Глава 4

Спалось плохо — всю ночь меня мучили кошмары с участием крэйтаров. Стоило закрыть глаза, как передо мной вновь и вновь падал Снори, смятый тушей монстра. Едва прозвонил похоронный колокол, я проснулась. От звучной, пробирающей до костей мелодии по телу пробежали мурашки. Трижды ударив, колокол смолк.

Солнце только поднялось над горизонтом, расплескав алые брызги, в небе плыли пушистые облака. Хороший день для ритуала.

Приподнявшись, увидела незнакомку, прибившуюся вчера к каравану. Девушка сонно потерла глаза и, пригладив разметавшуюся за ночь копну кудрей, встала.

Я облегченно выдохнула. Она смогла стряхнуть отчаяние, а мертвенная бледность лица и страх во взгляде вскоре пройдут. Вспомнив о манерах, я коротко поклонилась. Даже в самой глухой деревне, где ни разу не бывал собственный сиенн, знали, чем грозит оскорбление аристократа.

Незнакомка покачала головой, и я сникла. Чем она недовольна? Свернув лежанку, постаралась не думать об этом. Ритуал не терпит забот.

Похороны всегда проходят на рассвете: лишь в это время граница между мирами зыбка. Провожающим в последний путь нельзя вкушать пищу или разговаривать, поэтому было тихо.

На другом конце лагеря уже соорудили помост, на который уложили тело Снори, убранное еловыми ветками. Хвоя поможет отогнать приспешников темной богини Кхиры, пришедших за душой умершего. Со всех сторон сюда тянулись работники нашего и чужих караванов — все, кто хотел почтить память погибшего. Окружив помост, люди расселись на земле.

Кто-то опустился рядом со мной: повернув голову, я увидела аристократку. Ее взгляд рассеянно блуждал по толпе, да и сама она нервничала. Тишина накрыла поляну плотным куполом; даже птицы, воркующие по утрам, смолкли.

На деревянный помост забрался возничий Дик, отец Снори. Последний обряд всегда проводил наиболее близкий умершему человек, лишь он способен проложить новый путь — в чертоги Матери Мафрины. Мужчина едва держался на ногах и, подойдя к телу сына, замер. Передвинув пару веток так, чтобы они закрывали страшные увечья, нанесенные зверем, он что-то зашептал. Я не вслушивалась: последняя беседа священна, в следующий раз они свидятся лишь в благословенном мире.

Спустившись с помоста, Дик смахнул слезу и остановился. Взяв в руки факел, он взглянул на розовеющее небо и глубоко вздохнул:

— Мы встретимся, сынок. Счастливой дороги в благословенные чертоги! — дрожащей рукой возничий поднес факел к дереву.

Огонь вспыхнул, с удовольствием принимая предложенное угощение.

Хороший знак — пламя разгорелось быстро. Нащупав нужную склянку в лекарском мешке, я шагнула вперед, и толпа расступилась. Вынув пробку, я бросила горсть бесцветного порошка.

Прости, Снори. Это поможет тебе достичь светлых чертогов Матери Мафрины и найти покой. Пламя взревело, грозно взметнулось вверх и стало фиолетовым. Мне вдруг почудилась ладошка, словно… Снори прощается с нами. Ветки затрещали, и огонь поглотил помост. Быстро справившись с досками, он лизнул тело мальчика. Мать Мафрина готова принять своего сына.

По лицу покатилась слеза, но я тут же смахнула ее. Не стоит грустить. Провожая близких в последний путь, не нужно плакать, ведь так им сложнее расставаться с нами.

За полчаса прощальный костер прогорел, оставив после себя лишь горсть пыли, бережно собранную Диком.

— На закате состоится ужин в честь Снори, а до сего момента вы не должны вспоминать и плакать о нем. Дайте ему удалиться в светлые чертоги, — со своего места поднялся Стаям.

