Глава 41

— Адептка Вильборг! Повторите, что я только что говорил! — резкий голос магистра Аластара заставил меня вздрогнуть.

Сам преподаватель магической защиты медленно подошел ко мне. Его развивающийся черный плащ придавал образу строгости и даже немного пугал. Длинные светлые волосы магистра были заплетены в небрежную косу, губы сжаты в тонкую линию, а взгляд голубых глаз, казалось, прожигал насквозь. Магистр был строгим, но справедливым. Впрочем, после того случая, как я нечаянно полностью разнесла его кабинет, наши отношения нельзя было назвать тёплыми. Нет, конечно же, магистр не позволял себе занижать мне оценки из-за личной неприязни, но его взгляд, обращенный на меня, всегда был холоден и подозрителен. Вот и сейчас, остановившись около моего стола, магистр, чуть наклонившись, внимательно посмотрел прямо мне в глаза.

— Повторите то, что я только что говорил, — медленно произнес он, сверкая глазами.

— Полагаясь в основном на стихийную силу, маг становится уязвимым перед магом иллюзий. Маг иллюзий, как правило, слабее стихийника и обладает меньшим арсеналом боевых заклинаний. Однако, его сила опасна для стихиника куда больше, чем для обычного боевого мага, ведь если иллюзионист обладает ещё силой зеркала, то стихия отразится от него с удвоенной силой, — уверенно отчеканила я.

Магистр испытывающее продолжал смотреть на меня, но я ответила ему таким же твердым взглядом. Наконец, усмехнувшись уголками губ, он удовлетворённо кивнул.

— Верно. Для стихийного мага, встреча с зеркальным иллюзионистом может стать куда более опасной, чем встреча с любым простым боевиком. Кто может сказать, как должен действовать стихийник при подобной встрече? — магистр Аластар резко развернулся на пятках и окинул взглядом аудиторию.

— Разрушить её, заведя магию за спину иллюзии, — пожал плечами Макс. — Она не сможет причинить вреда, поскольку магия не проходит через нее насквозь.

— Вы уверены, адепт Вейл? — Магистр Аластар, словно тень, переместился к Максу. — Как же Вы будете её обходить?

— Нуу, — неуверенно протянул Макс. — Можно запустить магию по дуге, а не на саму иллюзию… Например, есть отличное заклинание боевой стрелы, усиленной магией земли…

— Прекрасно, — оскалился профессор. Пока вы будете выстраивать траектории и линии броска своей стрелы, иллюзия будет способна переместиться, и Вы останетесь ни с чем. К тому же, подобные заклинания слишком длительны в действии, а времени у вас будет очень немного. Поэтому, поздравляю Вас, пока Вы, Максимильян, будете сосредоточенно высчитывать вектора, иллюзионист спокойно оглушит Вас самым простым заклинанием. Считайте, что Вы погибли.

Макс возмущенно задышал, но ничего не ответил. Магистр вновь окинул взглядом аудиторию и притихших студентов. Его холодный взгляд остановился на Мири.

— Леди Шалис? — зычно обратился он к ней.

— Не знаю, м-магистр, — пролепетала испуганная Мири.

— Мертва! Адепт Айбер!

— Щит и три сферы! Пока одна сфера отразится… — раскрасневшийся Лорок не успел закончить.

— Мёртв! Тизар!

— Возможно стоит использовать портал… — сосредоточенно проговорил всегда серьёзный Дарен.

— Мёртв! Фейт!

Я сжалась в комочек, с опаской посматривая на магистра, что сейчас напоминал мне огромного разъяренного крылана. Идеальную тишину аудитории нарушал только его резкий голос. За каждым новым именем адепта следовал крик «Мёртв!» Адепты буквально вжимались в столы под пристальным взглядом магистра. Кажется, даже если они и могли дать правильный ответ на вопрос, то просто забывали его, напуганные и сбитые с толку грозным профессором. Великий Создатель, неужели он решил опросить нас всех? Не успела я закончить свою мысль, как голос Аластара вновь произнес моё имя!

— Вильборг!

— Разрушить иллюзию, возможно, если окутать её стихией, — чуть сбивчиво ответила магистру.

