**Глава 12**

Алекс открыла глаза, не сразу поняв где она. События прошлых двух дней никак не желали укладываться в папку с грифом “реальность”. Алекс посмотрела в сторону светового окна. На улице ночь.

“Что не день, то кошмар! Есть ли там, на другом конце океана хоть что-то…”

Однако это была она, действительность, и свидетельством тому был стук воды об обшивку яхты, низкие потолки, совсем крохотная комната-каюта.

- Алекс, ты кусок идиотки, - прошептала она себе под нос, смахнув с глаз набежавшие на них слезы.

Чтобы не думать о плохом, не размышлять, что все произошедшее является хоть сколько-то результатом ее поступков, она пошарила рукой по кровати. Лиза к ней спать так и не пришла.

- Вот ведь вредная девчонка!

Она поднялась, с недоумением взглянув себе под ноги. Нечто лохматое, грязно-коричневое, с нервно дергающимся хвостом, грело ей ступни и на каждое ее движение пускало когти.

- Кто это тут у нас?

Дверь отъехала в сторону, впуская в каюту абсолютно мокрого вампира - по его лицу бегут ручейки воды, а с волос часто срываются крупные капли, на полу, под его босыми ногами, скапливается лужа.

- Это злобное создание по кличке Фрискес.

Алекс освобождает ноги от одеяла и подползает к краю, теперь уже не боясь разогнуться и набить шишку.

- Ты чего такой мокрый?

- Купался! - отвечает он с ощутимым раздражением. - Разве не видно?

Сегодня капитан Очевидность - Алекс. Она хмыкает в ответ на это. Купался он голым, а сейчас по какой-то причине мокрый, хоть выжимай!

- Мог бы просто сказать, что дождь начался, - проговорила она  и без тени улыбки продолжила: - Я знала, что ты вчера рисовался.

Состояние “я бедная и несчастная” быстро улетучилось, оставив место любопытству и еще раз любопытству. Откуда у них взялся кот? Как долго она спала? Почему он ее не разбудил? И самое главное: что он здесь делает? Это не его каюта!

- Наверняка спешил поразить мое воображение,- говорит она, разглядывая пушистый комок рядом с собой. - Полотенца наверху.

Как бы она не хотела, но лечь спать сразу, как она и планировала, у нее не получилось - полная каюта всевозможных тряпок не дала ей сделать этого, пришлось раскладывать по своим местам и то и дело звать к себе то Паоло, то Лизу.

- Что за глупое прозвище? Фрискес! - Она трогает кота, тыкая его в лохматый бок пальцем. - Это ведь кто-то из наших дал его тебе? Тебя кормили?

Раф, как и кот, сначала ничего не отвечал ей, слышно, как хлопнул дверью шкафчика. Кот с самым что ни на есть недовольным выражением разношерстной морды смотрит на нее желтыми глазами, не спеша выдавать ни своих секретов, ни “мыр-мыр”, ни ластиться под руку.

- Лиза попыталась покормить его сардиной, кажется, он вегетарианец, - раздается сверху, обдав веером брызг. - Ну и как, поразил?

- Не особо… Рафаэль!

Алекс готова, как и кот, прижать уши от прилетевшей холодной влаги.

- Такой дохлый и костлявый.

Алекс гладит кота, принюхиваясь к нему. Пахнет он ужасно, но даже это не заставит ее согнать животное с койки. Это ведь кот! Самый настоящий кот! Как давно она не видела домашних зверей?! Вечность!

- Серьезно?

Алекс не обращает внимания на его тон, пытаясь подобрать кличку животному. Ничего обычного не хочется, но и сверхънеобычного - тоже.

- Может назвать его как-нибудь по-другому?

Раф молчит некоторое время, ничего не отвечая ей. Знала бы Алекс, что мужчина сначала слегка обалдел от услышанного! В нем сто с лишним килограмм веса, в Джейке и того меньше, а он выходит “дохлый и костлявый”? Только через несколько секунд до него дошло, что это она не о нем, а о Фрискесе.

“Вот уж кому пора начинать завидовать! Кот в ее постели, она его чешет, гладит и говорит исключительно о нем!”

Раф только покачал головой в ответ на свои мысли.

- Лиз нашла кота и кличку ему дала тоже она, с ней и надо разговаривать.

Да уж! Алекс сокрушенно вздохнула. Даже по его тону слышно, что это бесполезная затея. К ней сейчас идти с просьбами - напрасная трата времени, нервов и сил - не девочка, а одна сплошная вредность!

- Проще уговорить Посейдона сделать воду в океане пресной!

