Глава 12

Вечером, когда отдел практически опустел, за исключением дежурных, Андрей закрыл кабинет на ключ и, упав в кресло, закрыл глаза. Достал из кармана ключ от клетки, в которой сам же и закрыл Лизку, повертел его между пальцев.

Осталось дождаться результатов медэкспертизы, и у него на руках появятся доказательства того, что девчонка не убивала. Но что-то его тревожило. Будто должна произойти какая-то непредвиденная херня, которая обломает все его планы.

Кто-то постучал в дверь, Вербин вздохнул.

– Что?! – крикнул, ленясь вставать.

– Андрей Константиныч, вас там Стеблин вызывает!

А вот и та самая херня.

– Вызывали, товарищ полковник? – не спрашивая разрешения, прошёл к столу нача отдела и, выбрав стул поудобнее, сел на него. Осмотрелся вокруг. Скорей бы заполучить себе этот кабинет. Вся власть на его земле только за ним будет. И стулья надо бы поменять. Вкус у Стеблина так себе.

– Вызывал, Андрей, – тот оторвался от экрана ноутбука, серьёзно посмотрел Вербину в глаза. Вообще, Андрей знал, о чём пойдёт разговор. Уж больно предсказуемо всё. Сверху Стеблину уже по-любому пару тумаков прилетело. Чтобы девочку закрыл и поскорее сдал дело в суд. А что, бытовуха – самое простое решение. – Как продвигается дело по тройному убийству?

– Замечательно продвигается, – откровенничать со Стеблиным – самое последнее, что Вербин станет делать. Но того, кажется, ответ не особо устроил.

– Андрей, я буду краток. У тебя есть подозреваемая по этому делу. Её взяли прямо на месте преступления с ножом в руках. Так? Так. Теперь на нас давят из прокуратуры. Ты сам знаешь, нам нужно поскорее избавиться от этого дела во избежание всяких проблем для отдела. Ты хочешь получить полковника и должность нача отдела? Можешь не отвечать, знаю, что хочешь. Я тоже хочу наверх. Надеюсь, мы всё решили?

Вербин ехидно улыбнулся уголком рта, сложил руки в замок. А Стеблин, оказывается, плюсом ко всей своей подлючести ещё и трепло. Уж кого-кого, а Андрея на своё место он ни за что не порекомендует. Да и сам Вербин на его месте не стал бы. Очевидно же, что проще поставить начальником отдела кого-то из своих приближённых и не уходить далеко от «кормушки», где бы ты ни был. Хоть наверх пойдёшь, хоть на пенсию. Деньги лишними не бывают.

– Нет. Я не буду закрывать девчонку. Она не убивала, – бросил коротко и, казалось бы, ясно.

– Андрей, это не просьба, – уже с нажимом, злобно сверкая свиными глазёнками. – Это приказ. Я начальник отдела, и я тебе приказываю…

– Что приказываешь, начальник отдела? Нарушить закон? – Андрею нравилось потешаться над упырём. Особенно сейчас, когда этот мудак пытался давить несуществующим авторитетом.

– Чего?! Вербин! Как будто я не в курсе, сколько раз ты нарушал закон! Да у тебя одна рука по локоть в кровищи, вторая – синяя от взяток!

– Да ну? И у вас, товарищ полковник, есть доказательства? – саркастичная усмешка заставила упыря покраснеть как помидор, вскочить со своего места.

– Да ты! Ты…

– Не напрягайтесь так, товарищ полковник. А то пронесёт. И в следующий раз, когда захочешь меня в чём-то упрекнуть, не забывай, что ты в доле только потому, что я это позволяю. Мы оба знаем, что без меня тебя уже давно бы упекли за взятки ОСБшники. Посмотри на себя, Стеблин. Ты же любишь жрать в три глотки. Ты любишь в отпуск на Мальдивы летать. На тачках дорогих ездить, баб красивых трахать. Но без меня ты не способен заработать. Ты только чужими руками можешь горячие угли хватать.

– Вербин, ты пожалеешь! – облокотившись на стол, подался вперёд потной, лиловой харей.

– Не думаю, – встал, намеренно царапая стулом блестящий паркет. – Если у вас всё, товарищ полковник, я пойду.

А предложение Стеблина, честно говоря, было заманчивым. И будь на месте маленькой Лизки какой-нибудь наркоша или алкаш, Андрей и минуты не думал бы.

А теперь, вполне возможно, придётся ходить по краю, рискуя всем, за что боролся годами.

* * *

Лиза переоделась в тёплый спортивный костюм, который принёс ей Андрей. Стало тепло и приятно. Он позаботился о ней. Даже заморочился, съездил в магазин за вещами и едой.

Он не бросит её. Ни за что не оставит здесь, в этом жутком месте.

Успокаивала и подбадривала себя, но с каждым часом уверенность в том, что спасение придёт, становилась всё призрачнее. А что если Андрей не сможет её защитить? Если у него не получится доказать её непричастность к убийствам матери, её друзей и покушении на Сашку?

Нет… Нет. Всё будет хорошо. В конце концов, есть ещё Сашка. Уж братишка её не оставит в беде. Сам бы только выкарабкался.

