Глава 23

Альберт сидел в машине возле дома Попова, ждал звонка Леона и собирался с мыслями. Когда сюда ехал, думал, что будет проще. Как оказалось, куда легче придумать план, чем по нему действовать. Уже зажившие раны от пуль внезапно отозвались болью. Но выхода нет, он должен разобраться с врагом и сделать так, чтобы тот умолял о пощаде.

Два дня назад было решено выкрасть Лену из клиники. По плану, Тимур вместо привычных витаминов даст девушке пару таблеточек, которые вызвали бы небольшой дискомфорт, но не принесли ей и ребёнку никакого вреда. Подкупленный главврач, когда его позовут, должен будет позвонить Аверину. А тот, в свою очередь, – дать распоряжение операм, на «скорой помощи» крутящимся неподалеку.

Раздался звонок. Антон сообщил, что с Леной всё в порядке и она скоро будет дома.

Поговорив, Звягинцев бросил телефон в бардачок машины и вышел на улицу. Он прекрасно понимал, что оружия у него не будет – на досмотре охрана всё отберёт. Поэтому планировал справиться подручными средствами. На крайний случай, голову Попову свернёт. А ещё он не рассчитывал выйти живым из этого дома. Но ни о чём не жалел, понимая, что если сейчас не решит проблему в лице Попова, то Лена не сможет жить спокойно. Тот просто её не оставит.

Подойдя к железной калитке, Звягинцев нажал на чёрную кругленькую кнопку звонка и взглянул в глазок камеры, висящей над забором. Почему-то казалось, что на него сейчас через экран монитора смотрит сам Попов, и Альберт даже представил победную улыбку на его лице.

Замок на двери щёлкнул. Выглянул охранник, приглашая войти.

Стоило Звягинцеву вступить на территорию соперника, его тут же скрутили и приложили лицом об железную стену. Тщательно ощупали, но, не найдя оружия, выпустили.

– Я так понимаю, здесь не рады гостям? – шутливо произнёс он, хотя внутри клокотала злость. К счастью встретивших его двух охранников, подполковник пришёл не по их душу, а то они давно бы уже лежали со свернутыми шеями.

Альберта провели внутрь. Здесь, вроде бы, ничего не изменилось. Разве только появился портрет Елены в полный рост. А может он и раньше был, просто Альберт тогда не заострил внимание. Он увидел висящие на стене фотографии Лены, и сердце пропустило несколько ударов. За то время, что они не виделись, он безумно соскучился. Мужчина даже немного замедлился, чтобы подольше полюбоваться на её красивое лицо.

– Шагай давай! – пихнул охранник его в спину, и Звягинцев чуть не зарычал от злости. Как он только ещё себя в руках держит, даже не представлял.

В прошлый раз охраны в доме не было от слова совсем. Сейчас же Альберт насчитал пять человек, не учитывая тех, что его сопровождали. В небольшом домике для охраны тоже слышались голоса, и сколько там бойцов, даже прикинуть не получится. Всё-таки Попов боялся. Боялся того, что Звягинцев придёт за расплатой. И он пришёл. Теперь ни один охранник не спасет эту мразь.

Подойдя к двери, по-видимому, кабинета, и постучав, сопровождающий впустил Альберта внутрь.

За широким массивным столом сидел Попов собственной персоной. Лицо его выражало такое удовлетворение, что, казалось, он сейчас лопнет.

– Какие люди! Подполковник Звягинцев, вы ли это?

Альберта провели в центр кабинета, и их оставили одних.

– Ага, соскучился, – съязвил он.

– Да я вижу. Прямиком с того света пришёл.

– Скорее, приехал, чтобы в глаза твои посмотреть.

Альберт хотел шагнуть вперёд, но тут услышал, как щёлкнул предохранитель. Только сейчас он заметил, что Попов всё это время держал руки под столом. Губы Звягинцева дрогнули в улыбке.

– Ты серьезно? Я же без оружия пришёл, – наигранно наивно сказал он, но больше не делал попыток приблизиться.

– С такими, как ты, нужно всегда держать ухо востро. Тебя, вон, даже залп автоматной очереди не взял и взрыв, так что… – Попов пожал плечами и, больше не скрываясь, положил на стол перед собой заряженный ПМ.

– А у меня, как у кошки, девять жизней, – хмыкнул Альберт.

– Если пришёл ко мне, значит, осталась последняя, с которой тебе не жаль проститься.

