Часть 19

В особняке герцога было тихо. Знакомый кабинет встретил меня тусклым светом бирольного ара и тоненьким треньканьем звонка, а уже в следующую минуту дверь открылась, и на пороге возник лорд Горн.

— Леди Эвелин? Что-то случилось?

Лицо герцога казалось мрачным.

— Дорогой, это Эви? — услышала я доносящийся из коридора голос герцогини. — Веди ее сюда.

— Идемте, — лорд Горн отступил в сторону, выпуская меня из кабинета и направляясь к распахнутым дверям комнаты напротив.

Мы вошли в небольшую залу, и я увидела сидящих в креслах у огня леди Горн и какого-то крупного темноволосого мужчину. Тот обернулся, и на меня уставился внимательный волчий взгляд. Оборотень. В Кроненгауде их было немного, и до приезда в Амвьен я ни разу не видела живого оборотня, но потом, когда мы с тетушкой посещали барона Брау, у которого гостила семья какого-то высокопоставленного чиновника из Артакии — родины перевертышей, — я весь вечер наблюдала за оборотнями и теперь легко узнала и этот особый взгляд, которым они смотрят на женщин, и небрежную вальяжность жестов, и текучую грацию движений.

— Темного вечера, леди Эвелин, — улыбкой встретила мое появление леди Кейт, но я видела, что она встревожена. — С Идой все в порядке?

— Да, с ней все хорошо.

— А тера Альма? Ей легче?

— Да, намного. Она даже встала с постели и пытается помогать Марте.

Я подошла ближе. Лорд Горн тоже оказался рядом с женой и, посмотрев на поднявшегося при моем приближении оборотня, негромко сказал:

— Леди Эвелин, позвольте представить вам нашего друга лорда Хольма. Лукас, это леди Эвелин Каллеман, супруга Эрика.

— Каратен ураз! А у Черного губа не дура! — в желтых глазах полыхнуло веселое удивление. — Такую красавицу отхватил! Простите, леди Эвелин, — тут же добавил он и, прижав руку к сердцу на старомодный манер, поклонился. — Весьма рад знакомству. И не могу не сказать, что…

— Так что привело вас к нам, леди Эвелин? — перебил его лорд Горн.

В отличие от друга он выглядел напряженным и хмурым. И глаза у него сегодня были не светло-серыми, а свинцовыми, переходящими в грозовую черноту.

— Лорд Каллеман, — начала я, но бросила взгляд на заинтересованно разглядывающего меня оборотня и тут же поправилась, — Эрик рассказывал вам про Вандау, так вот, сегодня я его видела.

— Где? — вопрос герцога прозвучал резко и низко, как гудок парохода.

— В Бронене. Он появился там прямо из воздуха, а потом так же бесследно исчез. Но перед этим успел рассказать, за что его арестовали, и попросил о встрече с Эриком.

— И что вы ему ответили?

Взгляд лорда Горна впился в мое лицо.

— Я не стала говорить, что мой муж в тюрьме и согласилась передать Эрику, что через три дня, ровно в полночь, Вандау будет ждать его в лесу Наврон возле старой часовни.

— Наврон? — задумчиво посмотрев на лорда Хольма, переспросил лорд Горн, а потом повернулся ко мне и добавил: — Выходит, Эрик был прав, и вы действительно помогли сбежавшему преступнику.

Под внимательным взглядом герцога мне стало неуютно.

— Дерек, думаю, надо сказать, — посмотрела на мужа леди Горн.

Я видела, что она встревожена и одновременно полна какой-то странной решимости.

— Подожди, Кэти.

Герцог положил руку на плечо жены, как бы останавливая ее.

— Леди Эвелин, вы можете вспомнить все, что произошло в тот вечер, когда вы помогли Вандау? Нам важна каждая мелочь.

— Дерек, — легко коснувшись его пальцев, тихо произнесла леди Горн.

