**Глава 33**

- Мы пойдем через аэропорт?

- Да.

Через поля и взлетные полосы будет быстрее. Родные, пусть и непривычно занесенные снегом края радуют его взор. Им осталось всего ничего. Они почти дома. Солнце не успеет закатиться за горизонт, а он уже включит трансформатор, радиатор, поставит на плиту чайник и, как знать, может быть обнимет Алекс.

Это маловероятно, но Джейк все же надеется на это. Он видел брошенную лодку.

“Коджи” качалась на волнах совершенно пустая: ни людей, ни вампиров, ни бензина, не еды. Алекс или отправилась на юг пешком, или сменила лодку, или вернулась домой.

“На ней она уплыла?”

Не знает он, как ему удалось удержать себя от того, чтобы не ринуться вперед, забыв обо всем, о Натали и Захарии. Не начать обшаривать окрестности, обнюхивать каждый мало-мальски подозрительный клочок бумаги.

- Почему не через город?

Он косится на женщину, кутающуюся от ветра в складках необъятного шарфа, всем своим видом напоминающая огромный текстильный шар.

- Так будет безопаснее.

- Банды?

- Да, - соглашается он, после некоторого промедления. - И мертвецы.

Одна банда, но очень кровожадная и опасная. Не стоит испытывать судьбу и проверять, как Карен отреагирует на беременную женщину. Джейк еще помнит, что сказал ей о ее желании иметь детей. Он посмеялся над ней.

“Зачем ей дети? Она в принципе не способна на любовь, заботиться о ком-то кроме себя!”

Им то и дело приходилось останавливаться. Причин было немного, всего две: положение женщины и погода.

- Дом! Боже, как же я рад видеть это место.

Он слышит, как улыбается Захария. Ему не надо поворачиваться к долговязому, лохматому пареньку, чтобы убедиться в этом. Нью-Йорк с пригорка, несмотря на весьма потрепанный вид, продолжает оставаться им своими еще не разрушенными, заметенными снегом небоскребами, мостами, высотными зданиями.

- Еще чуть-чуть и будем дома, - он кажется и сам улыбается, произнося эти слова.

Натали время от времени начинает чувствовать себя плохо. Она быстро устает, едва передвигает отекшие ноги и плачет. Все чаще и чаще. Не показательно, а тихо, когда засыпает, прячет лицо в очередную чужую подушку.

Слезы не были серьезным препятствием, но и игнорировать он их тоже не мог. Женщинам нужно участие, даже если это просто жест, рука, положенная на плечо.

Останься они в пути, не попробуй найти укрытие, и Джейку пришлось бы заботиться о том, чтобы спешно искать безопасное место, бороться за жизнь двух таких слабых людей и отбиваться от монстров, стараясь не стать при этом их ужином. Вряд ли он возродится после таких увечий. Ему не хочется думать из чего конкретно будет происходить это возрождение.

- И как я должна это сделать?

Натали, как и они, смотрит наверх на качающийся трос, на открытое окно вдалеке совсем недолго.

Джейк опускает лицо не сразу. Он не подумал об этом. Вот просто не подумал и все тут! Его заботили другие вещи - концентрация внимания и непрекращающееся оглядывание по сторонам.

- Ты этого делать не должна, - откликается Джейк с видимым спокойствием.

Эта баба допекла его за последние дни. Он думал, что Алекс - не простой человек, но нет, конкретно этот шар из тряпок и гормонов оказался во сто крат хуже! Натали пользуется своим положением и ответь он ей чуть грубее обычного, сразу бросается в слезы. Вечером она плачет для себя, днем для них, совсем уж конкретно из-за него.

Это еще гаже.

- Ничего не изменилось! - Зак улыбается во весь рот, но спустя мгновение прячет лицо под шарф. - Можно я пойду первым?

- Нет.

Не дай Бог эта Кейт Андерсон вооружилась и выстрелит, приняв мальчишку за кого-нибудь другого. Не дай Бог она там не одна, а с кем-нибудь из своих дружков. Ему не хочется объясняться с будущей мамашей, как так получилось, что они легче легкого преодолели расстояние от квартиры до асфальта мостовой.

