Глава 19

Надежда нервничала, как никогда, словно ехала на свидание с мужчиной мечты, а не на кладбище. От одной мысли, что они будут вдвоем с Кириллом, в груди становилось необычайно тепло, а пульс учащался. Выйдя из дома, она села в машину и дрожащей рукой пристегнула ремень безопасности. Воздух в салоне сразу накалился, и дышать стало тяжелее. Надя усиленно пыталась взять себя в руки и сбавить накал эмоций внутри, но глупое сердце громко бухало в груди, не желая успокаиваться. – Готова? – осведомился Кир, едва взглянув на нее. – Да, – коротко бросила Надя и, поджав губы, отвернулась к окну. Он явно не хотел общаться, и от этого стало не по себе. Ведь она не сделала ничего такого… Мог бы отказаться от поездки, сама бы добралась. Кирилл плавно тронулся с места и вырулил со двора. Нежный, едва ощутимый цветочный аромат окутал его. Он неосознанно втянул его носом и чуть не застонал, ощутив, как дрожь нетерпения расходится по телу. Не мог находиться рядом с этой девушкой и не реагировать на ее близость. Одного взгляда достаточно, чтобы все его установки полетели к чертям собачьим. Кирилл стиснул зубы и сильнее сжал руль. Не намерен был поддаваться инстинктам и идти на поводу у запретных желаний. И так уже наломал дров своей несдержанностью. Пора было заканчивать эту историю и отпускать Надежду в свободное плаванье. Квартиру он ей купил, карту на ее имя выпустил, наследство матери, правда, пока на нее не оформил… надо заморочиться в ближайшие дни, чтобы обрезать последние нити обязательств. Сейчас же его ждало тяжелое испытание, а как справится с ним, он пока не представлял. Могила Любы была для него своего рода святыней. Личной. Куда не допускался никто посторонний. Он давно присвоил себе этот кусок земли, обнесенный витиеватой оградой, и не желал делиться ни с кем. Но Надя не кто‑то. Она имела право бывать там даже больше, чем он. С этим приходилось мириться и перебарывать себя. Кир должен был сделать это и заплатить по счетам из прошлой жизни. До кладбища доехали в полной тишине. Кирилл был мрачнее тучи, и Надя не рискнула его доставать. Просто рассматривала пейзажи за окном и думала, как будет дальше жить. Ведь, судя по всему, Кир не намерен строить с ней свое будущее. Припарковавшись, он первым вышел из машины и подал ей руку. Надежда с готовностью вложила в нее свою, выбралась на улицу и осмотрелась. Бывала здесь всего несколько раз, но не помнила ровным счетом ничего. – Дорогу помнишь? – сухо поинтересовался Кирилл, глядя куда‑то сквозь нее. Сегодня он был каким‑то очень странным и пугающим. – Нет, – качнула головой Надя. – Пойдем. Он кивнул на центральный вход и пошел вперед. Ей ничего не оставалось, как последовать за ним. Дорога несколько раз свернула, и они вышли к небольшой возвышенности. Кир резко остановился, так что Надежда едва не влетела в него. – Здесь, – указал он направление. Она проследила за его рукой и округлила глаза от удивления. – Ого, сколько цветов… – пораженно прошептала и перевела взгляд на Кирилла. – Это вы? – Я. – Его голос прозвучал жестко и холодно, аж мурашки поползли по коже. – Зачем? – нервно сглотнула Надя. – Мне обязательно отвечать? – невольно огрызнулся Кирилл. Был слишком напряжен от происходящего и контролировать эмоции получалось плохо. Атмосфера этого места была нарушена, и это очень нервировало его. Даже больше, чем он предполагал. – Нет. – Надежда неопределенно пожала плечами и вошла в небольшую дверцу. Кир стоически выдержал нападение внутренних демонов и не пошевелился, лишь сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Несколько