Глава 13

КИРИЛЛ

– Что-то ты быстро. Думал, останешься на ужин, – усмехнулся Матвей, когда Кирилл вышел из подъезда и сел в чёрный внедорожник друга. – Облом? Не прокатило? Не хотят тебя кормить борщом с пампушками?

– Так Сони дома нет. Уехала куда-то, деловая встреча у неё, – мрачно отозвался Казанцев и напряжённо побарабанил пальцами по кожаной обшивке сиденья. – Вот так.

– Ну и что ты куксишься, братишка? Нельзя что ли Соне куда-то съездить? Наверняка у девушки забот хватает.

– Но я ведь увидеться хотел.

– Завтра увидишь свою красавицу, не дуйся. Так с кем ты сына дома оставил? Одного что ли?

– Нет, конечно. Там Лиза, Сонина подруга.

– А давай, Кирыч, мы с тобой сейчас куда-нибудь закатимся? Например, в «Венецию». Там хорошая кухня, пальчики оближешь. Ты скоро уже уедешь, и когда мы потом ещё увидимся, посидим спокойно, пообщаемся?

– Погнали, – согласился Кирилл.

– Вадим, ты слышал? Едем в «Венецию», – Матвей похлопал по плечу водителя.

– Да, Матвей Николаевич. Уже свернул.

Артемьев снова обернулся к другу:

– С сынишкой хорошо провёл время?

– А то! – Казанцев сразу же расплылся в счастливой улыбке. – Забрал из сада и поехали на инглиш. С преподавателем познакомился, с Патриком. Надо сказать, уже очень даже неплохо Олежка лопочет по-английски. Какой сообразительный парень! И память у него отличная, всё впитывает, как губка.

– Мой Васька тоже тараторит только так.

– Ты, Матвей, не сравнивай! Твоему Василию сколько? Десять! Солидный мужик. А моему воробью ещё и шести не исполнилось.

– Ладно-ладно, крутой у тебя сынуля, я не спорю, – миролюбиво усмехнулся друг. – Как тебе подфартило, а? Небось страдал, что наследника нет. И тут такой сюрприз. Я сам до сих пор поверить не могу… И ведь Дашенька мне щебетала на ухо, что у Сони есть ребёнок… Но я даже и подумать не мог, что это твой.

– Мой! – с чувством подтвердил Казанцев.

– Круто. А чем ещё сегодня занимался, Кир?

– Опять с Ашотом встречался. Он капец меня умотал. Серьёзно. Никак не хочет фабрику продавать.

– Странный. Сам же предложил, а теперь в кусты.

– Да не в кусты, а цену задрал выше крыши. Тысячу убедительных аргументов привёл и потом выкатил конский ценник. Красавец, блин. Но я, наверное, соглашусь на его условия.

– Кир, ты что?! – изумился Матвей. – Не узнаю тебя, старик. Когда это ты кому-то уступал? Ну-ка, соберись! Ты чего такой добрый, а?

– Не знаю, – снова расслабленно улыбнулся Кирилл. – Душа поёт. Как подумаю об Олежке, весь мир обнять хочется от счастья. Даже Ашоту готов его несчастные тридцать процентов накинуть.

– Фигасе! Ты эту благотворительность прекращай немедленно! Опасный у тебя наследник, Кир, раз ты из-за него в манную кашу превратился.

– Да разве он опасный? Маленький смешной воробышек… – с нежностью произнёс Кирилл.

Он представил умилительную мордашку сына. Эпитет «опасный» никак не сочетался с внешностью Олежки. Но да, именно из-за этого сероглазого мальчугана сейчас у Кирилла перевернулся весь мир.

Из-за него и его необыкновенной мамы…

Кирилл понял, что сидит, смотрит куда-то вдаль и мечтательно улыбается.

Матвей и водитель переглянулись.

– Мальчишка у Кирилла Андреевича что надо, – подтвердил Вадим и показал большой палец. – Отличный парень подрастает. А уж голова у него как работает!

– Да. У Олежки работает, а у его папаши – нет, – с сарказмом заметил Матвей. – Накинуть Ашоту тридцать процентов – это ж надо такое придумать! Да ты совсем с дуба рухнул, Кир!

– Вообще-то, ты не забывай, что эта фабрика мне очень нужна. Давно к ней присматривался и уже виртуально вписал её в структуру процессов «Эланты». Я закрыл две фабрики в Ростовской области, надо перераспределять производство. Так что от этой сделки отказываться не намерен.

– Но не тридцать же процентов подарить Ашоту!