Ритуал прошел правильно, и Снори обязательно найдет успокоение, не останется бродить по миру неприкаянным призраком. Люди вокруг вставали и, бросая последний взгляд на сизый дым, уходили.

Рассеянно оглянувшись, я заметила аристократку. Вспомнив о манерах, тут же вскочила с земли и поспешила исправиться:

— Мое имя Орис Элойзин, как к вам обращаться, сиенни? — вежливо склонила голову. — Простите, я не могла представиться раньше.

— Что? — незнакомка опешила и махнула рукой. — Нет-нет, я не аристократка. Меня зовут Брисса Тантьери. Мой отец крупный торговец, он держит несколько лавок в городе.

Я медленно выдохнула и улыбнулась. Пожалуй, мне повезло. Сиенни могла бы и рассердиться за слишком простой ночлег.

Брисса поднялась, и мы пошли к реке.

— Как ты себя чувствуешь? — спросив, я непроизвольно передернула плечами. — И как очутилась в лесу?

Девушка мгновенно помрачнела.

— Я не знала, что в лесу рыщут эти звери. Отец смеялся над сплетнями, ходившими по городу, называя их бреднями пьянчуг. Я родом из Фандрии, но пару месяцев назад торговые дела позвали отца в Гверн.

Качнув головой, я всмотрелась в собеседницу. Фандрия — небольшое королевство, расположенное к западу от Ривалона. Оно славится своими садами и великолепными винами. Брисса говорит без акцента, а внешность фандрийцев почти не отличается от нашей — я бы никогда не распознала в ней иностранку.

— Как ты смогла убежать от крэйтаров?

— Крэйтары? Так зовут этих тварей? Я покинула город верхом и даже успела проскакать лиг двадцать, прежде чем наткнулась на лежку монстра. От испуга лошадь понесла и сбросила меня совсем рядом с вашим лагерем. Я услышала голоса. Пока эта тварь доедала Снежку, я прибежала к вам. Простите, мне не хотелось приводить зверя к вам. — В глазах Бриссы стояли слезы.

Я промолчала, не зная, что ответить. Не думаю, что в караване рады ее появлению, но роптать нельзя: все случившееся — воля богов, а не вина фандрийки.

— Спасибо за помощь. Я смутно помню твое снадобье вчера. После него глаза закрылись сами собой.

— Не за что. Это все, что я могла для тебя сделать.

Разговаривая, я повела Бриссу к реке. Теперь, после совершения прощального ритуала, можно было умыться и позавтракать. Сердце по-прежнему колола вина за Снори, и я задвинула эту боль подальше. Кажется, она поселится здесь надолго.

Мне снова хотелось соединиться с лесом. Головная боль не мучила, но я чувствовала потребность в этом — похоже, это станет ежедневной привычкой. Перешагивая через брошенные вчера впопыхах вещи, я подумала о том, что мама мне так и не приснилась. Я надеялась получить хоть какие-то ответы. О каком зове она говорила?

Мы не были первыми — у реки уже толпились люди. Кто-то заканчивал вчерашние дела, кто-то умывался. Я кивнула знакомым. Брисса шла рядом со мной, опустив голову вниз так, что кудри заслоняли лицо. Прохожие, встречающиеся на пути, разглядывали фандрийку — все знали, при каких обстоятельствах она попала в лагерь.

С опозданием я подумала, что нужно было захватить вещи для фандрийки. Ее костюм для верховой езды пришел в негодность: почти полностью разорванный подол открывал вид на тонкие нижние штаны, а легкий жакет растерял половину коралловых пуговиц.

Не обращая внимания на любопытствующие взгляды, мы спустились к воде. Едва не оскальзываясь на мокром песке, Брисса принялась приводить себя в порядок, а я быстро ополоснув лицо, отошла к деревьям.

