Глава 5 · Отряд юных воинов

Кейн

Меня разбудил грохот разбитого стекла. Натренированный за годы, проведенные с детьми, я вскочил и помчался на звук, совершенно забыв, что накануне мучился от жары и разделся до кальсон, да так и уснул за магической формулой нового артефакта.

— Папа голый! — послышался изумленный крик Эларии, и не успел я опомниться, как ему вторили остальные три моих отпрыска.

— Папа голый! Папа голый! — скандировали они, заливаясь смехом, пока я, бочком пробирался обратно в спальню, чтобы накинуть халат.

— Так! Успокоились, папа больше не голый! — как мог грозно прикрикнул я, выныривая обратно в коридор. Но там уже никого не было. Мои детишки рассыпались, как горох, в разные стороны, каким-то образом умудряясь никогда не упускать друг друга из виду и органично устраивать всяческие шалости. Я даже подозревал, что они изобрели какой-то сложный механизм для связи и держат его в строжайшей тайне.

Покрепче запахнув халат, я спустился вниз, заглянул в пустую гостиную, а потом на кухню, к миссис Тротт. Повариха с раскрасневшимся лицом яростно мешала что-то в огромном тазу, бормоча под нос проклятья, и в этот момент очень походила на ведьму.

— Эм, миссис Тротт? — позвал я, не зная, хочу ли, чтобы она отозвалась или лучше будет ее сейчас не беспокоить, такой устрашающий у нее был вид.

— Что? — взревела она обернувшись. Я так и замер, скрючившись, на пороге.

Ее лицо разгладилось, как только она увидела меня. Так бывало каждый раз, в ней появлялась какая-то материнская нежность вперемежку с жалостью, отчего я всегда чувствовал себя неловко.

— Ах, Кини, дорогой, это ты! Эти сорванцы! Они меня в ад сведут, вот увидишь! Саэ с утра чуть не плюхнулась в кипящую кастрюлю, а пока я ее спасала, Дракс утащил пирожные! А Томен разлил масло на овощи! Ты только погляди! Что мне теперь с этим делать? — она сунула мне под нос выловленную из таза скользкую и совершенно мерзкую на вид морковь. Убедившись, что я ее разглядел, она кинула морковь обратно в таз и горестно вздохнула. — О каком завтраке теперь может идти речь? Они набили животы сладостями! Не дети, а дьяволята! Ох, Кини, им нужна твердая рука, слышишь?

За ее тирадой я и забыл, зачем пришел. Но упоминание твердой руки вернуло меня в реальность. Я сам себя презирал за то, что слишком балую детей. Но ведь они лишились матери в таком юном возрасте, как мог я их наказывать еще больше? Приняв суровый вид, я сухо спросил:

— Что это был за грохот? Вы слышали? Стекло разбилось.

— Стекло? — поморщилась миссис Тротт, возвращаясь к немытым овощам в масле. — Не припомню. Нет, я ничего не слышала.

— Что ж, спрошу Кару, — пробормотал я, бочком вывалился из кухни, и тут же поскользнулся на масляном пятне, проехался, чуть не растянувшись на шпагат, с трудом удержался и похвалил себя за сдержанность, ведь проклятья, так и рвавшиеся с языка, остались при мне.

Миссис Тротт, наблюдавшая за моими па, хмуро покачала головой, но, слава Богам, ничего не сказала. Я виновато улыбнулся и почти побежал в заднюю часть дома, где сейчас должна была быть Кара.

Но и там было пусто. И тихо. А тишина в нашем доме означает, что надвигается что-то страшное. С неприятным предчувствием я помчался наверх, к комнатам детей.

— Эли! Дракс! Саэ! Томен! — орал я, лавируя между разбросанными в коридоре игрушками. — Что вы опять задумали?

В ответ на мои вопли раздался истошный визг. О, я решил, что кто-то заколол свинью прямо у нас дома.

— Мистер Торн! Помогите! — визжала Кара, на этот раз я ее узнал. Затем кинулся на чердак, потому что вопли раздавались оттуда, как и звонкий смех и топот маленьких ножек. Навстречу мне высыпали дети, чуть не сбив с ног, и тут же умчались дальше, улюлюкая, как стадо взбесившихся бизонов. Я хотел было побежать за ними, чтобы привязать их к кровати, и хотя бы выпить спокойно кофе, но умоляющие крики Кары заставили идти наверх.

Дверь чердака была подперта шваброй. Когда я ее открыл, Кара буквально выпрыгнула мне в объятия. Ее лицо было измазано белилами, а на платье красовались черные пятна золы. В волосы дети насыпали муку, хорошо хоть яйца не разбили, как сделали когда-то с одной из нянь, мисс Флэш.

