ГЛАВА 2

[Александр.]

Поезд неторопливо вползал кперрону.  Можно, конечно, было бы самолётом, но как в той рекламе: «Моя жаба —  против». И дело не в том, что денег у меня нет, с этим-то как раз проблем не возникало никогда в последние одиннадцать лет, родители не ограничивали кредит. Но воспоминания о полуголодном детстве в маленькой квартирке бабушки преследуют до сих пор. Если бы я сам зарабатывал, тогда вопрос другой. Только я ещё не встал на ноги на все сто процентов. Да, на каникулах подрабатывал у деда в автосалоне, получал зарплату наравне со всеми. Во время учебного года тоже подрабатывал то у деда, то у отца на фирме в отделе информационной безопасности. И вот именно эта подработка и помогла мне определиться с выбором профессии. Именно из-за этого я и пошёл служить в армию. Потому как там, куда я мечтаю попасть, без такой службы не берут. А я пробьюсь. Прости, дед, но не буду я рулить в твоём автобизнесе. И ты, отец, прости. Строительство — не моё. Вон, Настёна подрастает. Девчонка, а хватка и характер железные. Словно собрала все деловые качества от родителей. Пусть ей всё и достаётся. А я пойду служить Родине.

Закончу универ и пойду. Даже уже договорился с генералом, что приезжал инспектировать нашу часть, а я как раз дежурным был. Во время у него телефон завис! Мне тогда сразу показалось это странным: включился телефон нормально, а вот как только генерал открыл сообщения, так и завис. Не скажу, что сам разобрался, всё-таки у меня не было под рукой нужного оборудования, но несколько комбинаций цифр моего личного кода к программе и вердикт готов. Вирус-следилка. Сначала генерал не поверил. Во-первых, у них в штабе проходит регулярная проверка. Во-вторых, его работа не связана с чем-то секретным. А в-третьих, кому это нужно? Я посоветовал всё же проверить у других спецов. За это схлопотал от своего начальства ещё два наряда вне очереди, чтоб, значит, не высовывался, куда не надо. Зато через неделю меня вызвали в кабинет к командиру части, где на проводе дожидался тот самый генерал. Со смехом и плохо скрываемым разочарованием он рассказал, что отнёс телефон спецам соседнего ведомства, те и определили следилку. Безобидная, но неприятная. Оказалось — жена поставила, чтобы он не застукал её с любовником. А любовником оказался как раз начальник его отдела безопасности. Именно он «курировал» по собственному волеизъявлению кабинет генерала и его технику. Скандал вышел знатный. Да, слива рабочей информации не было. Жене абсолютно фиолетово, чем муж на работе занимается, главное — вовремя любовника прикрыть, когда благоверный вздумает вне графика домой заявиться. И смех, и грех, что называется. Генерал мужик жёсткий и без сантиментов выгнал красавицу-жену, а на слухи о своих ветвистых рогах плевать хотел. Да и кто ему в глаза хихикнуть осмелиться? А за глаза, как он сказал, хоть ночной вазой обзовите, главное, чтобы не знал. А, если узнает, то у озабоченного появится возможность узнать  — почём фарфор для вазы.

Наконец состав остановился. Усталая проводница с облегчением сообщила о конечной станции и попросила ничего не забывать в вагоне. Стандартная фраза, но она вырвала меня из утренней дрёмы и воспоминаний. Вещей — всего ничего. Небольшой рюкзак и пакет с термосом. Часы на перроне показывали одиннадцать утра. Как раз успею за Лиской в колледж.  Моя «лисичка-сестричка». После девятого класса эта рыжаядевица решительно заявила, что сначала получит профессию медсестры, а потом, если почувствует настоящее призвание, будет штурмовать медицинскую академию.По правде сказать, я немного успокоился. Ведь в медколледже в основном девчонки учатся, конкурентов у меня там точно не будет, а то задолбался отгонять от неё поклонников, когда она в девятый класс пошла. Налетели, петухи-подростки, хвосты распустили, гребешки встопорщили, — разглядели, какое сокровище рядом ходит. Хоть я и дал им понять, что это сокровище моё, но юношеские гормоны частенько били им в голову, а я — в морду. Лиза фыркала, но по алевшим щекам я понимал — довольна.

