Глава 38

Прошли втроем обратно в гостиную и расселись вокруг журнального столика. Тая с Киром устроились на диване, Тихий притянул к себе девушку поближе, положив руку ей на плечи, и она прижалась затылком к его груди, ловя успокаивающее мерное сердцебиение мужчины и нервно комкая пальцами полы махрового халата. Ида же расположилась напротив в кресле, бледная и задумчивая.

В общем молчании Раиса разлила чай по кружкам и бесшумно ушла. Повисла тишина. Ида было потянулась к своей чашке, но снова откинулась в кресле, бросив эту затею.

— Нет, это невозможно, — страдальчески всплеснула руками, — Пойдемте посмотрим. Я должна это видеть. Это как попрощаться…

Ей не требовалось объяснять, о чем она говорит. Все думали о том же. Ведь домик, ее домик, который она так любила сейчас полностью догорает, не оставляя после себя ничего.

— Вы идите, я только сбегаю переоденусь, не в халате же, — мгновенно вскочила Тая с места.

— О, нет, мы подождем, — мрачно хмыкнул Кирилл.

Ида коротко рассмеялась на это, тоже вставая.

— Сын, можешь уже выключать режим сторожевого пса. Поймали лисицу, не тронут твоего Птенца. Хотя я понимаю конечно… — вздохнула с ноткой сентиментальности и грустно улыбнулась, протянув руку и ласково погладив Кира по плечу, — Я пойду, вы присоединяйтесь. Или нет. Как хотите…

***

Когда Кир с Таей подошли к стоявшей в отдалении от догорающего дома Иде Леонидовне, пожарные уже заливали пеной почерневший одинокий остов. Рядом суетился начальник охраны, взявший все хозяйские функции на себя. Завидев Кира, он направился к нему широким размашистым шагом.

— Все, пиздец, дотла, Кирилл Станиславович, — вытер испарину с лица, размазывая по коже хлопья сажи, — Извините, дамы, — покосился на Таю и застывшую статуей Иду Леонидовну, — Нашли свертки непонятные рядом, похоже на химикат какой-то горючий. В общем, то ли проводка, то ли поджог… Пока утверждать рано, — полез за пачкой сигарет в карман, делая паузу, чиркнул зажигалкой. Кир сглотнул, завороженно уставившись на огонек тлеющей сигареты.

— Угости одной, Михалыч, — хрипло пробормотал.

Начальник охраны без лишних разговоров протянул пачку Тихому.

— Но, учитывая, что следак наш эту гребаную горе снайпершу допрашивает, то склоняюсь я к поджогу, Кирилл Станиславович, такие дела, — продолжил мужчина, пока Кирилл делал первую глубокую затяжку, втянув щеки и прикрыв от запретного удовольствия глаза.

— Да я тоже думаю, что поджог. Отвлекли, — протянул Кир, выдыхая сизый дым и переводя задумчивый взгляд на обугленные остатки гостевого дома, — Ладно, посмотрим, что она Клюкину скажет. Пока в голове не укладывается. Зачем? И додуматься до этого всего… И смысл…И как пронесла….

— Мы всех проверяли на металлоискателе, — страстно заверил начальник охраны, — Переодевка, да, была у нее вроде с собой, парни говорят. Но так это ж просто шмотки спортивные, как мы подумать могли?!

— Думаю, остальное до этого пронесли, не бери пока в голову, — отозвался Кир, — Давай Клюкина дождемся…

— Мда….А меткая ведь, сучка, — качнул головой Михалыч, выкидывая окурок, — С такого расстояния-то! Профессионалка что ли? Секретарша ж вроде была.

— Да она биатлоном с детства занималась, я сейчас вспомнил, — рассеянно отозвался Кирилл, — Даже вроде мастер спорта… Кажется… Хвасталась как-то… — он говорил отрывисто и медленно, не отводя задумчивый взгляд от обугленных остатков домика.

— А, ну понятно тогда, вот же ж…! — начальник охраны ударил себя по бедрам, — Ладно, пойду я к пожарным. Не стойте тут, что уж стоять…

Кивнув всем на прощание, отошел.

— Мам, и правда, пойдем, — обратился Кир к Иде Леонидовне, приобняв Таю за плечи и увлекая девушку к главному дому, — Там Иван может уже закончил.