— Не волнуйся, Кэти, — так же тихо ответил герцог, накрывая ладонь герцогини своей. — Итак, леди Эвелин, — посмотрел он на меня, и я отчетливо поняла, что передо мной сейчас вовсе не тот лорд Горн, каким я уже привыкла его видеть. Нет. Сейчас это был настоящий дознаватель, хищный и безжалостный, для которого ничего не значили ни мои отговорки, ни нежелание Каллемана подвергать меня допросам.

Что ж, запираться было глупо.

Я вздохнула, набираясь решимости, и рассказала все, что произошло в тот злосчастный вечер.

— Монета при вас?

Не дожидаясь ответа, лорд Горн протянул ко мне руку, точно был уверен, что я отвечу да.

— Вот.

Тусклый медный кругляш лег на раскрытую ладонь.

— Значит, все это время фаленотр был при вас, — разглядывая полрена, задумчиво сказал герцог.

— И что это значит? — задал вопрос оборотень, и я мысленно поблагодарила его за любознательность. Мне вот тоже хотелось понять, что это значит, тем более что это слово я уже где-то слышала. Или видела? Ах, ну да, в записях Каллемана.

— Предмет, к которому привязано заклинание переноса, своего рода якорь, — пояснил герцог.

— Выходит, мы можем отследить его хозяина?

Лорд Хольм чуть подался вперед. Желтые глаза блеснули азартом погони.

— Попробуем, — потирая монетку пальцами, ответил лорд Горн. — Если я сумею снять защиту и понять, как он работает.

— Но на это может уйти время, — вмешалась леди Горн. — А у Эрика его нет. Мы не знаем, сколько приступов он сможет выдержать — без лекарств, без воды, без еды.

Герцогиня даже не пыталась скрыть своего волнения.

— Почему они его не отпускают? — я посмотрела на лорда Горна. — Почему решили, что именно он напал на Иду?

Герцог ответил не сразу. Он словно раздумывал, насколько я достойна доверия и какую часть правды можно мне сказать. Что ж, я его понимала. С точки зрения лорда я была непонятной девицей, которая помогла сбежать опасному преступнику и долгое время всячески это отрицала. Но мне нужно, нет, просто необходимо было знать, что за улики есть у безопасников.

— За годы службы мы с Эриком приобрели много врагов, — придя к какому-то решению, сказал герцог. — А последнее дело с пропавшими девушками их только добавило. Думаю, кому-то выгодно отстранить Каллемана от расследования и бросить тень на всю магполицию.

Вот так. Лорд Горн сказал ровно то, о чем я и сама догадывалась. Все-таки не доверяет. Впрочем, это неудивительно.

Я постаралась задушить нелепую обиду и спросила:

— Но ведь можно же найти какие-то улики? Доказательства? Неужели нет ничего, что могло бы помочь обнаружить преступника?

— Он не оставляет никаких следов, — вмешался лорд Хольм. Видно было, что ему не терпится высказаться. — Разве что в том, предпоследнем случае.

— И что тогда было?

Я с надеждой посмотрела на оборотня. В отличие от герцога у него не было ко мне предубеждения, и он жаждал поговорить — прекрасное сочетание.

— Девушку нашли у канала с разорванной грудной клеткой и вырванным сердцем, — ответил лорд Хольм. — Дело было в Бреголе, и Его величество потребовал от Каллемана немедленно найти душегуба, пока столицу не накрыла паника. Еще бы! Когда убийца действовал в других городах, император не придавал большого значения докладам Эрика, а тут его прям проняло.

Я задумалась. Странно все-таки. Почему убийце не сидится на месте? Почему он каждый раз выбирает для своих преступлений разные города? И почему одних он убивает, а других просто калечит, как Иду?

— Вы сказали, были какие-то улики?

— Неподалеку от тела нашли золотую цепочку с брелоком в виде цветка, но определить, кому она принадлежала и имеет ли отношение к убийце, не удалось, — вмешался в наш разговор лорд Горн.

— И все-таки, почему задержали именно Эрика?

