9 глава. Наемник.

 Гелидар довез Бёрк прямо до дома. Сфенос сидел на кухне за столом и в окошко видел, как они подъехали. Он не собирался препятствовать их отношениям. Орк все обдумал еще, когда от девки впервые потянуло псиной. Хоть он и был старым, но еще не забыл, чем заполнены молодые горячие головы. Орк понимал что Бёрк, как все обычные девушки хочет внимания и любви. Он боялся, что волк заберет его девочку в свой далекий замок, и он останется один. Свои опасения он рассказал Татимиру, тот как всегда обозвал его дураком, и объяснил, что у оборотня нет никакого замка, что тот нищий наемник и голодранец, который не может прокормить даже себя. И что волк смоется отсюда, как только прибудет его дружок. Сфен хотел передать разговор Бёрк, но решил что, нет ничего хуже одиночества и она достойна своего кусочка счастья.

 Со дня на день Сфен хотел перебираться в дом. В этом месяце к ночи на улице уже сильно холодало. Но понаблюдав из окна, как хихикает Бёрк от прощальных шуточек Гела, собрал свои одеяла и демонстративно вышел на улицу. Зевнув во весь рот и пожелав дочке спокойной ночи, ушел в сторону конюшни. С оборотнем они обменялись лишь оценивающими взглядами.

 Вернувшись в лагерь, Гел распряг и покормил лошадь. Больше ему нечем было заняться. Альфа начал расхаживать вокруг костра не находя себе места. Помаявшись так пару часов, он рванул к дому девушки.

Она искупалась и уже улеглась в постель, но свечу не потушила, лежала и смотрела на печку, обдумывая события сегодняшнего дня. Низ живота саднило, побаливали груди, а в теле поселилось какое-то сладкое томление.

Гел аккуратно просунул в щель кончик своего кинжала и бесшумно поддел крючок, на который запирала двери Бёрк. Он тенью проскользнул в комнату. Увидев его от неожиданности, Бёрк вскрикнула.

– Не рада? – Гелиодор сделал шаг к двери, давая понять, что уйдет при первом требовании.

– Конечно, рада. – Протянула к нему руку Бёрк.

Оборотень самодовольно ухмыльнулся и, чмокнув её пальцы, стал раздеваться. Он как у себя дома развесил на лавке вещи и залез в лохань. Вода еще не остыла и он с удовольствием искупался. Бёрк подвинулась, когда Гел устроился рядом на кровати. Его рука сразу легла ей на грудь, он прижался к орчанке бедрами давая почувствовать эрекцию. Девушка поморщилась, в глазах появилось беспокойство.

– Болит?– Правильно понял ее реакцию волк.

–Немного.– Бёрк застеснялась и прижалась к нему всем телом.– Но если ты хочешь…

– Отложим до завтра.– Он приподнял ее личико и чмокнул в лоб. – Спи моя сладкая.

Раньше, получив, что хотел, Гел сразу покидал постель очередной любовницы. Но Бёрк была такая манкая. Его затянуло, как пчел приманивает аромат меда, и, попав в него, они тонут в сладком лакомстве. Так и он наслаждался, лип к ней, чувствовал себя пойманным против воли.

Гел пошел утром в лагерь, Бёрк как привязанная семенила рядом, не отставая. В руках она по привычке несла корзину. Стая завтракала. Оборотень запутался, он не знал, что ему делать, за связь с орчанкой он испытывал какую-то неловкость перед товарищами. Будь на ее месте волчица, он с гордостью завел бы ее в круг у костра, представил всем как свою пару, но, то была Бёрк. Махнул ей в сторону своей палатки, пошел к костру.

