Глава 3. О будничной работе и попытке просить прощения

П-пух!

Огневик рассыпался искрами, развеялся с легким треском.

Шихан умеет их в накопители запихивать. У меня это выходит плохо, я могу, но это уж очень снижает скорость работы. А огневиков много. По сути, это остаточная магическая энергия, небольшие сгустки, оставшиеся после сворачивания крупных энергетических каналов.

К тому же, в этих огневиках темная сила, та, что осталась после захлопывания разлома. Ее потом не каждый использовать может.

Проще развеять. Сейчас концентрация темной силы не такая большая, поэтому вреда долине это не нанесет.

Простая и довольно однообразная, нудная работа. Огневиков в долине много, но они рассеяны в разных местах. Опасность от них не критическая, но обжечь человека или подпалить дом может. Со временем они развеются сами, но раз уж я все равно здесь – лучше, если с ними разделаюсь я.

Я, кончено, не гоняюсь за каждым. Я, как и с нежитью – встаю на открытом пространстве и подзываю огневиков к себе, а они сами слетаются. Надо только следить и ничего не пропускать.

Педро пока занимается кладбищами, там тоже не все улеглось. Говорит, проверил уже большую часть, сегодня с драконом полетел куда-то к дальним деревням, это быстрее, чем верхом.

Они с драконом не ссорились, и Педро к нему с проклятием и вопросами не цеплялся, так что просто делали вид, что все идет как раньше.

– Да, – сказал вчера вечером. – Есть, и раскрывается. Я аккуратно посмотрел, когда мы летали. Судя по плетению, это точно не внезапная смерть, так что есть время.

– Ты сказал, что это может быть опасно для всей долины?

– А ты за долину, что ли, беспокоишься? – не поверил Педро. – Нет пока. Нет смысла торопиться. Скоро Шихан приедет, он сделает. Не хватало еще, чтобы дракон психанул и Шихана послал.

– Думаешь, он настолько упрямый?

– Думаю, ты слишком к нему цепляешься, – Педро вздохнул. – Ты же не знаешь, что у него. Может быть, есть веские причины молчать.

Может и есть.

Кто я ему, чтобы обо всем рассказывать?

«Если только ты не собираешься остаться со мной». Да, я случайный человек в его жизни, я не собираюсь оставаться, и меня не должно волновать.

Только волнует.

А он бы хотел, чтобы я осталась? Это вдруг кольнуло… Если не хотел, не думал о таком, то и не сказал бы.

Невольно почувствовала себя сволочью, и стало стыдно. Даже не за то, что не готова к продолжению отношений, это точно мое дело, я имею право сама решать. А… даже не знаю за что. Надо было иначе.

И вот тут я, честно говоря, отвлеклась и не засекла вовремя огневика, подлетевшего со спины. А я еще и щит не поставила, решила, что это как-то совсем простая работа, я справлюсь и так, нечего зря тратить силы.

Но задумалась и…

Он шарахнул мне в спину. В задницу.

Ох! Я даже подпрыгнула от неожиданности. Обожгло. Но огневик был совсем небольшой, так что даже штаны мои не прожег, хотя подпалил. Вот ж!

И смешно, и обидно.

Теперь еще Педро надо мной ржать будет, что подгорело.

А с драконом, все же, нужно поговорить.

* * *

К ужину дракон не вышел, сразу ушел к себе, как они с Педро вернулись. Так что просто подойти не вышло.

Поэтому я пошла к нему сама.

Постучала в дверь.

Глупо себя чувствовала, по-дурацки. Но что-то надо было делать.

Я постучала, а он не ответил. Тишина за дверью. Ничего. Но он точно там, я его чувствую. И не спит, просто не хочет со мной разговаривать. У него, пожалуй, есть на это право. Но я не уйду просто так.

– Хольвар! – позвала я. – Мне нужно поговорить.

Там что-то скрипнуло, стул или кровать… Но он не открыл.

Да тут не заперто, я могу сама… Но это неправильно.