Женщина всхлипывала и тряслась в моих руках.

— Я так больше не могу, нет-нет, я не выдержу, мистер Торн, — говорила она, а из глаз ее лились слезы, прокладывая грязные дорожки среди белил. — Эти дети… Они ужасны! Вы должны с ними что-то сделать, слышите!

Она вдруг схватила меня за халат и так встряхнула, что ткань затрещала. Вытаращила глаза и прошипела:

— Вы слышите? С ними надо что-то делать! Обещайте!

Я растерянно кивнул. Кара жила в нашем доме уже пять лет, и всегда стойко переносила все проделки, но сегодня что-то пошло не так. Маленькие хулиганы нашли брешь и в ее броне.

— Что случилось? — Спросил я, мягко отдирая скрюченные на моем халате пальцы.

— Случилось? А я вам скажу, что случилось! Эти… Эти… дьяволята! Заманили меня на чердак, а я ведь очень боюсь чердаков, мистер Торн, очень! Дракс сказал, что Эли разбила там окно и сейчас выпадет! Разве было у меня время позвать на помощь или подумать? Нет, я бросилась спасать маленькую засранку, а там… там… Они закрыли все окна и напали на меня в темноте! Измазали какой-то гадостью, а потом заперли! Мое бедное сердце больше такого не выдержит, мистер Торн! Ищите няню, я отказываюсь за ними присматривать! Можете меня уволить, но я больше к ним и близко не подойду!

Я неловко погладил Кару по плечу и повел вниз, в ее комнату, по дороге размышляя, где бы добыть очередную няню, и не пора ли устроить мальчишек в закрытую школу, и когда теперь я смогу продолжить работу над новым приказом от правителя поисковым артефактом.

Мы вышли в гостиную, бедная Кара выглядела как неприкаянная душа в мире живых со своим белым лицом, огромными глазами и растрепанной косой.

— Добррое утрро, — лениво промурчал с софы, на которой ему было запрещено спать, Катсон, переворачиваясь с бочка на бочок. Конечно, на винтажной обшивке теперь красовались затяжки от когтей и клочья черной шерсти. Даже кот в этом доме меня не слушался!

— Лучше молчи, — сквозь зубы шикнул я Катсу, заметив, что он собирается высказать в своем духе что-то на тему «а вот раньше детей пороли и проблем ни у кого не было».

Катс прикрыл глаза и сразу же захрапел. А я со вздохом повел Кару дальше. Когда мы почти подошли к проходу в заднюю часть дома, на лестнице загрохотало, и все четверо моих детей высыпали к нам, разукрашенные как Кара — белые лица и черные пятна на одежде.

— Ты украл нашу пленницу, чужак! — крикнул Дракс и воинственно выставил перед собой метлу.

— Это наша добыча! — подхватила Эли, тыча в меня зонтом.

— Да! — встряла даже маленькая Саэ, обычно предпочитавшая молчать.

Я почувствовал, как рядом задрожала Кара, а потом она вцепилась в мою руку.

— Хватит! — взорвался я. Получилось громче, чем хотел, даже Кара дернулась, а дети застыли и ошарашенно уставились на меня.

Ох, проснулся недавно, но уже так устал! Голодный, в халате на голое тело, в одних кальсонах, злой и совершенно обессиленный — вот каким я был в тот момент.

— Прекратите так себя вести! Вы перешли все границы! Я вам больше не позволю!

Кричал, почти не понимая, что, наступал в сторону лестницы, а дети странно на меня смотрели. Не страшась, о нет, в их глазах совсем не было страха. Они предвкушали. Но что?

Узнал я это в следующий момент, сделав очередной шаг ближе к лестнице. Мою ногу что-то обвило, потом меня дернуло, и я с воплем полетел вверх тормашками и повис, как пойманная дичь, пытаясь прикрыться халатом, который так некстати сполз с меня, оставляя висеть в одних кальсонах.

Кара осела на пол, дети радостно завопили и принялись скакать подо мной кругом, подпрыгивая и выкрикивая:

— Мы поймали короля! Мы поймали короля!

В этот момент в дверях гостиной появился дворецкий Айворн, а за ним чинно следовала юная дама.

Айворн невозмутимо провозгласил:

— Мисс Лайла Дейли. Новая няня.

Затем он откланялся и ушел, оставив замерших с недобрыми ухмылками детей, потерявшую сознание Кару, и меня, висящего вверх ногами перед незнакомкой.

«Эта и минуты здесь не продержится» — горестно взвыл я про себя, пока девица растерянно хлопала глазами, не отводя взгляда от моей обнаженной груди.