Что его ждет наверху?

Разруха и хаос. Существа, спрятавшиеся в тени, как раз там, куда не достать солнечному свету, забившие собой пространство перед лифтом, грузовую и пассажирскую кабины элеватора.

- Отойдите оттуда!

Женщина делает пару шагов, останавливается и смотрит наверх. Джейк цедит ругательства сквозь зубы.

- Так достаточно?

- Нет.

Летящее сверху чудовище заставило ее не просто отскочить, а с криком и визгом отбежать на противоположную сторону улицы.

- Будь ты проклят, козел!!!

Джейк усмехнулся: это только кажется, что беременные думают лишь о цвете одежды, умиляются цветочкам и решают какую колыбельную поставить в детской. Они еще и говорят вот такое!

- Ты сразу сказать не мог?! Дебил!

Он ведь просил ее отойти, разве нет?

- Сейчас будут еще!

Захария появился незамедлительно, взглянул наверх, на Натали. Дальше Джейк рассматривать их не стал.

- Кейт?! Кейт! Андерсон!!!

Ему никто не отвечает, наоборот в ответ раздается похожее на утробное громкое рычание и первые крики. Им овладело беспокойство и чем дальше Джейк продвигался, тем сильнее оно становилось.

- Она жива или все-таки ушла? - бормочет он себе под руку, теряя звучание слов в хрусте, лязганье и чавканье. Он и не знает, что лучше. Человечность борется со злым и острым чувством справедливости.

Чудовища все летят ему под ноги, сгорают, вылетая в окна, приземляясь на асфальт обгоревшими культями.

- Вот ведь черт! Проклятье!

Он все думал, как они попали сюда? Сначала Джейк искал лаз в слепых, залитых цементом проходах, но когда не нашел - решил, что здесь не обошлось без вмешательства Карен. Она наверняка поняла, что он обманул ее. Но оба эти предположения оказались ошибкой.

- Будь жива! Я умоляю тебя, будь жива!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В полу лифта виднеется огромная темная дыра, вырванные с корнями доски, с неровными, мелко выщербленными краями металла, с повисшими на них кусками плоти. Из отверстия несет гнилью и веет холодом.

- Будь жива! - повторяет Джейк себе под нос, берясь за дверную ручку. Он замирает в нерешительности, несколько раз вдохнув и выдохнув, прежде чем нажать и потянуть ее на себя.

Дверь не заперта. Он вытирает руку о штаны, от приставшего к ней нечто. Холл забит существами, под ногами путается разбросанная обувь.

Стук. Хрясь. Бум. Рык. Стук.

Звуки все повторяются и повторяются. Он идет к окнам, отдергивая в сторону тяжелые шторы, распахивая створки. Глоток свежего воздуха вперемешку с колючими снежинками наполняет легкие и кажется расправляет их, уносит смрад, запускает стужу.

- Кейт!

Зовет он ее в последний раз, зная, что никто не откликнется в привычном смысле этого слова. Из того во что превратилась квартира Алекс становится ясно, что все это произошло не вчера.

Существа, те кто прятался в спальне, на кухне и в других помещениях небольшой квартиры бегут к нему, кто-то подбегает совсем близко, воспламеняется, падая факелом-колосом на то, что осталось от журнального столика, кто-то остается на пороге и продолжает разевать свои ужасные рты в немых, визгливых, громоподобных и пробирающих до костей криках.

Еще один, отличающийся от всех остальных, яростный стук в дверь. Это не Джейк - стучит в двери детской комнаты. Этот кто-то находится там, все больше заходясь в нечеловеческих завываниях, молотя в дверь все сильнее и сильнее.

“Она была права! Так боялась этих лифтов!”

Он помнит, перед глазами плывет воспоминания с Алекс. Он чувствовал, что ей не по себе рядом с этими створками. Он видел, что она старается не приближаться к ним.

Как долго эти твари делали подкоп?

Когда занимались этим?

Днем! Когда же еще?!

