Глава 12

Каждое его слово сочилось высокомерным презрением, что я физически ощутила, как Макса с особой жестокостью размазало по плинтусу. Долбаный Айсберг раздавил его, словно жалкую букашку на глазах у всей этой напыщенной элиты…

Это уже слишком!

— Артем, прекрати… — Дотронулась до его плеча, а оно как камень.

Но разве он станет меня слушать? Наоборот, Бережной развернулся и, подхватив меня на руки, крепко прижал к себе.

И я мигом забыла всё, что произошло секунду назад…

Никакой неловкости от его дерзкого поступка, наоборот, почувствовала себя маленькой девочкой в его руках, остро нуждающейся в защите.

Рефлекторно обняла Айсберга за шею и прильнула щекой к груди, ощутив жар от его тела даже через смокинг. И перестала логически думать, едва уловила запах парфюма, что на секунду вскружил голову. Этот чертов запах мускуса…

Артем двинулся сквозь расступающуюся для нас толпу, нагло утаскивая меня прочь из эпицентра катастрофы. Я только и успела увидеть сгорбленную фигуру Максима до того, как мы покинули зал.

Айсберг прошелся длинным коридором и, толкнув ногой дверь, занес меня в кабинет.

А когда бережно усадил на диван, я мысленно подготовилась к разносу за то, что опозорила его перед всеми, но…

Никак не была готова к тому, что Артем опустится передо мной на колени. Моргнула несколько раз, но картинка не изменилась перед глазами. Бережной осторожно прикоснулся к моей ноге, и пальцы запорхали по коже, вызвав непрошеный табун мурашек.

— Где-то болит? — хрипло уточнил, осматривая мою вторую ногу. — Не порезалась об осколки?

Не в силах оторвать взгляд от склоненной ко мне головы Артема, я судорожно вдохнула, чувствуя, как сердце трепыхается в груди. И едва не потянулась пальчиками к чуть растрепанным волосам Айсберга, просто чтобы пригладить их.

Артем действовал настолько осторожно, ласково скользя пальцами по щиколоткам, будто я сделана из тончайшего стекла и от одного неверного движения могла треснуть.

Контраст от безжалостного хищника в зале до невероятно нежного и обеспокоенного мужчины у моих ног напрочь сломал психику, устроив в голове короткое замыкание.

— Я… в норме. Не поранилась, — пролепетала едва слышно, чувствуя, как от его поглаживаний под кожей вспыхивают крошечные разряды тока.

— Тогда почему ты бледная и вся дрожишь? — От его бархатного голоса затрепетало внизу живота, и я на мгновение затаила дыхание. — Хочу убедиться, что не осталось даже малейшего осколка.

Артем бережно расстегнул ремешки на моих босоножках и снял их, отбросив в сторону.

Жар от пальцев проникал, казалось, сквозь кожу прямо в кровь, отчего она закипала в жилах.

Из-за смущения, что вспыхнуло в груди, я сконфуженно прикусила губу и не знала, куда деть руки. Хотелось одновременно оттолкнуть его, чтобы спастись от сумасшедшего магнетизма мужчины, но и в то же мгновение зарыться пальцами в его волосах, притянув ближе к себе…

— Испугалась? — Артем наконец поднял голову, и наши взгляды столкнулись.

В темных глазах плескалась искренняя тревога, и мое сердце предательски пропустило удар. Я только с головой погрузилась в эту сладкую пучину, но Артем одной фразой перечеркнул идеальный момент:

— Тебя тот официант толкнул? Или Кирилл руки распускал? Просто скажи, и я тогда…

— И тогда ты что? — разозлившись, я резко дернула ногу на себя. — Изобьешь до полусмерти⁈

Он не ответил, но в глазах блеснула хищная искра, и это выбесило меня за секунду.

Я вырвалась из его захвата и инстинктивно вжалась в спинку дивана. Жар мигом сменился на гнев, полыхнув в груди. Пофиг, что от близости Максима мое сердце не скачет галопом, как норовистая кобыла, но… Но он мой друг, и обижать его я не позволю даже Бережному!