Прислонившись спиной к стволу, открыла сознание лесу: ивам, растущим на берегу; траве, ласкающей ноги, и ветру, носившемуся между крон. Меня затопила волна тепла и любви, и я зажмурила глаза от удовольствия. Я не одинока, я — часть целого, кусочек природы…

Резкий плеск разорвал связь — оглянувшись, я увидела Бриссу, сидящую по пояс в реке. Она ошарашено смотрела на меня, а я не смогла удержать смешок. Однако взглянув на лицо девушки, осеклась. Кудряшки уныло повисли, а подбородок задрожал.

К счастью, Брисса не стала плакать. Ее губы растянулись в улыбке, и мы звонко рассмеялись, ловя на себе недоуменные взгляды. Похоже, скопившееся напряжение нашло выход.

— У меня нет сменных вещей, — растерянно проговорила девушка. — Сумка была приторочена к седлу, а теперь…

Я помогла ей выбраться из воды и сказала:

— Пойдем, одолжу тебе платье.

К тому же мне нужно осмотреть вчерашних раненых и позаботиться о лошадях.

Вернувшись в лагерь, я перебрала вещи. Фандрийка смущенно отиралась рядом — непривычно ей было носить одежду с чужого плеча. Оценив фигуру девушки, я отложила в сторону свои платья.

Брисса ниже меня на несколько дюймов, но это не проблема: подол укоротим. Но боюсь, ни одно из них не сойдется в груди. Может, обратиться к Эли? Я замялась, но вспомнила о прихваченном на всякий случай платье, доставшемся мне от дядиной жены.

Переодевшись, Брисса покрутилась и осталась довольна: льняной наряд простого кроя ладно сел по фигуре, подчеркнув достоинства, которыми щедрая природа одарила фандрийку. От предложенных монет я отказалась — новая знакомая мне нравилась, а поношенная одежда не стоила того. За время путешествия с караваном, я продала большую часть своих настоек и трав, сколотив целое состояние — пять серебрушек и горсть медной мелочи.

Пока мы возились с одеждой, подтянулись раненые. Брисса отказалась без меня идти к костру и села чуть поодаль. Я осмотрела вчерашнего больного и осталась довольна: швы не гноились и даже не воспалились. Еще раз обработав мазью рану, кивнула его товарищам, и они помогли ему подняться.

У костра уже вовсю хлопотала Эли, разливая кашу по тарелкам. Очереди не было — похоже, все получили свои порции и занялись делами. Поглядев на неловко осматривающуюся Бриссу, я пошла прямиком к поварихе. Думаю, Стаям не станет возражать, если фандрийка получит тарелку каши.

Эли с сочувствием взглянула на фандрийку:

- Сегодня ты выглядишь лучше, — она всплеснула руками. — Ешь и набирайся сил.

Я украдкой улыбнулась.

Едва мы закончили завтрак, как у костра объявился Стаям, и судя по его ищущему взгляду, по нашу душу.

— Меня зовут Эртин Стаям, я хозяин этого каравана. Как ваше имя?

Фандрийка поднялась с бревна и, отставив тарелку, произнесла:

— Меня зовут Брисса Тантьери. Прошу прощения, я не хотела приводить зверя к вашему лагерю, — от волнения ее голос дрожал, и ее акцент стал заметен.

— Думаю, крейтар и так бы вышел к нам. Не вините себя, — ответил торговец, и Брисса облегченно выдохнула.

— Вы путешествуете?

— Да, я направлялась в Северные пределы. К сожалению, я не воспринимала всерьез слухи о хищниках, охотящихся в лесах.

Стаям качнул головой:

— Караван идет в столицу. Дороги небезопасны, не стоит путешествовать одной.

— Да, мне нужно нанять проводника. Могу ли я добраться с вами до ближайшего города?

— Конечно, — кивнул торговец.

Брисса чуть слышно выдохнула и улыбнулась. Неужели она думала, что Стаям прогонит ее в лес? Я немного узнала его за то время, что работала в караване: он был справедливым хозяином и в меру честным человеком.

