Глава 8

Запчасти телефона собрал с пола, сложил кучкой на столе. Уселся напротив и взглянул на Миху.

– Чего?

– Мобильник-то тебе чем не угодил?

– Да достали. Все.

– Илья?

– Угу… – поморщился, вспоминая разговор с Мариной. Её истерику, конечно, можно понять. Она мать, а Илья её единственный сын. Но его поступок… Как же погано от него Андрею. Кому же верить теперь, если даже родной сын предал? – Из дома ушёл.

– Да ладно? А чего так?

Андрей пожал плечами, хотя о причине, конечно, догадывался. Малец внимания захотел. Испугался, что Андрей накажет за Лизу. А так, уйдёт из дома, глядишь, все начнут за ним бегать, переживать. Хитрожопый малый. Весь в мамашу свою. Бывшая поначалу тоже любила перед фактом поставить: либо купи мне шубу, либо ухожу.

Да только Андрею эти финты ушами всегда по боку были. Хочешь – вали. Никого никогда не держал силой и не собирался. Свои не уходят. Те, которые ушли – не свои.

– Сказать операм, чтоб нашли?

– Нет. Не надо. Я его карту заблокировал, через день-другой растратит наличку и сам придёт.

– Ну ты смотри… Я ведь тоже переживаю за крестника. Если что…

– Я сказал нет! – оборвал Миху, раздражённо стаскивая с шеи галстук. – Удавка эта ебаная замучила уже!

– Чёт ты нервный, Константиныч. Может это… Расслабимся? – Миха скабрёзно ухмыльнулся.

– Я уже расслабился. Как-то не помогло, – кивнул на полупустую бутылку на столе.

– Ну так, без девочек потому что. А с девочками оно и пьётся вкуснее. И расслаблять они умеют. Ты, кстати, товарищ полковник, что-то перестал отдыхать, как начальником отдела стал. Если что, у меня есть доктор знакомый, говорят, у него даже древние старики женятся.

Вербин наградил Миху равнодушным взглядом.

– Сам ты импотент. У меня в этом плане всё охуенно, можешь не переживать за мой член. Но если сильно парит, могу предъявить неоспоримые доказательства.

Ржали, как лошади. Громко и долго. И вроде бы всё нормально, но всё равно какая-то неведомая херня творится. Из головы не выходила Лиза. Он что-то забыл… Что-то должен был сделать и забыл.

А когда вспомнил, матюгнулся в голос.

– Ты чего? – насторожился Миха, опустошая пузатый коньячный бокал.

– Домой мне надо. Поеду, – вскочив с кресла, вытолкал из кабинета опешившего Миху и направился на парковку.

Он же обещал ей. Лизке обещал поговорить. Она там ждёт, наверное, как обычно. Спать не ложится, у окна чай свой попивает. Всегда было интересно, куда столько лезет ей жидкости. Мелкая, худая, но литрами цедит эту траву.

Мысли хаотично плясали в голове, а внутри поселилась какая-то тяжесть. Будто камень сожрал и он осел в желудке. Дискомфорт какой-то. Пока с неясными очертаниями, но чем ближе подъезжал к дому, тем сильнее он становился.

По привычке сделал лишний круг, осмотрелся на предмет слежки. Это уже получалось чисто на автомате, как чистить зубы по утрам или дышать. И так же необходимо.

В квартиру вошёл и сразу почувствовал, что нет её здесь. Тишина и темно. Обычно Лиза оставляет в коридоре приглушённый свет, потому что с детства боится темноты.

Куда пошла? И почему не отзвонился Дима? Опять этот идиот облажался.

Набрал его номер и после очереди длинных, раздражающих гудков, скинул звонок. Уснул он там, что ли? Перед выходом из квартиры окинул всё ментовским пристальным взглядом. Всё на месте и следов борьбы нет. Сигнализация включена, дверь закрыта родным ключом.

Машину Димы выцепил не сразу. Хорошо замаскировался. Жаль только, уснул на работе. В то время, когда Лизке вздумалось свалить из дома.

Рванув на себя дверь мерседеса с затемнёнными стёклами, оторопело уставился на Димку, чья голова лежала на руле, а на его колени капала кровь.

– Бляяяя… – протянул со стоном, быстро нащупывая пульс.

Парень был жив, что радовало. Пугало другое. Кто? И где сейчас Лизка? Похитили? Как узнали о ней? И зачем она им? Хотя на последний вопрос вариантов ответа масса. До хренищи даже.

Надеялся лишь, что это не палачи. А ведь эти суки могут. Могут и навредить девочке, лишь бы на него надавить посильнее.

– Давай сюда, Дим, давай, – наспех осмотрев рану на виске, осторожно уложил парня на подголовник, набрал «Скорую». – Полковник Вербин! Нужна машина на Алексеевскую восемь. Быстрее давайте!