– Хольвар! – и глубокой вдох. – Я хочу извиниться. Я не буду больше давить, честно! Но мне нужно поговорить.

Скрип снова.

И долго тишина. Но я уже почти чувствовала, что сейчас он решится.

– Хольвар, пожалуйста!

И все же шаги. Он подходит. Открывает.

– Дверь не заперта, – говорит тихо, хмуро.

Я вздыхаю.

– Да. Но не хотелось врываться. Халле, прости… я была не права, – ох, я тоже не умею просить прощения, и это тяжело. – Я знаю, что веду себя неправильно, но у меня не выходит иначе. Я тоже переживаю за тебя. Мне не все равно. Я знаю, чем такие вещи могут грозить, и мне страшно.

– Я все понимаю, – говорит он очень сухо.

Да что ж…

Боги…

Я стою перед ним как девчонка.

Но да, я виновата сама.

– Я знаю, что не стоило взламывать дверь в комнате твоей жены. Это неправильно. Но надеялась найти ответ. Я хотела понять, что же произошло. Понять – почему! Халле, ты ведь и сам все прекрасно знаешь! Если в момент смерти было произнесено проклятие – лопаются зеркала. Это она прокляла тебя!

– Да, – говорит он. – Но тебя это не касается.

– Не касается… – я зажмуриваюсь на мгновение, пытаюсь найти нужные слова, но так и не нахожу. – Халле, я просто переживаю за тебя. Я не могла иначе. Ты ведь сам… Ты сам, же… Когда мы первый раз были у гробницы! Помнишь, как ты выдернул меня, отбросил назад, пытаясь защитить. Я тоже страшно на тебя злилась. Но тут так же. Я не смогла остаться в стороне, потому что переживаю. Я просто очень хочу тебе помочь.

На последних словах голос предательски дрогнул.

Да, это другое, но… я не знаю, что еще сказать.

А дракон, как на зло, стоит и молчит. Просто стоит, сжав зубы.

Я, всего лишь, хочу помочь, потому что мне не все равно.

Да, я была неправа, но как иначе – я не знаю. Что ему сказать? Халле, мне страшно. Я не хочу терять тебя. Я не хочу, чтобы тебя сожрало проклятие.

Нет, это я не говорю, просто думаю, глядя ему в глаза. Вижу, как его лицо меняется. Словно он все понимает. Но только становится еще более напряженно. А, может, и понимает, большинство драконов эмпаты в той или иной степени. Нет, мысли не читают, но эмоции считать могут, а я сейчас открыта.

Я переживаю.

Он молчит.

– Прости… – из последних сил говорю я.

Он втягивает носом воздух. И кивает.

– Я не сержусь, – говорит немного хрипло.

Неправда. Даже если он хочет, чтобы это было так. Сердится.

Так хочется броситься ему на шею, обнять. Прижаться. Снова попросить простить. Сказать, что вместе мы что-нибудь придумаем.

Но ведь мы не вместе и никогда не были.

Но я просто стою. И он стоит.

– Ладно. До завтра, – говорит он.

И закрывает передо мной дверь. Я даже вздрагиваю.

И понимаю, что он там никуда не уходит. В нем магия, поэтому я хорошо чувствую его. Он за дверью. Поворачивается к двери спиной и тихо сползает на пол. Садится. Тихо, молча.

Но лучшее, что я могу сейчас сделать – это дать ему время. Уйти.

До завтра.

Я протягиваю руку, касаюсь пальцами двери. Глажу осторожно.

– Халле, – говорю я шепотом.

Ничего. Ладно. Мы как-нибудь решим.

* * *

Утром он пришел сам.

Правда, к разговорам все равно не расположен.

– Педро сказал, тебя надо отнести к Заячьим холмам, – сказал он. – А то ехать очень далеко, на работу время не останется.

– Да, – сказала я, стараясь не очень свою радость показывать, чтобы не спугнуть. – Ты бы мне очень помог.

Он кивнул.

– Как будешь готова, выходи. Я жду во дворе.