Оставив фандрийку со Стаямом, я отошла сполоснуть тарелки в реке. Рассеянно улыбаясь, вдруг заметила мага, быстрой походкой направляющегося к ним. Остановившись перед Бриссой, он произнес:

— Не обязательно идти до ближайшего города. Я могу стать твоим проводником. Я маг и отлично знаю Северные пределы.

Какой острый слух! Сейчас его лицо выражало полнейшую покорность, сквозь маску добропорядочности никак не угадывался мерзавец.

— Правда? — девушка опасливо улыбнулась. Рэйс не из тех, кто с первого взгляда располагает к себе.

— Конечно.

Стоящий рядом Стаям, услышав предложение мага, покраснел от возмущения, а в голосе появились визгливые нотки:

— Я нанял тебя для охраны каравана! Ты не можешь бросить нас на полпути. Неустойка по нашему контракту перечеркнет всю твою выгоду!

Маг лениво отвернулся от Бриссы, и я заметила скользнувшую по его лицу ухмылку.

— Не могу же я оставить девушку в беде, — промурлыкал он, глядя на Бриссу.

Я, стоя поодаль, напряженно наблюдала за разговором. Я не верила Рэйсу, вряд ли им руководят столь благородные порывы. Он вполне мог обратить внимание на богатую одежду фандрийки и сделать правильные выводы. Безумно не хотелось отпускать Бриссу с ним — почему-то я ощущала себя ответственной за нее. Я должна предупредить ее о маге! К тому же мне стоило еще немного понаблюдать за ее состоянием.

Подошедший Дэмиор оторвал меня от размышлений:

— Орис, Мирк тебя звал. Лошади расшалились.

Я почувствовала укол совести: из-за всего случившегося совсем забросила ир’рэйсов.

— Хорошо, — ответила я, не сводя глаз с довольного Рэйса и Бриссы. Стаям по-прежнему ругался, размахивая руками, но маг обращал внимания на него не больше, чем на комара, жужжавшего над ухом.

— Что случилось? — Дэмиор остановился.

— Брисса… Это та вчерашняя девушка. Ей нужно в Северные пределы, а Рэйс вызвался в проводники. Я беспокоюсь за нее, — обернувшись за поддержкой, обнаружила, что он пружинистым шагом направился к ним.

Рэйс недовольно сверкнул глазами, заметив подошедшего мужчину. Я не стала держаться в стороне, скользнув ближе.

— Я стану твоим проводником. Я отлично знаю Северные пределы, Рэйс же как маг нужен каравану, — обратился Дэмиор к Бриссе.

Стаям обрадовался: похоже, перспектива лишиться охранника была меньшим злом, чем потеря единственного мага.

— Конечно, Дэмиор, — всплеснул руками торговец. — С тобой девушка будет в безопасности!

— Поздно, — отрезал маг. — Она уже нашла провожатого.

— Разве? — ядовито усмехнулся охранник. — Вы уже в Северных пределах?

Я ни разу не видела его таким взбешенным. Дэмиор сверлил мага взглядом, его серые глаза потемнели от гнева.

— Я еще вчера предупредил тебя: держись подальше от девушки. Никогда не поверю в то, что ты решил податься в проводники.

Маг злобно сощурился, и воздух вокруг него заискрился и затрещал. Волосы на голове зашевелились, и меня охватил ужас.

— Мои дела тебя не касаются, — отрезал он и сделал шаг навстречу. — Я сам разберусь, за какую работу мне браться!

От злости лицо Рэйса перекосило, а шрам налился багрянцем, еще больше обезобразив его. Дэмиор упрямо сжал губы и шагнул вперед. Мое сердце заколотилось: что он может противопоставить магу? От страха я схватилась за руку побледневшей фандрийки.

К счастью, между мужчинами вклинился торговец.