– Ладно, не паникуй, разберусь. Чего ты вообще привязался, Матвей?

– А то и привязался, что ты сейчас неадекватный. Во-первых, с травмой, во-вторых, с наследником, в-третьих, ещё и влюбился по уши. Я же вижу. В таком состоянии ничего ни покупать, ни продавать нельзя.

– Окей, подумаю. Где там ваша «Венеция», когда уже приедем, жрать охота!

*****

– Блин, – прошептал Кирилл, не успели они устроиться за столом и раскрыть меню. – Соня.

– Где?

– Там, у тебя за спиной. Сидит к нам боком, поэтому меня не видит. А с ней какой-то мачо престарелый. Вот же…

Матвей осторожно обернулся, мазнул взглядом по парочке, расположившейся за столом в конце просторного ресторанного зала.

– Так у них свидание! – понял Кирилл и сдвинул брови. – Мужик даже веник притащил. Грабли тянет к моей девочке. Убью, гада.

– Стоп. Кир, остынь! Я этого мужика знаю. Это Ярослав Алексеевич Гурьянов из аппарата нашего губернатора. Не последний человек в администрации области. Очень даже не последний.

Кирилл помрачнел, как грозовая туча, налился недовольством, почти закипел от злости.

– Пойду к ним. Не могу на это смотреть, – резко бросил он. – Он явно к моей синичке клинья подбивает, …!

– Стой! – Матвей мгновенно ухватил друга за руку и не позволил ему подняться с места. – С этим типом лучше не связываться. Сейчас с ним поругаешься – можешь забыть и о фабрике, и о любом бизнесе в нашем городе, и даже в области. Никуда не пустит, перекроет тебе кислород. Мужик он хитрый, злопамятный, а самое главное – имеет большое влияние на губернатора. Уж не знаю, чем он на него давит, но рычаги явно имеются. Сидеть! – шёпотом рявкнул Матвей, так как друг всё равно рвался в бой.

– Ты что мне предлагаешь? Смотреть, как этот хмырь вьётся вокруг моей женщины?

– Тебе же Лиза сказала, что Соня поехала на деловую встречу.

– Ты издеваешься? Он цветы принёс. Сонину ручку только что лапал, я это видел! Это ты называешь деловой встречей?

– А когда это Соня успела стать твоей женщиной?

– Забыл? Она мама Олежки.

– И что? Она свободная женщина и может встречаться с кем ей вздумается.

– Нет, ты точно надо мной издеваешься, Матвей! – зло огрызнулся Кирилл.

– Ладно, иди, разбирайся, не удержишь тебя. Только сначала успокойся. Вдох-выдох. Постарайся быть вежливым. Ты в ресторане, а не в октагоне. Подумай, что можешь очень серьёзно навредить не только себе, но и Соне.

– Хорошо. Попытаюсь не убить его сразу, – пробубнил ревнивец.

СОНЯ

– О, какие люди! Софья Николаевна, – вальяжно произнёс Кирилл, а потом протянул руку моему спутнику. – Добрый вечер, Ярослав Алексеевич.

Гурьянов удивлённо поднял брови и пожал протянутую ему лапищу.

Чиновник едва не заскрипел зубами от досады, я это заметила, но он старался замаскировать своё недовольство. Да, нас опять перебили. Сначала губернатор не дал поговорить, теперь нарисовался какой-то тип в жутко дорогом костюме и с позеленевшими, почти выцветшими синяками на лице.

А у меня самой сердце подпрыгивало до самого горла.

Как же вовремя появился Кирилл! Пусть спасёт меня от домогательств чиновника. А ведь я знала, что наше общение с Гурьяновым добром не закончится, однако весь этот год всё глубже загоняла себя в ловушку. Но что мне оставалось? Неприятности сыпались, как из рога изобилия.

– Мы знакомы? – настороженно осведомился Гурьянов.

Кирилл нагло устроился на диване вплотную ко мне. У чиновника вытянулось лицо.

– Конечно, знакомы, Ярослав Алексеевич. Пересекались как-то на встрече у губернатора.

– Кхм… Да? Возможно.

– Это Кирилл Андреевич Казанцев из Москвы. Он владелец компании «Эланта», – тихо представила я отца моего сына.

– А-а… Знаю, конечно же.

– Софья Николаевна, как же так? Мы же договаривались шоу-рум посмотреть. Это как вообще? Люди ждут, волнуются. – Кирилл постучал пальцем по циферблату космических часов на своём запястье. – Сонь, вообще-то так дела не делаются.

