Глава 12
СОНЯ
Во вторник Кирилл отвёз сына в бассейн, сегодня обещал забрать из садика и сводить на инглиш. Навёрстывал упущенное за несколько лет. Олежка предвкушал, как похвастается Патрику отцом, который свободно говорит по-английски.
А я уныло собиралась на ужин с Ярославом Алексеевичем. Гурьянов позвонил днём и сообщил, что у него есть свободный вечер, и он мечтает провести его в моей приятной компании в ресторане «Венеция».
Мне совсем не хотелось никуда ехать, я ужасно устала, да ещё и боялась, что общение с Гурьяновым зайдёт куда-то не туда. Но…
Во-первых, он столько раз меня спасал за этот год. Во-вторых, сегодня у нас произошла очередная катастрофа – на нас крупно наехала трудовая инспекция. Пообещали закрыть цех, если мы не устраним все нарушения. При этом выдвинули такие непомерные и даже идиотские требования, которые и за месяц не выполнишь.
Конечно, я собиралась пожаловаться Ярославу Алексеевичу. Ему хватит пяти минут, чтобы решить этот вопрос.
– А что я Казанцеву скажу? – сделала большие глаза Лиза. Она стояла в спальне у шкафа и вытаскивала одно за другим платья. – Папаша привезёт Олежку, а тебя нет. О, вот это надень, ты в нём офигенная!
– Да не хочу я сильно наряжаться. А Кириллу скажешь, что у меня деловой ужин.
– Так пытать же будет!
– Говори правду. А что такого? Я не могу заниматься своими делами?
– Соня, может, не пойдёшь, а? Что-то у меня на сердце не спокойно.
– Так надо с трудовой инспекцией что-то делать. Надеюсь, Гурьянов поможет.
– Какая же ты глупая, Соня! Зачем тебе Гурьянов, если у тебя теперь Казанцев есть? Пусть теперь он разгребает твои проблемы.
– Не хочу. Он так меня нахваливал, мол, и бизнес раскрутила, и всё профессионально делаю, и показатели классные, и то, и это… А тут выяснится, что у нас всё через пень-колоду. Цех вот-вот закроют. Чудесно, чего уж.
– Всё равно я считаю, что лучше попросить помощи у отца твоего ребёнка, чем у женатого казановы, который на тебя пускает слюни.
– Вот как ты заговорила, Лизочка! А сама, между прочим, хотела меня его любовницей сделать.
– Я?! Не сочиняй, моя дорогая! Тогда вот это надень.
Через минуту я облачилась в сиреневое платье-футляр с рукавом три четверти, сшитое строго по фигуре.
– О, то что надо, – похвалила Лиза. – Шикарно, но в то же время по-деловому. Давай ещё локоны подкручу.
– Не надо. Гурьянов решит, что я хочу сразить его наповал.
Звонок в дверь заставил нас синхронно вздрогнуть. Посмотрела на часы – английский ещё не закончился, значит, это не может быть Олежка с Кириллом.
Но, может, Патрик снова пропустил занятие без предупреждения?
Тогда сейчас Кирилл вцепится в меня мёртвой хваткой и не отпустит, пока не выяснит, куда конкретно я направляюсь… Уже успела понять, что он страшный собственник.
Вот только я не его собственность!
*****
Повезло! Это был не Кирилл, а Вовка Панкратов.
– Вашего монстра нет? Злобного, – Володя с опаской огляделся, вытянул шею, чтобы посмотреть в комнаты.
– Нет его, заходи, – успокоила я.
Вовка издал облегчённый вздох и тут же превратился в пиявку: приклеился ко мне, стал выспрашивать, куда я собралась такая красивая.
– Панкратов, отстань, а? А кстати! Ты же обещал нам сайт прокачать. Вот и займись этим с Лизой, она тебе расскажет, какие у нас идеи.
– Без проблем. Поработаем, Лизок? А пожрать дадите? Я прямо из офиса, голодный, как зверь.
– Конечно, дадим, – пообещала подруга, а Вовка немедленно обнял её за талию, попытался поцеловать в шею.
Лиза начала отбиваться, но по привычке, а не потому что ей были неприятны объятия сокурсника. У нас это уже давно превратилось в ритуал – Панкратов распускает руки, а мы даём ему отпор. А он опять лезет.
