– Я привык сам сидеть за рулём, особенно здесь, в Калифорнии, – признал Райан. – Иметь... шофёра по-прежнему кажется странным.

– Напомни мне в следующий раз взять одну из этих маленьких табличек с твоим именем, – улыбка Джозии не коснулась его глаз. Он был подавлен со вчерашнего напряжённого разговора с Эдрианом. Отмахнувшись от забот Райана, он не раскрывал темы их разговора, но был заметно расстроен, и даже секс после того, как все ушли, не исправил его настроения.

Но определённо исправил настроение Райана – он становился лучше в том, что Джозия продолжал называть «голым Твистером», с пробованием новых поз до тех пор, пока они не найдут удобную для него. Прошлой ночью, в конце концов, они оказались лежащими на боку, Райан отчасти седлал бедро Джозии в стиле кренделя, и ему удалось преодолеть странное обнажающее ощущение позы и того, как много соприкасаются их конечности, чтобы действительно насладиться сексом. Ему просто хотелось бы, чтобы это лучше сработало для излечения хандры Джоза.

– Для тебя, возможно, снова водить? – спросил Джо. – Например, ручное управление или ещё что?

– Да, есть такое, – восторженность Райана перенеслась на его голос. Это была одна из частей реабилитации, которой он не мог дождаться. – Я надеюсь взять уроки, как только остальная моя реабилитация пойдёт дальше, и тогда я найду машину с автоматической коробкой передач, где будет работать ручное управление.

– Круто.

Вот, что Райан лю... обожал так сильно в этом парне – он просто предполагал, что Райан хотел максимум независимости, и тихо поддерживал эти попытки, со своим обычным запасном энтузиазма Джоза. В отличие от его друзей вчера, Джозия не прилагал особых усилий, чтобы сделать что-то для Райана, и прямо сейчас выглядел очень уверенным в том, что Райан совершенно точно способен водить.

– А два человека могут делить машину с ручным управлением? В смысле, оно отключается? – задал Джозия следующий вопрос.

– Я не уверен. В смысле, полагаю, мне следует проверить, на случай, если моей маме понадобится воспользоваться машиной или ещё что.

– Да, это я и имел в виду, – произнёс Джозия, только слишком уж быстро.

Дерьмо. Если Джозия думал о том, чтобы они делили машину, Райану действительно нужно было положить конец этой идее. Он мог нормально относиться к этому ярлыку бойфренда, и его далеко не соблазнял флирт Пайка, но это было в тысяче кликов от планирования совместного будущего. Но вместо того, чтобы мягко оттолкнуть Джозию от каких-либо планов, Райан сменил тему и спросил Джозию, как, по его мнению, щенку понравится на посиделках с Рави и Тристаном. Что за грёбанная трусость, лейтенант.

После того, как тема разговора о собаке истощилась, Джозия произнёс:

– Что ж... э... как твоя семья относится к... – он сделал неопределённый жест, пока машина стояла на красном свете светофора.

– Тебе придётся сказать мне больше, – ответил Райан. – К тому, что я гей? К моим травмам?

– Я имел в виду то, что ты гей, но на самом деле и то, и другое. Я не хочу случайно вмешаться куда-то на вечеринке. Я такое делаю, – сказал Джозия со своей обычной откровенностью.

– Это было вроде как большим делом, когда я раскрылся в старшей школе, но прошло уже больше пятнадцати лет, и большая часть семьи... смягчилась. Мой самый старший брат, Рэнсом, долго время засыпал меня дерьмом, но после того, как я начал приводить Чеда, он немного успокоился. Думаю, моя мама была больше расстроена из-за того, что я присоединился к ВМФ, чем из-за того, что я гей – она ненавидела мой выбор СПОР вместо колледжа. (СПОР – Служба Подготовки Офицеров Резерва)

– Она не хотела, чтобы ты шёл по стопам своего отца?

Райан фыркнул.

– Едва ли. И её муж сейчас мой отчим – поймёшь, если когда-нибудь обретёшь такового – но она может быть очень чувствительной из-за упоминаний о моём биологическом отце. Но я не из-за него пошёл служить.

– Нет?

Райан никогда ни с кем особо об этом не говорил, включая Чеда, но что-то в Джозие всегда развязывало ему язык.

– Я хотел быть героем. Мы не должны признаваться в этом, но я хотел. И я хотел быть неприкасаемым – я думал, что если буду морским котиком, никто не будет заваливать меня дерьмом. Ни Рэнсом, ни Рой, ни мой кузен Фил со своими шутками про «девчонку» – я мог бы заткнуть их всех, если бы стал кем-нибудь похожим на морского котика.

– В этом есть смысл, – сказал Джоз. – Действительно есть. У меня нет братьев, но я определённо хочу проявить себя. Такое чувство, будто очень большая часть моей жизни состоит из доказательства того, что я не идиот.

– Ты не идиот, – твёрдо произнёс Райан. – В любом случае, как только я оказался на военной подготовке, я обнаружил, что действительно наслаждаюсь этим, и что я хорош в этом, но да, поначалу всё это было хвастовством. И поэтому я понял, откуда взялся Стивенс...

– Тот парень-Супермен?

– Да. Я не обращался с ним достаточно жёстко, потому что однажды был им, так же сильно хотел быть вовлечённым в дело.

На Райана обрушилось тяжёлое чувство, которое появлялось всегда, когда бы он ни думал о Стивенсе. Он облажался, об этом не было двух мнений. Хотя нельзя было на этом зацикливаться – это оставляло зияющую дыру печали и вины, из которой он мог никогда не выбраться. Но время от времени, как сейчас, он чувствовал, что нотки этой трясины лижут ему спину, пламя только ждало, когда он упадёт.

– Вот оно, – Джозия широко улыбнулся, что так не вписывалось в ситуацию, но Райан знал то, как мозг Джоза делает огромные скачки, и просто ждал, пока он посвятит Райана в свой мозговой штурм. – Прости. Я не хотел захватить разговор – просто именно это я и делал. Я с сочувствием относился к членам своей команды, потому что был таким же несколько месяцев назад, знаешь? И у меня было так много своих проблем, я старался быть чутким. Но, может быть, это неправильная тактика.

– Чуткость – это отлично. Но ты прав. В определённый момент на тебя возлагается ответственность, и ты должен быть боссом.

– Должен, – счастливо кивнул Джозия, и Райан тоже не смог сдержать улыбку. Он действительно отчасти наслаждался случайными скачками мозга Райана, и в этом случае это спасло его от слишком глубокого падения в ту яму, которая угрожала поглотить его. Он бы принял такое отвлечение в любое время, потому что бог знал, он на самом деле не хотел и дальше говорить о Стивенсе и том дне, когда получил травму. Пусть эта яма попустует чуть дольше, пока он сосредоточится на том, чтобы помочь Джозие с работой, которая делала его взволнованным. Боже, благослови бойфренда с проблемами, которые Райан мог исправить.

***

Райан очень осознанно оставил своё кресло в машине. Он пользовался креслом на свадьбе Роя, и всё прошло хорошо, но ему хотелось, чтобы семья увидела его прогресс. Его мать и её братья и сёстры арендовали зал в общественном центре для вечеринки по поводу годовщины свадьбы дедушки и бабушки Райана. Семья была такой огромной, что ничей дом уже не был достаточно большим. Однако он забыл, какое длинное и низкое здание общественного центра. Даже если так, Холли гордилась бы его формой по дороге через парковку и длинный коридор в зал мероприятия. Он как босс справился с обочиной и отчасти неровным тротуаром. Ура. Месяцы реабилитации окупались.

Его мать была с ним ожидаемо сентиментальной – и это была главная причина, по которой он был слишком счастлив остаться в доме Джоза – но его братья вели себя нормально, рассматривали его Х2, восхищаясь его новой обувью, и задавали вопросы о роботизированном колене. Он ненадолго потерял след Джозии, затем нашёл его за детским столом, за раскрасками с компанией племянников и племянниц Райана.

– Совсем недавно он с ними танцевал, – сказала его мать, появляясь рядом с тарелкой еды. – Он собственник.

– Он просто друг. Ничего слишком серьёзного, – слова звучали неубедительно даже для собственных ушей Райана.

Ожидаемо, его мама не купилась на это.

– Ха. Он единственный парень со времён Чеда, о котором ты позволил мне узнать, и ты знаешь это. И должна тебе сказать, он вписывается намного лучше, чем когда-либо Чед.

Это была правда – и ирония этого не скрылась от Райана. Этот бестолковый программист, который был слишком молод и не очень серьёзен, вписывался в жизнь Райана так, как не получалось у Чеда, несмотря на то, что он был обеспеченным, культурным и командующим пожарным, даже вне службы. И дело было не в том, что Джозия затыкал дыру размером с Чеда в жизни Райана – он заполнял другую пропасть, существование которой Райан не до конца осознавал. Теперь они дошли до этого, Джозия твёрдо влип, а Райана ужасало то, что будет дальше.

***

Джозия любил детей – их впечатлить было намного легче, чем громадных братьев и кузенов Райана, все из которых были такими же большими, как он, а двое только хмурились, глядя на него. Рой хотя бы попытался завести беседу, но Джозия не следил за футболом, никогда не занимался сёрфингом и старался избегать таких вещей, как походы, так что их разговор зашёл не особо далеко. Это было ничего. Дети и их стол, полный восковых мелков, фломастеров и еды более чем заменял взрослых. Он помог детям нарисовать космическое вторжение, показывая на своём телефоне фотографии рисунков, которые Рави рисовал для «Космического жителя». Его навыки рисования не шли ни в какое сравнение с талантами Рави, но он нарисовал сносного инопланетянина и развлекал маленькую компанию детей. Один из кузенов-подростков установил звуковую систему и работал диджеем, включая треки для вечеринки.

Это была действительно приятная обстановка, бабушка и дедушка Райана сидели впереди стола, окружённые фотографиями, на которых были изображены они сами сквозь года, семья, очевидно, была счастлива видеть друг друга. Его собственная семья сейчас была меньше, обе бабушки и оба дедушки давно умерли, как и его папа и один дядя. К чёрту рак. Прошли годы с тех пор, как оставшиеся дальние родственники устраивали такое воссоединение, и было что-то по-настоящему оптимистическое в окружении семьи Райана. Из-за этого было тяжело сосредоточиться на рабочих неприятностях, и это было действительно хорошо.

Когда день перерос в ранний вечер, лицо Райана исказили глубокие линии, и он больше сидел. Джозия пару раз улавливал гримасы Райана, так что подождал, пока Райан останется за столом один, прежде чем оставить детей и подойти к нему.

Он занял стул рядом с Райаном.

– Так какое мне использовать оправдание?

Райан моргнул, глядя на него.

– Ещё раз?

– Ну, как я понял, у меня могла бы быть головная боль. Или необходимость работать завтра, но мы оба знаем, что её нет. Или мне могло бы понадобиться вернуться и забрать собаку. Чем бы ты хотел воспользоваться?

– Ты просто нечто, – Райан одарил его натянутой улыбкой, пока разминал своё бедро. – Но я в порядке.

– Нет, не в порядке. – Джозия попытался спародировать тон, который использовал Райан, когда не хотел никаких возражений. – А теперь, головная боль, собака или работа?

– У тебя может быть головная боль? Только не очень сильная, иначе Рой предложит нам остаться у него дома, а не ехать обратно. Но если я скажу, что устал я...

– Твоя мама будет суетиться. Поверь мне, я понимаю. Ради тебя у меня совершенно точно может быть средняя головная боль. И необходимость забрать собаку. А теперь, перед кем нам нужно оправдаться?

– Ты ужасно властный. Нужно будет что-нибудь с этим сделать, попозже.

Тон Райана был шутливым, но ужасно уставшим. Как только они попрощались и вышли в холл, он тяжело опёрся на свои костыли, еле переставляя ноги.

– Хочешь кресло?

Райан в ответ только посмотрел на него сердитым взглядом.

– Всё под контролем. Можешь идти вперёд.

– Ни шанса.

Джозия замедлил шаг, чтобы идти вровень с Райаном, и вместе они дошли до машины.

– Твою мать, – Райан рухнул на пассажирское сидение. Он снял свои протезы, прежде чем закрыть дверь, и его колено выглядело раза в два больше обычного размера. – Мне действительно следовало взять с собой обезболивающие.

– Готов поспорить, у моей мамы в бардачке есть обезболивающие, которые отпускаются без рецепта, – Джозия потянулся, чтобы открыть бардачок, и вытащил бутылочку. – Это подойдёт, пока мы не доставим тебя домой?