Педро, значит, решил помочь.

Главное теперь, самой все не испортить.

Осторожно…

Пошла на кухню, попросила собрать обед с собой. И побольше. Побольше мяса. Сытый дракон всегда сговорчивее. Вышла тяжелая сумка, но ничего.

Быстренько перекусила сама. И во двор к дракону. Он действительно уже ждал.

Молча. Без разговоров. Только очень сухо и по делу.

Это даже забавно, когда двое взрослых людей пытаются наладить отношения, но не знают, с какой стороны подступиться. Мы оба знаем, что ведем себя не очень правильно, но как надо – пока еще не понимаем оба. Как надо – не выходит.

Но главное, что мы оба хотим.

Разберемся.

Хотя все равно это немного тягостно.

Я гоняла огневиков по холмам, дракон тихо сидел в сторонке. Ему тут делать сейчас нечего, огневиков драконьим огнем не развеешь, они только подпитаются. Поэтому приходилось ждать. Это, конечно, не очень хорошо – заставлять скучать дракона.

С другой стороны – я ему не нянька.

А у меня работы хватало, огневиков скопилось много. Главное снова не упустить ничего, а то это мои последние штаны, я больше с собой не взяла. Где новые искать?

Заодно энергетические потоки изучала – вот Шихан приедет, сразу введу его в курс дела. Тут интересно так, завихрения… Не сказать, что опасные или какие-то критические, но стоит обратить внимание все равно. Слишком много в этих горах всего спрятано.

Со всей этой работой почти забыла про дракона.

Вспомнила только, когда начало урчать в животе и лезть мысли, что пора бы и пообедать. Ну и хорошо, у дракона тоже время подумать было.

Я нашла его там же, где оставила, он так же сидел и смотрел вдаль.

– Халле! – помахала издалека рукой. – Как на счет того, чтобы пообедать?

Он повернулся ко мне, поднялся. Поднял сумку с едой.

– Да, конечно.

И как-то без особого энтузиазма.

Не нравится мне это.

Все так же молча и хмуро.

Я достала из сумки полотенце, расстелила на травке, достала хлеб, копченое мясо, сыр, яйца и пирожки. Дракон сел рядом…

Хотелось что-то сказать, но я никак не могла понять что. Прощение я уже просила. Хотя не раскаиваюсь. С проклятием нужно что-то делать, нельзя оставлять это так.

Я смотрела на него… и вдруг… я даже сама не сразу поняла, за что зацепился глаз. Что-то не так. Причем именно глазами можно увидеть, надо только понять что…

Я моргнула, вглядываясь.

Да не может быть!

Дракон поймал мой взгляд, сам удивился.

– Что? – чуть резко спросил он.

Я моргнула снова. Да, я действительно это вижу.

– Седой волос, – сказала я тихо. – У тебя седой волос… вот тут…

Показала – впереди, у виска.

Дракон не удивился, но напрягся отчетливо. Ноздри дрогнули. Потянулся потрогать, но сразу опустил руку. На ощупь такое не понять.

Только в глазах тьма мелькнула. И совсем чуть-чуть паника, но он тут же взял себя в руки.

– Может быть, – только голос слегка подвел, вышло хрипло. Дракон кашлянул.

– Нет, подожди! – решила не отступать я. – Раньше ведь не было. Тебе еще точно рано седеть. Так не должно быть!

– И что? – зло поинтересовался он. Чуть было не вскочил на ноги, бежать собрался. Но остался.

– Это проклятие? – сказала я, сама холодея от такой догадки. – Твоя жена умерла от старости. Она и тебя прокляла так, что ты состаришься и умрешь, куда раньше, чем должен. Если это так, какой смысл тебе скрывать? Это и так скоро станет очевидным.

Он подобрался, сердито засопел.

– Так, – сказал он резко. – И что? От старости за один день не помирают, я успею закончить все дела. Найду преемника. Своего сына уже не успеть, к моменту передачи долины он должен быть взрослым и готовым к этой роли. Так что найду молодого дракона в соседних кланах. Младшего сына Эйгона, скорее всего.

