Глава 26

Дима

Распугивая голубей, БМВ сорвался с места и тут же уперся в пробку. Обматерив медленно ползущие от перекрестка к перекрестку машины, я потащился в хвосте. Представлял, как доберусь до Алисы. Доберусь, схвачу за шкирку и вытрясу всю правду!

Из маленького городка, значит, приехала… Угу… Куда прешь, козел? – я бабахнул кулаком по рулю. – Понакупили свои тазы в кредит.

Вспомнил, что у самого платеж послезавтра. Надо Алику позвонить, чтоб проблем с оплатой не возникло. Встал на красный. Дорогу переходила высокая светловолосая девушка, тряхнула гривой, совсем, как Алиса – учат их этому, что ли? И тут же новая картинка с ней.

– Спасибо, Митя, братику на день рождения подарок куплю… - хлопает в ладоши и смотрит счастливыми глазами.

Это же совсем недавно было! Вот же стерва! Надо же такое наплести! А я повелся. Как дурак повелся. От злости на весь мир захотелось вдавить педаль в пол и снести к чертям собачьим всех, кто мешался под ногами. Я крепче сжал пальцами руль, постучал кулаком по губам.

Чертовы бабы! Как сговорились. Что ж они все из меня дурака-то делают? И всё за спиной. Теперь понятно, откуда Лидка узнала об Алисе. Маринка слила. Сто пудов она. Еще перед Турцией.

Словно в подтверждение моей догадки, пронеслась нарезка кадров, как Лида вела себя в отеле. Вот она постоянно избегает меня, как будто специально прячется, вот показывает книжку об измене, а дальше следит и снимает на видео Алисину истерику. Вот она уже дома. Почти всегда молчит, не спрашивает, почему и где задержался. А вот перед банкетом: обещает сделать незабываемый подарок. И сегодня – насмешка в глазах, а еще… жалость?

Я сжал зубы так, что стрельнуло в висках. Оттеснив образ Лиды, в сознание снова ворвалась Алиса. Поплыли, цепляясь друг за друга все ее лживые россказни, толстыми канатами оплели меня, как змеи, не вздохнуть, не пошевелиться. Я же верил! Чувствовал себя эдаким рыцарем, защищающим девушку от невзгод.

А она… Злость медленно таяла, как мороженое на солнце. Бесстыжие глаза Алисы заглянули в душу. Длинные ресницы трепетали, розовые, как нежный бутон губки обхватывали… Я зарычал сквозь зубы.

Пах свело судорогой. Алиса, как наваждение маячила прямо перед стеклом.

Как только я ее впервые увидел, испугался: сколько мне еще осталось? Не лет. На годы плевать.

Моментов, когда не боишься, что тело подведет и перестанет радовать женщину. С Лидой уже случилось несколько осечек. Устал, да и тело жены не так чтобы очень. Она не стала заострять внимания, включила женскую мудрость, как будто от этого легче. Подстроилась, сделала вид, что не заметила, но я навсегда запомнил унизительное чувство стыда. Пусть ненадолго, но я перестал быть мужчиной. И Лида об этом знала. Отныне у нас была общая постыдная тайна.

Ощущение провала становилось невыносимым, и в какой-то момент я понял: мне нужна другая женщина. Та, которая не знает, что у меня был сбой. Та, для которой я всегда буду мужчиной. Та, которая будет смотреть на меня распахнутыми, восхищенными глазами, а я с полоборота заводиться от молодого тела, которое действует лучше таблеток.

С Алисой я напитывался молодостью. Страх показать себя не мужиком отступил. А это ведь главный страх. Уж лучше пусть безносая с косой приходит, чем «жить» еще до восьмидесяти без мужской силы.

Спроси любого, он подтвердит. Тот, кто скажет, что это не так, солжет. Нагло и не краснея. Потому что тоже боится. До судорог, до трясущихся поджилок.

Выбравшись из пробки, погнал по кольцу. Представил, как через полчаса Алиса горячим воском растечется под моими пальцами.

Рановато она забеременела, конечно. Хотя это нисколько не отразилось на страсти. Кажется, еще ненасытнее стала, жарче. Спешу, спешу к тебе, моя сладкая… На лбу выступила испарина, пришлось подкорректировать климат-контроль.

Лида, сама того не понимая, кинула мне спасательный круг. То, что Алиса оказалась не бедной провинциалкой с проблемными родственниками в анамнезе, так это же прекрасно! Пофантазировала чуток, так что ж. Просто захотела беззащитнее выглядеть. Многие девушки так делают. Бедный котик всегда предпочтительнее, чем решающая все свои проблемы сама, акула.

Настроение улучшилось. Хорошо, что я не купился на Лидкин дешевый развод с видео и остался с Алисой. Сейчас бы локти кусал. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Через Алису породниться с Владимиром Андреевичем, а уж он-то родственничка не обидит. Всегда поможет, пристроит на хлебное местечко.

И буду я не пятую точку рвать в ожидании, когда хозяева крошки с барского стола стряхнут, а забирать положенное мне из системы. Сам. Практически без посредников. Хорошо бы при строительном комитете оказаться, там кормушка большая, - пробормотал я себе под нос.

Туда старый хрыч Вениамин со своей грибницей из родственничков не дотянется. Не по зубам. А то развонялся, старый скунс, персону нон-грата затеялся из меня лепить. Найдутся те, кому его слова не указ.

Я окончательно повеселел. Завтра же подам на развод. Теперь Лидка мне только мешает. Нет, сегодня! Прямо при Алисе. Пусть видит, что всё серьезно. И кольца сегодня же купим.

Надо позвать Марину с Владимиром Андреевичем в дорогой ресторан. Могу даже официально руки попросить, это должно окончательно Маринку добить. Да, разница в возрасте приличная, да, она знала меня, как мужа Лиды, но всё течет, всё меняется.

Вот же Алиса, вот выдумщица… Я в восхищении покрутил головой. Вечно она что-нибудь учудит. Думал, только в постели горазда, а она и по жизни не дает расслабиться. Это тебе не Лида, с которой всё было скучно и предсказуемо. Я дословно знал, что она скажет после ужина или перед тем, как лечь в постель.

Алисе за ее внезапность можно простить всё. Она не боится делать то, что ей хочется. За это и люблю ее. За спонтанность. За взрыв. За эмоции. За энергию, которая бьет во все стороны и заражает меня.

– Лисонька, - набрал я любимую. – Я через пятнадцать минут буду. Позавтракаем где-нибудь и поедем за кольцами.

Съехал с кольца. Прибавил газу, чтобы успеть проскочить на желтый. Слева промелькнуло что-то большое и черное. Сокрушительный удар был такой силы, что у меня лязгнули зубы. Я не успел понять, что произошло. Перед глазами всё завертелось, и в следующее мгновение я оказался в полной темноте. Звуки исчезли. Я провалился в тишину.