Горн ответил не сразу. Он вытащил из кармана портсигар, повертел его в руках, но доставать сигарету не стал.

— В нескольких случаях Эрикен оказывался рядом с местом преступления сразу после совершения убийства, и его руки были в крови жертв. Дарвену удалось это доказать, а сам Эрик не может вспомнить, как он там оказался и что делал.

— Но ведь он никого не убивал!

Я вскочила с кресла и уставилась на герцога.

— Эрик не мог…

— Успокойтесь, леди Эвелин. Мы пытаемся найти доказательства его невиновности.

— И сколько было таких убийств? И в каких городах?

— Восемь, — ответил Горн. — Первые произошли на юге, в Лестере, Гросно и Шронде, потом был север — Аброль, Венгау и Броде, следующие убийства случились в Бреголе и Кроненгауде. Это не считая тех случаев, где жертвам удалось выжить. И вот теперь покушение в Бромсе.

— Так много, — мне стало холодно. — Но ведь в газетах ни о чем таком не писали. И все равно я не понимаю, при чем тут лорд Каллеман?

Лорд Горн посмотрел на жену, словно спрашивая совета.

— Леди Эвелин, сейчас это все неважно, — видимо, получив какой-то неочевидный для остальных ответ, уже совсем другим тоном сказал он. — Эрик никого не убивал, в этом не может быть никаких сомнений.

— Дерек, мы должны его вытащить, — резко сказал лорд Хольм и громко хлопнул ладонью по кофейному столику, отчего тот ощутимо дрогнул, а стоящие на нем бокалы жалобно звякнули. — Если Вильгельм отказал тебе в аудиенции, значит, нужно действовать самим.

— Предлагаешь штурмом взять департамент? — невесело усмехнулся лорд Горн.

— Нет. Но я предлагаю хоть что-то, в то время как вы только рассуждаете о слабости императора и об интригах Дарвена.

— Как раз Дарвена не стоит сбрасывать со счетов, — тихо сказала леди Кейт. — Он давно уже копает под Эрика, а тут такой случай — грех не воспользоваться.

Леди Горн потерла глаза, и этот жест выдал ее усталость.

Я присмотрелась к герцогине внимательнее. Красивая она все-таки. Правда, леди Кейт очень мягкая и естественная, а ее красота вызывает не зависть, а желание без конца любоваться нежным лицом, улыбкой, взглядом. Герцогиня кажется совсем простой, в ней нет присущей высшим аристократом спеси. Да и цвет ее глаз говорит об отсутствии магии, но так ли это? В леди Кейт чувствуется сила, которая есть у любого одаренного. Интересно, кем она была до замужества? В какой семье родилась? Живы ли ее родители?

— Хорошо, — неожиданно сказал лорд Горн. — Есть один способ вытащить Эрика.

Герцог замолчал и посмотрел прямо перед собой невидящим взглядом.

— Что, как всегда, есть какое-то но? — поторопил друга оборотень. — Фредерик, да говори, хватит перестраховываться.

— Нужна женщина.

— О, этот способ мне уже нравится!

Лорд Хольм хищно улыбнулся, и я заметила блеснувшие клыки.

— Подожди, Лукас, — поморщился лорд Горн. — Кэтрин, что скажешь?

— Я готова. Что нужно делать? — спросила герцогиня, и меня словно в грудь ударило.

А как же я? Почему меня не берут в расчет?

— Не ты, дорогая, — качнул головой лорд Горн. — Леди Эвелин.

Сердце дернулось и понеслось в каком-то бешеном ритме. Неужели я смогу помочь Каллеману?

— Я согласна, — торопливо выпалила в ответ.

— Вы сначала выслушайте, а потом уже решайте, соглашаться или нет, — предупреждающе подняв руку, остановил меня герцог и замолчал, словно взвешивая какие-то одному ему известные за и против.

— Да говори ты уже, не томи, — не выдержал лорд Хольм.

Похоже, он не обладал большим терпением.