Я уже почти зажмурилась, ожидая услышать очередное «Мертва!», но уже в собственный адрес, как вдруг, магистр заинтересованно протянул.

— Продолжайте!

— Если маг обладает стихией земли, ему стоит пустить магию по ней, затем быстро поднять стену. Если маг обладает воздухом, необходимо создать вокруг вихрь. Иллюзия не будет разрушена, но маг, что её создал, потеряет концентрацию. Она ослабнет, и в этот момент её можно будет разрушить, сжав в кольцо. Если же маг, как я, является обладателем стихии воды, то ему будет сложнее всего и одновременно проще всего. Нужно создать лёд и окружить им иллюзию. Поскольку она окажется в кольце и не сможет причинить вреда. А поскольку лёд является естественным отражателем, иллюзия может разрушиться от собственно силы.

Голос дрожал от волнения, а мысли немного сбивались. Но в душе я была уверена, что ответила правильно. Не зря же Моррис мучил меня обучением всё то время, что я лежала у целителей. И если при визитах целителей можно было притвориться спящей, то Морриса таким было не одурачить. Моришег бесцеремонно стягивал с меня одеяло и пихался мокрым носом, не забывая щекотать при этом огромными усами. Великий Создатель, выносить это было просто невозможно, поэтому, едва сдерживая накатывающий смех, я садилась на кровать, и, не забывая почесывать ушки пушистого Хранителя, слушала его рассказы и наставления. Моррис был ужасным учителем. Он постоянно отвлекался в своих рассказах, а порой и вовсе засыпал у меня на коленях. Пару раз мне приходилось просто прятать не вовремя задремавшего перед обходом целителей моришега под одеяло. Хорошо, что леди Игнол не была слишком надоедливой и, проверив моё состояние и проследив, что я выпила все лекарства, оставляла меня набираться сил. Впрочем, при всей своей беспорядочности, Моррис сумел рассказать мне много интересного о магах, обладающих редкими дарами. Одним из героев его рассказов стал как раз маг иллюзий.

— Поразительная идея, — магистр Аластар, кажется, был искренне удивлён моим ответом. — Позвольте спросить, как Вы пришли к этому решению, Вильборг?

— Прочитала в одной из книг, пока находилась в госпитале, — тихо, но уверенно, произнесла я.

— Похвально, очень похвально, что, будучи в состоянии болезни Вы не бросили свою тягу к знаниям. Могу сказать, что Вам удалось удивить меня. Ваш ответ, хоть и не совсем тот, что я ожидал услышать, но всё же верен. Именно отражение способно обезвредить иллюзию. Вам было бы достаточно всего одного зеркала или отражателя, что есть в арсенале почти каждого боевого мага, — магистр Аластар медленно вернулся на своё место. — Поскольку все, кроме леди Вильборг, совершенно забыли об этом, к следующему занятию должны будут приготовить развернутый доклад на четыре страницы по поводу противостояний иллюзиорной магии. Свободны!

Магистр раскрыл учебник, сразу теряя весь интерес к адептам, что находились в аудитории. Те в свою очередь постарались не нервировать лишний раз грозного преподавателя и быстро покинули аудиторию. Все. Кроме меня. С тех самых пор, как я открыла в себе магию созидания, вопросов становилось всё больше с каждым днём. И пусть со многими из них мне помогал Моррис, на часть я всё же не могла получить ответа. Тут-то и пришла мысль узнать ответы на свои вопросы у магистра. Если он специалист по редким дарам магии, то, может, знает что-то и про мой? Дождавшись, пока все адепты покинут аудиторию, я подошла к магистру и тихонько кашлянула, привлекая внимание.

— Вильборг? Вы что-то хотели? — удивленно вскинул брови Аластар.

— Магистр… Вы как-то рассказывали нам, что существует большая книга описаний редкой магии, — медленно начала я. — Мне бы очень хотелось узнать, как её можно достать?

— Хотите сказать, что заинтересовались редкими дарами? — усмехнулся магистр.

— Скорее, опасностью, что могут нести эти дары. Поскольку я боевой маг, я должна буду быть готова сразиться с любым соперником. Скажем, как действовать, если твой соперник не иллюзионист, а, скажем, аниманс? — с надеждой посмотрела на магистра.