Вспомнить только с каким видом забирала у нее сложенные вещи накануне, хотя ведь знала зараза белобрысая, что Алекс просто могла отдать все ей одной большой кучей и в этом случае порядком занималась бы она сама!

- Ты права.

- Тогда почему он не у нее?

Так что придется ходить коту с этим посредственным прозвищем, которым пестрит половина универмагов мира.

- Не знаю, - доносится сверху все еще с хмурыми нотками. - Лиз считает его своим, но у него на это свое мнение.

На пол приземляется мокрая футболка, Алекс наконец поднимает голову, глядя на вытирающегося мужчину с голым торсом. Выглядит он очень эффектно. Пожалуй, только теперь он поразил ее воображение, позавчера ей было просто очень грустно.

- Раф, а ты вообще что здесь делаешь?

Он опускает к ней голову, взглянув как-то донельзя внимательно. В последнюю секунду в его светлых глазах мелькает выражение улыбки.

- Ищу полотенце.

Алекс продолжает гладить кота и не может удержаться, просто не замечает, как разглядывает стоящего перед ней мужчину. Она еще не видела его без рубашки, прошлая ночь - не в счет.

- Ты его уже нашел.

- Вытираюсь.

Ее внимание привлекает не только красивое тело, но и множество шрамов на нем. Они расположены хаотично, но все идеально круглые в середине и редкие в виде каких-то звездочек-солнышек с разошедшимися, побелевшими от времени краями.

- У тебя не настолько широкая грудь.

Не сразу, но Алекс замечает, что он замедлился, а потом и вовсе замер. Нет. Он издевается над ней! Теперь точно рисуется! Она улыбается про себя куда более смущенно, чем показывает это на своем лице.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Что такое, Алекс, неужели я смущаю тебя?

Он присаживается, оказываясь на уровне ее лица. Да. Именно сейчас она поняла, что смутилась окончательно, потерялась в этом скользком чувстве. Есть в его манере вести себя, в этой наглой самоуверенности что-то донельзя выводящее из себя.

- Сегодня - да.

Она не может спустить ему подобного поведения - вместо того чтобы отодвинуться, Алекс наоборот придвигается к нему еще ближе, а потом и вовсе садится, отодвигая кота вместе с одеялом себе за спину. Босые ступни попадают прямо в холодную лужу, коленки стоят между его ног, ее лицо от его отделяет всего-ничего, каких-то пара сантиметров.

- У тебя спина влажная, - говорит она, едва ли не касаясь его кончика носа своим.

Раф только приподнимает брови в ответ на это, но осторожно кивает, соглашаясь. Ему интересно, чем это все закончится? Он, однажды, видел ее такой. И, черт возьми, ему не забыть тот день никогда. Тогда тоже было и смешно, и досадно. Это взгляд полный разочарования из-за несостоявшегося поцелуя и последующее за ним смущение.

- И с брюк еще течет. Наверное, надо снять их.

Она теперь не смотрит ему в лицо, скользит взглядом по его плечам. Раф - не человек, он - вампир и просто образец мужественности, харизмы и сексуальности. Ничто в этом мужчине не говорит о том, что он может быть геем. В свое время Алекс насмотрелась на накаченных мальчиков с трехнедельной щетиной, банками бицепсов, но при этом они были абсолютными или как они себя называли - “натуральными” геями.

Потратить час, а то и больше на обсуждение преимуществ одного барбершопа перед другим? Пожалуйста!

Сначала ей казалось, что где-то находится скрытая камера или что она попала в чей-то розыгрыш.

Но нет! Какие тут шутки?! Кто-то даже обижался на нее.

Как-то так получилось, что прежний, в основном гетеросексуальный мир изменился и стал до неприличного полон геями, лесбиянками, трансами и бисексуалами.

Позже, женская природа, предчувствие, интуиция, тараканы в ее голове ассимилировались и научили ее определять пупсиков ЛГБТ сообщества с вероятностью стопроцентного попадания.

- Знаешь, ты совершенно не похож на гея, - выдает она задумчиво, переводя взгляд на его лицо.

Не стоит говорить таких слов мужчине, впрочем, как и утверждать обратное, если ты хочешь продлить атмосферу романтики и некоего сексуального напряжения.

“Чёрт! Вот о чем таком я только что подумала, какого, к дьяволу, напряжения? Блин!”

Она все правильно сделала! Ей не нужна никакая романтика и притяжение, и напряжение! У нее есть парень, что ждет ее в Делавере.

“Или не ждет!”

И такое тоже может быть, но тем не менее. Она ведь сделала свой выбор и все! Хватит!