— Есть старый дартский закон, — не обращая внимания на слова оборотня, сказал лорд Горн. Он смотрел прямо мне в глаза, словно пытаясь заглянуть в самую душу. — Согласно уложению тысяча пятисотого года, жена заключенного может потребовать одну брачную ночь, если ее мужа арестовали в течение трех недель после свадьбы.

Мне достался серьезный испытующий взгляд.

— Ха! Делов-то! — расплылся в улыбке лорд Хольм. — Эрику этот способ точно понравится.

— Я согласна, — не обращая внимания на скабрезности оборотня, выпалила я.

— Леди Эвелин, это будет именно брачная ночь, — пояснил лорд Горн.

В серых глазах мелькнуло непонятное сочувствие, а я задумалась. Ради того, чтобы вытащить Каллемана из тюрьмы, я готова на многое, если не на все. Но вот примет ли сам маг эту жертву? Захочет ли подтверждения нашего брака? Что, если он ждет не дождется, когда от меня избавится? По сути, наш с Эриком брак — всего лишь сделка. Правда, все плюсы от нее очевидны только мне, но ведь Каллеман не стал бы помогать просто так? Наверняка у него есть свои выгоды и резоны?

Разум пытался просчитывать варианты, в то время как сердце громко стучало: — «Скажи да! Это ведь твой шанс! Ну же!»

И я послушалась.

— Да, я все понимаю, — ответила герцогу. — И я согласна.

Леди Кейт накрыла мою руку своей, словно поддерживая мое решение и одобряя его, и на душе потеплело.

— Подождите, а как это поможет? — вмешался лорд Хольм.

— Эрику заблокировали магию, но если дать ему возможность воспользоваться магией жены, то он сможет открыть портал и оказаться на свободе.

— Уверен? Разве в департаменте нет специальной защиты?

— Есть. И наша с тобой задача ее снять.

— Как? Нас даже близко к департаменту не подпускают, забыл? — хмыкнул оборотень. — Давайте лучше воспользуемся моим планом — взорвем этот ресов гадюшник, да и дело с концом!

— И похороним под ним Каллемана, — усмехнулся герцог, но тут же посерьезнел. — Нет, Лукас, леди Эвелин — наш единственный шанс проникнуть внутрь. Если леди окажется в камере, я смогу настроиться на ее магию и раздвинуть пространственные слои.

— Да я ж не спорю, — откинувшись на спинку кресла, сказал оборотень. — Говори, что нужно делать.

— Детали обговорим позже, — ответил герцог. — Кэти, ты не устала? — спросил он жену, и я поразилась, сколько сдержанной нежности прозвучало в этом простом вопросе. И невольно позавидовала. Вот бы и Эрик однажды посмотрел на меня так и тоже спросил: — «Эви, дорогая, ты не устала?»

«Размечталась! — тут же влез внутренний голос. — Скорее, маг посмотрит на тебя, как на досадную помеху, и скажет: — «Собирайте вещи, Эвелин. Меня смертельно утомило ваше общество».

От этой мысли на сердце стало холодно. Леди Кейт, словно почувствовав, чуть сильнее сжала мою руку, как будто пыталась приободрить.

— Да, немного, — сказала герцогиня. — Вы тут пока обговорите детали, а я провожу Эвелин. Думаю, ей тоже следует отдохнуть.

Леди Горн поднялась, и я последовала ее примеру.

— А когда мне нужно будет…

Я не договорила и посмотрела на лорда Горна.

— Дайте нам пару дней. Как только все будет готово, я вам сообщу, — обнадежил меня герцог, а лорд Хольм улыбнулся и подмигнул.

Какой жизнерадостный волк, однако.

— А Вандау? — спросила герцога. — Что делать с ним?

— Если мы не успеем вытащить Эрика, я сам пойду на эту встречу, — ответил герцог.

— Хочешь приписать всю славу себе? — ухмыльнулся лорд Хольм. — Не выйдет, дружище, тебе от меня не отделаться.

Он вытянул свои длинные ноги и достал из ящика, стоящего на резном комоде, толстую сигару.