– Возможно. Только вот тебя с собой прихвачу.

– Хочется посмотреть, как ты это сделаешь, – фыркнул Кирилл. – Так чего пришел-то, Звягинцев?

– Хотел напоследок услышать чистосердечное признание. Порадуй перед смертью. Знаешь ли, всё мучает меня вопрос – зачем? Я, вроде, тебе дорогу не переходил.

До этого спокойное лицо Попова напряглось, и он оскалился, показывая свои жемчужно-белые зубы.

– Ты забрал то, что принадлежит мне, – с угрозой произнёс Кирилл.

– Ты о Лене? Так она свободная девушка. Или у нас всё ещё процветает рабство?

– Она моя! Всегда была моей и будет! Я заберу не только твою жизнь, но и твоего ребенка, Звягинцев!

Альберт не выдержал и резко шагнул к столу, и Попов, тут же схватив пистолет, направил его на врага.

– Ну, каково знать, что заберут то, что тебе дорого, а? Нравится? – разъярился Кирилл. – Вот и я тоже чувствовал, когда ты закрыл её у себя в берлоге. Пришлось немного повозиться, чтобы её выманить. Да, признаю, ты её хорошо спрятал, но и это не помогло. Жаль, я тогда сам не проверил, что убил тебя, сейчас бы не пришлось марать руки. Но, как говорится, хочешь сделать хорошо – сделай это сам.

– И что ты будешь делать потом? После того, как убьешь меня?

– Да ничего особенного. Придётся вызвать клининговую компанию, чтобы убрала твои мозги с моего персидского ковра. А останки парни вывезут куда-нибудь в лесок, на радость зверью. Я заберу Лену из больницы, и мы будем прекрасно жить, не вспоминая о тебе. Мне кажется, отличный финал, как думаешь?

Звягинцев хотел ответить, но разговор прервал звук вызова на телефоне Попова.

– Подожди, – приказал Кирилл, и Альберт не стал ничего говорить. Он только сильнее стиснул зубы, одновременно ища то, что поможет ему.

Всё время, пока Попов говорил по телефону, он держал Альберта на мушке. Звягинцев мог бы сейчас броситься, и, пусть и поймав несколько пуль, добраться до цели. Но нужно было сделать так, чтобы охрана, стоявшая за дверью, ничего не услышала. Тогда у него появится небольшая фора.

Прислушиваясь к разговору, Альберт понял, что звонит кто-то из охранников, следящих за Леной. Судя по всему, они говорили про больницу и о том, что Лене стало плохо. Значит, всё идет по плану.

– Прости, но нам придётся закончить раньше, – издевательски-извиняющимся тоном сообщил Кирилл. – Мне нужно срочно ехать. Так что…

Попов не договорил. Альберт ринулся вперёд, немного отклоняясь в сторону.

Прогремел выстрел.

Звягинцев, диким зверем перепрыгнув через стол, повалил Кирилла на пол. Но тот, как оказалось, был не безнадежным. Он ответил неожиданным ударом кулака прямо в челюсть. Что-то противно хрустнуло.

Где-то на заднем фоне Альберт отметил, как резко распахнулась дверь, ударяясь о стену, послышалось множество мужских голосов. Но это его не остановило. Он своим огромным кулачищем с размаху врезал куда-то в область рёбер Попову, и противник взвыл раненым зверем. Но и этого Звягинцеву показалось недостаточным. Он словно с цепи сорвался. Перед глазами всё почернело, и он бил, и бил, и бил, пока его кто-то не оттащил от Попова. Тот, к слову, лежал весь в крови, без сознания и с развороченной мордой.

– Звягинцев, хорош! А то убьешь его, – раздался голос Аверина, и Альберт обернулся.

В кабинете, где совсем недавно были только они с Поповым вдвоем, теперь находилось несколько оперов вместе с Авериным. Двое охранников, которые привели Альберта в кабинет, сейчас лежали лицом в пол.

– Ну что, он признался? – спросил друг.

– Да, – кивнул Альберт, сплюнул окровавленную слюну и потрогал свою челюсть. А потом задрал свитер и стянул ремень, в бляшке которого было записывающее устройство.

– Молодец! – похвалил довольный Аверин, хлопнув друга по плечу. Альберт согнулся от боли и перевёл взгляд на руку.