Легко соскочив с подножки, я зашагал на выход в город к остановке такси. Вот тут моя жаба тихо приткнулась, ибо нечего. К колледжу подъезжал, сжимая в кармане куртки бархатную коробочку с колечком. Золотое колечко с несколькими прозрачными маленькими камушками, которые составляли компанию большому зелёному редкому виду граната — демантоиду. Специально заказывал у ювелира ещё полгода назад.

— Подождите немного, — попросил я водителя, когда машина остановилась на парковке колледжа.

— Девушка тут учится? — улыбнулся пожилой мужчина.

— Невеста, — улыбнулся я в ответ.

Занятия на сегодня у Лизы должны, вот-вот, закончится, потом у её группы практика. Надеюсь, ничего криминального не будет, если она её прогуляет. Всего один раз! Стоя на ступеньках, набрал номер.

— Привет, Саш! — тихо ответила Лиза. — Перезвони минут через пять, у меня пара ещё не закончилась.

— Я жду тебя на улице возле главного входа, — успел сказать я перед тем, как она отключилась.

А через пять минут меня чуть не сбил с ног рыжий ураган. Подхватив его на руки, закружил в объятиях.

— Сашка! Гад такой! — молотила Лиза меня по спине, счастливо хохоча. — Я чуть не поседела, ожидаючи, когда эта латынь закончится! Когда приехал?

— Только что, — я спустил девушку с рук под завистливые взгляды студенток. Зуб даю — каждая захотела оказаться на месте Лизы.

— Почему раньше не сообщил? — она снова легонько стукнула кулачком по моей груди.

— Сюрприз хотел сделать.

— Удался, — Лиза уютно устроилась у меня в кольце рук.

Стоял бы так и стоял, но время поджимало. Водитель такси ждал, дома родители с сестрёнкой уже, наверное, с ума сходят от волнения. Зная свою мать, легко предположу, что она уже всё расписание выучила и раз десять уточнила, когда прибыл поезд. Поэтому:

— Лиза, выходи за меня замуж!

Движением фокусника вынул коробочку, открыл и подсунул под нос офигевшей, надеюсь, невесте.

— Ах-х-х-х! — зашелестели вокруг завистливые и восхищённые вздохи девчонок. Стоят поодаль и наблюдают, любопытные.

— Чего? — ошеломлённо захлопала Лиза ресницами. — Какой замуж? Сдурел, что ли? Мне только шестнадцать!

А сама глаз не сводит с колечка. Вижу, что нравится. От сердца отлегло. Значит, угодил с подарком.

— Ну, я же не прямо сейчас тебя в ЗАГС тащу, хотя, желание такое есть, — признался я. — Походишь два года в невестах. А потом, всё будет чин по чину. Свадьба, белое платье, гости и так далее. Только не обещаю свадебного путешествия.

— Почему? — она раскрыла ротик в удивлении.

— Потому, что у меня другие планы. И я подозреваю, что путешествие в них не вписывается.

— Ты же к этому времени уже закончишь учиться! Или что надумал? — зелёные глаза впились мне в лицо. — Признавайся!

— Давай в машине поговорим, — решил я, оглядываясь на всё прибывающую группу зрителей.

Лиза тоже подумала о сокурсницах, кивнула рыжей гривой и послушно пошла за мной к такси.

Пока ехали к родительскому загородному дому, я вкратце рассказал, куда собираюсь податься после окончания универа. Особо не распространялся, так, в общих чертах. Водила одобрительно крякнул. Хоть он и делал вид, что не прислушивается, а напряжённая шея выдавала, что уши развёрнуты на задние сиденья, где мы с Лизой устроились в обнимку.

— Знаешь, — перед тем, как выйти из авто серьёзно произнесла Лиза, — по правде говоря, я ничего не поняла. Но поддержу тебя во всём.

— Значит, «да»? — переиначил её слова на свой интерес.