“Может я сплю?!”

* * *

Раф только прикрыл глаза в ответ на это - стало смешно и одновременно досадно. Девчонка перевела все в шутку. Вновь. Опять. Снова. Как всегда. Хорошую защитную реакцию выбрала ее психика.

- Кхм! Я не сильно расстраиваюсь по этому поводу, - сообщает он ей серьезно, стараясь сдержать улыбку. - Умеешь же ты разрядить атмосферу!

- Ага! - откликнулась Алекс, не придумав ничего лучше этого глубокомысленного возгласа. - Пока ты вытираешься и переодеваешься, я схожу припудрить носик.

Раф еще с секунду смотрит в ее преобразившееся лицо. Он так и не спросил у нее, как она лишилась своих шикарных кос, но ситуацию прояснил Паоло, рассказав, что в том не было никакого криминала. Алекс решила вопрос гигиены.

“Если бы я знал, я бы постарался убедить ее не делать этого!”

Но он не знал и теперь перед ним другая Алекс, преобразившаяся, сонная, приобретшая какой-то европейский шарм и вновь у него возникло это чувство дежавю. Он видел ее где-то.

- Раф? Ты выпустишь меня?

Доска под ее пальцами скрипнула резче обычного. Он поднялся, вытягивая ее за собой. Створка двери задребезжала роликами, тихо щелкнула, оставив его с Фрискесом наедине.

- Я веду себя, как неудачник, - проговорил он себе под нос, принявшись раздеваться. - Заигрываю с женщиной, у которой на уме…

Он не договорил, тяжело вздохнув при этом, открывая один ящик за другим в поисках белья или просто сухой пары штанов. Он уверен, что в том ворохе одежды обязательно должна быть такая.

- Если ты ищешь джинсы, - раздается из-за двери голос той самой женщины, - то они в нижнем ящике, подними матрас.

Коту не нравится, что кто-то пытается нарушить его покой. Фрискес смотрит на него одним из самых презрительных взглядов, которые Раф видел когда-либо.

- Ты, я вижу, тоже считаешь меня... - Раф замирает, не договорив.

Все детали этой недолгой беседы с Алекс вдруг пронеслись у него в голове и он выругался.

- Алекс!!!

* * *

Смущение и прочие неловкие чувства толком так и не прошли. Алекс сидит на крошечной мойке, прижимая к губе сложенный вчетверо бинт вперемешку с ватой и перекисью водорода.

- Все кот виноват!

Кот признаваться в своей вине не спешит, скрывшись в каюте Паоло и Лизы. Алекс уже проверила их. Все очень целомудренно. Оба спят в пижамах, ничего вызывающего, пошлого или неприличного.

- Конечно кот!

После его тихого, но такого эмоционального возгласа, животное не выдержало, а может просто испугалось, бросилось ему под ноги, цепляя лапой дверь, вылетело на кают-компанию, обогнув ее по всем горизонтальным поверхностям и уронив все что там стояло, затем бросилось к главной двери, поняло, что с той такой фокус, как со спальной, не пройдет и ринулось обратно, прямо Алекс под ноги.

- Нет, ты, клыкастый!

Хорошо быть девочкой. Хорошо быть слабой, уязвимой и иногда раненной. Вампир награждает ее мрачным взглядом, закончив убирать разгромленное помещение, но Алекс и не думает пугаться и уж тем более страшиться какой-либо кары с его стороны.

- Клыкастый? - переспрашивает он ее, убирая швабру и ведро в шкаф, спрятанный прямо за дверью.

Алекс демонстративно прижимает комочек ваты к губе. Она ранена и ее трогать ни в коем случае нельзя.

- Да.

- Ты ведь допросишься, Алекс, - говорит он хмуро. - Везение когда-нибудь заканчивается!

- Это ты называешь везением?!

Кот бросился ей прямо под ноги и Алекс умудрилась отскочить, уйти с дороги взбесившегося животного, но тут же поскользнулась на влажной поверхности досок. Островки луж, оставленные Рафом, не успели высохнуть за это время, Алекс “приземлилась” лицом об стол, не устояв на месте, разбила губу, а потом… Подоспел Раф, поймал ее, сначала поставил на ноги, а потом и вовсе посадил на мойку, принявшись шуршать содержимым невесть откуда взявшейся аптечки, костеря на чем свет стоит блохастый кусок шерсти. Это самое мягкое из тех выражений, что было отпущено в сторону скрывшегося в каюте детей Фрискеса.

- Я про другое везение. Твоя задница просит ремня. Пока тебе удается избежать этого.