– Да вы серьезно? Третье ранение за полгода! – воскликнул он, только сейчас заметив, что из плеча струится тоненьким ручейком кровь.

– Ничего. Жить будешь, – хмыкнул Антон. На полу застонал Попов, привлекая к себе внимание. – Забирайте его, – скомандовал следователь. Тут же два опера подхватили Кирилла и выволокли из кабинета.

Двумя днями ранее

Альберт сидел в ресторане на самой окраине города и ждал Аверина. Тот, к слову, уже опаздывал на пятнадцать минут, хотя раньше он такого себе не позволял.

Наконец возле входа припарковалась машина Антона, и Звягинцев, увидевший это в окно, с облегчением выдохнул. А когда из машины вышел ещё один человек, нахмурился, но не ушёл. Подождал, пока они подойдут к его столику, и хмуро, с ноткой злости посмотрел на друга.

– Ну-ну, не нужно, – похлопал Альберта по плечу генерал Соловьёв и сел на свободный стул. – Ты, Звягинцев, не злись на Антона, а хвосты свои научись подчищать. Глядишь, я бы и не узнал, что мой лучший сотрудник воскрес.

Альберт, в своей манере, пропустил мимо ушей наказ Соловьёва и немного смягчился.

– Как давно вы знаете?

– Да практически с самого начала, – пожал плечами Дмитрий Васильевич. – Просто сложил два и два. Это нетрудно.

К столику подошёл официант, и мужчины прекратили разговор, делая заказ. Альберт снова посмотрел на Антона, во взгляде которого заметил вину.

– Так что ты хотел мне показать? – спросил Звягинцев у друга, держащего в руках чёрную папку.

– Вот. Посмотри.

Антон протянул папку Альберту, но тот не спешил её брать. Взглянул на неё так, словно это – ядовитая змея, которая может укусить. Но спустя несколько секунд всё же взял, открыл и вчитался в напечатанный текст. Не поверив своим глазам, перечитал ещё раз.

Наконец, оторвавшись от бумажек, с удивлением посмотрел на друга, а потом перевёл взгляд на генерала. Те всё это время наблюдали за Звягинцевым, отслеживая его реакцию.

– Но как?! Откуда?!

– Сказал бы лучше «спасибо», что у тебя есть настоящие друзья, которые даже звездочками своими готовы пожертвовать, лишь бы помочь, – заметил Дмитрий Васильевич.

– Спасибо. Но всё же… как?

– Я был на месте аварии в тот, первый, день и запросил записи с камер видеонаблюдения, – начал рассказ Аверин. – Как оказалось, сделал это очень вовремя, потому что буквально через несколько часов видео просто напросто кто-то стёр. Но важно то, что ведущий дело следователь не до конца просмотрел запись. Там хорошо видно, как водитель фургона подошёл к твоей машине, сделал несколько снимков, а затем уехал. Так вот, когда он вышел, дорожная камера четко зафиксировала его профиль. Видимо, поэтому запись и стёрли, – многозначительно посмотрел на друга Антон. – Я прогнал по базе данных этого человека. Им оказался местный барыга, которого было не особо сложно расколоть. Он признался, что заказал тебя Попов. Это мы тоже уже доказали. Они встречались в одном из ресторанов, где Попов передал исполнителю конверт с деньгами и заказ. Записи из ресторана, естественно, стёрты. Только Попов не учёл, что на улице тоже есть камеры, а сидели они возле окна, через которое всё прекрасно видно. Барыгу мы этого на время закрыли, чтобы никто не смог до него добраться, и теперь у нас есть чем надавить на Попова.

– И вы серьезно думаете, что он сознается? – хмыкнул Альберт, переводя взгляд с Аверина на генерала.

– Нет, не сознается. Но ты можешь сам добиться того, что он тебе всё расскажет, – ответил Дмитрий Васильевич.

– И как? Пытать, что ли?

– Ну зачем же, – Соловьёв шутливо улыбнулся. – Вот скажи, Звягинцев, как давно ты не играл в приманку?

Альберт тут же напрягся, понимая, куда тот клонит, и снова посмотрел на Антона.

– Не смотри так на меня. Другого способа нет, – отозвался Аверин.

– То есть, вы хотите, чтобы я отправился в дом Попова без оружия, и в тот момент, когда будет меня убивать, он расколется?

– Не все ещё мозги растерял. Именно это мы и хотим, – уверенным тоном произнес Дмитрий Васильевич.