— Да, пойдем, — вздохнула Ида, но так и осталась стоять, не в силах отвести взгляд от пепелища.

— Что-то особенно ценное было? — уточнил Кир.

— Фотографии, портрет, пара писем… — едва слышно прошептала Ида Леонидовна.

Кирилл ничего на это не ответил. Обнял мать за неестественно выпрямленные, будто одеревенелые плечи второй рукой и повел обоих своих женщин в главный дом.

***

Когда вернулись, оказалось, что Екатерину уже увезли в участок. Тело Картаполова тоже успели найти. Около пирса было не так уж и глубоко. Метра четыре, не больше. Неглубоко, но более, чем достаточно для погибели.

Кир позвонил Клюкину и спросил, что стало известно и вернется ли он к ним этой ночью сегодня. Иван Глебович на это попросил передать Иде, что обязательно приедет к ней, как только закончит срочные дела, а вместо объяснений выслал полное видео первичного допроса с условием, что это останется между ними и никуда дальше не пойдет.

Посмотреть решили все вместе. В библиотеке, там же, где допрос и происходил. Ида с Таей расселись в глубоких английских креслах. Кирилл вывел на плазму изображение. Кинув пульт на шахматный столик, тоже сел, уперев локти в колени и исподлобья, тяжело всматриваясь в появившуюся на экране картинку.

Катерина сидела в наручниках, плакала. От вечернего образа ее остались только прическа и потекший по лицу щедрый макияж. А так… Черная толстовка, черные треники, сгорбившаяся, не узнать.

Иван Глебович сидел напротив, бесстрастный с виду, но с таким жестким взглядом, что Таю пробирало даже сквозь экран. Следователь говорил, что Кате в ближайшие двадцать лет не выйти, если она будет отпираться и откажется сотрудничать. И говорил это таким тоном, что невозможно было не поверить ему.

Со стороны легко бы заметить психологические приемы, которые Клюкин использовал, но наверно это давление невозможно было выдержать, когда они направлены против тебя. И Катя отвечала на все вопросы. Заикаясь, всхлипывая, но охотно, подробно и запальчиво.

С ее слов выходило, что Картаполов задумал избавиться от Таи давно. Завещание, которое он составил, имело очень интересную и малозаметную лазейку. В случае смерти Таисии и перехода всех акций в благотворительные фонды, доли этих самых фондов не были распределены, то есть кому-то могла достаться жалкая одна десятая процента, а кому-то девяносто девять… А распорядителем назначен был как раз сам Юрий Владимирович, остро нуждающийся в деньгах из-за надвигающихся проблем по одному старому делу, которое в начале года подняли следователи.

Фамилия Картаполова в том громком коррупционном скандале пока не всплыла, но Юрий Владимирович не питал иллюзий и решил выехать из страны заранее. Уже готовился — получал гражданство другого государства. Вот только для всего этого нужны были очень и очень приличные деньги. И Картаполов, составляя завещание, придумал, как их достать.

Один его знакомый являлся учредителем одного из таких фондов, который использовался больше для отмывания денег и проворачивания различных сомнительных сделок, чем для реальной помощи нуждающимся. И, когда Юрий Владимирович обратился в этот фонд с подобным предложением, те, услышав примерную сумму отката, конечно же сразу согласились.

Осталось дело за малым. Нанять убийцу и дождаться благоприятного момента.

С поиском исполнителя Юрию Владимировичу тоже повезло. Как-то после секса, а они с Екатериной давно были любовниками, хоть и не постоянными, он рассказал все Кате, которая итак уже о многом догадалась по обрывкам разговоров и звонков.

Катя страшно заинтересовалась. Помимо щедрого вознаграждения личные мотивы подстегивали ее. Обида на Кирилла, ревность, зависть к сопернице, которая была какой-то захолустной провинциалкой, не достойной и ее ногтя. Катя мечтала отомстить.

Нет, она не питала надежд, что вновь будет с Тихим. Наоборот она представляла, как за его деньги будет валяться на белоснежном пляже где-нибудь на островах, пока Кир разгребает в серой Москве проблемы со своим капиталом, и времени у него нет даже на могилку к своей хуторчанке сходить.