тяжелых вдохов – и дышать стало легче, тревога проходила, а сердце билось ровнее. Он долго смотрел в глаза Любе, пытаясь отыскать в себе отголоски пылкой любви, но не находил их. Картинки появлялись в сознании, но все они были похожи на черно‑белые фотографии и вызывали лишь ностальгическую улыбку, а не разрушающую лавину эмоций. Кирилл не верил в происходящее, отказывался верить. Но невольно сравнивал Любу с Надеждой и с отчаяньем понимал, какие они разные. Внешнее сходство развеялось, как дым, он словно прозрел. Смотрел на себя со стороны и хмурился. Очередной удар под дых, к которому Кир оказался совсем не готов и решил спастись бегством. – Мне срочно нужно позвонить, а телефон забыл в машине, – пробормотал он, сочиняя на ходу. – Дорогу сама найдешь? – Да. – Надя подняла на него заплаканные глаза, и Кирилл едва сдержался, чтобы не кинуться ее успокаивать. – Я могу зайти в часовню? – Конечно. – Он засунул руки в карман. – Деньги есть? – Есть. – Тогда жду тебя в машине. Если что – звони. Кир развернулся и направился к выходу. Бежал от себя и своих странных чувств. Не понимал, что с ним происходит и как с этим бороться. Последняя преграда, что способна была держать его на расстоянии от этой девушки, рассыпалась в прах, а создать новую не получалось. Надежда проводила его грустным взглядом и повернулась к памятнику. Этот кусок мрамора был единственным, что осталось от любимой мамы, только вот ни пожалеть, ни дать тепла он не мог. Она опустилась на лавочку и коснулась ладонью нарисованного лица. Мама была как живая… улыбалась, вот только глаза были отчего‑то печальными. Надя не помнила у нее этой фотографии. Неужели Кирилл где‑то нашел? Вообще он ведет себя очень странно, но как узнать правду, если он рычит постоянно? – Мамочка, что мне делать? – тихо прошептала Надежда и вытерла побежавшую по щеке слезу. – Зачем ты отдала меня ему? Нет, ты не думай, он не плохой, скорее, даже наоборот. Заботливый… щедрый, добрый… но… – Она судорожно всхлипнула. – Мне кажется, я влюбилась в него… а он… – Надя не выдержала и разрыдалась, выплескивая свою боль и отчаяние. * * * Кирилл сидел в машине и нервно барабанил пальцами по рулю, ожидая, пока вернется Надежда. Несколько раз порывался пойти следом, но останавливал себя, осознавая, что ей нужно побыть одной. Ему и самому нужна была передышка. Пытался анализировать свои чувства и эмоции, но лишь сильнее запутывался. Его рвало на части от осознания, что как раньше уже не будет никогда. Что‑то сломалось в нем самом, но он не чувствовал боли. Привычный мир на глазах превращался в горстку пепла, а остановить этот процесс Кир не мог. Все менялось в его голове, сердце, мыслях. Как бы ни противился, как бы ни цеплялся за прошлое, оно безвозвратно уходило в небытие. А он оставался. Но там была Люба, а здесь… Телефон завибрировал в кармане. Кирилл посмотрел на дисплей и, раздраженно втянув носом воздух, принял звонок от Лики. – Кирюш, привет, – залебезила она приторно сладким голосом. – Ты не сильно занят? – Сильно, – буркнул он недовольно, разговаривать с ней сейчас хотелось меньше всего. – Тогда я быстро. Ты ко мне сегодня приедешь? – Не планировал, – сухо ответил Кир. – У меня дела. – Ну Кир, у тебя всегда дела, – закапризничала Лика, чем только еще больше вывела его из себя. – Чего ты хочешь? – грубее, чем хотел спросил он. – Я соскучилась, – грустный вздохнула она. – Ты совсем меня забросил… Кирилл едва сдержался, чтобы не высказать ей все, что накипело за эти несколько дней. Вовремя