— Никаких драк в моем караване! Доберетесь до города, там и выясняйте отношения. Брисса, выбери проводника. Похоже, одному из них лучше уйти.

Дэмиор выдохнул и разжал кулаки.

— Стаям прав. Просто сделай выбор.

Брисса распахнула глаза, растерянно переводя взгляд с одного мужчины на другого. Она явно не знала, что делать. Я погладила ее по руке и хотела было предупредить насчет Рэйса, но не могла произнести ни слова. Тело замерло: внутри появилось какое-то тянущее чувство, словно сердце замедлило бег. Почему-то ответ фандрийки казался мне невыносимо важным. Кажется, я даже забыла дышать.

Под скрещенными взглядами Брисса сглотнула и перешагнула с ноги на ногу.

— Я хочу идти с Дэмиором. Маг нужен каравану, — тихо ответила она, опустив голову.

И тут внутри меня что-то лопнуло. Словно огромный комок огня взорвался, разбрызгав искры по всему телу. Пошатнувшись, я оперлась о вовремя подставленное плечо Бриссы — перед глазами заплясали цветные круги. В животе поселилась огненная саламандра — каждую клеточку тела жгло и выворачивало. Я не понимала, что происходит, все окружающее плавало в густом радужном тумане.

Сквозь плотную пелену до меня доносились какие-то звуки. Кажется, кто-то тряс меня за плечо и пытался напоить. Спустя пару минут сознание прояснилось, и я открыла глаза.

Обнаружила себя лежащей на земле, надо мной склонились Брисса и Дэмиор.

— Я должна пойти с вами! — выпалила я, едва поднявшись.

Теперь я понимала, о чем говорила мама, ее слова резко обрели смысл. Это Зов! Я чувствовала, что мне нужно пойти вместе с ними. Их дорога лежит в Северные пределы, мама же сказала следовать на Север. Возможно, позже Зов снова укажет мне путь?

Охранник обеспокоенно взглянул на меня:

— Что с тобой?

Я замялась, но твердо продолжила:

— Наверное, это странно, но я только что поняла, что мне тоже нужно в Северные пределы. Я могу заплатить.

Дэмиор обернулся к Бриссе:

— Я не против, но нужно согласие моего нанимателя.

— Конечно, я за! — тряхнула кудряшками фандрийка. — Я буду только рада!

— А что с тобой случилось? Почему ты упала? — пытливо спросил охранник.

— Просто стало нехорошо, — опасаясь расспросов, я ретировалась.

К концу дня караван достиг развилки. В пяти лигах отсюда раскинулся город, и к нему вела утоптанная дорога.

Стаям на удивление спокойно отреагировал на известие о том, что мне придется уволиться. Пока я мямлила и запиналась, он споро отчитал какого-то парнишку и, развернувшись ко мне, сообщил, что я свободна. На мое ошарашенное лицо он пожал плечами и сказал, что чувствовал: я не задержусь здесь. Однако принять неустойку он отказался, считая, что я в полной мере отработала аванс не только заботой о животных, но и травничеством.

Растроганная его добротой, отправилась к ир'рэйсам. Эти лошадки полюбились мне: своим непокорным характером они вызывали уважение. Я накормила и почистила каждое животное, расчесав гриву и хвост. Они словно чувствовали скорую разлуку, ластились, чуть прикусывая мои руки. Уткнувшись в гриву Лайны, я попросила ее не баловать и не мучать Мирка.

Стаям, конечно, даст ему в помощь людей, но все равно ему придется несладко. Попрощавшись с Эли, вытирающей слезы, я нашла Бриссу и Дэмиора. Караван выдвигался — мы же оставались. Наш путь лежал на север, для начала в Талейн. Следовало пополнить запасы и составить план. Я надеялась прикупить лекарских трав — мои подошли к концу.

Проводив взглядом последнюю телегу, я почувствовала волнение: начинается новый виток пути.