Глава 13

Открываю глаза и вижу комнату, темную, погруженную во мрак. Я лежу на кровати, мягкой и…. Пахнущей уже знакомым мне запахом... Запахом моего преследователя.

Этот дорогой и особенный парфюм, всегда очень остро действовал на меня.

Пробивал насквозь каждую клеточку в теле, заставлял приятно теплиться в груди.

Не знаю, почему так... Но он действительно влиял на меня очень странно и необычно, словно некий афродизиак. Привычка или может... Чувства?Я пошевелилась и оглянулась вокруг, но так и не поняла где нахожусь и что происходит. Занавески на окнах были плотно закрыты, и я не могла понять на улице день или ночь...

А затем я вспомнила последние события того что произошло со мной.

Яр хотел меня отвезти в безопасное место, а мой преследователь перехватил нашу машину и... Похитил меня.«Я тебя похищаю», — вспоминаю его слова, которые он сказал после того как заволок меня в свою машину.

Могла ли я вырваться, убежать от него, отбиться от него?Нет!Мой преследователь слишком сильный, и он не для того рисковал своей жизнью, чтобы просто посмотреть на меня и отпустить.

Ведь ему прекрасно известно, что после того что он сделал, Яр найдет его и... Что он сделает с ним за это, стоит только догадываться.

Я повернулась набок, и моя голова отдалась адской болью. Я простонала, и приложила ладошку ко лбу.

— Черт, — выругалась, вспоминая, что уснула после того, как мой преследователь дал мне попить своей воды.

— Прости, — услышала из темноты, и вздрогнула от неожиданности, посмотрев в ту сторону, откуда последовал голос. — Побочный эффект, после снотворного добавляет он, будто это в порядке вещей.

Я поднялась на руках, всматриваясь в темноту, и увидела очертания массивной фигуры своего преследователя. Он сидел в кресле, недалеко от кровати.

— Ты... Ты меня чем-то подпоил? — бросаю возмущенно, осевшим голосом, едва проглатывая образовавшийся комок в горле, которое почему-то сильно пересохло.

Преследователь медленно поднимается с кресла, приближается ко мне и берет с комода у кровати бутылку воды, которую протягивает мне.

 — Так нужно было... Я не хотел, чтобы ты нервничала, и чтобы видела куда я тебя везу, — сказал. -Выпей воды, после этого препарата очень сушит, — добавляетспокойно.

Я смотрю на бутылку с водой. Пить хотелось действительно сильно, но однажды я уже приняла воду из его рук, и чем это закончилось...

— Думаешь, я приму воду от тебя, после того что ты сделал? — сержусь.

— Я ничего не подмешивал в эту воду. Эта бутылка ещё закрыта. Мне больше незачем тебя усыплять. Я уже объяснил, почему это сделал. Теперь в том чтобы ты спала нет нужды. Я наоборот хочу, чтобы ты не спала, — говорит он, продолжая держать бутылку в протянутой рукеА меня его спокойствие и его действия только злят.

— Убери это! — бросаю сердито, махнув рукой и выбивая бутылку с водой из его рук.

— Я больше тебе не верю! — кричу. Мне было обидно за то, что он со мной так поступил.

Мой преследователь замирает рядом... Подозрительно замирает. Но я его почему-то не боюсь. Не смотря на то, что я практически не знаю его и что он меня украл, привезя в какое-то незнакомое мне, мрачное место.

Мужчина взял меня за руку, но я резко вырвала её.

— Не трогай меня! И вообще... Не приближайся! — кричу.

— Николь, — прохрипел он, склоняясь ко мне. Я толкаю его руками в грудь.

— Отойди! Не подходи! Уйди прочь! — бросила. Кажись, у меня была истерикаНо мой преследователь даже и не думал меня слушать.

Он поймал меня за запястья, обхватив их своими крепкими руками, и рванул на себя, резко поднимая меня на кровати. Я оказалась вжата в его крепкий торс. Наши лица были друг напротив друга. Мой преследователь был в капюшоне, но уже без маски. Я не видела его лица, но чувствовала его горячее дыхание на своей щеке.

— Николь, — прошептал он, после чего провел носом по моей скуле. Я почувствовала, как он жадно вдыхает мой запах. Это было похоже на повадки маньяка, и возможно, я должна была испугаться. Но я не боялась его. Потому что три года он давал мне понять, что не обидит меня. — Николь..

Прости за то, что я подпоил тебя тойгадостью, — извиняется он ещё раз. — Но я не хотел чтобы ты навредила себе... Ну и ещё, я не хотел чтобы ты видела что было дальше.

— А что было дальше? — спрашиваю шепотом. 

— Мы пытались оторваться от людей Змеева, которые хотели нас догнать..., сообщает. Я перевожу на него взгляд, чувствуя, как мое сердце ускоряет ритм.

— Никто не пострадал? — спрашиваю взволновано.

— Все остались живы, — отвечает он уклончиво. — Волнуешься за тех, кто для Змеева всего лишь расходный материал? — вдруг говорит, и во мне снова будто что-то вспыхивает.