остановился, решив не нагнетать и без того тяжелую атмосферу. – Лика, я занят. – Ладно‑ладно. Ты помнишь про мою выписку? – Помню. – Заберешь? – с надеждой спросила она. – Постараюсь, – отмахнулся Кир. – Все. До связи. Сбросил звонок и убрал телефон в карман. Времени совсем нет. Надо быстрее решать эту проблему, пока она не превратилась в масштабную катастрофу. В боковое зеркало Кирилл заметил идущую к машине Надежду и вышел навстречу. Увидел ее заплаканные глаза, и сердце его болезненно сжалось. Женские слезы всегда вызывали в нем отторжение, а эту девчонку нестерпимо захотелось прижать к себе и пожалеть. Но он не позволил себе лишнего. – Все нормально? – спросил Кир осторожно. Надя посмотрела на него с такой болью, что перехватило дыхание. – Да, все просто отлично, – ответила она и отвела глаза в сторону. – Можем ехать? – уточнил он на всякий случай. Интуитивно чувствовал, что Надежда недоговаривает ему правды, но не хотел давить. – Конечно. – Она неопределенно пожала плечами и пошла к двери. Кирилл помог ей забраться в салон, обошел машину и сел на водительское место. Тревога не отпускала, а обстановка между ними все сильнее накалялась. – Надь, все точно хорошо? – переспросил он, пытаясь понять ее поведение. Что‑то явно было не так. – Да, а почему вы спрашиваете? – Надежда повернулась к нему. – Вам разве есть до меня дело? – Конечно. – Кир слегка опешил от такого вопроса. – Потому что обязаны меня опекать? – Что за глупости? – он нахмурился, окончательно растерявшись. – Тебя кто‑то обидел? – Да, – кивнула она. – Вы. – Чем? – Его глаза инстинктивно округлились. – Своим отношением. – Надя закусила губу и втянула носом воздух, чтобы не разреветься. – Я не понимаю вас… сначала целуете, потом избегаете или делаете вид, что меня вообще не существует. Что со мной не так? Ее болезненный взгляд проникал прямо в душу и выворачивал ее наизнанку. Кирилл не справлялся с таким напором и стремительно сдавал позиции. Совершенно не был готов к выяснению отношений и не знал, как себя вести. Но понимал, раз эта тема поднялась, нужно сразу ее разрулить, чтобы не осталось недопониманий. – Я понял, – выдохнул он и сжал переносицу пальцами, пытаясь подобрать правильные слова. – Прости… это мои косяки, – нервно сглотнул, до конца не веря, что говорит это все ей. – Я невольно дал тебе надежду, но был не прав. – Объясните. – Надя судорожно втянула носом воздух и обхватила себя руками, чтобы скрыть дрожь, сотрясающую тело. – Между нами ничего не может быть. – Набравшись смелости, Кир заглянул ей в глаза. – Ты совсем малышка, а я не герой твоего романа. Да я вообще не герой, – криво усмехнулся он, прекрасно понимая, что не достоин Надежды. Просто не сможет сделать ее счастливой. Слишком сильно разрушен внутри, ему нечего ей дать… да и нечестно по отношению к ней. Кирилл просто не имел права пользоваться этой девочкой в угоду своим потребностям. Люба доверила ему самое ценное не для того, чтобы он присвоил себе. Так нельзя. Не по‑человечески. – Спасибо за искренность, – едва слышно пробормотала Надя и отвернулась к окну. Кирилл чувствовал себя каким‑то уродом, но головой понимал, что так всем будет лучше. Не давал им даже малюсенького шанса на совместное будущее. Боялся любых мыслей в эту сторону. Боялся себя. Боялся оказаться живым и полюбить еще раз. Оставалось совсем немного, и они разойдутся в разные стороны. У Надежды начнется новая, насыщенная жизнь. Общение с ровесниками, клубы и тусовки. Любовь, свадьба, дети… А он вернется в свое одинокое болото и погрузится в работу с головой.