— А что, если Вандау не захочет говорить ни с кем, кроме лорда Каллемана?

Я взглянула на герцога.

— Не волнуйтесь, леди Эвелин. Мы это решим, — твердо ответил лорд Горн, а я смотрела на него и невольно сравнивала с моим магом.

Странная вещь. В отличие от лорда Горна Каллеман не был красавцем. Но сейчас, когда я смотрела на герцога, мне казалось, что он не идет ни в какое сравнение с Эриком. У него ведь нет такого пронзительного, берущего за душу взгляда. И тьма совсем иная — сытая, спокойная, умиротворенная. Как будто хозяин давно сумел обуздать ее силу. Да только разве похожа она на тот огонь, что полыхает в черных бездонных глазах моего мага? Нет, и близко нет! И пусть лорд Горн красив, как древний бог, но Каллеман… Эрик… За его мрачной внешностью так много эмоций и тайн, которые притягивают душу, манят ее, привязывают крепкими нитями и больше уже не отпускают.

— Темной ночи, леди Эвелин, — прервал мои размышления лорд Горн.

— Идем, Эви, — уже который раз назвав меня просто по имени, улыбнулась леди Кейт. И как у нее получается произносить мое имя так по-доброму? За последние годы я уже успела позабыть, что оно может звучать ласково.

— Темной ночи, — попрощалась я с мужчинами и отправилась вслед за леди Горн, размышляя, как бы потактичнее задать вопрос о леди Бойден. Что, если герцогиня примет его за праздное любопытство? Или, того хуже, за желание посплетничать? Ох, нет! Это будет ужасно. Что может быть хуже праздного любопытства? Но, с другой стороны, я ведь не сплетничаю, а собираю информацию, думаю, леди Горн поймет.

Когда мы оказались в кабинете, я решилась.

— Леди Кейт, а кто такая леди Бойден? — спросила у герцогини.

— Аврил?

Леди Горн нахмурилась.

— Кто вам о ней сказал?

— Леди Арден. Она приезжала сегодня в Бронен.

— Вот как? — задумчиво протянула леди Горн. — Эта женщина просто помешана на сплетнях.

— Я тоже так подумала, поэтому решила поделиться с ней кое-какими секретами об аресте Эрика. Надеюсь, уже к завтрашнему утру весь Бромс будет знать, что граф невиновен.

— Вот и отлично, — мне показалось, что леди Горн еле слышно вздохнула.

— Так леди Бойден действительно была невестой лорда Каллемана?

— Ей хотелось так думать. Да и ее дяде тоже. Лорд Гольде занимает высокое положение при дворе и надеялся с помощью племянницы получить влияние на Эрика.

— Вот как?

Мне стало не по себе.

— А что, если он решил отомстить? Может, заключение лорда Каллемана под стражу — его рук дело?

— Возвращайся в Бронен, Эви, и ничего не бойся, — не стала отвечать на мой вопрос леди Кейт. — Эрик часто ходит по грани, но еще ни разу не проиграл. И в этот раз все обязательно обойдется.

Она ободряюще сжала мою руку, словно пытаясь этим дружеским жестом передать свою убежденность в том, что все будет хорошо, но я чувствовала, что ее мысли заняты чем-то другим.

— А почему лорд Хольм назвал его Черным?

Я не смогла удержаться и задала тот вопрос, что весь вечер крутился на языке.

— Так переводится с древнедартского фамилия Эрика, — ответила леди Горн и снова устало потерла покрасневшие глаза. — Прости, сложный день, — немного смущенно пояснила она. — Тяжелого раненого привезли, пришлось повозиться, вытаскивая его из сумеречного мира.

— Тогда не буду больше задерживать. Темной ночи, леди Кейт.

— Темной ночи, Эвелин. Если нетрудно, зови меня Кэтрин, как делают все мои друзья.

— Хорошо… Кэтрин, — улыбнулась в ответ, повернула на пальце кольцо и шагнула в дрожащее пространство.