Глава 12. Предложения

Погруженная в свои мысли Ника не сразу обратила внимание на то, что охранник не стал выводить ее из помещения. Она обернулась, когда он прикрыл дверь и они остались один на один. Мужчина загадочно улыбнулся и вплотную подошёл к ней. Он резко развернул ее к себе спиной и, надавив на поясницу, уложил ее животом на стол.

— Что Вы делаете? — задыхаясь от ужаса, завизжала Ника.

— После встречи с адвокатом положено провести тщательный досмотр, — он бесцеремонно оттянул свободной рукой резинку ее спортивных брюк и трусов, — Вдруг он чего запрещённое тебе передал!

Прижавшись к ней сзади и навалившись ей на спину, он практически распял ее на столе.

— Немедленно прекратите лапать меня! Что Вы себе позволяете? Я пожалуюсь на Вас! — Ника попыталась вырваться из захвата.

— За что? — со смешком спросил охранник, продолжая шарить рукой по ее оголенным бёдрам, и шепотом добавил, — Я делаю то, что положено по инструкции! А вот как я это делаю, уже мое личное дело!

Ника поняла, что угрожать ему бесполезно, и на мгновение замерла, пытаясь понять, что делать.

— Слушай сюда! — тем временем говорил охранник, — Нравишься ты мне, кукла рыжая. Если будешь для меня приветливо раздвигать ноги, то твоя жизнь здесь станет в разы комфортнее, — он опалил дыханием ее шею.

Нику замутило от отвращения.

— Пошел на хуй, ублюдок, — прошипела она, собрав все силы и сделав рывок, попытавшись боднуть его затылком.

На удивление Ники он вдруг ее отпустил. Она быстро отошла от стола и подняла на него ненавидящий взгляд.

— Зря, ты, кукла, зря, — скалился охранник, на груди которого Ника прочла: "Прохоров К.Е".

Теперь он выделился из безликой толпы своих серых "собратьев".

— Жаль, что времени у нас мало на "досмотр", — ухмыльнулся он, — Там тебя ещё на допрос ждут. Вперёд пошла! — рявкнул он, указывая ей на выход.

В этот раз они свернули всего лишь за ближайший угол и вошли в комнату, идентичную той, в которой они только что были. После унизительного досмотра Ника была потеряна и дезориентирована. Она вошла, не здороваясь и не поднимая глаз на Акимова, и села на стул. Конвоир пристегнул ее наручники к столу, и Ника так и продолжала смотреть в пол. Зло зыркнув на нее, охранник удалился из помещения.

— Добрый день, Вероника Максимовна! — Нику вывел из ступора голос совсем не Акимова.

Она тут же подняла глаза и встретилась взглядом с обладателем этого хриплого баритона. Первые несколько секунд Ника подумала, что видимо Прохоров ее ещё и головой приложил об стол, потому что перед ней сидел Марк.

Марк?! У нее от неожиданности на секунду остановилось сердце. Марк — был ее сумасшествием, затмением, триггером! Он просто не может быть тут! Это все игра разыгравшегося воображения! Слишком много времени она провела в раздумьях, слишком была погружена в себя. Видимо это какое-то ментальное отравление! Бывает такое? Марка было слишком много в ее мыслях и вот теперь он как-то материализовался из ее воспоминаний в реальность?

За прошедшие годы он совсем не изменился, разве что добавилось пару мимических морщинок в уголках глаз. Все также чертовски безупречен. Волевой подбородок, прямой нос, темно-серые глаза в обрамлении темных ресниц, небрежно взбитые пшеничные волосы, трехдневная щетина. В расстегнутый ворот рубашки проглядывала яремная ямочка — когда-то любимое место для ее поцелуев. Из-за разницы в росте Ника, доставала именно до нее. «Теперь другая его целует и, наверняка совсем не там. Гладит по плечам, обнимает, и прижимается к нему…» — Ника встряхнула головой, чтоб избавится от наваждения. Он — чужой муж, предатель!