– Я знал, что мне нравится эта женщина. – Райан вытряхнул пару таблеток и проглотил их насухую, раньше, чем Джозия смог предложить воды. – Я закрою глаза и буду мечтать о твоём джакузи. Это тоже должно помочь. Но возможно, понадобится твоя помощь, чтобы вернуться обратно.

Его губы сжались в тонкую, твёрдую линию, взгляд был отдалённым. Просить о помощи ему явно было нелегко.

– Идёт.

«У тебя есть я. До тех пор, пока ты хочешь меня, я у тебя есть».

***

Джакузи Джозии было довольно классным – встроенное в землю и в форме капли, которая огибала главный бассейн, с хорошими глубокими выступами для сидения и крепкими перилами. Однако сейчас Райан плавал в центре, касаясь руками обоих сторон. Он закрыл глаза, ожидая, когда смесь выписанных обезболивающих и джакузи прогонит эту боль.

Рядом с джакузи у него стоял огромный стакан ледяной воды, любезно принесённый Джозией, который ещё и поставил таймер для джакузи на стене домика у бассейна. Джозия был в плавках, но сейчас пытался замучить собаку, и его счастливый голос мешался с лаем Грейси на краях сознания Райана. В общем и целом, эта был приятный вечер, температура была идеальна, но Райан всё равно не мог стряхнуть тяжёлое покрывало неудачи. За последние пару дней он точно перестарался, но, чёрт побери, он должен быть способен носить свои ноги в такие часы. Должен быть способен ходить по общественному центру без того, чтобы его колено раздувалось как зимняя дыня. Должен прямо сейчас трахать своего парня. Должен. Должен. Должен.

Но боли было плевать на то, что он должен или мог или даже хотел. Боли было плевать, что он ненавидел выглядеть таким слабым перед своей семьёй, перед Джозией. Боли было плевать, что ему завтра лететь обратно, и теперь он не сможет надеть свои ноги, не с таким коленом. И боли определённо было плевать, что у него были цели в реабилитации, жизнь, к которой нужно вернуться. И это была не та боль, которая вызвана тяжёлой работой и честным потом после тяжёлой тренировки, и даже не тянущиеся мышцы – это была симфония ужасной фантомной боли, усилившейся до одиннадцати баллов, к колену добавлялась боль в пояснице и руках, и эта ужасная усталость глубиной до костей несла свою боль.

Хроническая боль, как называли это Холли и доктора, будто это было чем-то, к чему Райану придётся привыкнуть, как к уродливому дивану посреди его красивой аккуратной гостиной. Что ж, пошло оно к чёрту. Он не подписывался на это. Он позволил себе нырнуть под воду, достаточно надолго, чтобы действительно отгородиться от мира.

Плюх. Он вынырнул из своего плавания, когда Джозия зашёл в воду.

– В джакузи не нужно плавать, приятель. Или лекарства делают тебя безумным? – улыбнулся ему Джозия, но его взгляд был полон беспокойства.

– Определённо безумным.

В этом была вся меланхолия, в разговорах о лекарствах. Но почему-то он не совсем купился на это.

– Выпей ещё воды, – велел Джоз, подавая ему стакан. – И я... э... я должен был упомянуть об этом раньше, но у меня вроде как есть драг-дилер, если хочешь что-нибудь ещё сильнее от боли.

– Нет, мне не нужна травка Пайка, – Райан резко засмеялся. – Меня будут проверять на наркотики, как только я вернусь на службу. Не могу рисковать провалом теста. И я всё равно не курил со старшей школы. Кроме того, лекарства нормальные. От них я глупею, но и от травки и выпивки тоже.

– Достаточно честно. Мне просто хотелось бы, чтобы я мог сделать что-нибудь ещё.

Джозия поник, его обычная активность, казалось, была подавлена беспокойством за Райана. Чёрт. Райан ненавидел это практически так же сильно, как саму боль.

Поэтому он действительно хотел просто быть один, когда ему больно. Он ненавидел тянуть всех вниз за собой, и, честно говоря, последнее, о чём он хотел переживать, когда так себя чувствовал – это то, что он причиняет боль чьим-то чувствам.

Бззз. Зазвучал таймер джакузи.

– Ладно, здоровяк, пора вылазить.

Джозия выбрался из воды и подвёз кресло Райана. Собака спрыгнула с шезлонга, на котором лежала, и бегала туда-сюда, будто её наблюдение было необходимо.

Чёрт.

– Я не могу просто поспать здесь? – спросил Райан, шутя только наполовину.

– Не-а.

К чёрту всё, но его трицепсы горели от подъёма на кресло, даже с помощью Джоза. Они вошли в дом у бассейна через ванную, и Джозия без слов помог Райану вытереться и переодеться в боксеры.

Теперь по-настоящему одурев от лекарств, Райан отправился прямиком в постель и сделал самое неизящное перемещение с кресла на кровать, чем когда-либо.

– Ты, э, хочешь, чтобы я лёг на диване? – спросил Джоз.

Райану пришлось подумать – что было не просто – долгую секунду.

– Нет, – сказал его развязавшийся язык. – Хочу тебя здесь.

– Хорошо.

Джозия залез на кровать, но прилип к краю, как будто повторялась самая первая ночь, и он боялся прикоснуться к Райану.

К чёрту боль. Это была их последняя совместная ночь, и, чёрт побери, Райан хотел своего парня. Боль не заберёт у него и это, не украдёт, возможно, последний раз, когда они спят рядом друг с другом. И почему эта мысль его печалила, он не был уверен – должно быть, лекарства. Он знал, что это временно. И не любил ласкаться.

Но его тело, казалось, не было намерено слушать его мантру про «никаких ласк». Он подтянул Джозию ближе, пока тот не прижался к боку Райана. Лекарства подействовали по-крупному, но что-то другое внутри Райана расслабилось от близости Джозии. Собака в итоге улеглась в ногах кровати, рядом с Джозией. Всё это было до нелепости уютно и должно было успокаивать.

Джозия прижался нежным поцелуем к шее Райана, затем к его челюсти. Его ладони слега разминали ноющие руки Райана. Райан грубо рассмеялся.

– От лекарств у меня член висит, прости, но продолжай работать в том же духе. Это приятно.

– Я целовал тебя не для того, чтобы на что-то напроситься, – сказал Джоз, и их взгляды встретились и задержались друг на друге. После плавания в море боли и лекарств, Райан увидел произошедшие перемены, которых одновременно хотел и боялся в равной степени.

«Я переживаю, – говорили глаза Джоза. – Я очень переживаю».

Райан разорвал контакт, потому что тоже переживал и понятия не имел, что делать с этой эмоцией. Вместо этого он зарылся лицом в мягкие волосы Джоза и вдохнул его запах кокоса, лайма, солнца и Джозии, глубоко дыша, пока напряжённость в его груди слегка не ослабла.

«Как я когда-нибудь тебя отпущу?» Несмотря на лекарства, он не спал ещё долго после того, как уснул Джозия, стараясь запомнить этого мужчину и этот момент, который казался одновременно бесконечным и мимолётным.

Глава 20

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Обратно к тяжёлой работе

Это моё лицо а-ля «сколько у меня сегодня приёмов у врача?». Я не уверен, какого чёрта думал, что разумно назначить так много всего сразу после возвращения с отдыха. О, и да, мистер Переживание, ноги в нормальной форме – носильщики были не такими грубыми, как мы боялись. Не то чтобы Холли позволит мне сегодня вернуться на ноги. С коленом всё по-прежнему плохо, и она квохчет над моей кожей. Новый сосед неплох – он не Джереми, но кажется достаточно хорошим парнем. Я сегодня утром приготовил ему вафли, но воспользовавшись риском прозвучать слащаво, скажу, что от этого я просто пожалел, что готовлю не для тебя.

ОТ: Josiah@spacevillager.com

КОМУ: Ryan.Orson@goodmail.com

ТЕМА: Re: Обратно к тяжёлой работе

Можешь говорить слащаво. Пожалуйста. Я в депрессии под названием «моя кровать пахнет Райаном». И как бы я не был счастлив, что вчера утром мы проснулись достаточно рано, чтобы попрощаться весёлым способом, это не заставляет меня скучать по тебе хоть чуточку меньше. Сожалею обо всех этих приёмах. Это моё лицо а-ля «мне только что два часа читали лекцию», если от этого тебе станет лучше. Не хочу отвлекать тебя от твоих забот, но работать сейчас... затруднительно.

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Отвлеки меня

Можешь сколько угодно жаловаться на работу, если хочешь. Сейчас здесь только я и упаковки льда. Я буду в сети позже, если ты захочешь поиграть или поболтать с видео.

Джозия растянулся на шезлонге, закончился очередной рабочий день. Грейси улеглась рядом с ним, истощённая после долгой игры в мяч, пока Джозия отыгрывал всё своё раздражение на игрушке для бросания мяча. Он скучал по Райану с такой силой, что даже частые и-мейлы и чаты не могли помочь. Не помогало и то, что с работой всё было дерьмово. Уж точно дерьмовее, чем он рассказывал Райану – у него не забрали команду, но теперь он ежедневно отчитывался перед высшим руководством, которое давило на него, чтобы убедиться, что его парни успеют к следующему дедлайну.

Но терапия Райана, казалось, шла не хорошо, и Джозия не собирался загружать его. Хотя утайка имела свою цену и увеличивала расстояние между ними.

– Ты голоден? – мама Джозии вышла во двор, останавливаясь рядом с его шезлонгом. – Я думала скоро приготовить на гриле немного курицы.

– Это подойдёт. Спасибо.

Джозия действительно не был голоден и не жаждал компании, но не хотел быть грубым.

– Всё ещё скучаешь по Райану? – его мама заняла кресло рядом с ним. – Сладкий, ты не можешь быть в депрессии до следующего раза, когда увидишь его. Это не здорово.

– Ничего не могу с этим поделать, – он пожал плечами, не желая рассказывать ей обо всём стрессе из-за работы.

– Что ж, мне нужно кое о чём с тобой поговорить, и мне нужно, чтобы ты не ворчал из-за этого, хорошо? Я всё жду, когда ты перестанешь хандрить, но больше не могу сдерживать это.

– Что?

Джозия уже мог сказать, что ему нисколько это не понравится.

– Это, – его мама покопалась в своём кармане, затем вытянула левую руку, которую украшало очень блестящее, очень новое кольцо.

Кольцо. Кольцо.

Ох, чёрт возьми.

– Скажи мне, что это не от Марко?

– Ты знаешь, что от него. И я в восторге и просто хочу, чтобы ты был счастлив за нас. Скажи мне, что ты счастлив.

– Поздравляю.

Слово казалось тяжёлым на его языке, будто несло вес пяти лет нехватки отца, пяти лет наблюдения за тем, как его мама снова учится жить. И потому, что он знал, что это правильно, он потянулся и обнял её, даже, если часть его хотела что-нибудь швырнуть.

– Ты знаешь, я любила твоего отца. Очень, очень сильно. Это не значит, что я поворачиваюсь спиной к этому факту или к вам, дети. – В её глазах блестели слёзы. – Но Марко – лучшее, что случалось со мной за последние несколько лет, и я просто хочу знать, что ты поддерживаешь это.

– Я поддерживаю, – Джозие удалось сделать так, чтобы его слова звучали более уверенно, чем чувствовало его сердце. – Но что это значит для... – он указал жестом на дом и земли вокруг них, – ... всего?

Она тяжело вздохнула, и внутри у Джозии всё забурлило. Он знал, что будет дальше.

– Я хочу быть свободной для путешествий с Марко. А это место просто... тяжёлое. Тяжёлое из-за воспоминаний. Тяжёлое из-за ответственности.

– Тяжёлое из-за меня.

Он говорил так, будто ему пятнадцать, и он знал это. Он снова и снова говорил себе, что остаётся в доме ради мамы – она была одинока, дом был большим, он мог помочь и всё такое. Но что, если она делала то же самое? Говорила себе, что содержит этот дом и остаётся здесь ради него, потому что он нуждается в ней? И что, если он на самом деле нуждался в ней больше, чем хотел признавать? Он ненавидел то, каким казался нуждающимся – чёрт, он ненавидел, каким нуждающимся и неуверенным вдруг себя почувствовал.

– Нет, Джоз. Никогда. Для тебя в моей жизни всегда будет место. Но... я бы хотела помочь тебе найти своё собственное место. До тех пор, пока ты принимаешь свои лекарства, ты более чем готов к этому. А затем я выставлю этот дом на продажу, положу доход на счета для тебя и девочек. Мы все готовы двигаться вперёд.

Джозия уставился на бассейн – бассейн, где он учился плавать, где его отец плавал на большом матрасе с холодным напитком, где он плавал наперегонки со своими сёстрами и с Райаном. Он не предлагал, чтобы он сам купил этот дом – какую бы он ни чувствовал боль и злость, он знал, что его дохода и близко не достаточно для того, что нужно для содержания такого места.