— Да, — просто ответила она, а потом вдруг сделала страшные глаза: — А твои родители? А моя мама?

— Лиска, — я взъерошил рыжие кудри любимой. — Главное, ты со мной, а наших родственников я уболтаю. Если, конечно, тебя не страшит жить на одну твою стипендию и мою зарплату.

— Ха! — она горделиво вздёрнула нос. — Ты забыл про мои фенечки!

— А что? До сих пор плетёшь? И продаёшь?

— Да здравствует интернет и самозанятость!

— Эх, молодёжь! — водила покрутил головой. — Завидую вашим родителям, таких детей вырастили!

Пожелав нам счастья, он поехал на следующий вызов.

Выйдя из такси, я крепко взял Лизу за руку и повёл в дом. По колыхнувшейся  шторине в окне догадался — всё семейство в сборе. Стоят и ждут в прихожке. Я ободряюще улыбнулся невесте, — теперь уже точно невесте, сама подтвердила, — и открыл дверь.

— Знакомьтесь, — положив ладони на лизины плечи, подтолкнул ей внутрь.

— Ты свихнулся? — вытаращила глаза Настёна и для убедительности покрутила пальцем у виска. — Это ж наша Лиза!

— Это моя невеста, — добавил я.

Мама растерянно посмотрела на отца, словно просила защиты. И это моя мама? Просит защиты? Та, которая готова порвать любого, кто покусится на члена её семьи?

— Сынок, ей же всего шестнадцать, — пролепетала она.

— Сдурел, что ли? — выпалила сестрёнка. Она стояла впереди всех, сложив руки на груди, и сердито сверлила Лизу глазами.

Где-то я уже это слышал…

По нахмуренным лицам родни, я понял, что сюрприз удался, только со знаком «минус». Помощь пришла от Анны Марковны.

— И чего стоим, кого ждём? — вопросила она, многозначительно похлопывая по руке полотенцем.

— Сашка невесту притащил, — обиженно скривила губы Настя. Вот-вот разрыдается.

Да-а-а, ситуация. Отец мрачнее тучи, мама в шоке, сестра недалеко от неё ушла, а моя невеста сейчас в обморок от страха упадёт. И только Прошка, наш старенький пёсик,  подслеповато щурясь, топал на знакомый запах, радостно виляя хвостом. Я присел, чтоб погладить лобастую голову старичка. Лиза неловко переминалась с ноги на ногу.

— А-а-а, — понятливо протянула Анна Марковна. — Поздравляю, Машенька, с гордым званием «свекродушка»! — она укоризненно посмотрела на маму и раскрыла нам с Лизой свои объятия. — Идите сюда, дети, обниму вас, если родители не в состоянии руки поднять!

И сама пошла навстречу. Одной рукой привлекла Лизу, другая досталась мне. Я уткнулся в шею нашей домоправительницы, хотя для этого пришлось нагнуться, вдохнул родной запах. И только после этого в полной степени осознал: я дома.

А тут и родители отмерли. И понеслось… Слёзы радости у мамы, крепкие объятия отца, ревнивые обнимашки сестрёнки. То, что она ревнует, было видно невооружённым глазом. Конечно, делить меня ещё с кем-то кроме родителей, она не хотела. Надеюсь, новый смартфон последней модели, что лежит у меня в рюкзаке, немного отвлечёт её от мыслей по выстраиванию тактики выживания моей невесты. В смысле, выжить Лизу из нашего дома.

— Я очень тебя люблю, — шепнул я Насте на ушко после очередного подкидывания в воздух. — Ты моя самая любимая сестрёнка. И очень надеюсь, что и ты меня любишь, — я многозначительно поиграл бровями.

— Ладно, — буркнула она. — Так и быть. Женитесь.

Фу-у-ух. Один рубеж пройден. Осталось мать успокоить, что я не прямо сейчас собираюсь жениться, а через два года.