Сколько раз, выпутываясь из лап Володьки, я мечтала, чтобы это были сильные руки Кирилла. О, тогда бы я не стала отбиваться! Но сейчас Кирилл рядом и явно готов воплотить в жизнь мою мечту. А я теперь этого не хочу.
Лиза и Панкратов остались колдовать над сайтом, а за мной приехало такси, чтобы довезти до ресторана. На душе было неспокойно, мысль о том, что сейчас опять придётся просить Гурьянова об услуге, вызывала оскомину. Проклятая трудовая инспекция! Привязались так не вовремя.
Ярослав Алексеевич уже ждал меня за столиком, расположенном на небольшом возвышении в дальнем конце зала. На тёмно-синей скатерти мерцала свеча, блестели приборы. Почти все столы были заняты: «Венеция» пользуется популярностью, несмотря на запредельный чек. Тихо играла живая музыка – рояль и саксофон.
Мужчина поднялся мне навстречу и протянул заготовленный букет роз. Заметила, как он скользнул взглядом по моей фигуре, и в глазах промелькнуло разочарование.
Наверное, думал, что приеду в открытом платье, с декольте, и он получит возможность весь ужин меня рассматривать. А я явилась как монашка. Что ж… Я и есть самая настоящая монашка – столько лет мечтаю об одном-единственном мужчине и храню ему верность.
Хотя меня никто об этом и не просил.
– О, какие цветы, Ярослав Алексеевич! Спасибо, мне очень приятно…
– Наконец-то, Софья Николаевна, мы с вами сможем спокойно пообщаться, поговорить на отвлечённые темы. А то всегда лишь о работе да о работе! – Мужчина поцеловал мне руку.
Я проглотила заготовленную фразу. Когда ехала в ресторан, собиралась сразу же признаться, что у меня опять проблемы и требуется срочная помощь. Но после слов Гурьянова уже не решилась это сделать.
– Давайте что-нибудь закажем, Софья. – Гурьянов раскрыл меню. – Кухня тут исключительная. Я знаю шеф-повара, он француз, его приглашают готовить для губернатора, чтобы порадовать самых высоких гостей нашего города.
– Надо же! Я закажу салат с говяжьим языком и гребешок на гриле. – Внезапно ощутила зверский голод.
– Отлично.
Гурьянов тоже выбрал блюда и сделал заказ.
– Расскажите, как прошёл ваш день, Софья.
– Мы же решили не говорить о работе, – усмехнулась я. – А у меня только она и есть.
– Вы такая труженица, Софья. Вы меня восхищаете.
– Ярослав Алексеевич, а вы так необычно выглядите. Привыкла, что вы всегда при галстуке, а сегодня…
Действительно, впервые увидела чиновника не в шикарном костюме, а в одной рубашке и чёрных брюках. Ворот блестящей тёмно-серой сорочки был расстёгнут, на шее блестела золотая цепь – конечно, не бандитская, в палец толщиной, а достаточно изящная.
Заметила, как мой спутник втянул живот и расправил плечи. Тонкая ткань подчёркивала неплохую мускулатуру. До мышечного корсета Казанцева, конечно, очень далеко, так и возраст у Ярослава Алексеевича солидный.
Но, что и говорить, Гурьянов – мужчина хоть куда. Если ещё вспомнить о его влиятельности и высокой должности.
И забыть семейном положении. Но вот как раз об этом забывать никак нельзя!
Нам принесли закуски – блюдо сыров, мясной паштет, хамон с брускеттами… Официант разлил напитки в большие круглые бокалы…
– Всё же расскажите о вашем дне, Софья.
Я начала перечислять все свои активности, надеясь, плавно подойти к вопросу о трудовой инспекции. Как же неудобно опять подкатывать с просьбой! Но я же знаю, что Гурьянову ничего не стоит избавить меня от претензий трудовиков. А сами мы этот вопрос не решим, потому что выполнить указания инспекции невозможно. Проще закрыть цех и не мучиться.
Кто же на нас натравил этих пираний?
И вот когда я уже почти подобралась к сложной теме, вдохнула побольше воздуха и сделала жалобные глаза, вдруг заметила, что к нашему столу несётся какой-то парень.
– Ярослав Алексеевич, извините, что беспокою, это губернатор. Срочно! – шепнул молодой человек, пригнувшись к уху моего спутника, и протянул ему смартфон.
