не в первый, а раз в десятый, тоже не имело значения.

— Ваша светлость, беспокоить моего племянника не лучшая затея. Тем более что с Прюденс находится Эдмунд, и он поможет ей справиться с Питером в случае какой-либо угрозы, — пропыхтела леди Инесс, торопливо шагая следом за Маркусом к лестнице.

— То есть угроза все-таки существует? — мрачно изрек он и обернулся.

— Моя дорогая подруга намекала, что помощь понадобится Питеру, — поспешила добавить баронесса Фонтик. — Вдруг с кровати упадет или ему станет дурно после такого количества… алкогольных паров.

— Вот и проверим.

— Ваша светлость! — хором вскрикнули дамы, а Маркус передал Тени папки и бросился наверх.

Правда, оказавшись на втором этаже, он застыл, поскольку не знал, где находилась комната Линдена. Но тут из ближайшей двери по правой стороне коридора вышел хмурый дворецкий леди Инесс.

Маркус сначала выдохнул с облегчением, а потом разозлился. Идиот оставил женщину наедине с мужчиной в спальне?

— Ваша свет…

Эдмунд попытался его задержать, но отлетел к стене и охнул от неожиданности.

— Пропустите! — разъяренно гаркнул Маркус и толкнул дверь. — Линден, если вы хоть пальцем ее тронули, я вызову вас на дуэль и…

А потом замер посреди раскуроченной спальни.