Я озадаченно уставилась на Казанцева.

– Звонил тебе, звонил. А ты не отвечаешь.

– Я выключила звук. У меня важная встреча… Вот, с Ярославом Алексеевичем.

Чиновник напряжённо буравил взглядом нас с Кириллом. Безусловно, Гурьянов не собирался во всеуслышание заявлять, что у него на меня планы, и грудью оттеснять от меня московского миллиардера. Вряд ли он хотел афишировать наши отношения.

Зато Кирилл вёл себя уверенно и безапелляционно. В другой ситуации я бы начала протестовать и возмущаться его наглым поведением, но сейчас мысленно молилась, чтобы Кир разыграл спектакль до конца.

– Надеюсь, я не сильно вам помешал? – с иезуитской усмешкой, проскользнувшей в уголках рта, осведомился Казанцев. – Вы уже закончили?

– Мы, вообще-то… – начал Гурьянов, но его перебили.

– Извините, Ярослав Алексеевич, я вынужден похитить у вас прелестную даму. Она мне очень нужна. Мы заранее договаривались, но, очевидно, произошла какая-то накладка.

Чиновник поморщился, будто проглотил живого тарантула.

– Простите, Ярослав Алексеевич, – смущённо пролепетала я. Пусть видит, что от меня сейчас ничего не зависит. Пришёл какой-то пещерный человек, незнакомый с элементарными правилами приличия, и начал качать права. – Вы не против, если я уйду? Нам всё равно никак не удаётся пообщаться.

– Но вы, Софья, всё же подумайте над моим деловым предложением. Буду ждать звонка.

– Я позвоню, Ярослав Алексеевич. Спасибо за прекрасные цветы и ужин.

– До свидания, – Казанцев снова протянул руку, и чиновник вложил ладонь в его стальные тиски с некоторой опаской.

А я забрала со стола букет.

Вот это приключение! До сих пор внутри всё переворачивается от волнения, и губы дрожат.

На ватных ногах я шла вслед за Кириллом. Сбоку промелькнуло удивлённое лицо Матвея Николаевича, я слабо ему улыбнулась и попыталась остановиться, но Казанцев твёрдо взял меня за локоть и повёл дальше.

Когда мы выходили из ресторанного зала, слегка повернула голову и заметила, что Гурьянов провожает нас тяжёлым взглядом, откинувшись на спинку дивана и скрестив руки на груди. При воспоминании о нашем диалоге сердце начинало колотиться на разрыв. Подумать только, он скатился до откровенных угроз!

Страшно…

Иметь в противниках влиятельного чиновника из аппарата губернатора – для любого предпринимателя это приговор.

СОНЯ

– Что ты выдумал, Казанцев? Какой шоу-рум? – спросила я, когда мы находились уже у гардероба.

Кирилл забрал букет, заботливо укутал меня в мех и даже застегнул пару крючков на шубке. А потом сунул цветы обратно в руки, всем своим видом выражая своё недовольство. Да, конечно, как можно – дома стоит букет, подаренный Кириллом, а я зачем-то принимаю цветы у посторонних мужчин.

Но… Уж цветы-то ни в чём не виноваты!

– Идём. Надо же было как-то спасти тебя из лап Гурьянова. Про шоу-рум придумал на ходу.

– А почему ты решил, что меня надо спасать? – насмешливо поинтересовалась я.

– Заметил, как ты дёрнулась, когда этот хмырь тебя за руку взял.

– Подумать только… Ты следишь за мной? Устроил засаду в ресторане? Сидел где-то с биноклем?

– Точно, – рассмеялся Кирилл. – Ты меня не заметила? То-то и оно! Потому что я хорошо замаскировался.

Мы вышли на улицу. В чёрном небе танцевали снежинки, тротуар перед рестораном припорошило снегом. Напротив входа сверкали электрическими гирляндами деревья.

– И всё же… Кирилл, как ты узнал, что я здесь? Тебе Лиза сказала?

– Нет, она тебя не выдала. Партизанка твоя Лиза. Просто Матвей предложил заехать в «Венецию» перекусить, и мы заехали.

– Надо же, какое совпадение!

– Сонь, вот скажи… Почему вокруг тебя постоянно отираются всякие неприятные типы? Приезжаю почти ночью – у тебя в квартире пацан этот наглый, айтишник. Женихом себя называет. Захожу в ресторан – ты здесь с чиновником сидишь. Он ещё и цветы тебе дарит, шустрый какой, – Кирилл грозно зыркнул на букет.

– Между прочим, тебя это не касается.