Его дружно приветствовали. На лицах были легкие ухмылки. В отсутствии идеальной пары, кто-то из них постоянно завязывал более или менее долгую связь. Некоторые избранницы вызывали зависть у братьев (о эльфийке Гела мечтал каждый), а были откровенно ужасные. Так Сфелер сильно набравшись трахнул степную гоблиниху. Степные, все жили в городах или деревнях, отличались более дружелюбным нравом от горных и ни когда не воевали. У семьи гоблинихи была лавка в том городе, и она приплачивала ему, за то, что тот драл ее целый месяц, а когда они уезжали из города, ушастая рыдала у всех на виду. Сфелу было стыдно, и он старательно прикрывал лицо, чтобы его не разглядели и не запомнили. А Амичит, как-то встречался с дриадой. Зеленые волосы и коричневая кожа, были не самым частым сочетанием в Широких землях. И та была довольно хороша лицом, но он постоянно жаловался на поцарапанный член. Кожа у них была на подобии древесной коры.

– Драть можно, но член в руки не давайте. – Делился он опытом.

Над Бёрк, за спиной вожака, не посмеялся только ленивый. Маленькая, зеленная и страшненькая лицом, она вызывала максимум – жалость. Как у Гела встал на нее, было загадкой. Еще больше удивляло, что тот явно не равнодушен к своей малышке. Вожак ревниво поглядывал вокруг, когда она проходила по лагерю, и постоянно подкармливал. Он каждый день что-то таскал ей, то кашу из котла, то яблоки, то кусок запеченного мяса. Делал вид, что будет, есть сам, но из-за повозки, где они постоянно встречались, неслось аппетитное чавканье орчанки.

Сегодня она не скрывалась за телегами, а ждала на виду, пока он позавтракает. Ее новый статус придавал ей уверенности.

– Эй, Бёрк, иди сюда. – Позвал громко Церус, самый старший из них.– Хватит скрывать ее, как будто никто не знает.– Уже тише, Гелу добавил он.

Все замерли. Это было похоже на вызов, непонятно как воспримет вожак попытку вмешаться в его отношения. Но Гел промолчал. Он продолжал накладывать из котла еду в тарелку. Тогда место рядом с ним освободили и Берк замахали, приглашая в круг. Она несмело подошла и скромно, поджав ноги, примостилась рядом с любимым, преданно на него поглядывая.

– Позволь представиться, я Церус.– Продолжал нарушитель спокойствия.

– Бёрк.– Ответила она тихо, взглянув на улыбающегося дядьку.

– А я Гессон.– И ей протянули ложку.

–Привет. – Махнула в ответ ему рукой.

– Сфелер.

– Амичит.

– Гросул.

–Улекс.

–Тсавор.

Они по очереди, как седели в кругу, говорили свои имена, махая ей руками. Она тоже махала им и в ответ каждому дарила улыбку.

– Тумит. – Буркнул последний. Наглая – зеленая его явно злила.

Гел протянул ей миску, и в кругу начали неспешно переговариваться, как ни в чем небывало. Атмосфера постепенно стала расслабленной. Берк ела вместе с оборотнем из одной тарелки и разглядывала сидящих вокруг. Все они были молоды как Гел , только Церус был старше, но не на много. Все статные, высокие красавцы, в их облике можно было проследить общую черту – ярко выраженные скулы. Они обсуждали охоту, комментировали неудачи друг – друга, подшучивали над товарищами.

– Бёрк поедешь с нами на охоту?– Спрашивал Сфелер у Берк, а смотрел вопросительно на Гела.

Тот прожевал не спеша кусок мяса и вопросительно посмотрел на орчанку.

–Поедешь? – Переспросил Гелиодор.

–Можно?– Она смотрела нерешительно. Но ей явно хотелось посмотреть на мужское развлечение.

–Конечно. Завтра с утра и отправимся.– Покровительственно, заявил Гел.

Ночью он брал ее дважды. Сначала поставил на колени, заставил держатся руками за спинку кровати и вбивался в нее на все длину, держа за бедра. Она кусала подушку, в которую уткнулась головой и от удовольствия стонала. Гел ощущал своим обонянием, как цветет цветок ее аромата, раскрытый бутон манил и звал обладать ею снова и снова. Погрузившись, последний раз, он выпустил в нее семя, откинул голову назад и глухо, протяжно завыл.