Есть не хотелось, но Лиза не знала, сколько ещё пробудет здесь. Изнурять себя голодом нельзя. Из целого пакета еды, кстати говоря, вкусно пахнущей и аккуратно упакованной в контейнеры, заставила себя съесть только банан и йогурт. Повертела в руке пластиковую ложку и усмехнулась. Вот такой теперь будет её жизнь? Передачки и пластиковая посуда?

Когда заскрежетала решётчатая дверь, она вскочила с топчана, выровняла спину, приготовившись к сопротивлению, но, увидев Андрея, расслабилась. Даже почувствовала, как это напряжение скатилось по позвоночнику вниз и затерялось где-то в пояснице.

– Как ты? – окинул её одобрительным взглядом. – Оделась? Молодец.

– Да, спасибо… – и в глаза его заглядывает с надеждой. Глупая и наивная, да? Возможно. Но на данный момент больше никого у неё нет. Никого, кроме него.

Словно услышав её мысли, Вербин вздохнул, прошёл к топчану и сел на него, привалившись спиной к стене.

– Ждём экспертизу. Она должна показать, женщина убивала или мужик.

– Как это? – присела рядом, не решаясь прижаться к нему. А хотелось бы. Почувствовать тепло его тела, хоть на минуту создать иллюзию защищённости. И снова Андрей понял её желание, властно сгрёб в охапку и подтащил к себе.

Лиза едва не заплакала, но подавила рвущийся из груди стон и уткнулась в его рубашку, что вкусно пахла мужским одеколоном.

– Очень просто. Экспертиза покажет, с какой силой и под каким углом были нанесены удары. Так станет понятно, что убивала не ты. Я не думаю, что это сделала баба. Скорее всего, убийц было несколько. Думаю, мужиков на кухне и… – он вдруг замолчал, склонил голову, глядя на неё. – И твою мать убили одновременно. Один человек, как ты понимаешь, этого сделать не мог. Но одних предположений мало. Мне нужны доказательства. И как только я их получу – ты получишь свободу.

– Правда? – вскинула на него взгляд и, не удержавшись, коснулась ладонью небритой щеки. – Меня отпустят?

– Да. Под подписку, – Андрей выглядел уставшим и задумчивым. Будто его что-то тревожило. Не верит ей? Всё ещё подозревает?

Лиза потянулась к его губам, коснулась их своими.

– Я, правда, ни в чём не виновата. Поверь мне. Пожалуйста, – вмиг залезла на него и углубила поцелуй, который Андрею, судя по почти мгновенной реакции там, внизу, очень понравился.

Собрав её растрёпанные волосы в кулак, сжал их на затылке и уже сам вторгся в её рот, больно прихватывая губы. В груди всколыхнулась радость. Она ему нравится. Он сделает ради неё всё, что угодно. Ну, или почти всё. И Лиза должна постараться, чтобы Андрей не передумал. Ей никак нельзя в тюрьму. У неё брат теперь сирота. Что с ним будет, если Лизу посадят?

Запустив руки под его рубашку, ловко прошлась по ней ноготками, и Вербин, нетерпеливо рыкнув, в один миг снял её с себя и нагнул над топчаном, заставляя упереться в него руками и прогнуть спину. Рывками освободил её от одежды, приспустив штаны и бельё. Впопыхах натянул презерватив и заполнил девушку одним рывком до отказа.

Лиза всхлипнула, зажмуриваясь от боли, что пронзила лоно и низ живота, прикусила губу, цепляясь пальцами за старый матрас.

– Расслабься, – приказал, как всегда во время секса, строго и властно.

Лиза распахнула глаза и приоткрыла губы, когда он задвигался в ней, жёстко, быстро, отрывисто. Зажал её рот ладонью раньше, чем успела вскрикнуть и, склонившись, прошептал на ухо:

– Тихо.

Он не был нежен. Но со временем боль от резкого вторжения ушла, и Лиза даже увлажнилась, расслабившись и доверившись умелым рукам и остальным, не менее умелым органам Андрея. Сильного возбуждения, увы, не наступило. Видимо, стресс и осознание того, что она занимается сексом в тюремной камере, да ещё и со своим тюремщиком, не особо способствовали… А вот Андрею нравилось. Он так распалился, что в какой-то момент Лиза начала ощущать себя некомфортно, но сказать ему об этом не посмела.

Всё закончилось спустя полчаса. Не было охов, вздохов, поцелуев. Нет. Он просто вышел из неё, снял презерватив и, бросив его в допотопный унитаз, привёл свою одежду в порядок.

– Ты нормально? – спросил её, обнимая сзади, на что Лиза кивнула, тщательно сдерживая подступающие слёзы. Не нормально. Она не нормально. – Хорошо, я пойду. Нельзя, чтобы меня здесь часто видели. Могут возникнуть вопросы.

– Да, конечно, – она повернулась, обняла его, припадая к груди, где всё ещё гулко и быстро билось его сердце. – Я всё понимаю. Ты только не оставляй меня здесь надолго, ладно?

Андрей не ответил. Как-то сухо поцеловал её в макушку и пошёл прочь. Закрыв дверь на замок, на секунду остановился.

– Если что-то понадобится, говори дежурному. Он будет наведываться к тебе. Поесть, попить, замерзнешь – всё ему говори. Ладно?

– Да, – и беззвучно заплакала, глядя на его удаляющуюся спину. – Как скажешь… – горько, со всхлипом. Падая на топчан, где он только что занимался с ней сексом, и закрывая лицо руками.