Глава 29. Возвращая долги

Still Corners - The Trip

Глаза Дамиена мгновенно находят мои, и они другие. Непривычно видеть то, что обычно внушает священный трепет или ненависть, внезапно подавленным.

- Правда или действие?

- Правда.

В его взгляде осколки, о края которых можно порезаться, если быть неосторожным. Поэтому решаю придерживаться деликатности:

- Расскажи о своём самом большом страхе, - предлагаю.

Девушки переглядываются, посмеиваясь. И я даже слышу тихое китайское:

- Вот зануда, сейчас всю игру сольёт своей заумностью! Идиотка!

- Заткнись, - ещё тише предлагает ей Мелания.

Дамиен же, ни на секунду не отрывая своих глаз от моих, отвечает:

- Боюсь упасть… и не подняться.

Никто не решается комментировать его ответ, не смеётся и не паясничает, не изощряется в остроумии. И я понимаю Фиону в этот момент: таких умников, как я, следует избегать, если хочешь сохранить здоровье весёлой компании.

- Обтекаемо, - выносит вердикт Королева. – А поточнее?

- Твой ход остался в прошлом раунде, Мел. Не лезь в чужую игру! – осаждает её бойфренд.

От его серьёзности холодеет спинномозговая жидкость. Причём, судя по лицам, не только у меня.

Дамиен откидывается на спинку дивана, на котором сидел и, нацепив лучезарную улыбку, спрашивает:

- Я удовлетворил твой интерес, Ева?

- Почти, - отвечаю, стараясь не воспламениться под натиском синих глаз Мелании. - Есть небольшое уточнение.

- Какое?

- Выражаясь фигурально, хотелось бы знать, как высоко находится то место, откуда ты опасаешься падать?

- Очень высоко. Так далеко я ещё не забирался, - и опять глаза в глаза, и снова мелькнувшая тень серьёзности.

- Не проще просто не лезть? Ну, если это настолько опасно?

- Боюсь, это не в моей власти.

От его пронзительного взгляда мне не по себе, и мы, может быть, поговорили бы с ним ещё, раз уж представился случай, но публика против:

- Дам, кончай этот трёп обкуренных невротиков! Загадывай! – настаивает Кристиан.

- Я пропускаю ход. Отдаю тому, кто… первым поцелует Меланию! – ехидно улыбается, глядя теперь уже в глаза своей подруги.

- Неожиданно… - успевает пробормотать та.

И пока народ размышляет, не ослышался ли, Фиона отрывается от Эйдана, проходит через всё наше соревновательное поле на противоположную сторону и впечатывает свой поцелуй адресату. Я замечаю, что Лукас даже не дёрнулся. В смысле, даже не собирался и не рассматривал варианты.

- Эйдан!

- Да?- отзывается тот.

- Правда или действие?

- Действие! - приторно ржёт.

- Ты знаешь, что такое французский поцелуй?

- Конечно, дорогуша. Хочешь проверить?

- Да. Но оценку твоим талантам буду выносить не я.

- А кто?

- Ева!

- Да ну на фиг! Может, лучше пойдём измерим мой член?

И все взгляды вновь обращены на меня. Фиона ржёт. Рон тоже ржёт.

- Не ведись, хватит уже, - шепчет в моё ухо Кристиан.

- Игра есть игра, - отвечаю.

- Вот именно, это всего лишь игра и тебе не обязательно, если ты не хочешь…

Карие глаза смотрят в пол. Руки снова скрещены на коленях, одна из которых нервно подскакивает на носке.

- Ева, ты не против? – интересуется Эйдан.

- Честно говоря, не в восторге, - признаюсь. – Но правила уважаю.

- Сейчас не твой черёд принимать вызов! - напоминает Дамиен. Практически сквозь зубы.

И я понимаю, почему он так бесится. И мне это безумно нравится!

Мы целуемся с Эйданом, который нахально присасывается, стараясь пропихнуть язык в мой рот, чего я упорно не позволяю. Приходится ущипнуть его за живот.

- Я загадываю! – вопит Эйдан, и народ замирает в предвкушении. – Ева! – рявкает и ржёт одновременно.

- Иди на хрен, Эйдан! Отстань от неё, окей? – вскидывается Кристиан, и у меня почему-то возникает предчувствие, что эта игра таки закончится дракой.

- Расслабь трицепсы, чувак! – у Эйдана нескончаемый приступ смеха с временными послаблениями. – Ева сегодня у нас безотказная, прости чувак, - кивает Дамиену. - Так что, грех не воспользоваться!

Я вижу, как белеет закушенная губа у Дамиена.

-  Ева, не разочаруй! – делает паузу Эйдан. - Правда или действие?

И я – центр Вселенной. В одном малюсеньком отрезке времени. Смелость или трусость? Разумность или глупость? Как поступить? Всегда есть, конечно, вариант свалить в свою комнату, но… но есть какой-то необъяснимый, вот прямо-таки не поддающийся осмыслению, но при этом первозданно неповторимый кайф вот в этой нижней, закушенной уже до синевы губе. В трясущихся на носках кедов ногах. В сжатых в один большой кулак ладонях с длинными пальцами, умеющими так классно управляться с автомобильным рулём.

- Действие, - выбираю.

И Боже, что тут начинается. Вальпургиева ночь. Шабаш.

- Окей… - тянет, воодушевившийся Эйдан. – Ты сегодня отличилась, и за это тебе положен бонус – право выбора. Ты ж, наверняка, уже догадалась, что опять будешь целоваться? Ещё один язык в твой милый ротик! – ржёт.

- Эйдан, - это голос из Преисподней.

- Дам, прости! Я перебрал, извини, друг! Всё! Я понял, завязываю! Короче, Ева, целуй любого на выбор. И если выберешь меня – не пожалеешь!

- Выбери меня, Ева! Выбери меня! – истошно орёт Рон.Первая же мысль – Дамиен. Но вслед за ней другая, поинтереснее:

- Я выбираю Кристиана.

И я не знаю, какой у него взгляд, в каком ритме дёргаются ноги и как сильно сжимают друг друга ладони, потому что не смотрю. Идти никуда не нужно – Кристиан рядом, и мы целуемся. Без языков и прочей дряни, и это первый наш поцелуй.

Главное знание, которое я вынесла из этой истории: Кристиан – не мой парень. Даже Лукас целовался круче. Точка.

 Дальше драка, кто кого не ясно, но их трое – Дамиен, Кристиан и разнимающий Рон.

Дамиен страшен. Его руки, сжимающие горло Кристиана, вынуждают меня вмешаться:

- Отпусти его, придурок! Отпусти!

У меня страх на грани истерики. Ужас происходящего заставляет стукнуть Дамиена кулаком по спине. Он в то же мгновение разворачивается, отпустив Кристиана, и хватает за руку меня. Дальше следует мой эпический взлёт вверх по лестнице: разозлившийся папочка тащит выведшую из себя дочь, чтобы запереть в своей комнате. Но до моей спальни мы даже не добираемся.