Мы стояли вплотную друг к другу. Чтобы посмотреть в лицо Кириллу, приходилось поднимать голову, он возвышался рядом мрачным изваянием. Ещё и без шапки! Это московская мода такая – без шапки ходить?

– Не надо устраивать мне разборки. Ясно? – произнесла с вызовом.

Низкий хриплый звук вырвался из груди мужчины, он прищурился, сверкнул глазами.

– И не надо на меня рычать, – отрезала я и двинулась вдоль по тротуару.

Рассерженный тигр догнал меня в два прыжка.

– Сонь, ну куда ты? А мы с Олежкой так классно сходили на английский. Я тоже поучаствовал – устроили парный урок. Олежке очень понравилось.

– Правда? – я сразу заулыбалась, растаяла.

Все проблемы и невзгоды отходят на второй план, как только я подумаю о сынишке.

– Да. Подожди-ка, напишу сообщение Матвею. А то, наверное, сидит там и недоумевает… Не убегай от меня!

Какая чудесная погода! Идёт снег, воздух свежий и бодрящий, мороз покалывает щёки…

Отправив сообщение другу, Кирилл положил мою руку себе на сгиб локтя и повёл за собой. Начал рассказывать, как прошёл урок с англичанином, как отвечал Олежка.

Я слушала и улыбалась. Мы не спеша удалялись от ресторана, шли по сверкающей заснеженной аллее, как семейная пара, обсуждающая своего ребёнка. Снежинки оседали на букете и на моей шубке, я держалась за руку мужчины, который так много для меня значил. Как же приятно неторопливо идти вместе с ним по вечерней улице!

– Соня, но ведь ты бы хотела иметь собственный шоу-рум?

– Ещё бы. Это моя мечта. Но нам это не по карману.

– Соня, теперь тебе всё по карману… Потому что у тебя есть я. Любой шоу-рум – в Москве, Париже, Милане… Где захочешь. Только скажи.

– Вот даже как? – скептически усмехнулась я.

– Да.

Я посмотрела прямо в глаза Кириллу и отрицательно покачала головой:

– Мы с Лизой просчитывали бюджет и пришли к выводу, что содержать шоу-рум нерационально. Это так, баловство, игрушка.

– Но ты могла бы себе это позволить, Соня. Владеть красивой игрушкой очень даже приятно. Представь, что у тебя стильный шоу-рум в центре города, с шикарным дизайном. С самыми лучшими твоими моделями. Как визитная карточка бренда. Круто же?

– Круто. Но… Как-нибудь обойдусь без твоих подарков. До этого же обходилась.

– Вредная, – почти одними губами произнёс Кирилл.

– Я всё слышу!

Мужчина внезапно остановился, медленно стянул перчатку с моей руки и прижался губами к ладони – сначала с тыльной стороны, потом – с внутренней, а затем принялся целовать запястье…

Я стояла, замерев, не смея пошевелиться. Была потрясена своими ощущениями и тем, что он делает – прямо на улице, у всех на виду! Я чувствовала, как пробегают электрические разряды по моим венам, как скользит по позвоночнику огненная змея – туда, вниз, обжигая, выкручивая поясницу нестерпимым желанием… Даже и представить не могла, что поцелуй может быть таким опьяняющим, чувственным…

– Кирилл, что ты делаешь, – возмутилась я, но не узнала свой голос.

Резко выдернула руку, оттолкнула мужчину, натянула перчатку…

Но Кирилл тут же снова притянул меня к себе, взяв за воротник шубы, и поцеловал – теперь прямо в губы. Успела почувствовать, как растаяло несколько снежинок в момент этого жаркого и неожиданного контакта, поняла, что силы уходят, ноги подгибаются, а сердце улетает куда-то в космическую бездну…

Но тут же собрала все свои силы и вырвалась…

– Что ты себе позволяешь, Кирилл! Прекрати! Кто тебе разрешил?!

Мужчина спокойно смотрел на меня сверху вниз и улыбался. Вид у него был такой, что было ясно: он не собирается ни оправдываться, ни спрашивать разрешения.

Вот наглый!

*****

Домой завалилась в неадекватном состоянии – Гурьянов, Казанцев… С ума сойти можно от этих мужиков!

Лиза встретила в прихожей с отчётом, как наш зайчик поел, как искупался, как спать лёг. Обычные, милые сердцу, мамские разговоры.

