Глава 16
Это самое «как пойдёт» Джессике более чем не понравилось. Она достаточно просуществовала в связке с человеком, который никогда не ставил её в известность относительно своих планов, и была сыта этим по горло.
Джессика ещё могла бы принять тот факт, что Курт мало рассказывает ей о профессиональной стороне своей жизни, но ей категорически не нравилось, что тот не собирается ставить её в известность о планах относительно неё самой.
Она всё ещё не избавилась до конца от подозрения, что Курт собирается просто вывезти её в лес и там закопать. «Хотя судьба Бетси явственно показала, что ему не надо никого никуда вывозить. У него достаточно звукоизолированный гараж». Джессика поёжилась, когда её посетила эта мысль, но сборов не прекратила.
Она очень надеялась, что в этом путешествии ей не понадобятся вечерние платья, но два с собой всё-таки взяла. Положила в чемодан побольше свитеров и респектабельных, но удобных джинсов и пару шарфов.
Спустя полчаса она вышла из комнаты в дорожном комплекте, поверх которого лежал на плечах клетчатый шарф. Из-под длинного бежевого пальто едва виднелись стройные щиколотки в тонких чулках и чёрные туфельки на каблучках. Короткая юбка не достигала колен и под верхней одеждой её было не разглядеть.
Почти сразу же Джессика попала в объятия Курта, который смял всё это великолепие, предпринял агрессивную атаку на её рот и в довершение всего в самое ухо прошептал:
– Ты перестраховалась. Надеюсь, хотя бы кардигана под пальто нет? Я с ума сойду, если мне придётся его с тебя снимать.
Джессика ответила сдавленным смешком. Поцеловала Курта и спросила:
– Куда? Если надо, я переоденусь в дороге, Курт, к динамичной смене декораций мне не привыкать.
– Я знаю, – улыбка поселилась в уголке губ Курта. Сам он был одет в серый джемпер, рукава которого оказались закатаны до локтей, и выглядел неожиданно посвежевшим. Правое запястье украшали те самые часы, которые Джессика видела на фотографии в первый раз. – Ты моя мечта, Джессика. Спасибо, что не устраиваешь сцен.
Джессика промолчала. Устраивать сцены ей и в голову не пришло, но сказать какую-нибудь гадость относительно предстоящего выезда очень хотелось. И в то же время ссориться с Куртом она не имела ни малейшего желания. Даже представить себе не могла, что место воцарившегося между ними с первых дней спокойного доверия займут крики и двусмысленные удары под дых.
«Доверия…» – тут же подумала она и сама усмехнулась подобным мыслям.
– Идём, – приобняв её, Курт потянул спутницу в направлении лестницы, но вместо того, чтобы спуститься на первый этаж, нажал на скрытую панель в стене, и перед ними тут же открылся лифт.
Лифт переместил их на крышу. Холодный ветер мгновенно ударил Джессике в лицо. На тёмном небе не было видно и следа звёзд – всё заслоняло собой многоголосие городских огней.
Не давая опомниться, Курт потянул её дальше к посадочной площадке, где бил пропеллерами о воздух его хеликоптер. За шумом двигателей не расслышать было ничего, и потому оба молчали, пока не оказались внутри салона с глухими шумоизолирующими стёклами. Здесь, как и в гравилёте Курта, все панели были обтянуты дорогой чёрной кожей. Имелось два диванчика, телевизор на кронштейне в углу под потолком и бар.
– До самого санатория мы на нём не долетим. Там зона тишины примерно две сотни миль в диаметре. Но часам к четырём утра, думаю, мы доберёмся до неё, а там для нас заказаны билеты на экспресс.
Джессика огляделась по сторонам, осваиваясь в новом пространстве. Подумала и потянула с плеч пальто.
– Ты не против? – она замерла, едва спустив его с плеч, когда поймала на себе пристальный взгляд Курта.
– Я очень даже за, – уверил тот.
Джессика не сдержала улыбки.
Она снял пальто и замешкалась на несколько секунд, размышляя.
– Всё-таки кардиган, – прокомментировал Курт.
– Я знаю, как ты хочешь его снять, – Джессика переместилась с диванчика, на котором сидела, на колени Курту и поёрзала, устраиваясь верхом.
Руки Богарта легли ей на поясницу, придерживая и легко лаская сквозь пышную ткань.
– Давай, – подначила его Джессика и запечатлела на его губах лёгкий поцелуй.
***
Обоим было жарко после того, что произошло. Джессика свернулась клубком, глядя в окно. Над ними проплывало чернильно-чёрное небо с малюсенькими крапинками звёзд. Лесистая равнина в тусклых отблесках луны походила на гигантскую морскую губку, шевелящую бахромой в плеске волн.
Джессика думала о том, как долго продлится объединившее их безумие. Как скоро Курт поймёт, что она, Джессика, не стоит его любви. И что произойдёт потом.
Курт смотрел на неё. В такие минуты его насыщение Джессикой было настолько полным, что он не думал больше ни о чём. Просто тонул в отголосках ощущений, ещё не покинувших тело.
– Джессика… – пробормотал он. Потянулся к любовнице, чтобы обнять, но в ту же секунду Джессика повернулась к нему лицом. Тоска исчезла из её глаз.
– Говоришь, кардиган больше не надевать? – спросила она.
Курт покачал головой.
– Я не люблю весь этот лоск.
– Разве не из-за него ты меня выбрал?
Курт ничего не сказал в ответ. Что стало причиной его решения, он и сам не знал. То, что значила для него Джессика теперь, было неизмеримо больше, чем то, что он ощутил в тот, первый день.