Джозия представил лицо соглашающегося с ним Райана. Райан сказал бы ему, что ему давно пора научиться стоять на своих ногах. Если ты достаточно силён, чтобы стоять, то достаточно силён, чтобы падать. Он слышал достаточно разных вариаций слов Райана на эту тему, чтобы быть уверенным в совете, который он предложит.

– Мы оба готовы, – тихо произнёс он, зная, что это правда. Ему двадцать три, у него хорошая работа – которую он только надеялся сохранить – и большой, старший, ответственный парень. Чёрт, он даже более чем сносно справлялся с тем, чтобы поддерживать жизнь Грейси. Ему давно было пора попробовать жить самостоятельно.

И всё же, все эти знания не остановили его от ощущения, будто его жизнь разрывают на части. Он похлопал по карману своих штанов, где лежал его телефон. Разговор с Райаном поможет. Должен помочь.

***

Холли плакала, когда Райан приехал на физиотерапию. Он мог сказать это по её покрытым пятнами розовым щекам и влажным красным глазам. И она не была с другим пациентом, что также было на неё не похоже, вместо этого разговаривая с двумя другими терапевтами. Место казалось более тихим, чем обычно, никаких обычных громких голосов и ворчаний и смеха.

– Эй, Райан, сегодня мы начнём здесь, – её обычно твёрдый, командирский голос был тонким как рисовая бумага, пока она вела его в маленький зал для переговоров, прочь из большого открытого зала для терапии.

Вот чёрт. Там была доктор Гонсалес, ортопед, вместе с психологом, на посещении которого настаивала армия. И он знал, что эта встреча не по расписанию. Он слишком пристально следил за календарём, чтобы забыть что-то такое.

– Райан, Приятно тебя видеть! – доктор Гонсалес была высокой женщиной, даже выше мамы Джоза, с широкими плечами и твёрдой хваткой при рукопожатии. Она и низенькая Холли выглядели рядом друг с другом почти комично, но Райан не улыбался.

– В чём дело? – спросил он, как только психолог закрыл дверь. Он пришёл сюда не для маленькой беседы.

Психолог, доктор Расселл, посмотрел на двоих других, прежде чем заговорить.

– Комиссия по медицинскому освидетельствованию прислала свои новые рекомендации для вашего случая.

– Ч... дерьмо. Список временной недееспособности?

По их печальным лицам Райан мог сказать, что это не очередное продление его дела или запрос информации от врачей. Они все не стали бы отказываться от рабочих часов, если бы комиссия просто прислала приказ для бланков.

Доктор Гонсалес покачала головой.

– Нет. Тебя рекомендовали для постоянной нетрудоспособности. Комиссия рекомендует, чтобы твоё дело перевели в центр ампутации в Сан-Диего, чтобы закончить реабилитацию после того, как тебе сделают здесь операцию на колене. Ты будешь ближе к своей семье...

– Мне не нужна операция, – он бросил злой взгляд на доктора Гонсалес. Будь она проклята, если так заполнила бланки. Он сказал ей, что будет работать усерднее.

– Райан. Твоя МКЛ не пройдёт сама. (прим.пер.:МКЛ – мантийноклеточная лимфома) Последний осмотр показал значительный разрыв – такой, который я ожидала бы увидеть у профессионального атлета, проводящего сотни часов на корте. И одна реабилитация этого тоже не сможет исправить. Ещё тебе нужно разобраться с коленом, посмотреть, есть ли проблемы с хрящами, для которых понадобится операция. И я беспокоюсь о менисках. Такой уровень опухоли – это не нормально.

– Но после операции я разве не могу вернуться к реабилитации?

– О, конечно, – Холли закивала, будто её голова была на пружине. – И Сан-Диего – это мировой класс. Это ближе к твоей семье. Помнишь, мы говорили об этом...

– И им нужно моё место здесь.

Нужно для кого-то, кто, скорее всего, вернётся на службу. Твою мать.

– Нет, – сказала доктор Гонсалес, голос был сильнее, чем её обычный осторожно выстроенный тон. – Дело не в этом. Но я знаю, что твоё сердце выбрало должность инструктора в Коронадо, а к этому прийти тяжело. Сейчас тяжелее, чем когда-либо.

– Это не обязательно должна быть должность инструктора. Наверняка у них есть ещё одна вакансия, которую я могу занять? Какая-нибудь офисная работа? – в голосе Райана звучали отчаянные нотки, которые он ненавидел.

– Армия отсеивает мужчин и женщин с намного менее серьёзными травмами, чем твои – ВМФ нанимает по контракту, и как твоя медицинская команда, мы мало что можем сделать, если работы нет.

– Ты получишь полную пенсию по недееспособности, – сказал доктор Расселл, будто Райана волновали деньги.

– Я могу обжаловать решение?

– Можешь. Но... – доктор Гонсалес подняла руки вверх. – Ты должен знать, что обжалования очень редко бывают успешными. А в твоём случае, степень твоей недееспособности такая, что я не думаю, что КМО изменит своё мнение. (прим.пер.:КМО – комиссия по медицинскому освидетельствованию)

«Твоя недееспособность». Райан месяцами пытался переступить такие ярлыки. ВМФ теперь действительно видел его так? Его глаза сузились, пока он читал этот разговор между строк.

– Моё письмо-приказ было недостаточно сильным, да? Дело не только в вас, ребята – командование не хочет меня возвращать.

Он мог обжаловать дело. Он знал это – он выведал каждый кусочек информации об этом запутанном процессе и знал, что ему нужно сильное письмо от командования, чтобы всё изменить. Но если они не хотели его возвращать...

«Чёрт меня побери. Они не хотят. Они действительно не хотят». И конечно, они не хотели. Он облажался в своём лидерстве. Он теперь ничего не стоил для ВМФ и обманывал себя все эти месяцы, думая, что если сможет просто вернуть своё тело в форму, то каким-то образом загладит то, что пошло не так.

– Тебе нужна операция, – в голосе Холли слышались слёзы. – Хотела бы я сказать тебе обратное, но я согласна с доктором Гонсалес. Ты не будешь эффективен с протезами без операции.

– Хотел бы я, чтобы это чёртово колено тоже оторвало.

Слова, пронзительные и едкие, вылетели раньше, чем он смог их обдумать.

– Это хорошее многословие, – доктор Расселл наклонился вперёд, оперев бородатый подбородок на руки. – Часть причины, по которой меня попросили сегодня прийти, – это то, что мы не видим твоей злости, Райан. Злиться нормально. Злись на это колено. Злись на комиссию. Злись на нас, если нужно.

У Райана закончились ругательства пятнадцать минут назад, а этот клоун хотел его злости. Ладно. Он разозлится.

– Вы лгали мне. Вы показывали мне видео двойных и тройных ампутантов, которые бегают триатлоны. Заставили парней, которые вернулись на службу, прийти и поговорить с нами. Но я никогда не вернусь на службу, верно? Шанса никогда не было, – он ударил кулаком по столу.

Холли опустила взгляд на серый ковёр.

– Мы стараемся всем дать надежду. И Райан, ты был... – и остаёшься – таким преданным своей реабилитации. Это вдохновляет.

– Это моя жизнь. Не долбаная поздравительная открытка. Вы, ребята, узнали о пенсии по полной нетрудоспособности месяцы назад, готов поспорить.

– С этим я соглашусь, – сказала доктор Гонсалес, теперь более осторожно подобранным голосом. – Я знала. И я пыталась сказать тебе, но ты необыкновенно упрямый юноша. Но да, нам следовало поговорить об этом раньше. Убедиться, что ты понимаешь тонкие детали возвращения на службу. Я возьму ответственность за это на себя.

– Я не хочу ответственности, – голос Райана надломился, чего не было пятнадцать лет. – Я хочу обратно свою жизнь.

На это никто ничего не мог ответить. Они не могли. «Это твоя жизнь». Всё это виделось в их глазах, но никто не был достаточно храбрым, чтобы сказать это. Это видение, в котором он видел себя, снова в форме, инструктируя других, спасая других – всё это было не больше, чем мираж. А это чувство, которое он испытывал, когда надевал форму? Да. Это тоже больше никогда не повторится. С первого момента, как надел форму, он чувствовал себя правильно, так, как никогда не сможет выразить словами, а теперь он чувствовал себя только отрезанным от неотъемлемой части себя – не от конечностей, а от чёртовой личности.

– Кто я, чёрт возьми, такой, если не могу вернуться на службу? Кто?

Он выехал из комнаты раньше, чем смог встретиться с эхом своего голоса, раньше, чем захлестнула симфония тишины. Он слышал, как Холли зовёт его, но просто продолжал ехать.

Глава 21

Вместо того чтобы вернуться в свою комнату, Райан проехался по двору, бесцельно катаясь. Он оставил свою лучшую пару перчаток для кресла в доме Джозии, поэтому ему натёрло руки из-за агрессивной скорости, к которой он стремился. Он ехал мимо башни, мимо главной больницы, где прошли его первые операции, мимо скопления хозяйственных построек, быстрее двигаясь на прямой дороге без пешеходов, пока не оказался запыхавшимся рядом с огороженной игровой площадкой недалеко от детского центра развития. Маленькие дети занимали весь инвентарь, гоняясь друг за другом от деревянных хижин до горок и обратно, изо всех сил двигая ногами и руками.

Чёрт. Внезапно, ему будто стало восемь, и он бегал за Рэнсомом и Роем, лазая по деревьям, вися вниз головой, пока вся кровь не приливала к голове, и ему не приходилось слазить с ветки. Затем ему было девятнадцать, первая пробежка в СПОР, во главе команды, он улыбался и смеялся со своими приятелями, так чертовски гордый тем, что находится там. Затем наступили последние десять лет его жизни, он тренировал свою команду, убеждаясь в своей личности с каждым кругом пробежки и с каждым отжиманием. «Больше никогда. Твоя недееспособность». К чёрту КМО. К чёрту врачей. К чёрту его дурацкое колено.

Бззз. В кармане завибрировал его телефон, и он чуть не проигнорировал его, но был один человек, с которым он был бы не против поговорить. Нет, это была ложь. Был тот, с кем ему нужно было поговорить, кто заглушит это хлестающее чувство в его мозгу.

Джоз.

– Эй, малыш. Как жизнь? – он выстроил каждую нотку своего голоса с такой же осторожностью, как обычно делала доктор Гонсалес.

– О, не очень. Просто лежу здесь и парюсь из-за своего дурацкого, дерьмового дня.

Джозия казался уставшим, и Райану хотелось растянуться рядом с ним, размять его плечи – это был очередной импульс ласки, которого у него никогда не было раньше.

– Расскажи мне об этом, – подтолкнул Райан. «Пожалуйста, расскажи мне об этом. Отвлеки меня от этих ужасных чувств. Пожалуйста, нуждайся в моём совете. Нуждайся во мне. Нуждайся». Это ужасное ощущение цеплялось за него. Было ли так ужасно любить быть нужным? Быть необходимым? И теперь ВМФ говорил ему, что он больше не нужен и не необходим. По крайней мере, может быть, Джоз мог в нём нуждаться.

– Моя мама выходит замуж за Марко. И хочет продать дом, – слова Джозии вылетали в раздражённой спешке. – И прежде чем ты успеешь что-нибудь сказать, да, я знаю, что я дерьмовый сын из-за того, что не счастлив за неё, а сосредоточен только на том, что это означает для меня.

– Ты не дерьмовый сын. Эй, я дерьмово относился к Хулио, когда он только начал встречаться с моей мамой. И на их свадьбе я был не особо радостным. Тебе разрешено испытывать... противоречивые чувства.

– Противоречивые. Вот именно, – Джозия казался облегчённым, что нашёл слово для своих эмоций. – Я счастлив за неё и не думаю, что ей нужно вечно скорбеть о папе.

– Но ты будешь. Это нормально. Я понимаю.

С другой стороны забора какие-то дети танцевали вокруг одного из воспитателей. Пульс Райана замедлился, давая ему возможность держать голос успокаивающим, а не напряжённым.

– Это просто чертовски нечестно. Он был так молод. И так сильно её любил. Они должны были прожить вместе шестьдесят лет, как твои бабушка и дедушка.

– К чёрту рак.

– Да. И Марко отличный парень, но не как он. А ещё эти разборки с домом.

– Ты имеешь в виду его продажу?

– Да. И это очень мелочно с моей стороны. Я знаю, мне уже давно пора жить самостоятельно, но я вдруг стал не уверен, что могу это сделать. Уверен, ты скажешь, что я слишком полагаюсь на неё, и что я готов.