Вот какая картинка рисовалась ей, подогревая решимость.

Стреляла она отлично с детства. Биатлоном в юношестве занималась практически профессионально. И мишени всегда давались ей лучше, чем дистанция.

Конечно, попасть в нарисованный кружочек и убить человека — вещи разные. И именно поэтому в первый раз у нее так сильно дернулась рука.

А когда она поняла, что и вовсе попала в Кирилла вместо этой сельской дуры, чуть от шока не умерла прямо там.

Только спортивная выдержка наверно и помогла на инстинктах стартануть вверх по лестнице, спасаясь от Тихого, и уйти через крышу, как и было задумано уже давно.

Да и времени на психологическую подготовку в тот день совсем не было.

Позвонил Юрий Владимирович и сказал, что самый удачный момент сегодня вечером. Таисия поругалась с Соколовым и все решат, что это он.

Так поначалу и вышло. Но потом Соколову все-таки удалось убедить следствие, что стрельба в подъезде не имеет к нему отношения. Время поджимало. А Таю оберегали так, что никакой возможности подступиться. Картаполов начал паниковать. Уже думал нанять настоящего снайпера, чтобы попробовать поймать ее во время редких поездок в университет, и вдруг такой подарок — приглашение на юбилей Иды Леонидовны.

Они не могли такой шанс упустить. Начали готовиться.

Юрий Владимирович съездил с визитом к Тае и смог оставить в гостевом домике разобранную винтовку с глушителем, спрятав ее за больше декоративными шкафами с посудой на террасе, там же припрятал зажигательную смесь.

Сильно рисковал, но Кате предстояло рискнуть больше.

В день праздника она смогла ускользнуть незамеченной с поляны, напичканной охраной, переоделась и, пользуясь лесной темнотой, прокралась к домику. Сначала ей надо было устроить пожар, чтобы отвлечь всех, а потом уже бежать к берегу и оттуда выстрелить в Таю. По замыслу она должна была успеть уйти по лесу вдоль озера благодаря общему переполоху. И в ту же ночь улететь из страны.

Всё бы свалили на нее, объясняя это местью обиженной женщины. А Картаполов бы спокойно смог разделить акции между фондами в нужных ему долях, получить свой барыш и тоже мгновенно сбежать.

И у них почти получилось провернуть этот сложный план. Почти.

Но Тая в последний момент будто догадалась, что ей угрожает, и закрыла себя Картаполовым. Катя до сих пор не понимала, как это вообще произошло. Когда Тая упала в озеро, Катя была уверена, что попала в нее, и девушка просто случайно утянула за собой Картаполова.

Других объяснений произошедшему, как как чертово чудо, у стрелявшей не было.

***

Тая впала в ступор от рассказа Екатерины. Ведь выходило, что двое из трех приближенных к ее отцу людей, которые поставили свои подписи в завещании, хотели причинить ей вред. Причем даже не договариваясь друг с другом, действуя параллельно.

Да и Новицкий, нотариус, подписавшийся третьим, был под подозрением. Хоть секретарша и говорила, что он ничего не знал, но Кирилл не верил — Новицкий с Картаполовым долгие годы были партнерами, и связывал их не только бизнес, но и тесные личные отношения.

— Неужели у отца вообще не было настоящих друзей? Людей, которым можно было бы довериться? — шептала Тая ночью Киру, когда они лежали вместе в кровати в кромешной темноте и, не в состоянии уснуть, тихо переговаривались друг с другом.

— Деньги часто все искажают в отношениях. Друзей, как оказалось, не было, но были партнеры, вполне надежные, так как знали его силу. А еще у него была семья, — ответил Кир, рассеянно пропуская между пальцев светлые волосы девушки и любуясь тем, как они отсвечивают в лунном свете, — И теперь она есть у тебя. Скоро это поймут все окружающие, и больше никто не посмеет что-то подобное совершить. Не переживай. Они просто думали, что ты без защиты. Одна.

— А, оказалось, я не одна? — кокетливо уточнила Тая, отрывая щеку от его груди и заглядывая в темные глаза.

— Да, Птенец. Ты не одна, — лениво улыбнулся Кир прежде, чем она его поцеловала.