После взаимных обнимашек Анна Марковна погнала всех в столовую за стол. Люблю я нашу фею. С самого первого дня знакомства она мне стала вроде бабушки. В принципе, так оно и было. Анна Марковна — сестра моей родной бабушки по отцу. С личной жизнью у неё не сложилось, вот всю свою любовь и заботу она отдавала сначала любимому племяннику — моему отцу, — а потом и нам. Сердце у Марковны большое и доброе — любви на всех хватало.

***

[Мария.]

Атмосфера за столом была самая, что ни на есть заупокойная. С одним отличием — никто не умер. Праздничный обед уже подходил к концу, когда Борис поблагодарил Анну Марковну и постановил:

— А сейчас Настя идёт делать уроки, а мы все пойдём в кабинет.

— Ну, па-а-а, — заныла сестрёнка. — Я ещё вчера всё сделала!

— А сегодняшние задания? — строго спросил отец. — Звони подружкам, выясняй. Но, если я узнаю о двойках…

— Пф-ф-ф, — Настя закатила глаза. — Па, не смеши мои нервы!

Виновато глянув на Саньку, мол, я хотела тебе помочь, но грозный папа гонит прочь в омут знаний, она пошлёпала на второй этаж.

А мы гуськом пошли в кабинет главы нашего семейства. Конечно, я знала, что когда-нибудь сын оперится и вылетит из родного гнезда. Но я не предполагала, что так быстро! Ему же всего двадцать один год! Университет не закончил, какая женитьба? И потом, вдруг дети? А этой дурочке малолетней только шестнадцать! Да его посадят!!! Я с ужасом представила сына в тюремной камере и чуть не разрыдалась.

 Ну, Лизка, ну, дрянь малолетняя, я тебе покажу, как парням головы морочить! Я  к ней со всей душой, а она мне нож в спину! И когда только они успели спеться? Ой! А вдруг, она и правда, уже беременная? Что делать? Мысленно пробежалась по всем знакомым врачам в поисках хорошего гинеколога. Хотя, положа руку на сердце, сейчас мне было всё равно, какой гинеколог будет ей аборт делать.

Тем временем, расположившись на диване и креслах в кабинете мужа, Саша посвящал нас в свои планы. Первым делом сообщил, что свадьба через два года. Мы с Борисом незаметно выдохнули облегчённо. Ладно, это уже лучше. Я перевела дух — значит, не беременная. Потом голову посетила здравая мысль: о какой беременности я думаю, если его год дома не было! О-о-о-ох, совсем я уже того… Потом сказал, что универ закончит в любом случае. От сердца ещё немного отлегло. Значит, не совсем ему голову заморочила эта рыжая. А потом… потом он сказал, что решил связать свою дальнейшую жизнь с военной армией. Подробности не уточнил, как мы с мужем ни старались из него их выковырять.

Блин, лучше бы Лизка его охомутала так, чтобы он и думать про армию забыл! Там же сейчас война! Господи, да пусть она ему быстренько детей нарожает, я даже адвоката хорошего знаю, он Саньку отмажет, если что. Я уже готова принять эту сопливку в нашем доме! А что? Парень молодой, организм требует, целый год сидел на голодном пайке. Сейчас я быстренько организую переезд Лизы к нам в дом. Пусть трах… живут. Здесь, под моим присмотром.

Так я думала, пока Борис вёл обстоятельную беседу с сыном и потенциальной невесткой.

— Машенька, — в кабинет заглянула Анна Марковна. — Подойди ко мне на кухню, совет твой нужен.

С чего бы это? Сроду никаких советов не спрашивала и тут нате! Ладно, пойду.

На кухне домоправительница, сурово глянув на меня, всучила кружку с травяным чаем.

— Пей, а то весь дом закоптишь.

— Чего? — уставилась я на неё круглыми от удивления глазами.

— Дым, говорю, из ушей так и валит, весь дом скоро заполнится им, — рявкнула Анна Марковна и как ни в чём не бывало, принялась крошить капусту.

Я никак не могла понять, к чему она клонит.

— Какой дым?

— Вот знаешь, Маша, — женщина в сердцах бросила нож на стол. — Не думала, что общение с Татьяной на тебя так повлияет. 