— Это не так! — возражаю. — Яр ценит и уважает своих людей!

Мой преследователь только ухмыляется.

— И вообще... Что с тобой не так? Почему Ярослав тебя так триггерит? — спрашиваю смело.

— Мне похеру на него! — бросает мужчина.

— В это трудно поверить, потому что я чувствую от тебя явную агрессию по отношению к нему, — отвечаю. — Может у тебя с ним действительно какие-то личные счета? Может я тебе нужна, только для того чтобы сделать ему больно или отомстить? — бросаю, и чувствую, как руки моего преследователя сильнее сжимаются вокруг моих запястий.

— Я уже говорил, кто ты для меня и для чего нужна, — хрипит он, склоняясь ко мне.

А вот то, что твой до безумия обожаемый Змеев убийца, ублюдок и мразь... Это не я придумал.

Я дергаюсь в руках преследователя, но все тщетно. Он не отпускает.

— Не говори так о нем! — бросаю сердито.

— Почему же? Я говорю правду, — хрипит. — А теперь ты мне ответь... Почему эта правда о нем, так тебя триггерит? Почему ты так отчаянно заступаешься за него, а оН.... Так сильно рвет и мечет за тебя? — рычит. — Между вами что-то есть? — вдруг спрашивает и я замираю, даже задерживаю дыхание. Наконец-то ко мне доходит, в чем заключается причина неприязни моего преследователя к Яру. Он ревнует.

— Ты в своем уме? — бросаю пораженно. — Он мой опекун!

— И что? Вы же не родные. Зачем тогда брать опеку над взрослой, красивой девочкой?…. Самому Змееву! Если только не для того чтобы вырастить эту девочку для себя... Или ты думаешь что в Ярославе Змееве есть хоть капля сострадания или жалости? Думаешь, он мог просто так пожалеть тебя? — бросает. Я уже несколько раз над этим задумывалась, но не находила ответов.

Я просто считала что мне повезло и всё. Но никогда не спрашивала об этом у самого Ярослава.

Но чтобы там ни было, чтобы его там не подвигло взять меня под свою опеку, я знаю, что это точно не какие-то грязные, похотливые мысли. Ярослав не такой. Я знаю его, и буду до последнего доказывать это другим.

— Ярослав не идеальный и точно не пай-мальчик... Но он взял надо мной опеку не по той причине о которой ты говоришь. Он любит меня как дочь... Родную дочь! И я в этом уверена. А ещё у него есть любимая женщина, которая для него ценнее жизни! И больше не смей говорить так о нем... Ты его не знаешь, чтобы обвинять вподобном! Он хороший, по отношению к своей семье и родным, и он заменил мне отца... И если бы сейчас ты не держал мои руки, я бы влепила тебе пощечину, за такие ужасные предположения! — говорю, и мужчина отпускает мои руки.

— Бей, если станет легче... Потому что я все равно не верю в его добрые побуждения. Не тот он человек, — бросает, и моя рука вздрагивает. Я хотела егс ударить, но не бью. Не могу.

— Он тоже не верит в твои добрые побуждения и считает, что я тебе нужна для того, чтобы поиграть, воспользоваться мной, или навредить ему... Но я все равно стояла за тебя до конца и пыталась объяснить Яру, что ты другой... Не смотря на то, что не знаю какой ты на самом деле...

Знаешь. За три года ты хорошо изучила меня и тебе хорошо известно, что я с тобой, потому что ты для меня многое значишь, — отвечает он, обнимая меня за талию и прижимая к себе. Я не сопротивляюсь.

— Тогда почему ты пошел по такому пути, как преследование? Почему ты просто не познакомился со мной как обычный парень, не пригласил на свидание, не предложил встречаться? — шепчу, прикрыв глаза от удовольствия, когда губы моего преследователя коснулись моей щеки и скользнули к уху.

— Потому что я не простой парень... И я знаю, что твой Змеев меня не одобрит как пару для тебя, — отвечает.

— Почему ты так уверен в этом? — не понимаю.

— Потому что, я не тот, кого хотят «папы» для своих любимых и дорогих девочек, — хрипит и целует меня в губы. Я с трудом уклоняюсь от его поцелуя. Моё дыхание тяжелое, сбитое. Мне нравилось то, что он делал но, мы не договорили.

— Ты никогда об этом не узнаешь, если не попробуешь... И неужели тебе хочется довольствоваться малым, когда можно получить больше, просто взяв и выйдя с тени! Яр никогда не оставит тебя в покое, пока..., — говорю и замолкаю.

— Пока не прикончит, — добавляет мой преследователь. — Знаю. Но я умею быть невидимым и постараюсь больше выиграть для нас времени. А ты... Тоже дай его нам. Ты даже не представляешь, как я долго мечтал о том, чтобы ты оказалась со мной и принадлежала только мне, — говорит и снова впивается в мои губы. На этот раз мне не удается увернуться от его безумного напора... Мой преследователь жадно целует меня, до боли вжимая в свое крепкое словно сталь тело.