Райан поднял глаза к небу, прежде чем ответить. «Спасибо тебе, Боже, спасибо, что дал мне что-то, что я могу исправить прямо сейчас».

– Ты готов. Ты совершенно готов. Я хочу сказать, я знаю, что дом у бассейна – это довольно милое дело, но ты можешь найти квартиру ближе к работе.

– Что, если я облажаюсь?

Раздался хлопок, и Райан мог представить, как Джоз ударяется головой о подушки.

– Облажаешься. Мы все лажаем. В своей первой квартире вне пределов базы я забыл, как включать воду. Три дня ходил, не принимая душ.

– Я больше переживаю из-за того, что забуду заплатить аренду или облажаюсь с напоминаниями о лекарствах или так заработаюсь, что забуду поесть. У меня такое бывает. И что с Грейси? Что, если я забуду покормить её?

– Помедленнее, – Райан улыбнулся, потому что мог представить, как краснеют щёки Джоза, когда он такой взвинченный. – Ты оставляешь Грейси?

– Да. Думаю, я бы хотел найти место, дружелюбное к собакам, но разрешать Грейси гостить у мамы и Марко, когда они в Лос-Анджелесе. Но я действительно нервничаю. Я наврежу не только себе, если облажаюсь.

– Ты не облажаешься, – волосы Райана растрепал прохладный ветерок, и на него опустилась спокойная уверенность. – Слушай, что если я помогу тебе? Я мог бы заняться тем, что сейчас делает твоя мама – счета, готовка и организация разных вещей.

Его голос стал выше, пока он больше теплел к этой мысли. К этой цели.

– Хочешь сказать, что мог бы делать это оттуда? Или ты имеешь в виду жить вместе после того, как закончится твоя реабилитация? – Джозия казался намного более осторожным, чем Райан ожидал бы.

– И то, и другое, – сказал Райан, удивляясь своей твёрдости.

– Правда? Я думал, для тебя это... временно. Ты действительно хотел бы попробовать жить вместе? Я думал, ты будешь в Сан-Диего? Не думаю, что смогу получить разрешение работать удалённо...

– Дыши, – как обычно, мозг Джоза скакал на десять шагов вперёд Райана. – И... для меня всё изменилось.

– Для меня тоже, – слова Джозии были теплее, чем солнечный свет, прорывающийся через деревья. – Я забочусь о тебе. Но не могу стоять на пути твоей карьеры.

– Этого не будет, – Райан потёр переносицу. Ох, как он не хотел делиться этим. – Я не буду работать в Коронадо.

– Но где...

– Никакого возвращения к активной службе. Как раз сегодня получил новости. Операция в Сан-Диего, а потом я весь твой. Я должен остаться на реабилитацию в Сан-Диего, но, наверное, смогу с таким же успехом заняться ей в Лос-Анджелесе...

– Подожди. Ты только сегодня узнал, что не вернёшься на службу?

– Я так и сказал, – голос Райана стал сердитым. Почему Джоз не был всеми руками «за» эту идею? Это было идеально – Джозия нуждался в помощи, а Райан нуждался в том, чтобы помочь. Что тут могло не нравиться?

Зажав телефон под подбородком, он проехал чуть дальше по дорожке, чтобы занять место под деревом, где не будет вещать о своих делах целой игровой площадке. Чёрт. Прямо сейчас ему нужен был энтузиазм Джоза, нужно было, чтобы он хотел этого так, чтобы ослабло напряжение в груди Райана.

***

Джозия ненавидел эту мысль. Он даже не был уверен почему, просто ненавидел. У него как сумасшедший чесался загривок, а рука беспокойно двигалась по кровати. На полу рядом с кроватью Грейси терзала какую-то игрушку, тихо рыча.

– Почему ты не начал с этого? Я хочу сказать, это огромные новости, а ты позволил мне болтать о моей маме.

– Я не хотел думать об этом, – Райан говорил так раздражённо, как Джозия никогда не слышал. – Это было хорошее отвлечение.

Ах. Вот оно что. Причина, по которой паучье чутьё Джозии подняло красную тревогу. Хорошее отвлечение.

– Ты хотел жить вместе до того, как услышал свои новости?

– Что? Какая разница? – Райан хорошо изображал возмущение – его тон был как раз таким сердитым.

«Всё. Это значит всё».

– Скажи мне, что ты хочешь сделать это потому, что безумно влюблён в меня.

Райан издал сдавленный звук. Слышался ветер, будто он был на улице.

– Это... Слушай, мы хорошо ладим вместе. И тебе нужен кто-нибудь. А мне нужно... что-нибудь. Это будет хорошо для нас обоих.

Хорошо. Около двадцати секунд он ликовал, думая, что, наконец, завоевал симпатию Райана, преуспел в своём плане завоевать его сердце. Но оказалось, что Райан испытывал тот же уровень позитивных эмоций, как к работе, которая ему нравится. Работа. Вот оно что.

– Для тебя это как проект, верно?

– Ну, не то чтобы я буду особо занят чем-то ещё, – фыркнул Райан.

Вот Джозие и ответ. Проект – это всё, чем он когда-либо будет для такого, как Райан. Он слышал разговоры от своих друзей о том, что такой он и есть – словно требующий ремонта дом, ожидающий, когда его вычистят и укрепят, чтобы набить цену на рынке. Словно он для кого-то работа.

– Я не хочу быть твоим следующим проектом, – сказал он, удивляясь своей твёрдости. – Я не хочу быть заменой работы.

– Но... ты не хочешь, чтобы мы были бойфрендами? Или жили вместе? Я думал... казалось, ты вроде как хотел этого, – Райан говорил с болью и замешательством, что разрывало Джозию изнутри, потому что всё это действительно показывало, как мало они понимают друг друга.

– Я хочу, чтобы мы были бойфрендами. Помогали друг другу, на равных. Были командой. Я хочу жить вместе потому, что ты не можешь представить раздельной жизни. Я хочу просыпаться рядом с тобой и знать, что ты сходишь по мне с ума точно так же, как я по тебе.

Джозия встал с кровати, теперь расхаживая из стороны в сторону, его слова разделяли тяжёлые шаги.

– Я здесь и пытаюсь помогать друг другу, – мило. Райан проигнорировал всё остальное, что сказал Джозия. – Ты позвонил мне с проблемой. Я нашёл идеальное решение. Почему всё должно быть так сложно?

– Я позвонил тебе не потому, что хотел, чтобы ты исправил это!

– Да? Тогда почему? – в словах Райана были злые нотки, и Джозие пришлось сделать несколько вдохов, прежде чем ответить.

– Потому что ты мой парень, и я знал, что после разговора с тобой почувствую себя лучше. А ты даже не собирался рассказывать мне о своих новостях, верно?

– Не хотел, пока это не всплыло, понятно? Это так ужасно?

– Да. Вроде того, – Джозия потёр макушку головы. – Рассказать тебе о моём дерьмовом дне было первым, что пришло на ум, потому что мне нужно было поделиться с тобой. Потому что я знал, что разговор с тобой поможет. Не потому, что ты мог бы исправить это, а потому, что ты бы выслушал. И я не вижу, чтобы ты чувствовал это – будто я могу... я не знаю... успокоить тебя или что-то.

Райан фыркнул.

– Мне не нужно успокоение. Ни от кого. Ни из-за чего. Это моё дело. А то, что ты... нуждаешься во мне – это действительно помогает. Я не уверен, почему тебя так корёжит из-за этого.

– Боже, Джозия, спасибо, что ты такой жалкий, – Джоз изобразил свою лучшую пародию на более глубокий голос Райана. – Ты так косячишь со своей жизнью, что являешься идеальным отвлечением. Но забудь о том, чтобы я говорил о своих проблемах. Вот, что ты говоришь на самом деле, верно?

– Я просто хочу помочь тебе, – теперь голос Райана был тише. – А моё дерьмо – это моё дерьмо. И ты действительно говоришь мне, что не хочешь моей помощи?

– Да, полагаю так, – боже. Джозию сейчас стошнит. Его желудок бунтовал. – Я хочу быть вместе потому, что ты не можешь представить, как быть раздельно. Я не хочу быть твоим утешительным проектом.

– Я тебя не понимаю, – Райан говорил скорее с болью, чем со злостью, и, чёрт побери, если это не раскалывало Джозию пополам, каждый слог резал как косой.

Каждый из них пробормотал что-то о том, что пора идти, и они поговорят позже, но Джозия знал, что это только слова. Бессмысленные маленькие капли перед надвигающимся цунами сожаления. Он бросил свой телефон через комнату, уверенный, что чертовски не важно, куда он приземлится. Не то чтобы можно было ждать и-мейла или звонка, который всё это исправит. Он рассказал Райану о своих чувствах, дал ему шанс сказать, что он испытывает то же самое, но вместо этого Райан зациклился на том, чтобы помочь ему.

Твою мать. Каким-то образом Джозия понял, что бывший Райана ни черта в нём не нуждался. А у него было сердце Райана. Урод.

Джозия рухнул на диван, перекинув ноги через спинку.

Ррр. Подбежала Грейси, издавая обеспокоенные щенячьи звуки, жуя что-то мокрое, что уронила на грудь Джозии. Да. Большой мокрый гадкий мяч прямо сейчас практически характеризовал жизнь Джозии. Подождите. Это была не собачья игрушка. Это была одна из перчаток Райана для кресла.

На него накатила свежая волна несчастья. Проклятье. Даже его маленькое пространство здесь казалось пропитанным воспоминаниями о Райане. И Райана тоже к чёрту. Он давал столько всего – всё, кроме одного, чего Джозия хотел больше всего.

Глава 22

Упаковочный ярлык к посылке

Прилагается подарок от: ДЖОЗИЯ. Отправитель добавил следующее сообщение:

Эй, я знаю, мы в последнее время не разговаривали, но я нашёл твои перчатки, пожёванные Грейси, и почувствовал вину. Я посмотрел на ярлык, чтобы правильно выбрать размер и фирму. Подумал, что прислать новую пару будет правильно. Надеюсь, у тебя всё хорошо.

Джоз

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Спасибо

Получил перчатки, которые ты прислал. Ты действительно не был обязан покупать мне новые, но я ценю эту мысль. И да, я в порядке. Завтра приезжает моя мама, чтобы помочь мне собраться здесь, затем в четверг мы летим в Сан-Диего. Операция в понедельник. Прости, что не был онлайн. Занят бумажной работой из-за выписки и подобного дерьма.

Райан нажал «отправить» на телефоне, затем положил телефон в карман и направился на один из своих последних приёмов в «Уолтер Рид». Доктор Гонсалес хотела провести последний приём перед переводом его дела хирургу-ортопеду в Сан-Диего, который сделает ему операцию на колене. На улице Бетесды был очередной приятный весенний день – много солнца, вдоль дорожек цвели цветы, что его чёрное настроение вовсе не ценило. Он не врал в своём и-мейле. Для ухода из армии и начала пенсии по недееспособности требовалась тонна бумажной работы. И в то же время, как часть процесса, у него по-прежнему были приёмы у терапевта и встречи с социальными работниками и посредниками ВМФ. Всё это, казалось, было придумано для того, чтобы подчеркнуть, что да, армия действительно покончила с ним. Райан знал, что люди, с которыми он встречался, не хотели ничего плохого, но каждый документ, каждый приём придавал такое чувство, будто его тащат через палубу авианосца. И его приятели все хотели знать, что он планирует дальше.

Если бы он только знал. Он говорил вещи, которые нужно было услышать его терапевту и социальному работнику, но внутри у него был чертовский беспорядок. Простая правда состояла в том, что ему нравилось быть лейтенантом Райаном Орсоном, морским котиком ВМФ США, и он понятия не имел, кем будет Райан Орсон, обычный гражданин. И в дополнении ко всей занятости, он ужасно спал. Он редко помнил свои сны, но они были жестокими и судорожными, что заставляло его просыпаться в холодном поту от вины и страха. Все продолжали говорить ему, что уход со службы это не провал, но чувствовалось именно так – он провалился в роли лидера миссии. Провалился в роли пациента реабилитации. Провалился в роли партнёра Джозии.

И это, больше чем занятость, заставляло его последние пару дней избегать сервера «Космического жителя». Это было истинное избежание из-за нежелания неловкости видеть Джозию онлайн и пытаться решить, поздороваться или нет. Нет. Определённо нет. Вот только пару минут назад у него внутри что-то странно кольнуло от одного вида имени Джозии в его списке контактов. И он был онлайн. Как легко было бы просто отправить ему сообщение со словом «спасибо», открыть линии связи...