– Тебе всё же лучше одеться, – через некоторое время сказал он. – До пересадки на экспресс осталось меньше часа.
Джессика кивнула и, покопавшись в дорожной сумке, извлекла оттуда свитер и светлые джинсы.
– Я так поняла, там будет холодно? – уточнила она.
– Да. Это санаторий для членов Конклава, но там нет ни моря, ни дайкири, как ты, наверное, ждёшь. Просто тихое место, где можно отдохнуть и побыть наедине с собой. Обычно туда не берут детей. Иногда привозят жён. Пикантные развлечения можно отыскать только в отдельном секторе, откуда до остальных корпусов не доносится раздражающий шум.
Джессика замерла, не закончив натягивать свитер.
– Туда не возят любовниц, – уточнила она.
Курт поднял на неё взгляд, и теперь в зрачках его Джессика снова увидела усталость.
– При прочих равных это был бы дурной тон. В это место посторонним вход воспрещён.
– Но… – Джессика в недоумении замолкла.
– Я так хочу, – ответил Курт на её невысказанный вопрос. – Но больше я никого туда не приглашал, если ты об этом хочешь спросить.
– А что насчёт Лестера? – Джессика подумала и присела Курту на бедро. Одной рукой обняла его и позволила обнять за поясницу себя.
– Посмотрим, приедет ли он. Я не всегда просчитываю всё наперёд.
– Я решила, идея с поездкой придумана специально для него.
– Не совсем… – Курт помолчал. Пальцы его рассеянно гладили бок Джессики. – Мне лучше не находиться в столице в эти выходные. К тому же я просто устал. В понедельник всё начнётся по новой, и мы с тобой уже никуда не выберемся. А потом наступит зима… И кто знает, что будет после. Так что я решил воспользоваться моментом и провести эти пару дней с тобой.
Джессика замерла, разглядывая его лицо. Под глазами Курта залегла сеточка морщин, которые она обычно не замечала. Одна, самая глубокая, пересекала лоб. Джессика коснулась её середины пальцем и попробовала разгладить.
– Так не получится.
Джессика улыбнулась краешком губ, запрокинула голову назад и отдалась на волю его рук.
– Я сделаю, что смогу.
Она наклонилась и поцеловала Курта ещё раз. Потом отстранилась и после недолгого молчания позвала:
– Курт…
– Да.
– Я сказала, что ты не можешь мне доверять … Но я очень хочу, чтобы ты смог. Я просто боюсь… что моя близость сама по себе несёт для тебя угрозу.
– Тебя разыскивает мафия? – шутливо поинтересовался Курт. Он приоткрыл один глаз и внимательно разглядывал лицо Джессики.
– Что-то вроде того.
– Ты не хочешь мне сказать, кто и за что?
Джессика закусила губу.
– Я не могу, – выдавила она. – Я…
– Что?
– Я боюсь, что ты избавишься от меня.
Курт вздохнул. Оплёл её талию двумя руками и снова прикрыл глаза. На слова Джессики он не ответил ничего.
Хеликоптер пошёл на снижение по графику. Под пеленой облаков накрапывал дождь, и Джессика пожалела, что у неё нет непромокаемого плаща. Курт завернул её в полу своего и так двинулся по посадочному полю к зданию администрации.
– Нужно зарегистрировать прилёт, – сказал он. – Чемоданы перегрузят без нас.
Какое-то время успевшая промокнуть Джессика мытарилась по просторному и пустому холлу, пока Богарт заполнял горы документов. Она видела, как провозили мимо их багаж, но сама не двинулась с места, пока Курт наконец не подозвал её. Богарт ткнул пальцем в клеточку, где следовало поставить подпись, что Джессика и сделала. Снова спрятав спутницу под плащом, Курт вывел её на площадку, находившуюся с другой стороны здания, и ткнул пальцем в темноту.
Приглядевшись, Джессика увидела там, куда он указывает, отблёскивающую серебром линию монорельса и кивнула.
Они направились туда, заняли место в просторном и уютном, но не слишком шикарном купе. Джессика сразу же сбросила промокшие туфли и забралась на свою полку с ногами. Курт, сидевший на противоположной полке, проследил взглядом линию этих самых ног снизу вверх. Подумал и пересел к Джессике под бок.
– О нет… – пробормотала Джессика, демонстративно закрывая глаза, – я на части развалюсь, если ты сделаешь это со мной ещё раз. Спать хочу.
– Что я с тобой сделал? – Курт коснулся кончиками пальцев её шеи и провёл вниз, оттягивая ворот свитера.
– Не начинай.
Курт усмехнулся, наклонился к ней и поцеловал. Джессика от неожиданности распахнула глаза. Язык Курта уже вовсю исследовал её рот, и Джессика сдалась. Руки любовника гладили её по бокам, забираясь под свитер, нежно ласкали живот и заигрывали с пупком, так что очень скоро Джессика пожалела о своих словах и подалась бёдрами вперёд.
Курт чуть отстранился и заглянул ей в глаза.
Дверь с негромким звоном открылась, и проводница показалась на пороге с двумя стаканами в руках.
– Кофе или чай? – спросила она.
– Чай, – ответил Курт за двоих.
Джессика торопливо отползла назад, поправляя свитер. Так, из своего угла, она продолжала наблюдать, как девушка расставляет приборы на столе.
К чаю в нагрузку полагался лёгкий десерт, состоявший из песочных колец. Джессика внезапно поняла, насколько она хочет есть, и на какое-то время оба сосредоточились на чае и пирожных.
Ехать оказалось недалеко, и, едва над вершинами деревьев замерцала тусклая заря, поезд замедлил ход.