Потом опрокинув ее на кровать, долго целовал, изучал все тело, насиловал языком рот. На ней не осталось не одного не обласканного участка кожи, вся она была исцелована, потискана и облизана. Когда Гел был почти на вершине во второй раз, Берк достигла пика первой и в порыве расцарапала ему спину, крича хрипло его имя. Ее ноги в ту ночь не сомкнулись, как в прочем и в следующую.

К лесу они ехали на конях, охотились оборотни, перекинувшись в волков, но везли на них обратно добычу, чтоб не тащить на себе. Берк сидела в седле впереди Гела и с аппетитом грызла яблоко. Ехавший рядом Тум, обсуждал подробности предстоящей охоты с вожаком и внимательно за ней наблюдал.

– Такая маленькая, а все время что-то жрёт. – С восхищением обратился он с Гелу.

– Тум, убирайся.– Без эмоций, по привычке сказала Берк, и продолжила сочно чавкать.

Вокруг раздался взрыв смеха. Сфелер сочувственно похлопал по плечу Тумита.

–Держись приятель.– Смеясь, поддержал он Тума. – Тебе указали новое место.

Тем же вечером, когда Бёрк и Гелиодор ушли, к лагерю подъехала другая стая. Волки соскакивали с коней, приветствуя, пожимали друг – другу руки. Не встречавшиеся друг другу раньше, знакомились, но таких было немного. Стаи частенько пересекались, обменивались новостями. Оборотни за время пути отдохнули от работы, и решено было выдвигаться в дорогу завтра на рассвете.

Тумит в темноте поскреб в окошко лачуги Берк, ткань занавески отодвинулась, и на него глянул альфа. Он не разбудив Бёрк, тихо вышел на улицу.

Останавливаясь в хуторе, он чуть не выл от досады, провести две недели в этом, стоячем болоте было муке подобно. Как быстро они пролетели. Пока Тум поведал последние новости, он не сказал ни слова.

– Я вижу, ты хочешь остаться. А как же контракт, стая? – Начал было Тум.

– Я еду. – Отрезал Гел.– Разбуди меня на рассвете. – Развернулся и, не говоря ничего больше, ушел в дом.

Тихо он вернулся в постель и обнял маленькое, теплое тело. Берк завозилась, устраиваясь на его груди поудобней. Гел отлично видел в темноте и лежа рядом рассматривал девушку. То время что они встречались, зеленая краска почти смылась, Бёрк больше не подкрашивала кожу, по его просьбе. Волосы распушены и разметались по подушке. Она спала, чуть приоткрыв свой чудный ротик и иногда, во сне подрагивала, ей явно что-то снилось.

Гел не смог заснуть, на сердце было муторно и не спокойно. Одна мысль что придется ее оставить, рвала ему душу. Его как будто выворачивало. Гелиодор не замечая, инстинктивно прижимал ее к себе сильней, глаза волка горели бешенным желтым огнем. Берк забормотала что-то во сне, от слишком крепких объятий. Опомнившись, он ослабил хватку и аккуратно уложил ее на постель. В окошко тихо постучались, и оборотень поднялся с кровать. На столе он оставил свой походный кинжал. Бёрк нравилось его оружие, рукоять отлично ложилась в маленькую ладошку и она стала резать им дома хлеб. Через минуту за волком неслышно закрылась дверь.

Если бы он обернулся, то своим обонянием «увидел» как с бутонов, цветущих на золотой лиане её запаха, медленно облетают лепестки и на их месте показываются завязи волчьих ягод.

Неделю спустя. Гелиодор стоял на коленях в реке. Вода стекала с его лица, смывая брызги и потеки черной, гоблинской крови. Он еще раз зачерпнул в руки воды и опять плеснул на лицо. На руках и голове стали видны из-под грязи, медленно затягивающиеся раны. Рядом плюхнулся на колени Тумит.