– Господи, какой счастливый ребёнок, – прошептала Лиза, когда я на цыпочках вышла из спальни, поцеловав спящего сына. – Гордится папой. Твой Казанцев, между прочим, по-английски шпарит, как какой-нибудь американский рэппер. Это Олежка так сказал. А как всё прошло с Гурьяновым? – с опаской поинтересовалась подруга.

– Ох… Ужасно.

Посвятила Лизу в детали. Она только и успевала хлопать ресницами и закрывать рот ладонью.

– Гурьянов – скотина! – прокомментировала подруга. – Давит! Целый год разыгрывал из себя доброго дядюшку, а на самом деле слюни пускал и мечтал, как тебя заграбастает!

– Угу.

– Ты прости меня, Соня… Получается, я всё это время подталкивала тебя к Гурьянову. Ты не хотела просить его о помощи, а я…

– Ладно, не посыпай голову пеплом. Я сама понимала, что хожу по краю.

– Зато Казанцев – красавчик! – оживилась Лиза. – Надо же, прямо в «Венецию» примчался. Спинным мозгом тебя чувствует, как зверь.

– Да нет, это Матвей Николаевич предложил туда поехать.

– Хорошо, что Кир тебя спас. Но жаль, что ты не попросила его помочь с трудовой инспекцией. Закроют же нам цех, Соня! Я жутко психую из-за этого.

Я не только не попросила Кирилла о помощи, но и от шикарного подарка в виде шоу-рума отказалась. Обидела мужчину пренебрежением.

– Тоже психую.

– Панкратов узнал, что Кир – отец Олежки! – вдруг радостно объявила подруга. – Видела бы ты Вовкино лицо в этот момент! Я думала, мы его челюсть никогда от пола не отлепим.

– Это ты ему сказала?

– Нет, Олежка.

– Кирилл не столкнулся с нашим айтишником?

– К счастью, нет. Вовка предпочёл не высовываться, когда наш счастливый папаша привёз ребёнка. Сидел в комнате носом в комп и не отсвечивал. Ну и правильно, а то бы опять сцепились, как звери. Восемь пирожков оставалось, Панкратов всё сожрал.

– Ты посчитала, что ли?

– Ага. Не прокормишь его. Сказал, что целый день был в офисе и готов съесть мамонта. Ой, зато Вовка нам так круто сайт оптимизировал! Мы с ним весь вечер этим занимались.

Лиза вдруг покраснела. Дунула вверх, отгоняя от лица непослушную прядь.

– А что это ты такая взволнованная? – насторожилась я.

– Да Вовка руки распускал как всегда, ты же знаешь. То коленку погладит, то на плечо руку закинет, злыдень! А он ещё так подкачался хорошо, скотина, мышцы каменные. И я вдруг поняла, что ужасно соскучилась по мужской ласке… Так давно у меня никого не было…

Лиза тоскливо вздохнула. И я тоже. Вспомнила, как Кирилл целовал мою руку… И губы…

– Лиза… Наш Вовка – отличный парень. Почему вы до сих пор не вместе?

– Здрасте, приплыли! Ты что! – изумилась подруга. – У тебя с головой всё в порядке? Панкратов же тебя любит.

– Любил бы, не стал бы выставлять в соцсетях фоточки с другими девицами. А ты бегаешь на свидания со всякими занудами и лентяями, а рядом пропадает классный мужик, с которым мы дружим уже одиннадцать лет.

– Вот именно – одиннадцать! Напомни, сколько раз за это время он предлагал тебе выйти за него замуж? Даже сосчитать невозможно! А мне – ни разу. И ты думаешь, что Вовка сейчас по щелчку пальцев развернётся в мою сторону?

– Не сомневаюсь. Просто ты никогда не пыталась с ним флиртовать. Да ты ему в одно мгновение башню снесёшь, я уверена. Ты умеешь быть неотразимой и убедительной.

– Но не могу же я лезть между вами, – растерянно произнесла Лиза.

– Ты же знаешь, у меня с Володей ничего не было и никогда не будет. Я всю жизнь думаю о другом мужчине.

– Уж это точно! Но… Не подсовывай мне своего Панкратова, Соня! Не собираюсь променять хорошую дружбу на сомнительный секс.

– Почему – сомнительный? – искренне удивилась я. – Откуда ты знаешь? Вдруг наш Вовка очень даже ничего в этом плане?

Эх, понять бы ещё, что считается очень даже ничего, а что – ниже среднего. Мои познания о сексе сведены к минимуму.

На мои вопросы подруга ничего не ответила, она погрузилась в размышления. Да так хорошо погрузилась, что мне пришлось её потормошить, чтобы привести в чувство и отправить домой.