Тяжело. Ответом было «тяжело». Райан объехал пожилого мужчину на своём пути через земли «Уолтер Рид». И всё равно, чёрт бы побрал Джозию за то, что поставил его в такую позицию. Отправил перчатки потому, что так «будет правильно». Что означало, что Райан был обязан поблагодарить, потому что это тоже было правильно. Уф. Он ненавидел это. Ненавидел скучать по Джозие так сильно, что сообщение на посылке оставило свежую волну тоски. Ненавидел то, что не мог заснуть, не проиграв в голове их спор. Ненавидел не знать, где именно поступил неправильно.

Джозии нужна была помощь. Райан хотел – нуждался в том, чтобы помочь. Всё должно было быть вот так просто. Но затем Джозии обязательно было вмешать в это эмоции, и почему-то Райан не прояснил планку, которую Джозия установил для «настоящих» отношений. Ему хотелось осудить Джозию за то, что он такой глупый, идеалистический ребёнок, но он, казалось, не мог достичь такого уровня злости – он был слишком занят тем, что скучал по Джозу и их чатам и сообщениям. Его жизнь без Джоза казалась такой чертовски тихой. И перчатки послужили тем, что просто подчеркнули всю эту тоску.

Он подъехал к кабинету доктора Гонсалес и отметился у секретаря, которая сказала ему, что все доктора опаздывают. Что ещё нового? Больше спешки и ожидания. Он вытащил свой телефон, намереваясь поиграть в игру, избегая соблазна зайти в мессенджер.

– Райан?

Вот чёрт. Он узнал бы этот голос где угодно, потому что он преследовал его чёртовы сны. Райан поднял взгляд и увидел перед собой Чеда с левой рукой в слинге.

– Чед, – невозмутимо произнёс он. – Какое совпадение.

Чед покраснел. Он выглядел как обычно хорошо – подтянутое стройное тело, аккуратно уложенные гелем тёмные волосы, загоревшее от всего проведённого времени на полётных палубах лицо, морщинки от улыбки, может быть, чуть более глубокие по сравнению с последним разом, когда они разговаривали.

– Я знал, что ты в «Уолтер Рид», просто не был уверен, стоит ли подходить и здороваться. Думал, может написать тебе за следующие пару дней...

– Не нужно извиняться, – серьёзно, не нужно. Последнее, в чём он нуждался, так это в том, чтобы его телефон засоряло ещё больше напыщенных сообщений. – Что случилось с твоей рукой?

– О, это действительно ничего, особенно по сравнению с... – он сделал неуверенный жест, охватывающий Райана, – ... ты знаешь. Но я выбил плечо и порвал несколько сухожилий, так что на следующей неделе у меня операция. И ещё мне дали самого чертовски странного доктора. Надеюсь, у тебя не она. Я даже не уверен, на самом ли деле она – она, если ты понимаешь, о чём я...

– Следи за своими словами, – прорычал Райан. До этого момента он не чувствовал никакой конкретной верности к доктору Гонсалес. Если что, он по-прежнему негодовал из-за медицинских рекомендаций насчёт недееспособности. Но добавьте Чеда и его предрассудки, и у Райана горела шея. – Она профессионал. Заслуживает твоего уважения, лейтенант.

– Понял, – Чед закатил глаза. – В любом случае, как ты?

Его голос и лицо в избытке содержали эмоцию, которую, слава Богу, Райан видел здесь редко – жалость.

– Я хорошо, – Райан не собирался обсуждать с Чедом свою отставку, если это было в его силах. – Понемногу хожу на своих протезах. Пару недель назад ездил домой, и даже кресло не понадобилось.

Он преувеличивал больше, чем следовало, потому что, чёрт побери, он ненавидел эту жалость, исказившую лицо Чеда.

– Это потрясно, приятель, – Чед похлопал его по плечу и занял место рядом с ним.

Приятель. Он никогда так его не называл, когда они были вместе, и его тон был таким, каким обычно он разговаривал с маленькими детьми.

– Что насчёт тебя? Как... семья? – ему пришлось сжать зубы, чтобы произнести последнюю часть.

– О, Кен отлично. И отстойно быть вдалеке от детей так рано после того, как нам удалось привезти их домой. К счастью, Литл Крик не слишком далеко.

– Ты теперь базируешься в Литл Крик? – Райан почувствовал неожиданный укол боли, но, чёрт возьми. Он сам несколько лет размещался в Литл Крик, молясь, чтобы Чед добился перевода туда. И теперь Чед был там, а он был на пути на вылет, и, возможно, уже было бы не важно, если бы они дислоцировались в одном месте.

– Да. Они приезжают на этих выходных, чтобы повидаться со мной перед операцией. Может, ты хотел бы встретиться...

– Не могу, – Райан не мог сдержать своего облегчения. – Меня переводят в Сан-Диего, чтобы закончить реабилитацию.

– Оу, это плохо, – в голосе Чеда не звучало особого сожаления, но он склонил голову на бок, несколько секунд рассматривая Райана, прежде чем кивнул, будто придя к какому-то большому выводу. – Мы должны сильнее стараться быть друзьями.

– Должны? – моргнул Райан.

Чед пожал плечами.

– Мы были друзьями до... всего остального. Так много наших друзей были сначала моими – это должно было быть тяжело для тебя. И я подумал, что сейчас тебе пригодились бы друзья больше, чем когда-либо.

Проклятая жалость вернулась на его идеальное лицо.

– Я хорошо. Со мной здесь живёт отличная компания парней, – осторожно произнёс Райан, прежде чем его язык попрощался с мозгом. – И ещё я теперь встречаюсь кое с кем новым.

– Правда? – глаза Чеда расширились. – Ты можешь... В смысле, должно быть... он нормально ко всему относится?

– Да, – Райан сделал свой голос твёрже и продолжил бы, но в этот самый момент медсестра позвала Чеда обратно.

– Счастлив за тебя, приятель, – Чед снова похлопал его по плечу, вставая. – Не будь теперь чужаком.

Пока Чед шёл за медсестрой вниз по коридору, Райан осознал сразу несколько вещей. Чед был чужаком. Вся их история улетучилась перед лицом его жалости, его скептицизма насчёт того, что Райан может иметь собственную полную жизнь, спасибо вам большое.

И было другое осознание – Джозия никогда не смотрел на него так, как Чед, и всегда, с самого начала, давал понимать, что считает Райана равным. Мужчиной. Сексуальным существом. Последнее было важно, чёрт побери. Чед казался откровенно скептичным насчёт того, что Райан встречается с кем-то новым, будто он стоил подогретых жалостью предложений дружбы, но больше не стоил настоящей связи, какая была у него с Джозией.

Одно время он полагал, что любит Чеда, и Бог знал, он провёл достаточно времени, тоскуя по тому, что у них было, но теперь, казалось, эмоции потускнели, став бледными как бумажные салфетки по сравнению с яркостью того, что он чувствовал к Джозие. После Чеда ему так не хватало лучшего друга, и он не заметил, как Джозия полностью заполнил эту роль, преобразив её. Он не врал, используя настоящее время, когда говорил о Джозие. Между ними ещё ничего не было кончено, даже не наполовину. Каким-то образом он перешёл от скорби по частичке сердца, которую украл Чед, к скорби по дыре, которую Джозия оставил в его жизни. Но чёрт его побери, если он знал, что делать с этим осознанием, особенно, когда не был уверен, что у него есть жизнь или что-то подобное.

«Начни с этого. Вернись к жизни. Верни Джозию». Он мог – должен был – сделать это.

ОТ: Josiah@spacevillager.com

КОМУ: Ryan.Orson@goodmail.com

ТЕМА: Re: Спасибо

Рад, что ты получил перчатки. Это нормально, что ты не был онлайн. Я сам особо не сидел в сети – очень занят работой. Надеюсь, твоя поездка назад прошла безопасно. Мне понравилась твоя мама, когда я с ней встретился. Надеюсь, она тебе помогает. Не забудь упаковать свою вафельницу :) Я буду думать о тебе в понедельник – скрещу пальцы, чтобы всё прошло гладко с твоей операцией. Я знаю, прямо сейчас всё... странно, но я серьёзно прошу, чтобы ты дал мне знать, если есть ЧТО УГОДНО, что я могу сделать, пока ты восстанавливаешься. Смесь для вафель. Игры. Уши. Только назови – всё твоё.

Господи. Должно быть, это был самый шаблонный и-мейл, который Джозия когда-либо писал, и это была примерно четырнадцатая попытка придумать приемлемый ответ на благодарность Райана. Он нажал «отправить», прежде чем смог снова всё удалить. Ему всё равно нужно было вернуться к работе. Парень отодвинул свой телефон и попытался вернуть внимание к мониторам. Ему не следовало приходить в такой восторг от имени Райана во входящих сообщениях, но боже, Джозия действительно скучал по нему. Он не осознавал, как сильно стал полагаться на дневной поток сообщений и чатов, пока они не исчезли.

– Эй, Джоз! – Нандо показался за углом его бокса. Неуправляемый программист был не тем человеком, которого Джоз хотел видеть прямо сейчас. Большинство его команды состояло из удалённых работников, базирующихся в Германии или в Остине, но несколько, как Нандо, находились в офисе. – Я работаю над модом ночного видения, и у меня есть пару вопросов...

– Подожди. Ты занимаешься ночным видением? Я просил тебя исправить все тумблеры.

Нандо отмахнулся.

– У Келли были проблемы с модом ночного видения, так что она попросила меня взглянуть. Мне понадобится переделать большую часть того, что сделала она, так что я отложил тумблеры на второй план. Можно перенаправить их Хинрику, если ему нужно чем-то заняться. В любом случае...

– Почему Келли не сообщила мне об этом? – Джозия потёр переносицу. Это было так типично для Нандо – Джозия просил его об «А», а он вместо этого шёл и делал «Б» и «В», при этом ломая вещи и прерывая трудовой процесс множества программистов.

– Я сказал, что разберусь с этим за неё, – Нандо едва заметно улыбнулся и пожал плечами, будто это не было большим делом. Только вот вроде как было. Эта улыбка, этот тон «я знаю, что ты позволишь мне сделать это по своему», щёлкнули переключатель в Джозие, собрали вместе всё раздражение прошедшей недели и превратились в похожий на лазер фокус, благодаря которому он точно понял, что должен сделать.

– Ты нужен нам на тумблерах. Я напишу Келли, и мы разберёмся с её проблемой, и я проконсультируюсь с тобой, если мы застрянем, но мне нужно, чтобы ты придерживался своих целей, – Джоз использовал свой самый командный голос, который одолжил у Райана, и все его советы насчёт того, что делать с такими парнями, как Нандо. – Любые изменения назначенных тебе целей должны быть одобрены мной.

– Боже. Когда ты стал таким упёртым, Джоз? Я просто пытаюсь помочь команде. Помнишь, когда мы оба были в команде Эдриана? Тогда у тебя никогда не было со мной проблем.

– Но это моя команда, – Джоз действительно признал это, позволил словам тяжело повиснуть между ними. Сложнейшая часть того, чтобы быть главным – это осознание, что из парней, которые были весёлыми коллегами, не всегда получаются отличные работники. – Я лидер, и если ты не можешь уважать это, мы можем найти тебе другое задание.

– Приятель, это неожиданно.

Нандо сделал шаг назад и поднял руки вверх.

– Ты знаешь, что это не так.

«Мне следовало воспользоваться советом Райана много недель назад».

– Что ж, когда я буду лидером команды, можешь быть чертовски уверен, что я не стану устраивать людям головомойку только за желание помочь.

Ага. Вот оно что. Нандо хотел его работу. И Джоз ни за что не допустит этого. Он практически слышал, какой был бы совет Райана. «Борись за свою команду. Не позволь руководству или Нандо забрать её».

– Слушай, нам нужно, чтобы все тянули в одном направлении. Когда люди лажают...

– Эй, приятель, я делаю свою работу.

– ... или не выполняют свои задания, – продолжал Джозия, – это не помогает нам с дедлайнами, когда люди откланяются от плана. Если кто-то не может работать в команде, может быть, ему нужна другая роль.

Нандо издал возмущённый звук, но больше ничего не сказал.

– Я напишу Келли прямо сейчас, узнаю, что с ней происходит. Я свяжусь с тобой, если понадобится, но на некоторое время ты можешь вернуться к тумблерам?

– Конечно, как угодно.

В словах Нандо и его тёмных глазах имелся тяжёлый намёк на «пошёл ты», пока он уходил.

Через пару минут зашёл Тристан.

– Как идут дела? Я слышал, начальство снова в ударе. Готов к встрече в четыре?

Хоть и работал в отделе маркетинга, Тристан, казалось, всегда держал руку на пульсе насчёт чувств руководства. И как Эдриан, Тристан будто думал, что Джозия не способен сам справиться с давлением руководства.