Кот своей вины не признал и в общей каюте, несмотря на ее поздние увещевания, так и не появился.

- Ничего подобного. Я ничего такого не сказала и не сделала. Не отрицай!

Алекс не желает сдаваться и делает вид, что не слышала его слов о порке. Ее никогда в жизни не наказывали!

- Надо было сразу...

Он встает рядом с ней, забирая из ее рук сигарету, выдыхая ее в открытый люк окна, за которым громкими каплями шумит дождь.

- Зайти в каюту голым? - перебивает он ее. - А там не спящая ты и кот!

Ей смешно. Алекс весело улыбается, но на его мрачный взгляд пытается стянуть улыбку с лица, тщетно закусывая губу. Она морщится от боли.

- Всяко было бы безопаснее… Кхм!

Алекс качает головой, поднимая лицо к совсем близкому потолку.

- Алекс! Дай и мне повод посмеяться!

Ему нужно отогнать хмурое чувство. Он едва-едва успел поймать ее, не дав удариться, приложиться к ребру столешницы всей массой своего тела.

- Поводов для смущения Фрискеса было бы больше. Он бы принялся громить кают-компанию в мое отсутствие.

- А ты?

Алекс жмет плечами, поднимая из мойки кружку горячего чая. Он крепкий, сладкий, с приятным слегка вяжущим послевкусием хорошей заварки на языке. Она прячется за ней.

- Я бы решила, что это сон и поспешно закрыла глаза.

- Во сне не закрывают глаза, - только замечает он на это.

Алекс делает возмущенное лицо, толкая его в плечо.

- Не диктуй мне какими должны быть мои сны! В своих грезах я бы спала.

Она закуривает вторую сигарету, так и не дождавшись, когда он отдаст ей окурок.

- У меня бы это все равно не получилось и, кстати об этом, - замечает он серьезно, имея в виду диктатуру.

Алекс приподнимает брови, согласно кивая, тем самым призывая его продолжать.

- К чему был весь этот цирк?

Наконец спрашивает он ее, улыбаясь ее лукавому выражению глаз. Опять смешки и шутки, но ведь и правда весело.

- Ну, почему цирк? - Алекс и не думает отрицать, что она притворялась. - С Лизой ведь получилось?

- И с Лизой, и с Паоло, - согласно кивает он. - Но только не с тобой.

Раф все же отходит от нее, становясь у стола с “украденной” у нее кружкой чая, разглядывая сидящую на мойке девушку. Симпатичные коленки, совершенно неприкрытые бедра, пижама, имитирующая мужскую рубашку, только пуговицы на другой стороне.

- Могла бы просто сказать.

- Я говорила! Я просила отложить разговор! Отдай кружку!

Требует она, наклоняясь к нему. Раф делает последний глоток, возвращая ей емкость с напитком.

- Ты психовала. Вот и сейчас волнуешься.

- Ты забрал мой чай, налей себе! Что зря тащили столько воды?

Он никак не реагирует на это, наоборот, делает демонстративный глоток из внеочередной раз отобранной кружки. Алекс только сокрушенно качает головой.

- Психовал ты. И ты был раздражен.

- С чего ты это взяла?

Она показывает себе на глаза.

- Они у меня на месте. Я ведь вижу тебя и могу сравнить одного Рафа с другим, когда ты спокоен и когда нервничаешь. Я понимаю, ты напился крови...

Он перебивает ее.

- Ты не понимаешь, я не пил кровь у тех людей. - Его даже на какой-то момент уязвляет ее сомневающийся взгляд. - Тогда бы я был убийственно спокоен.

“Она ничего не знает о вампирах! Ничего! Почему Джейк ничего не рассказывал ей о нас? Так сильно боялся быть монстром? Идиотизм! Он мог быть свободным рядом с ней! Ему повезло встретить женщину, что принимает его любым!..”

Она тянет ему кружку в знак примирения, но Раф качает головой. Ей кажется, что она задела его.

- Извини, если обидела тебя.

- Ты понимаешь, что после всего этого вполне нормально поинтересоваться…

Алекс закуривает сигарету, косясь в сторону каюты Паоло и Лизы. Они довольно-таки громко разговаривают и кот еще шуму навел.

- Они вымотались, - спешит успокоить ее Раф. - Я вчера весь день гонял их по яхте, показывал как вязать узлы, а потом заставил выучить все строение судна.