— Анимансия…Магия гипноза и управления. Да, это достаточно редкий и опасный дар. Но анимансы должны иметь длительный зрительный контакт, чтобы повлиять на противника так, как им того нужно. Отсюда и вывод. Встретив аниманса сперва попробуйте обезвредить его зрение, — задумчиво проговорил магистр.

— Скажите, магистр, ведь любая магия может нести как пользу, так и вред? — осторожна начала я, подводя магистра к нужной мне теме.

— Конечно, — бесстрастно ответил он. — В этом мире нет чёрного или белого. Изначально все вещи серые. Раскрашиваем их только мы сами.

— Но ведь на уроках истории нам говорили, что такая магия есть. Что уже окрашена в светлый цвет и не поддается изменениям. Это созидание, — стараясь скрыть волнение, произнесла я.

С минуту магистр молчал, но после, всё-таки нехотя произнес.

— Отчасти это так. Легенда о прекрасной Илларе… Да, магию созидания практически нельзя назвать разрушительной. Она стирает грани обмана, помогает восстановить и напитать. Но даже эта магия способна уничтожить своего противника. Слишком обнажая душу, её можно ведь и лишиться, верно? — магистр улыбнулся, а я едва смогла кивнуть в ответ. — За сегодняшний день Вы второй раз удивляете меня, Вильборг. Думаю, я смогу посмотреть для Вас книгу по редкой магии. А теперь ступайте! Насколько я помню, совсем скоро состоится бал. Не отказывайте себе в удовольствии выбрать с подругами самый красивый наряд.

С этими словами, магистр отвернулся, давая понять, что наш с ним разговор окончен. Наспех поблагодарив, я почти бегом выскочила из аудитории, но остановиться смогла только около своей комнаты. Сердце бешено стучало от того, что я, пусть по крупицам, но всё же собираю нужную мне информацию о даре созидания. Это было так радостно и волнительно! Кажется, ещё немного и я смогу выяснить как применять свою магию и помочь несносному принцу и аколитам. Вот только, при упоминании принца, сердце снова заныло. Он вновь отсутствовал на занятиях. Конечно же, для академии это было не в первый раз. Более того, даже магистры уже привыкли, что отец постоянно вызывает Бастиана Алгора на очередные заседания и разговоры по поводу его проступков. Но сейчас-то я знала правду. Причиной отсутствий «Алгора» были кутежи и вечеринки, но причиной отсутствия Рейнера Найтгарда — выслеживание преступника. Настроение сразу испортилось. Надеюсь, с ним всё будет хорошо. Пусть мы и расстались, но я до сих пор не могла выкинуть голубоглазого красавца из головы.

Тряхнула головой. Нужно отвлечься от плохих мыслей. Лучше всего это помогали сделать подруги. Уверена, они уже ждут меня в комнате. Выдохнула, приводя в порядок мысли.

Дверь отворилась легко. Стоило мне войти, как на меня тут же уставились три пары удивленных глаз, а затем, наперебой, послышались крики.

— Ну ты даешь, Риэль!

— Скажи, это ведь Ванесса постаралась? Всегда знала, что она отличная женщина, пусть и строга!

— Какая Ванессса⁈ Это точно новый поклонник!

— Думаешь, кто-то из аколитов?

— Стоп-стоп-стоп! Что происходит⁈ — непонимающе посмотрела на подруг.

— Мне доставили платье к балу, что матушка заказала у мадам Бланж. Но курьер вдруг спросил, не знаю ли я, кто такая Анариэль Вильборг? У него дня леди есть подарок, но он очень спешит. Узнав, что мы соседки, юноша попросил меня передать тебе вот это!

Мири с придыханием достала из бархатной коробки сияющее платье. Клянусь создателем! Я никогда не видела такой красоты! Платье цвета шампанского искрилось тысячами камней, что украшали его юбку и корсет. Тонкие серебристые нити образовывали причудливые рисунки. Струящуюся золотистую юбку закрывал тончайший верхний слой и шлейф, что был похож на прекрасную дымку. Это было платье достойное королевы! Я восхищенно провела пальцами по тончайшей ткани.

— От кого оно? — едва смогла произнести я.

— Курьер не ответил, — пожала плечам Мири. — В коробке была лишь открытка с вензелем «Д».