– Я готов, – сказал Джоз, с удивлением понимая, что действительно готов. Наконец-то. Готов постоять за себя. Готов бороться за свою команду.

– Хорошо, – улыбнулся ему Тристан. – Как дела с твоей мамой? Я знаю, это может быть рановато, но в нашем доме намечаются некоторые свободные места. Я мог бы поговорить с управляющими домом, сводить тебя посмотреть на квартиры, прежде чем они окажутся на арендных сайтах.

Решимость, которую Джозия, наконец, нашёл, чтобы разобрать с Нандо, перенеслась и на эту проблему. Он сможет это сделать. Он может быть взрослым. Он может дать отпор Нандо. Он может побороться за свою команду с руководством. И он может доказать своей маме и Райану – и ладно, на самом деле, самому себе – что готов к этому следующему шагу.

– Звучит отлично. Мне нравится ваш дом. Отличный бассейн. И они не против животных, верно?

Пора двигаться дальше. Больше никакой тоски по Райану. Никаких колебаний по поводу будущего.

– Доплата за животных это не шутка, но да, ты можешь оставить Грейси, – сказал Тристан. – А теперь, хочешь немного перекусить перед собранием? Мне нужен поздний ланч, и я подумал, что тебе тоже.

– Давай подкрепимся. И ты можешь помочь мне отрепетировать то, что я скажу руководству.

– Безусловно, – усмехнулся ему Тристан. – Ты справишься, Джоз.

– Ты хороший друг, – сказал Джозия, чувствуя себя более серьёзным, чем обычно.

– Эй, приятель. Именно так и поступают друзья. Я рядом с тобой, хочешь ты этого или нет. Мы все рядом, чтобы подбодрить тебя – я, Рави, Эдриан, Ноа. Я знаю, в последнее время у тебя много что происходит, но мы поддержим тебя.

Так поступают друзья. Они рядом с тобой, хочешь ты этого или нет. Чёрт возьми, почему Райан не видел, что так ведут себя настоящие друзья. Почему он не мог впустить Джозию, позволить ему...

Подождите. Какого чёрта Джозия ждал, пока Райан позволит ему любить его и быть таким парнем, каким он хотел быть? Это было так же глупо, как ждать, что Нандо вдруг начнёт слушать, так же наивно, как ожидать, что руководство продолжит давать ему вторые шансы на то, чтобы всё исправить. Если он хотел, чтобы в его жизни всё было правильно, ему придётся взять и всё исправить.

Глава 23

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Кофе?

Вернулся в Калифорнию. Посредники больницы помогли нам найти доступное жильё, пока я жду операции. И да, вафельница у меня с собой. Завтра я должен лечь в больницу, чтобы быть готовым к утру понедельника. В любом случае, уверен, тебе не важны все эти детали, но в последнее время я много думал о разных вещах. Пройдёт несколько недель, прежде чем я встану на ноги, но как только это произойдёт, ты хотел бы где-нибудь встретиться? Никаких ожиданий, просто разговор лицом к лицу. Мне не хватает новостей от тебя. Мне не нравится, как мы всё закончили, так что я надеюсь, что ты дашь мне шанс поговорить о том, что крутится у меня на уме.

Береги себя,

Райан

***

К вечеру воскресенья Райан всё ещё не получил ответа от Джозии. Не то чтобы он ожидал мгновенного ответа, но всё же... что-нибудь. Теперь он застрял в больничной палате, просто убивая время до утренней операции, когда с утра пораньше врачи начнут предоперационную подготовку. Это тоже была такая ерунда – у него были приятели, которым делали операцию на колене амбулаторно. Но ожидалось, что он пробудет в больнице четыре дня из-за обширности операции и его необходимости в «высшем уровне медицинского ухода». Что было ещё одним способом медиков сказать, что они не доверяют ему заботу о самом себе. По крайней мере, сейчас у него не было соседа.

– Хочешь какие-нибудь журналы из магазина внизу? – рассеянно спросила его мама, глядя в свой телефон. Сегодня она чуть ли не вышла замуж за эту штуку. Должно быть, Хулио по ней скучает, или ещё что.

– Не-а, – Райан был не в настроении читать. – Но хотелось бы, чтобы по телевизору шло побольше программ.

– Как насчёт ноутбука? Ты мог бы посмотреть что-нибудь на нём, пока я не заберу его обратно с собой.

Ни один из них ни за что не оставил бы ноутбук Райана в палате на ночь, или пока Райан на операции – он слышал слишком много ужасных историй насчёт больничных краж от бывших пациентов в «Уолтер Рид».

– Конечно, – Райан кивнул, хоть на самом деле не испытывал особого желания. Она старалась. А он убил бы за отвлечение в виде «Космического жителя», но со времён спора с Джозии игра не казалась прежней.

– Проверка показателей! – в комнату ворвалась медсестра в мятного цвета униформе. – Упс! Вам ещё никто не принёс халат?

– Принесли, – Райан был в футболке и спортивных шортах. Он ни за что не наденет халат, пока врачи не заставит его сделать это утром для операции. И он вернётся в свою собственную одежду как возможно скорее. – Ненавижу эти чёртовы штуки. Извините.

– Ну, это политика больницы, чтобы вы его носили. Мне придётся поговорить с моим руководителем, узнать, можем ли мы сделать здесь исключение. – Качая седой головой, она быстрыми движениями проверила его температуру и давление.

– Спасибо.

Боже, Райан так устал, что нужно прикладывать усилия, чтобы быть милым и оставаться культурным. К счастью, медсестра достаточно скоро ушла.

– Может, тебе следует взять и надеть халат, милый, – его мама подняла проклятую вещь с конца его кровати.

– Нет, – Райан мгновенно пожалел о резкости в своём голосе. – Прости, мам. Я... я ненавижу то, что тебе приходится видеть меня таким.

Его мама закончила устраивать ноутбук на столе у больничной кровати и встала рядом с Райаном. Она погладила его по волосам, так же, как делала, когда ему было двенадцать, и ему удаляли миндалины.

– Ты имеешь в виду травмированным? Знаю, я вела себя немного... эмоционально, но я упорно работаю над тем, чтобы смириться с этим. И я не хотела быть нигде, кроме как прямо здесь, рядом с тобой.

Чёрт. Теперь его горло будто опухло и сжалось.

– Я не это имел в виду, но спасибо.

– Что ты имел в виду? – мама продолжала нежно касаться его головы, что ни капли не помогало рассеять его настроение.

– Злость. Я ненавижу, что тебе приходится быть рядом со мной, когда я такой чертовски злой, – вырвались слова, которые он сдерживал всю неделю. Он как чёрт старался понять, что он теперь, без ВМФ, но внезапно он оказался злым. Эта эмоция, казалось, пропитывала каждое его действие, от чего он не мог избавиться. – Я всю неделю был ублюдком. Угрюмым. Огрызался с тобой. Ты не должна была терпеть это.

– Нет, ты не должен был держать это внутри, – она подвинулась, чтобы помассировать его плечо, но Райан отпрянул от её прикосновения. – У тебя много причин для расстройства – твоя ссора с Джозией, решение комиссии насчёт твоей отставки, эта операция. Милый, злиться – это нормально.

– Не нормально. Настоящий мужчина двигается вперёд, бл... чёрт возьми.

Его мама вскинула руки.

– Я очень стараюсь не быть той, кто дурно отзывается о твоём отце, но, Райан, такое поведение обеспечит тебе инфаркт в сорок. Ты не можешь ходить и всё держать в себе. Это не здорово.

Райан работал над тем, чтобы замедлить свой пульс, взять под контроль ускорившееся дыхание, пока не сорвался на неё.

– Я ненавижу быть расстроенным. Ненавижу чувствовать бессилие. И бл... чёрт побери, я скучаю по возможности вылить эти эмоции на тренировке, убиваться, а не злиться и париться.

Его мама закатила глаза.

– Да, мужик, не дай Бог тебе сидеть и разбираться со своими эмоциями. Клянусь, из всех моих мальчишек ты иногда больше всего напоминаешь мне своего отца.

– Я думал, ты не собираешься дурно о нём отзываться, – проворчал Райан. – И я не похож на него. Я говорю.

Его мать рассмеялась, горьким смехом.

– Конечно, милый. И я не хочу сейчас ругаться. Мне не следовало ничего говорить. Не тогда, когда у тебя завтра операция.

– Ну и кто теперь молчит? – подтолкнул её Райан, хоть и знал, что не должен.

Телефон в её руке снова завибрировал.

– Послушай, думаю, мне нужна минутка. И тебе, наверное, тоже. Я скоро вернусь.

– Конечно, – Райан махнул на неё рукой. – Передавай Хулио от меня привет.

Она издала уклончивый звук на выходе из палаты, оставляя Райана наедине с мыслями. Чёрт побери, он не был таким, как его отец. Он знал из разговоров матери с его сёстрами, что недостаток общения его отца был главной частью того, что разрушило их брак, но Райан был не таким. Чёрт, разве он не послал Джозие и-мейл с просьбой поговорить? И между ними были месяцы разговоров...

Не о том, что важно. Из-за этого его мама годами жаловалась на папу. Он тоже был таким? Эта мысль прокралась в его мозг и, оказавшись там, отказывалась шевелиться. Рассказывал ли он кому-нибудь, как боится за будущее? Как злится на врачей и на своё собственное дурацкое тело? Даже со своей матерью, он сказал ей, что злится, и одни эти слова чуть ли не опустошали его. Его отец чувствовал то же самое? У Райана никогда не будет шанса спросить его – он умер три года назад от третьего инфаркта, в возрасте пятидесяти пяти.

И Райан не мог вспомнить, чтобы слышал от этого мужчины фразу «я люблю тебя», несмотря на тот факт, что, должно быть, тот чувствовал это – его крошечная, иначе чистая квартира была засыпана фотографиями их в разном возрасте и аккуратными рамками с объявлениями их достижений. Но он никогда не говорил этого. Никогда не говорил много вещей.

Твою мать. Райан снова вытащил свой телефон, рука дрожала. Проклятье, он действительно не хотел завтра ложиться под нож. Сначала ему нужно было кое-что сказать.

***

Больницы создают определённые чувства – холодные коридоры, скользкая плитка, монотонные голоса и пропитывающий всё запах антисептика. Жильё Райана в «Уолтер Рид» казалось скорее общежитием, но этот медицинский центр определённо был больницей. Ладони Джозии вспотели, и шею покалывало, пока он пытался найти ортопедический этаж. По пути в Сан-Диего он заблудился четыре раза. И этот медицинский комплекс ВМФ был огромным. Вот вам и великие планы.

Его телефон завибрировал в кармане. Наверное, очередное сообщение от матери Райана, которая пыталась ему помочь разобраться с извилистыми направлениями. Но он, наконец, нашёл правильный этаж и должен прийти в любую...

– Джозия! – мама Райана с очень облегченным видом позвала его из зоны ожидания. – Наконец-то.

– Он по-прежнему ведёт себя грубо? – спросил Джозия. Она выглядела уставшей, её короткие с проседью волосы были взъерошены, а глаза покраснели. Она предупреждала его в смс, что Райан всю неделю не в настроении. Не важно. Джозия всё равно хотел быть здесь.

– Да, – она вздохнула, будто хотела сказать больше, но вместо этого только пожала плечами.

– Хотите пойти взять себе кофе или ещё что-нибудь? Я могу просто пойти в палату сам.

«И без зрителей, если он меня пошлёт». Он ободряюще улыбнулся, надеясь, что она не поймёт, как сильно он хочет оказаться наедине с Райаном.

– Спасибо, – она похлопала его по руке. – Думаю, сэндвич и кофе будут как раз тем, что нужно. Передай Райану, что я скоро вернусь.

– Будет сделано.

Джозия подошёл к палате с номером, который сказала ему мать Райана, но остановился снаружи, чтобы сделать глубокий вдох, одновременно потому, что на него нападали больничные воспоминания, и потому, что он действительно не знал, что будет делать, если Райан отреагирует плохо.

Дверь была открыта, так что он вошёл.

– О, хорошо, что ты вернулась, – голова Райана была опущена, взгляд сосредоточен на экране ноутбука. – Слушай, прости... – он на мгновение поднял взгляд, заметил Джозию и нахмурился. – Джоз?

– Да.

– Но как? – Райан взял свой телефон, что-то проверяя. – Это было... быстро?

– Ты отправил мне сообщение? – Джозия усмехнулся, вытаскивая свой телефон. Может быть, в конце концов, всё будет не так ужасно.

– Не надо проверять сообщения. Не прямо сейчас, – Райан отвёл взгляд, шея покраснела до оттенка яркой розы.