— И зачем ты унизил официанта при всех? Я поскользнулась и толкнула тот столик, а ты, не разобравшись, растоптал гордость парня прямо при всех…

Темнота в глазах Бережного в одно мгновение кристаллизовалась, превратившись в непробиваемый слой льда. Заботливый мужчина испарился на глазах, оставив после себя прежнего холодного циника.

Поджав губы, Айсберг медленно поднялся с колен и навис надо мной, подавляя аурой силы.

— Растоптал? — Бережной хищно улыбнулся, и мне стало дурно от того, что в глазах мужчины поднялся тайфун. — Я просто указал ему на его место. И не думай, что я не знаю, где и с кем ты пропадала последнее время.

— Да, Максим мой друг, и что с того⁈ — резко подалась вперед так, что наши лица оказались в непозволительной близости. — И ты не имеешь права его оскорблять, даже если он всего лишь официант на этом приеме.

— Он слабак, Яна, — безжалостно припечатал, отрезая мои жалкие попытки защитить парня. — Стоял и блеял, как какая-то овца, пока тебя унижали. Если мужчина не может открыть рот, когда при нем оскорбляют девушку, которую он якобы знает, то грош ему цена. Не ищи пацану оправданий и прекращай тащить в свою жизнь убогих ничтожеств, не способных даже себя защитить.

Он наклонился, упираясь руками в спинку дивана по обе стороны от меня, загоняя в собственную ловушку.

— Малышка, выбирай правильное окружение, иначе мне постоянно придется вытаскивать тебя из дерьма, в которое тебя утянут эти так называемые друзья.

Вроде он и прав в какой-то степени, но черта с два я проиграю ему!

— Под правильным окружением намекаешь на Кирилла? — не сдержалась от язвительности, на которую Артем выгнул бровь.

Он все еще был так близко, что горячее дыхание щекотало кожу на щеке, сбивая меня с мыслей.

— Я все равно позже планировал вас свести, так что советую обратить на него внимание.

— Что-что ты хотел сделать? — Это же не то, о чем я подумала, да⁈

— Кирилл отличный кандидат тебе в мужья, — равнодушно заявил индюк, явно пропустив мой убийственный взгляд.

— Лучше себе жену найди, — злясь, я уперлась в его грудь ладонями и отпихнула от себя. — А то у меня впечатление, что у тебя от нехватки секса крышу сносит!

Проигнорировав яркую вспышку бешенства в глазах Бережного, я вскочила с дивана как ужаленная и рывком схватила босоножки. Если останусь тут еще хотя бы на минуту, клянусь, мы с Айсбергом подеремся!

К счастью, он первым с рыком выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью.

Немного остыв, натянула босоножки и, ворча себе под нос проклятия, выскользнула в коридор.

— Жениха мне нашел, серьезно?..

От возмущения перед глазами все еще плясали красные пятна, так что я не заметила перед собой человека. А зря…

— Надо же, кто это у нас тут?

Такое говно лучше обходить десятой дорогой, а то воняет за километр…

Скрестив руки на груди, передо мной стояла родственница, которую я бы не хотела видеть еще как минимум лет двадцать.

Воздух застрял в легких, ведь двоюродная сестра смотрела на меня препарирующим взглядом, как высокомерная нахалка.

Мы с ней одинакового роста, но зараза вскинула голову, явно показывая свое преимущество передо мной. Только вот весь ее пафос — это мыльный пузырь, что вскоре может лопнуть, не оставив после себя и следа.

Никогда не забуду, как шесть лет назад ее мать мило улыбалась мне в лицо, притворяясь заботливой тетушкой, а за спиной, словно бездушная дрянь, планировала мое «будущее» в психбольнице. И мысленно тратила деньги, что оставил мне в наследство папа, будто имела на них полное право.

Стерва!