Наверное, это был ассистент Гурьянова.
– Софья, простите ради бога, я должен ответить. – Чиновник поднялся из-за стола и быстрым шагом двинулся к выходу.
Промелькнула шальная мысль, что если сейчас прямо из холла ресторана Гурьянов прыгнет в машину и умчится помогать губернатору, то мне придётся оплатить всё, что мы с ним заказали. А сумма получится значительная. Ну, красота. У меня, конечно, есть деньги, но всё равно как-то неприятно…
Зря волновалась – Ярослав Алексеевич вернулся через десять минут. Я успела съесть салат и приступила к гребешкам. А что, голодать?
– Ещё раз простите, дорогая Софья Николаевна. Вот такая работа, никуда от неё не деться. И ведь ни на минуту не расслабишься.
– Я всё понимаю.
– Но, надеюсь, нам больше никто не помешает, – Гурьянов потыкал вилкой в зелень на огромной квадратной тарелке. Сделал глоток из бокала, пристально посмотрел на меня. – Софья, давно хотел вам признаться…
Ох, нет, не надо признаний! Пожалуйста!
У меня перестало биться сердце, я судорожно сжала в пальцах вилку…
– Я вами очарован, Сонечка… Вы изумительная женщина, умная и потрясающе красивая. Рядом с вами я чувствую себя совсем другим человеком, вы наполняете меня особой энергией.
Гурьянов многозначительно посмотрел прямо мне в глаза.
– Вот как…
– Да. Это невероятное ощущение, Софья. И мне бы хотелось испытывать его гораздо чаще…
Меня прошибло ледяным потом. Началось именно то, чего я так боялась. Целый год Гурьянов разыгрывал роль заботливого и бескорыстного покровителя. Но теперь решил снять маску и заявить о своих реальных желаниях. Кто бы сомневался – мужчины не спонсируют девушек за красивые глаза, не свойственно им такое бескорыстие!
– Давайте говорить откровенно, Софья… Я готов сделать вам интересное предложение. Целый год я наблюдаю, как вы сражаетесь с проблемами. Это не дело. Ваша фирма могла бы процветать и расширяться. Но вы слишком молодая, хрупкая и нежная, чтобы выжить в жестоком мире бизнеса без поддержки влиятельного… мм… друга, скажем так.
– В вашем лице я уже нашла такого друга, Ярослав Алексеевич, – умирая от ужаса, произнесла я. – Очень благодарна вам за всё, что вы для меня сделали.
– Я бы хотел сделать для вас больше, гораздо больше. Вы, конечно, понимаете, что я имею в виду, – интимно, с хрипотцой в голосе сообщил Гурьянов и накрыл мою кисть своей ладонью. Нежно сжал пальцы, погладил…
Его прикосновения почему-то были ужасно неприятными. Вроде и не влажная ладонь, но какая-то… С трудом вытерпела пять секунд этой пытки, потом осторожно освободила руку.
– Ярослав Алексеевич, я, конечно, признательна вам, но…
– Софья, – резко перебил чиновник. От интригующей хрипотцы не осталось и следа. – Подождите. Не говорите ничего, о чём потом вам придётся пожалеть!
Увидела, как промелькнула сталь во взгляде чиновника, как недовольно он поджал губы. Наверное, услышав отказ, он страшно разозлится…
А потом начнёт мстить.
Он не из тех людей, от чьих предложений отказываются. Должно быть, толпы бизнесменов мечтают привлечь его внимание, делают ему дорогие подарки, заискивают. И женщины тоже вьются рядом, как мотыльки, предлагают себя, мечтают о покровительстве. Даже не сомневаюсь.
Но он выбрал меня…
Теперь моя песенка спета. Сейчас откажусь, и Гурьянов камня на камне не оставит от моего маленького бизнеса. Уже только от одного его взгляда, которым сейчас он меня одарил, мороз побежал по коже…
– О, какие люди! Здравствуйте-здравствуйте, – прозвучал рядом знакомый чарующий баритон, и я едва не грохнулась в обморок.
Это был Казанцев.
– Софья Николаевна, – весело и вальяжно улыбнулся Кирилл, но глаза у него были совсем не весёлые. Он изо всех сил старался изображать доброго сытого тигра, но у него это плохо получалось.
Тигр злился, очень злился.