– О, я думаю надо.

Джозия зашёл в список своих сообщений.

«Думаю, я люблю тебя. Вот, что я должен был написать в своём и-мейле. Я люблю тебя, и поэтому мы должны поговорить. Пожалуйста».

Джозия моргнул, не уверенный, что полностью осознаёт то, что видит.

– Мы должны поговорить, хах?

– Да, – Райан дёргал край одеяла на кровати. Он был в футболке ВМФ, которая подчёркивала мышцы его груди и рук, а не в больничном халате, как ожидал Джозия. – Но я не имел в виду прямо сейчас.

– О, я знаю, – Джозия схватил стул для посетителей и подвинул его ближе к кровати. – Я получил твой первый и-мейл. Тот, где ты написал, что мы можем поговорить, как только ты пройдёшь операцию и почувствуешь себя лучше. Но всё работает не так.

– Не так? – Райан казался искренне растерянным.

– Не так, – твёрдо произнёс Джозия. За последние несколько дней он очень преуспел в уверенном голосе. Чем больше он говорил так, тем легче и веселее это становилось. – Ты не можешь сказать «не переживай, мы можем снова быть друзьями, когда я поправлюсь». Это не круто. Дружба означает видеть друг друга в худшем состоянии – не только в лучшем.

– Так ты пришёл увидеть меня в худшем?

– Нет, я пришёл потому, что ты мой лучший друг, и ты в больнице, и я рядом для приключений – хороших, плохих, ужасных и всё, что между. Ты можешь на меня рассчитывать.

Он сжал руку Райана.

– Но ты ненавидишь больницы.

Райан не отпрянул от руки Джозии.

– Видимо, необходимость увидеть тебя перебарывает мою фобию. В больницах мне становится неуютно. А ты... ты сводишь меня с ума.

– Прости, – глаза Райана были глубокими озёрами сожаления. – Я испоганил всё между нами.

– Да, – Джозия не собирался слишком просто спускать его с крючка. – Но я здесь тоже не невинный. Я не особо хорошо справлялся со взрослением. Мне нужно лучше стоять за себя. И я упорно работаю над этим. С работой дела лучше. Я, наконец, взял и попросил перевести Нандо в другую команду. И я недавно сходил посмотрел на квартиры.

– Вау. Всё это? – Райан улыбнулся ему. – Я тобой горжусь. Но я всё равно облажался тем, что не уважал тебя. И ты прав – я многое сдерживал, не позволял тебе увидеть, что происходит со мной на самом деле. Я хотел, чтобы ты нуждался во мне, но не признавался в том, как сильно сам в тебе нуждаюсь.

– Это правда?

Райан кивнул.

– Правда. И мне действительно сложно это говорить, так что будь со мной терпелив. Но я буду стараться сильнее, чтобы сказать что-то.

– Я умею быть терпеливым, – Джозия снова сжал его руку, подвигаясь ближе на стуле. По-прежнему слишком далеко.

Райан передвинулся на одну сторону кровати и похлопал по месту рядом с собой.

– Иди сюда.

К счастью, Райану ещё не поставили капельницу и не присоединили никакие другие провода, в которых Джозия мог запутаться, но он всё равно был осторожен, устраиваясь рядом с ним. Но Райана, видимо, это не устроило, и он подтянул Джозию к себе, чтобы уткнуться носом в его шею.

– Я скучал по тебе. Так сильно скучал.

Сказать нужно было ещё многое, включая некоторые важные осознания, к которым Джозия пришёл по дороге в Сан-Диего, но прямо сейчас единственным делом было поцеловать Райана, насладиться тёплым твёрдым телом под собой и утонуть в сильных руках Райана, обвивающих его, пока соединялись их губы.

Глава 24

Райан был только счастлив отложить разговоры и вместо этого долгое время целоваться в больничной кровати. Он так сильно скучал по Джозу – по тому, как он цепляется за Райана и выдыхает его имя, как он вкладывает всего себя в поцелуи с неумеренным энтузиазмом, как он всегда на вкус смутно напоминает апельсины. Однако, в конце концов, поцелуи начали набирать обороты, языки сплетались, и руки блуждали по телам, разжигая огонь, который действительно нельзя было выпускать из-под контроля в больнице, и Райан отстранился.

– Моя мама должна вернуться в любую минуту.

– И дверь открыта, – глуповато улыбнулся Джозия. – Упс.

– Мне не жаль, – Райан подарил ему последний, быстрый поцелуй. Джозия скользнул в конец кровати, за зону поцелуев, но всё равно близко. И несколько недель Райан мог не позволить ему сидеть там, в тени того, где раньше были его ноги, пока остатки его конечностей касались бока Джоза, но прямо сейчас это было... уютно. Даже правильно, что он так близко.

Не прошло и тридцати секунд, как его мама вошла в палату, неся кофе и полу съеденный сэндвич, именно так, как будто стояла снаружи и ждала, когда они закончат целоваться. Попались. Райан старался не покраснеть, как пятнадцатилетний подросток. Кроме того, Джозия покраснел достаточно за них обоих.

С мамой Райана разговор ушёл от тяжёлой темы того, как им с Джозией всё наладить. Вместо этого Джозия получил последние новости обо всех племянниках и племянницах, с которыми познакомился на семейном сборище, и когда на него надавили, поделился историей о том, как постоял за себя на работе и добился того, чтобы проблемного программиста убрали из его команды.

«Прости, что сомневался в тебе», – сказал глазами Райан. Конечно, Джозия совершенно был способен позаботиться о своей собственной жизни, и Райан ошибался, подразумевая, что им должен кто-то управлять. Что ему действительно был нужно, так это больше уверенности.

«Всё нормально. Я тоже в себе сомневался». Джозия пожал плечами, возвращая взгляд Райана. Райан молча решил стараться делать больше, чтобы подкрепить уверенность Джоза в своих способностях – меньше пытаться решить проблемы за него и больше поддерживать выбор, который он делает. Джозия был прав, что единственный путь, при котором это сработает – если они будут относиться друг к другу как равные.

– Десять минут до окончания времени посещения! – седоволосая медсестра просунула голову в палату. – И, мистер Орсон, доктор Хван сегодня делает обход позже, но она скоро зайдёт, чтобы поговорить о том, чего ожидать завтра.

– Полагаю, это нам сигнал о том, что пора уходить, – мама Райана поднялась со стула. – Джозия, ты нашёл номер в отеле?

– Нашёл.

– Ты остаёшься? А что с работой? – Райан был не в восторге от мысли, что Джозия из-за него упускает время.

– Я работал двенадцать часов в пятницу и десять вчера, чтобы со всем разобраться и взять на завтра выходной, а затем пару дней поработать удалённо. Мама забрала Грейси.

– Ты не обязан был этого делать.

Джозия бросил на него твёрдый взгляд.

– Обязан.

– Ну, тебе не обязательно завтра приходить и ждать тут с утра пораньше...

– Больше никаких споров. И утром я приду не ради тебя. Я здесь для того, чтобы подавать кофе твоей маме.

– От этого я не откажусь, – рассмеялась его мама. – Правда, Райан. Позволь твоему парню быть рядом с тобой.

Его парню. Он надеялся, что это так. «Если ты этого хочешь, лучше начать вести себя именно так».

– Можешь приходить. Я... эм... рад, что ты здесь. Правда.

– Я больше нигде не хочу быть, – Джозия наклонился и коснулся губами губ Райана, прежде чем выйти из палаты вместе с его мамой, оставляя Райана наедине с надеждой на то, что всё, что они оставили невысказанным, получится.

***

Вся нервозность Джозии из-за нахождения в больнице умножилась в тысячу раз, пока он ждал новостей об операции Райана в хирургическом зале ожидания вместе с мамой Райана. Вокруг них были другие нервничающие семьи, некоторые по причинам более серьёзным, чем операция на колени, что доказывала женщина, тихо рыдающая в углу, и другая семья, которая молилась вместе. Всё это тяжело напоминало Джозие о последних днях его папы на этаже онкологии, где посетители с мрачными лицами были нормой, и где можно было практически почувствовать общую надежду и страхи тех, кто ждёт.

Как ни странно, он почувствовал себя одновременно старше и моложе, пока сидел там – молодым и беспомощным, ожидая новостей, но также спокойным и зрелым, так как ему удалось выполнять рутинные задания и приносить кофе маме Райана, которая продолжала говорить ему называть её Рори, убеждаться, что его мама и Грейси в порядке, и разбираться с несколькими и-мейлами от его команды на телефоне. Что касается этого, на этой неделе он был более решительным, меньше переживал из-за того, чтобы быть друзьями со своими разработчиками, и больше заботился о том, чтобы поддерживать хорошую структуру и организацию. «Милый, но строгий» было его новой мантрой. Это было нелегко, но он чувствовал, будто прорвался через какой-то невидимый лидерский барьер.

– Прошло почти два часа после назначенного ими времени, – беспокоилась Рори. Она вязала какую-то комковатую вещь и продолжала останавливаться, чтобы распустить ряд.

– Наверное, они поздно начали, – Джозия сделал глоток своей еле тёплой содовой. – Уверен, всё нормально.

Хотел бы он сам говорить более убеждённо.

Потребовалось ещё сорок пять минут, каждая из которых казалась часом, прежде чем высокая женщина в униформе позвала:

– Семья Орсон?

Мама Райана вскочила на ноги, пряжа полетела на колени Джозии. Она была на полпути к выходу из зала, прежде чем остановилась и повернулась к нему:

– Ты не идёшь?

– Ох, эм, я не семья...

– Да, семья, – твёрдо произнесла она. Джозия подхватил пряжу и направился за ней. Когда они дошли до доктора, Рори сказала:

– Я — мать Райана, а это его парень. Как он?

Молодая доктор даже не моргнула на слове «парень», но повернулась, чтобы могла обратиться к ним обоим.

– Он спокойно отдыхает в отделении реабилитации. Восстановление колена заняло намного больше времени, чем мы ожидали, но я настроена сдержанно оптимистично на то, что у него будет намного более широкий диапазон действий и меньше боли.

– Слава богам, – Рори вцепилась в Джозию со слезами на глазах, и он похлопал её по спине. Весь дискомфорт и фобия больниц исчезли с волной облегчения. Всё остальное, с чем им нужно было разобраться, было второстепенным по сравнению с хорошим самочувствием Райана.

***

У Райана была плохая реакция на анестезию, его стошнило в отделении реабилитации, и большую часть дня он был вялым и дрожал, поэтому Джозия и Рори его не напрягали, рассказывали шутки и находили по телевизору дурацкие фильмы, позволяя ему спать так много, сколько он мог. Однако на следующий день он был более полон сил, завтракал, когда приехал Джозия, и поприветствовал его улыбкой.

– Поздоровайся с моим новым соседом, Заком, – сказал Райан, указывая жестом на кровать по другую сторону разделительной занавески. Парень был примерно возраста Джозии, может чуть младше, и лежал, похоже, со сломанной ногой. – Зак, это тот бойфренд, о котором я тебе рассказывал.

– Который работает над «Космическим жителем»? – взгляд паренька был осторожным, но полным надежды.

– Да. У тебя есть адрес электронной почты? Я могу прислать тебе бесплатных бонусов, если хочешь.

– Конечно, – парень покачал головой. – Мой отец говорит не околачиваться рядом с геями, но боже, я не могу отказаться от бесплатной фигни.

Энтузиазм Джозии насчёт раздачи обновлений «Комического жителя» значительно уменьшился.

– Твой отец идиот, – беззлобно произнёс Райан.

– Чем дальше я уезжаю от Литл-Рока, приятель, тем больше я с этим согласен, – рассмеялся Зак, записывая информацию для Джозии. – Не могу дождаться, когда сам получу ещё один шанс на учебке ВМФ. Сломал эту дурацкую ногу посреди адской недели.

– Это отстой, – сказал Джозия, как раз когда в палату зашли двое санитаров с каталкой.

– Ладно, мистер Круз, вам пора на МРТ, – сказал парень побольше, и затем с натренированным умением и аккуратностью, чего Джозия не ожидал бы, они перенесли Зака на каталку с минимумом стонов и вывезли его за дверь.

– Наедине до моей следующей проверки показателей, – Райан поиграл бровями, глядя на Джозию. – В какие мы можем попасть неприятности?

– Как насчёт этого прямо сейчас? – Джозия подошёл, чтобы осторожно поцеловать его, но как обычно Райан добавил жара, взяв под контроль губы Джозии своим настойчивым языком, пока Джозия не отстранился. – Эй, ты же не хочешь провалить эту проверку показателей. Тогда меня не пустят обратно.