Татьяна — это моя свекровь, сестра Анны Марковны. В нашей семье её называют свекродушкой. Потому, что она всегда прикидывается ласковой кошечкой, а на деле змея змеёй. Так и душит своей «любовью и заботой». Стоп. А почему Анна Марковна поздравила меня с «гордым званием свекродушки»? Я прищурила глаза, с подозрением воззрившись на помощницу по хозяйству.

— Дошло? — хмыкнула она и вновь принялась терзать капусту.

— Вообще-то, я о сыне думаю! О его будущем забочусь!

Нет, это надо же сравнить меня с этой стервой! Слов нет.

— Можно подумать, Танька своему сыночку хорошего будущего не желала.

— Не надо сравнивать! — искренне возмутилась я. Отхлебнула чая, прочистила горло и бросилась в наступление: — Я была взрослая и самостоятельная…

— Старая дева, — ехидно перебила она мой спитч.

Я и приткнулась. Обидно, если что. Да, я вышла замуж в двадцать восемь. И что?

— И с довеском, — продолжила язвить женщина.

— Как раз Санька мне довеском шёл, — ощетинилась в ответ.

— Угу, — она пересыпала капусту солью и принялась мять её, словно голову кому-то откручивает. — Я вот подумала, что надо Таньку в гости почаще звать, — зыркнула на меня. — Чтоб ты на неё как в зеркало смотрела.

А я смотрела на её руки и вдруг отчётливо поняла: она на полном серьёзе сравнивает меня с моей свекровью! Камней тёплых ей побольше на пути к моему дому, чтоб на каждом полежала и забыла куда ползла. Покосилась на домоправительницу, на капусту, провела параллель со своей девичьей фамилией и выпала в осадок. ( Моя девичья фамилия — Капуста! А теперь я — Козел!) Прихлебнула ещё чайку. Гадость какая. Села на стул и под хруст капустной соломки стала думу думать горькую и правдивую.

В чём-то Анна Марковна права. Да, Татьяна Александровна всё время пыталась подсунуть сыночку «выгодных подходящих» невест. Оградить, так сказать, от провинциальных или нищих акул. До сих пор приглашает на семейные сборища каких-то девиц, которые по её мнению составят сыночку лучшую партию.  А я? Я тоже хочу сыну лучшего.

Я очень люблю Саньку, хоть моей крови в нём нет ни капельки.  Но для меня он самый родной, самый любимый сыночек. Как и любая мать, я хочу ему счастья. Только где та грань, за которой забота превращается в удушение? Где заканчивается помощь и начинается контроль? И вот ведь парадокс: я всегда считала свекродушку монстром, а оказывается, сама к ней приближаюсь сейчас.

Капуста хрустела, мысли роились. Может, стоит посмотреть на всё в ином свете? Отпустить вожжи? Дать Саньке самому решать, что ему важно, с кем жить, кого любить? Блин, страшно-то как. Он же маленький ещё совсем. Что там эти двадцать один год?

— Ну, до чего додумалась? — сурово спросила Анна Марковна и бухнула в капусту яркие пластики морковки.

 Красиво… И вкусно, наверное, будет. Санька всегда любил маринованную капусту…Интересно, а Лизка умеет так готовить? И сама себе ответила: нет, не умеет. Так даже я не умею. Так готовит только Анна Марковна. А, значит, даже, если сын от нас съедет, то будет часто набегать на капусту. Вот, о чём я думаю? Господи-и-и-и.

— Пойду, достану ключи от своей квартиры. Жильцы уже съехали, — решилась я, наконец, прекратить свои метания.

— Вот и правильно, — удовлетворённо кивнула головой кулинарная фея, запихивая капусту в банку. — От таких родителей нужно держаться подальше. Чем дальше, тем роднее.

Роясь в сумке, куда бросила ключи от двушки, я всё никак не могла понять последние слова Анны Марковны: это она про нас с Борисом или про моих свекров?

А со свекродушкой надо навести мосты. На всякий случай. То, что она будет моей союзницей в вопросе Санькиной женитьбы, я не сомневалась.