Марк сидел за столом напротив нее и в руках держал ее раскрытое дело. Ника невольно скользнула взглядом по накаченным мышцам и выступающим венам на предплечьях, длинным, сильным пальцам и нервно сглотнула. «И он другую трогает и целует… черт! О чем я думаю, дура! Дура! Я сейчас выгляжу, как замарашка! Ох, не в таком виде я хотела бы его встретить…», — с досадой подумала она. Ее воображение много раз рисовало их случайную встречу, и в этих мечтах Ника с ослепительной улыбкой была на какой-нибудь красной ковровой дорожке в шикарном вечернем платье под руку со своим, теперь уже покойным, мужем. Но в суровой реальности, которая только и делала, что разочаровывала ее, она встретила его потрепанная, с воспаленным красными глазами, дурно пахнущая и загнанная в угол.

И их встреча не может быть случайной! Что он здесь забыл?

— Как же так, гражданка Савельева? Идеальная жена, любящая мать, примерный сотрудник… Сплошные хвалебные характеристики на Вас и вдруг такое… — он переворачивал листы в папке один за другим.

— Я не делала этого, — тихо пробормотала она, с надеждой всматриваясь в него.

Ника понятия не имела, как он здесь оказался и какие у него полномочия, но он единственный знакомый ей здесь человек, и было глупо не воспользоваться возможностью не обратиться к нему за помощью.

— Я не убивала. Клянусь. Марк, прошу помоги мне, — наплевав на собственную гордость, взмолилась она.

А ведь до всех этих событий, если б Ника столкнулась с Марком, она б не то, что не разговаривала с ним, она б ещё и смачно плюнула ему в лицо.

— Помогу, конечно, — Марк достал из папки лист бумаги, испещренный текстом, и положил перед ней, — Подпиши вот это.

Ника прочла заголовок "соглашение о сотрудничестве с Федеральной Службой Безопасности». Все, что было напечатано ниже, расплывалось и смысл прочитанного ускользал от нее.

— Что это? — растерялась Ника, запросив помощь "разъяснительной бригады".

— Тебе необходимо стать внештатным агентом ФСБ и тогда ты сможешь выйти отсюда. Затем будешь работать на благо Родины и заслужишь право на то, чтоб с тебя сняли обвинения в двойном предумышленном убийстве, — на его лице не дрогнул ни один мускул, казалось, будто они обсуждают погоду.

— Работать? — потрясенно повторила она, пытаясь осознать, что конкретно он имеет ввиду под этим словом.

— Работать, Ника. Не бойся, ты будешь делать то, что тебе по силам. Ты умна… — он откинулся на спинку стула, смерил ее оценивающим взглядом, и добавил, — … красива, сексуальна, конечно, если тебя в порядок привести. Потому если будет нужно — то будешь соблазнять, собирать информацию, положишь то, что потребуется или наоборот заберешь.

— А в чем здесь помощь, Марк? — придя в себя, собралась Ника, — Ты мне предлагаешь сменить клетку на ярмо на шею! И как ты красиво сказал: "соблазнять", но имел ввиду "спать", ведь так? — она наклонилась над столом, подавшись вперёд.

— Верно! Говорю же, ты умная, потому и представляешь ценность, — кивнул он и улыбнулся этой своей обезоруживающей улыбкой.

"Сегодня день отвратительных предложений?! Адвокат хочет, чтоб я призналась в убийстве, которого не совершала. Ублюдок Прохоров — чтоб спала с ним, а Марк пошел ещё дальше — чтоб отдала себя в рабство! Пошли вы все вместе взятые и каждый в отдельности", — Ника натянула цепь от наручников.

— Иди к черту, сволочь! — взорвалась она и вскочила со стула.

Она б точно зарядила ему пощечину, если б руки не были скованы браслетами.

— О! Узнаю чокнутую белку! — хмыкнул он и тоже поднялся, от чего сразу стало тесно в помещении.

Мощный, высокий он казался ещё больше, рядом с Никой.

— Ты видимо ещё не до конца поняла, куда попала. Я подожду, когда до тебя дойдет, — Марк перестал улыбаться, повернулся и направился на выход, — Как только это произойдет, сообщи Акимову. Он знает, как меня найти, — прикрывая дверь и не оборачиваясь, произнес он.