От машины отошёл, чтобы не затоптать следы, если те есть. Огляделся вокруг и в груди что-то заныло. Её похитили. Похитили девочку.

Что за тварь на это пошла? Кому настолько настоебала спокойная жизнь?

Благо, впадать в панику повода не было. Лизку найдёт по маячку. За это спасибо Саиду с его хакерскими примочками. Вовремя Андрей подарил ей ту безделушку. На время от сердца отлегло. Ненадолго правда. Тут же виски заныли тупой болью от мысли, что за это время с ней могут сделать что угодно. Смысла, конечно, нет обижать девочку. Им нужен Андрей и рычаги давления на него, но никак не Лизка.

Только многолетний опыт подсказывал, что исключения из правил случаются. Причём не редко. За долгие годы в ментовке насмотрелся всякого. И детей похищенных убивали, и спидом дочек судейских заражали, чего только не было.

Сделав ещё пару звонков, пробежался взглядом по машине, где всё ещё без сознания валялся Димка. Парень молодой, в принципе, но далеко не дурак. И с реакцией у него проблем нет. Из бывших оперов всё-таки. Как же его так угораздило? Кто мог спокойно открыть дверь и долбануть по башке? Причём ударили несколько раз, Димку так просто не свалить, по габаритам он как Андрей.

Лизкин маячок отследили за пять минут. Ещё десять понадобилось группе захвата, чтобы занять позиции. Позвонил в дверь, приставив к ней ствол дулом прямо у зрачка. Валить без надобности никого не хотелось, но если придётся, рука Вербина не дрогнет. Привык ибо. Тем более за Лизку… Да он за неё в клочья порвёт.

– Кто там? – из-за двери послышался старушечий скрипучий голос. А вот тут не понял. Лизка точно была в этой квартире, как показал прибор.

– Лиза где? – прогремел злобно, на что в ответ услышал едкое:

– А ты кто такой?

– Ломаем? – кивнул на дверь руководящий группой.

– Подожди, – и уже бабе: – Открывай, а то в щепки твою халабуду разнесу!

За дверью замолчали, через полминуты брякнули ключи и заскрипел старый замок. На пороге появилась старуха, которую раньше он уже видел. Причём совсем недавно. Секунда-две… Узнал. Лиза в кафе с ней сидела. В торговом центре. Бабка ещё тогда провожала его взглядом таким неприятным.

– Чего ломитесь? Спит девушка! – старуха попятилась, явно испугалась. Вербина сейчас сам Дьявол побоялся бы. Он ехал сюда мочить тварей, что покусились на самое сокровенное. А мочить, как оказалось, некого. Сама Лиза по ходу дела ушла. От него сбежала. Ему бы не было так паскудно сейчас, если бы её похитили.

Прошёл вглубь квартиры, оттесняя бабку в сторону, за ним забежали несколько человек с автоматами, рассеялись по комнатам.

А Лизка безмятежно спала на старом, продавленном диване. Спала, обнимая подушку и во сне по-детски мило улыбалась. А у него под грудиной всё пламенем объяло. И руки сжались в кулаки.

Закрыв за собой дверь гостиной, схватил стул и, поставив его напротив дивана, присел.

– Доброе утро! – повышенным тоном, отчего Лиза сразу же вскинулась, сонно потёрла глаза.

– Андрей? – удивилась, но не так чтоб сильно. Знала, что найдёт её? Ну, конечно же знала. – Ты пришёл, – улыбнулась.

– Лиз, мне сколько лет, ты помнишь?

Она рефлекторно натянула на себя одеяло, поёжилась от его взгляда.

– Андрей, я…

– Я спрашиваю, ты помнишь, сколько мне лет?

– Да.

– А где я работаю, ты помнишь?

– Да.

– А какие дела мне приходится раскрывать и закрывать? Знаешь, сколько трупов таких девчонок как ты я перевидал за годы службы?

Она поняла, куда он клонит, уткнулась носом в свои коленки, обняла их тонкими руками.

– Прости… Я не подумала, что ты…

– Что я буду волноваться не подумала? Не подумала, что я буду носиться по Москве, искать тебя? Или может ты не подумала, что я начну искать тебя у своих врагов в первую очередь?

Она облизнула губы, прикусила нижнюю. И смотрит на него виновато.

– Прости.

Вздыхая, потёр глаза, в которые словно песка насыпали. По килограмму на каждый.

– Почему ты ушла?