– Когда мы здесь закончим, сойдусь с ней и осяду.– Глядя на свои руки, сказал Гел.

– С орчанкой? – нисколько не удивляясь, спросил Тум.

– С ней.

– Она милая. – В голосе друга было сожаление и нотки зависть.

К воде стали медленно подтягиваться другие оборотни. Кто-то помогал идти раненым, кто-то шел сам. Бои, шедшие последние дни почти не прекращались. Обе стаи, несмотря на фантастическую выносливость, были измотаны и, почти буквально, изорваны в куски. Раны на телах оборотней не успевали заживать. Враг хорошо подготовился и серебра в их арсенале, была чуть не половина. Волки израсходовали почти весь запас Эльфийского бальзама. Численный перевес в сторону гоблинов был огромный. Их силы превосходили все ожидаемые. Остроухие заполонили треть Широких земель. После тяжелых боев, они оттеснили зеленых, с территории принадлежавшей гномам, которые их наняли, в сторону гор. Но дальше идти не собирались.

Воевать здесь ему было не за что. Гелиодор за последние годы устал от крови. Заложенная в оборотнях потребность в семье мучила его, как и всех его братьев. Насладившись свободой и перенасытившись ею, в юности, теперь став зрелыми, они движимые самым сильным и древним инстинктом жаждали своего логова, жену и детей.

Чаще они утоляли свой сексуальный голод с гномками. Сманивали замужних на измены, за что их недолюбливали коротышки. «Разрушители гномьих гнезд» так называли их за глаза в городах. Молоденькую гномку соблазнить было трудней. Они все были старомодно воспитаны, и в постель ложились, только после свадьбы. Волки были готовы жениться, но толстушки хоть и заглядывались на красавцев оборотней, на брак с ним не соглашались. Этот союз был заведомо бесплодным, а у гномов дети ровнялись счастью.

Гел провел с Бёрк всего несколько ночей. Сначала он не серьезно отнесся к маленькой орчанке, как к легкому развлечению. Сейчас понимал что время, проведенное с ней, было то, что он хотел и к чему всю жизнь стремился. Почти физически ощущал он расстояние между ними и чувствовал себя без нее неполноценным. Теперь, когда договор заключенный им выполнен Гелиодор собирался как можно скорей вернуться на хутор. Ему некогда было обдумывать подробности их предстоящей, совместной жизни. Но точно знал, жить они будут вместе. В голове появлялись картинки Бёрк, и одно лишь слово «ОНИ» заставляло сердце биться быстрей. У него было желание: К ней, хочу к ней!

–Гелиодор нам нужно ехать в город.– Сказал подъехавший Смараг.

– Мне не нужно.– Гел не собирался менять свои планы.

–На севере гоблины прорвались в глубь Широких земель.– Смар был сильно обеспокоен.

– И причем здесь я? Пусть возьмут в руки оружие и защищаются.– Оборотень не собирался слушать о чужих проблемах.

–Эльфы собирают совет в Злат – городе. Хотят очистить от гоблинов все земли до Темных гор.

– Их земли пусть очищают.– Ответил альфа.

– Работа будет щедро оплачена.– Забросил приманку оборотень.

– Смараг, я устал воевать и еду домой к своей женщине. – Поставил точку в ненужном споре Гел.

– Поздравляю, но из уважения ты должен присутствовать на собрании всех народов. – Брат применил железный аргумент.

Гелиодар разозлился и глянул на Смара пожелтевшими звериными глазами.

– Ладно, две недели ничего не изменят. – Он сжимал и разжимал кулаки. – Но я сразу заявляю, чтоб никого не обнадеживать – Я закончил воевать. С моей стаей ты можешь договориться сам. Если кто-то из братьев пойдет, я буду не против.