Алекс смотрит на часы. Ей не наскучил разговор. Ей любопытно: сколько же она вот так провалялась в кровати?! Времени без малого половина третьего ночи, если точнее, тридцать семь минут. Часы не показывают число и месяц, они самые обыкновенные, с большой и маленькой часовой, минутной и секундной стрелкой. Без ухищрений. Папины. Последнее, что осталось у нее от него. Магнум остался у Кейси, на проклятом острове и она не решилась отправиться на его поиски.

- Да, ты спала практически целые сутки.

Алекс решает продолжить, не дожидаясь, когда он заведет старую песню. Что он делает из нее кисейную барышню?

- Слушай, Раф. Ты всерьез думаешь, что после всего произошедшего, не на острове, а в Нью-Йорке и в Америке, меня способна напугать кучка вооруженных и озабоченных мужиков?

Он только приподнимает бровь в ответ на это. Все его прошлые наблюдения за людьми подсказывают ему, что обычно так спокойно и наплевательски ведут себя те, кто уже пережил нечто подобное.

“Блядь!!! На кой черт нужны все эти сверхспособности, раз я не могу уберечь женщину от таких ситуаций?”

Это еще не все. Все самое удивительное впереди. Алекс продолжает:

- Меня сильнее бы напугала мысль о каннибализме и о нем я подумала, кстати говоря, но никак не изнасилование и все эти игры в “Пятьдесят оттенков серого”.

Темная бровь мужчины поднимается еще выше. Хотя, куда уж больше?

- Не спрашивай что это такое.

Говорит она ему, погрозив пальцами с зажатой в них сигаретой. Раф забирает у нее ее. Он тоже хочет курить, но забирать вещи из ее рук и ловить возмущенный взгляд куда интереснее.

- Сегодня не буду, - обещает он ей, - продолжай, жуть как любопытно!

- За все это время в Нью-Йорке было всякое и я выпутывалась и не из таких кошмарных ситуаций.

Замечательно! Это она сейчас пытается успокоить его и подстраховаться на будущее от подобных вопросов? И еще, где был Джейк? Что он вообще делал? Он хоть как-то заботился о ее безопасности?

- Так что это был не цирк. Я плохо себя чувствовала и хотела спать, а вот почему злился ты?..

Раф подходит к ней, тянется к окну, открывая его пошире. Надо проветрить каюту, а то что тепло уйдет то не страшно - горючего хватает и воздух в “Коджи” нагревается очень быстро.

- Мне хотелось сравнять этот остров с землей. Иногда это кажется лучшим решением проблем: уничтожить носителей безумия и тогда как будто бы ничего не вернется, мир станет лучше.

- Но это не так.

Продолжает женщина, открывая шкаф под своими ногами, и выбрасывает кусок наспех сделанной им повязки.

- Верно. Люди приспосабливаются и во все времена было нечто подобное.

Он кивает, разглядывая ее профиль. Раф не станет спрашивать ее о Джейке. Тогда ночные посиделки закончатся и она расстроится. Была бы его воля он вообще бы не вспоминал о нем и ей бы не дал. Увы! Алекс не подчиняется ему, что собственно говоря правильно и притягательно.

- Но от этого не становится легче. Всю несправедливость на земле не уничтожишь.

Девушка поворачивается к нему с самым серьезным и внимательным выражением лица. Они вроде как обсуждают его чудовищную сторону и он говорит ей, что спокойно бы вырезал их всех, а она…

“Ненормальная, - заканчивает он про себя, - и это ничуть не напрягает, даже наоборот.”

Ему хочется быть рядом и из каюты он не ушел сразу, потому что соскучился. Паоло и Лиз - хорошая компания, но только до тех пор пока он контролирует себя. Дальше - пиши пропало! Она же смотрит на него и кажется, что ничего не замечает и не боится, и не торопится исчезнуть из виду, когда он “не в настроении”.

- Во всяком случае вампиры не должны делать этого.

- Почему? Хотя, не отвечай. Я поняла.

Вампиров - по отношению к многомиллиардному человечеству - не так уж и много, но этого количества вполне бы хватило, чтобы вырезать всех не понравившихся за достаточно короткое время.

- И?

- Степень безумия у каждого своя.

И это тоже. Это главное, так будет правильнее. Все относительно в этом мире, а где-то и каннибализм - норма.

- Тебя совсем не напрягает это? Ты спрашиваешь почему я злился, но не приводишь в качестве аргументов: “ты мог бы убить меня!”. Я ведь вампир, пью кровь и людей убиваю.

Алекс жмет плечами.

- Нет. Может дело в том, что я не видела, как ты убиваешь, вытаскиваешь зубы и...

Она осекается - последние слова выходят очень и очень медленно - следя за мужчиной рядом.