Резко и холодно.

И зубами скрипнул.

Так. Спокойно. Он уже все для себя решил, просчитал, значит это для него не новость.

Так…

Тут важно без эмоций, чисто деловой подход, иначе дракона я спугну.

– А вариант снять проклятие – ты не рассматривал?

– Не выйдет, – сказал он как-то очень спокойно.

А вот у меня спокойно не выходило.

– С чего ты взял? У меня есть знакомые, отличные специалисты в проклятиях. Можно попробовать. Это как минимум нерационально – искать приемника и сваливать все на него, когда сам может справиться.

Дракон вздохнул.

Долго молчал. И я прям видела, как желание объяснить и нежелание говорить – боролись в нем. Но я не отстану. Так или иначе.

– Это проклятие с отдачей, – сказал он. – Если пытаться его снять, оно перейдет на другого. Я, по крайней мере, заслужил это. А ты нет.

Последнее – совсем тихо.

И отвернулся.

Вот оно что. Он пытается защитить меня? Это правда, я отлично видела. По крайней мере, он сам верил в это.

– Я?

– Ты права, – сказал он так же, не поворачиваясь. – Моя жена прокляла меня в момент смерти. Последние годы я не был таким уж верным мужем. Это так. Так что все справедливо.

Та-ак…

Ну, допустим, оставаться верным злобной старухе довольно непросто. Я знаю, что это нехорошо, но могу понять. Пусть не знаю, какие уж у них там были отношения на тот момент. Может быть, дело даже не в старости, ведь даже молодые и красивые люди могут со временем стать безразличны друг другу. Стать ненавистны. Да и добрые женщины к ведьмам не ходят, кровавые жертвы не приносят.

Не хочу дракона оправдывать, но и у него причины отвернуться от жены могли быть.

Я сама сомневаюсь, что смогла бы так жить. Я бы сбежала раньше.

Это изначально тяжелое испытание для обоих. И не справились оба.

Кухарка говорила, что дракон не смотрел ни на кого, но значит – все же смотрел.

И он считает, что проклятие справедливо? Может и так. Ему виднее.

– Твоя жена сказала, что если ты в кого-то влюбишься, то сам начнешь стареть и скоро умрешь от старости, – подвела итог я. – А если попытаешься снять, то проклятие падет на ту девушку?

Дракон кивнул.

Ну, что ж…

– Если проклятие можно снять с тебя, то и с меня тоже можно.

– Такие проклятия все равно оставляют след, – сказал он. – Зачем это тебе?

Затем, что мне не все равно.

Но да, предсмертные проклятия след все равно оставляют. Вытянуть такое до конца почти невозможно, можно лишь заглушить.

– Халле, давай сделаем так, – твердо сказала я. – Я обращусь к своему знакомому, он действительно отличный специалист. Пусть посмотрит и скажет. По крайней мере, пусть посмотрит. А потом мы решим.

Дракон скрипнул зубами снова.

– Хорошо, – выдавил почти через силу.

А пока… Если проклятие не развернулось до конца, то, может быть, есть небольшой шанс, что оно свернется снова? Если наши с ним отношения не перерастут во что-то большее, а тихо сойдут на нет. И оно сойдет?

Он же знал, чем это может ему грозить?! Зачем тогда?

Или невозможно вот так долгие годы жить и не позволять себе даже смотреть на женщин… Не подпускать никого близко. Так и с ума сойти можно.

Ох, Халле…

– Знаешь, – хрипло сказал он, глядя в сторону, – я все равно не жалею, что все так вышло. Рад, что встретил тебя.

– Дурак ты.

Он покачал головой.

– Просто я впервые за столько лет чувствую себя действительно живым.

А я не знаю, что делать. Так хочется подойти и обнять его, но я не знаю, будет ли это правильно. Не помешает ли? Не ускорит ли процесс?

Как мне теперь быть?