Джейк дергает одного из монстров на себя, перетягивая на свою сторону, вышвыривая его в раскрытое окно. Тоже самое происходит с остальными тремя. Он подходит к двери, которая едва ли не прогибается от яростного стука.

Оно все орет и орет не затыкаясь, затем слышатся всхлипы, женский плач, быстрое “нет-нет-нет” и вновь крик.

Существо за дверью начало меняться совсем недавно, максимум два дня тому назад. Трудно признать в этой почти что лысой твари с налившимися кровью глазами, с побледневшей кожей, в рваной одежде Кейт Андерсон, однако это она. Джейк узнал ее голос в этом “нет-нет-нет”. Повязка на руке, которую он собственноручно сделал ей, так и осталась болтаться на ее кисти, почерневшей полоской. Теперь она совершенно не мешает ей.

Кейт пытается дотянутся до него, царапается, метит в лицо, старается достать до глаз, пока Джейк держит ее, схватив за шею. Она задыхается, хрипит, кричит все глуше и глуше, но попыток навредить ему не прекращает.

Она забыла как открывать двери, едва вспомнила кое-какие, совсем элементарные слова, ей не больно от поистине ужасной раны, что он когда-то нанес ей.

- Если ты меня еще слышишь, прости.

Хруст. Ее голова неестественно падает на его руки, а потом на собственную грудь.

- Прощай, Кейт.

Джейк просто отпускает ее на пол, оглядываясь по сторонам.

Это больше не спальня. Это просто помещение, едва ли напоминающее о том, что здесь жили люди. Тут раньше было очень красиво. Паоло и Лиза натаскали кучи бесполезных мелких батареек, не подходящих для фонарей или для светодиодных светильников, вставили их в небольшие гирлянды паутинки, найденные ими в одном из магазинчиков разнообразной дешевой мелочовки.

Башни из книг, разноцветные огни, шатер из платков, кучи подушек. Здесь было сказочно и очень необычно.

Их дом мало напоминал о происходящем за окном.

Сейчас же платки были содраны, огни естественно не горели, белье на кровати было испачкано кровью, грязью, испражнениями; комоды и шкафы открыты, вещи и полки выброшены наружу. Книги застилают пол словно бумажный ковер и так везде, куда не взгляни. Ушла Алекс - уют поспешил покинуть этот дом следом за ней.

“Она могла остаться, - думает Джейк, обходя одну комнату за другой, спотыкаясь о вещи, за каждой из которых есть своя собственная история, - и оказаться на месте Кейт.”

Не могла. Он бы всегда был рядом и смог защитить.

“Не всегда.”

Джейк может злиться сколько угодно, но против доводов рассудка не попрешь. Он тоже отлучался. Его не было часами и, что самое страшное - он не волновался за нее, был полностью уверен в ее безопасности.

“Какая разница теперь?”

Он привел людей на самую настоящую помойку и вместо того чтобы сделать что-то наподобие сидушки от детских качелей, поднять Нэт наверх и отправиться дальше, он топчется на месте, с растерянностью озирается по сторонам, отмечая произошедшие изменения, и понимает, что путешествие на юг, преследование улетающей птицы…

“Нет!”

Скорее попытка освободить редкую птичку по имени Алекс откладывается на еще один день. Он не может оставить их так, иначе он рискует вернуться к очередной разгромленной квартире, где главными действующими лицами будут Захария и Натали.

- Совсем плохо?

Джейк оборачивается на голос Захарии. Он рычит, не сдерживаясь, так что больно в груди. Парнишка отступает. На его лице мелькает выражение страха, но все длится не более секунды. Он справляется с собой очень и очень быстро, отворачивается и делает вид, что ничего не было.

Джейк решает, что разберется с этим потом.

Последний взгляд в сторону знакомого пейзажа, города, занесенного снегом и лишенного огней.

- Все, да не все.

Есть еще квартиры, которые находятся этажом выше. Они заперты и скорее всего там чисто. Существ не интересуют места и помещения где нет людей. Еще там инструменты, сварочный аппарат и… у них много дел, но прежде стоит поднять наверх женщину.

- Пойдем, наверху есть запасные цепи.