– Я устала. Существовать рядом с тобой как какая-то зверушка устала. Я не требую от тебя многого. Только чтобы ты определился кто я для тебя. Я просто любовница, просто девочка, которую ты однажды спас и теперь не знаешь, что с ней делать? Вроде как не нужна особо, но и выкинуть на улицу жалко? Кто я, Андрей? – в свете одного ночника в её глазах заметил слёзы. И вроде как зацепить его должно. Но, блядь, вообще не цепляет. Только злит невероятно.

– Устала? Хорошо. Я избавлю тебя от себя. Завтра привезу тебе вещи и деньги. Сможешь снять себе нормальную квартиру. И, Лиза, не стоит доверять случайным знакомым, даже если это бабуля-одуван. Поверь мне, в этом мире мы не нужны тем, кто не может с нас что-нибудь поиметь. Будь осторожна.

Поднявшись со стула, достал её паспорт, который таскал в портмоне уже год как. Бросил на кровать.

Она открыла документ, взглянула на него огромными глазищами.

– Это же… Откуда он у тебя?

– Твоё дело закрыто год назад. Уничтожено. Будто и не было его. Ты свободна, Лиза. Теперь и от меня тоже.

Она со стоном выдохнула, прижала ладонь к груди, неверяще замотала головой.

– Нет… Ты не мог… Ты врал мне всё это время? Ты же говорил, меня ищут! Зачем?!

Ушёл. Под охреневшим взглядом бабки увёл бравых молодцов из квартиры и закрыл за собой дверь, оставляя позади голосящую Лизку и проглатывая горечь. В груди больно жгло. Что-то похожее на изжогу. Наверное, она и была.

А потом была рутина. Андрей ушёл в работу с головой, чтобы не думать о том, в какой беспросветной серости погрязли его будни. Во мраке. Ещё и единственные близкие люди повернулись спиной. Что ж, он сам позволил им воспринимать себя, как банкомат и бесплатного адвоката. Как мужика, который вытащит из любой жопы, но ничего не потребует взамен.

С безучастной ухмылкой наблюдал, как Миха построил стукачей в ряд и пытается чего-то от них добиться. Бомжи, алкаши, наркоманы – лучшие друзья оперов. А вокруг пустырь и пара старых развалин, ранее какие-то склады, сейчас – прибежище разного отребья.

– Я вас в петушатне всех сгною! Ну, блядь, чего скулятники позакрывали? Вы за какой хер от меня подачки получаете?! Не поверю, что ни разу не видели этого типа! Да он в нашем районе уже трёх девок утащил! Одну, кстати, недалеко отсюда! – Андрей поморщился от громогласных воплей Михи, глотнул кофе из бумажного стакана. После бессонной ночи нещадно гудела башка. Да и мысли о Лизке никак не покидали. Чего ей не жилось нормально? Чего не хватало? Всё же для неё делал! Да, не мог он пацана её забрать. Не потому что не хотел. Не мог! И что теперь? Нахер его послать? Идиот… Связался с соплюхой, будто проблем ему мало было.

А тут ещё грёбаный маньяк, ворующий девок. Ну не урод, а?

– Всё, Мих, забей. Не знают они ни хера. Маньяки не по их части.

Стукачи – это особая каста в криминально-ментовском мире. Они вроде как не причем обычно, но всегда рядом и всегда слышат. Всегда всё знают. По большей части громкие преступления с помощью слухов да пересудов таких вот товарищей и раскрываются. Только маньяки обычно не афишируют свои победы на любовном фронте. Соответственно, и стукачам о них знать не положено.

Но есть ещё шлюхи. Шлюхи тоже очень важны и нужны. И не только для своих прямых обязанностей. Зачастую именно они хранят тайны многих серьёзных дядек. Шлюх никто не воспринимает всерьёз, а они умеют прикидываться тупыми овцами. При них иногда решаются важные дела, а бывает и какой-нибудь поддатый клиент разговорится. Он на утро даже не вспомнит о своём откровении, а вот баба, которую он трахал всё намотает на ус. Самые борзые, случается, даже пускают в ход свои знания, стрясывая с клиента деньги с помощью шантажа. Но такие обычно долго не живут. А вот шлюхи поразумнее – это кладезь знаний. Особенно в курсе они о маньяках, педофилах и разных извращенцах. Их же профиль.

– Да уж. Долбанный псих. Вот зачем ему эти девки? Нет бы шалав утаскивал, он нормальных похищает. Сука.

– Кстати, о шалавах. Здесь точка недалеко есть. Тёлки там каждую ночь работают. Отправь оперов, пусть притащат парочку. Хочу поговорить с ними.

Миха махнул рукой на стукачей, позволяя им свалить восвояси, а сам зашагал за Андреем.

– А ты чего так этим маньяком заинтересовался? Думаешь, палачей дело?

– Погромче про палачей ори! – рыкнул на Миху. – Просто отвлечься хочу. Давно не работал, можешь считать соскучился.