– Я морской котик, я знаю дюжины способов провести и вывести тебя отсюда незамеченным.

Рассмеявшись, Джозия сел в ногах кровати.

– Я сегодня заставил доктора Хван покраснеть, спросив у неё, как скоро мы можем повеселиться, а она сказала: «Пусть боль будет вашим проводником», но затем сказала, что после этого я отправлюсь в зал для реабилитации. Наверное, у меня здесь будет ещё один сосед, как этот энсин по прозвищу «Мой отец говорит», прежде чем я смогу вернуться в постоянное жильё, которое нашла мама.

– Я никуда не уйду, – Джозия потянулся и сжал его руку. – Мы будем ждать.

– Как долго? – глаза Райана стали тёмными и серьёзными. – В смысле, я не хочу начинать обсуждать с тобой детали, но я знаю, что ты здесь ещё всего на несколько дней. А что потом?

– Всё нормально. Обсуждай детали. В этом я становлюсь лучше, – Джозия мог посмеяться, потому что ему нравилось, что Райан спрашивал его мнение вместо того, чтобы просто выкладывать план для них обоих. – И да, мне нужно к концу недели вернуться в офис, к сожалению, но затем, думаю, я могу снова приехать на выходные?

– Хочешь, чтобы я разузнал о реабилитации в Лос-Анджелесе? Я уже один раз позволил расстоянию разрушить отношения и не хочу, чтобы это произошло снова, – Райан жевал губу, в нервном жесте, которого Джозия никогда раньше от него не видел.

– Ваши отношения разрушило не расстояние, – сказал Джозия. – Вы, ребята, просто... не совсем сошлись.

– А мы сходимся? – Райан звучал менее убеждённым, чем Джозия надеялся.

– Да, – твёрдо сказал Джозия, стараясь держаться за эту уверенность. – И поэтому я не хочу, чтобы ты переезжал в Лос-Анджелес. Пока нет.

– Не хочешь? – глаза Райана сузились, и он оттянул свою руку.

Джозия вздохнул, потому что знал, что Райану это не понравится. Но он много думал по дороге сюда и сердцем знал, что это правильный выбор для них.

– Я нашёл отличную квартиру. Она доступна для коляски, так что ты можешь приезжать в любое время, но я думаю, что некоторое время мне нужно пожить одному. Если я никогда не докажу себе, что могу это сделать, то, может быть, мы оба будем сомневаться...

– Я не буду. Я знаю, что ты можешь это сделать, Джоз, и мне жаль, если я намекал на обратное.

– Спасибо. Но мне нужно это сделать. А тебе нужно пройти свою реабилитацию в самом лучшем для тебя месте на Западном побережье. Центр ампутации здесь – правильное место для тебя, пока ты проходишь реабилитацию и привыкаешь к новым протезам, как только заживёт твоё колено.

– Так ты хочешь сказать, что расстояние для нас к лучшему? – не казалось, что Райан верит в это. – Потому что если ты спросишь меня, это рецепт для расставания, и, Джоз, последнее, чего я хочу – это потерять тебя.

– И это ещё одна причина, по которой нам нужно это сделать. Тебе нужно верить, что мы можем жить раздельно, и всё не закончится так, как произошло у вас с Чедом. Тебе нужно доверять нам. Расстояние всего три часа. Я буду приезжать каждый раз, когда выпадет шанс.

– Но затем, когда мы оба будем готовы, я могу переехать в Лос-Анджелес, верно? Потому что я тоже думал, и я действительно хочу закончить свою магистратуру в университете Калифорнии в Фуллертоне. К осени я должен выздороветь достаточно, чтобы попробовать. И если к тому времени ты будешь не готов жить вместе, всё нормально. Я найду место между тобой и учёбой. К тому времени я должен сесть за руль.

– К осени, – произнёс Джозия, взяв его руку обратно. – Я обещаю. Мы вместе придумаем план.

Он наклонился, чтобы скрепить обещание поцелуем, полным блестящей надежды и возможностей.

Глава 25

– Доверься мне, – сказал Джамал, новый терапевт Райана. – Резкие движения могут сыграть большую разницу. Мы говорим о прочности внутреннего слоя.

Райан издал уклончивый звук, начиная упражнения для пресса в стиле пилатеса, которые порекомендовал ему попробовать терапевт. Довериться. Казалось, в последнее время он только это и делал. Верил, что его колено заживает. Верил, что его сила не атрофируется от того времени, что он сидит. Верил, что Джозия вернётся. По большей части последнее.

Предположительно, он выстраивал более сильный внутренний слой мышц для своего тела, и он полагал, что они с Джозией делают то же самое – строят основу доверия, независимости и роста, но это было нелегко. Так же, как он должен был заново построить свою силу, он должен был построить те части себя, которые были повреждены из-за разрыва с Чедом. И если честно, может быть, ту доверяющую часть его, которая с самого начала была не такой сильной. Но ради Джозии он будет стараться.

Но он стал спать лучше с тех пор, как они помирились, и понял, почему Джозия сказал, что им нужна дистанция – ему нужно было больше времени, чтобы понять, кто он теперь. Больше времени, чтобы обдумать эту злость, а не бежать от неё.

– Хорошо, перерыв на отдых! – Джамал принёс ему чашку воды.

Довериться процессу. Райан вытащил свой телефон, вернулся к и-мейлу, который раньше начал писать для Джозии.

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Новая берлога

Не могу дождаться, когда увижу тебя на этих выходных! Может быть, я смогу скакать достаточно долго, чтобы исследовать двор или поесть немного не больничной еды. Вот фотка реабилитационной палаты. Это отстой. Места не хватает даже для вафельницы. :) Мой сосед по-прежнему Зак, и я даю ему много подсказок насчёт пользования коляской, но на следующей неделе он получает подколенный самокат. Я спросил у него, когда сам встану прямо, а новый терапевт рассмеялся и сказал быть терпеливым. Уверен, ты можешь сказать ему, что это не сильнейшая моя черта. Но я стараюсь.

ОТ: Josiah@spacevillager.com

КОМУ: Ryan.Orson@goodmail.com

ТЕМА: Re: Новая берлога

Я тоже не могу дождаться выходных. Веди себя с терапевтами хорошо, чтобы была небольшая возможность уйти из палаты! На прошлой неделе мы с твоей мамой нашли отличный мексиканский ресторан, и я бы хотел сводить тебя туда. Скучаю здесь по тебе как сумасшедший, но выполняю работу как босс, чтобы можно было уехать на эти выходные.

ОТ: Josiah@spacevillager.com

КОМУ: Ryan.Orson@goodmail.com

ТЕМА: Зацени!

Как ты там всегда говоришь? Ура? Ура! Зацени мою первую квартиру. Это официально – заключил страховку арендатора и всё такое и привёз Грейси, чтобы хорошенько всё обнюхала. Лови фотку спальни. Может быть, это станет твоим стимулом на этой неделе. ;)

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Re: Зацени!

Ура! Это потрясно, приятель! Я так тобой горжусь, Джоз. И видишь, что я прикрепил? Да, *это* стимул на этой неделе, дверь, у которой есть ЗАМОК. Мне здесь удалось переехать в постоянное жильё. Думаю, медсёстры на реабилитационном этаже немного от меня устали. Мама и Хулио приехали на день, чтобы помочь мне устроиться. Она попросила меня узнать твои любимые цвета. Жди чего-нибудь вязаного в качестве подарка на новоселье. :)

Три недели. Три недели с малейшим намёком на уединение с его парнем и постоянный шквал смс, сообщений и чатов в попытке сократить дистанцию. Райан был готов практически лезть из кожи вон, когда Джозия приехал в субботу утром.

– Я по уши влюблён в эту кровать. И в твой замок, – Джозия осторожно опустился рядом со здоровой стороной Райана. Колено Райана со льдом лежало на подушке после выхода на ланч.

– Ну, а я по уши влюблён в тебя, – Райан притянул его ближе. После того признания в сообщении, он не особо осыпал Джоза словами, которые гудели в его венах. По-прежнему было легче делать это вот так, шутя.

– Я в тебя тоже, – Джозия наклонился для поцелуя. И впервые за несколько недель Райану удалось сделать поцелуй таким грязным, как он хотел, его руки забрались под майку Джозии, чтобы погладить мышцы его спины, а язык пробрался в его рот.

Он отстранился на достаточно долгое время, чтобы избавить их обоих от маек. Кожа. Боже, он так сильно скучал по этому, что у него тряслись руки. Джоз лежал слегка перпендикулярно Райану, удерживая нижнюю часть своего тела на расстоянии от Райана, но позволяя их верхним частям соприкасаться. Царапания от волос на груди Джоза было достаточно, чтобы заставить Райана застонать. Он снова впился в губы Джоза, когда в нём поднялась практически зверская нужда. Он никогда не насытится этим мужчиной, его близостью, его вкусом, его запахом и его чертовски сексуальными звуками.

– Я скучал по тебе, – выдохнул Джоз ему в губы. – Так сильно скучал по этому.

– О, чёрт, да. Я тоже, – Райан всосал нежную кожу за ухом Джоза, что всегда заставляло его дрожать в руках Райана.

Слегка отстранившись, Джоз покрыл шею Райана полной решимости дорожкой поцелуев, остановившись прямо над его соском.

– Тебе придётся сказать мне, что нормально. Я не хочу сделать тебе больно.

– Не сделаешь, – прорычал Райан, ненавидя, что это было проблемой.

Вместо того чтобы поиграть с его сосками, как ожидал Райан, Джозия опустился ниже, проводя языком дорожку вниз по животу Райана. Его язык прошёлся вдоль пояса шорт Райана, намерения были ясны.

– Так всё получится?

Райан втянул воздух. В его груди воевала нерешительность, тогда как Джоз спустил вниз эластичные шорты Райана – с одной стороны, для получения минета особого ума не требовалось, и его член был только за, но, с другой стороны, месяцы неуверенности поднялись на поверхность, когда Джоз оказался так близко к его травмам.

– Ты не представляешь, как много ночей я мечтал об этом, – тёплое дыхание Джоза взъерошило полоску волос Райана. – И если эта поза тебе не подойдёт, мы просто будем продолжать пробовать, ладно?

– Голый твистер идёт на помощь? – смех Райана был немного резче, чем он хотел, но немного напряжения в его груди ослабло. Это был Джоз. Всё будет нормально.

– Безусловно. Кроме того, наверное, мне понадобится немного поэкспериментировать, чтобы справиться с твоим громадным членом и найти подходящий угол, – усмехнулся он Райану.

– Лесть доведёт тебя куда угодно, – Райан дёрнул бёдрами так, чтобы его член коснулся щеки Джоза.

– На это я и надеюсь, – Джоз озорно улыбнулся, прямо перед тем, как лизнуть головку Райана.

– Вот чёрт, – Райан откинул голову на подушку. Джоз был злым дьяволом, мучающим и дразнящим своим языком, пока Райан больше не смог терпеть и не положил твёрдую руку на затылок Джоза. – Прекрати. Дразниться.

Джоз выгнулся навстречу прикосновению Райана.

– Вот так. Покажи мне, что тебе нравится.

– Твою мать, да, – он направил свой член вверх, к жаждущему рту Джоза. – Возьми меня внутрь. Сейчас.

– Властный, – Джоз позволил члену Райана проскользнуть в рот, с силой всасывая и опускаясь ниже.

– Тебе... это нравится, – простонал Райан. Раз Джоз, казалось, жаждал указаний так же сильно, как ему нужно было их отдавать, Райан позволил своим рукам запутаться в волосах Джоза, используя лёгкое давление, чтобы задать ритм, которого хотел. Обвив рукой основание члена Райана, Джоз замычал в знак одобрения. Он позволил своей руке дрочить основание члена Райана, вместе с тем скользя по нему ртом, и этого сочетания для Райана было практически слишком много.

В груди Райана раздулось что-то большое – эмоция, намного более сильная, чем быстро приближающийся оргазм. Это была практически осязаемая эмоция, необходимость поделиться этим опытом, облегчение, что его тело и разум оба скооперировались, и глубокая связь, которую он раньше никогда не ассоциировал с этим актом.

– Да, Рай, отпусти себя, – выдохнул Джоз, касаясь скользкими и горячими губами бедра Райана.

– Трахать буду сильно, – предупредил Райан. – Ты этого хочешь?

В ответ Джоз заглотил Райана ещё глубже, положив свободную руку Райану на бедро, побуждая его толкаться.

– Да, о, Боже, детка, побольше такого, – Райан использовал руки, чтобы помочь Джозу установить сильный и быстрый темп, который гарантировал, что он долго не продержится.

– Сейчас, сейчас, сейчас, – скандировал он, тогда как Джоз проделал языком какой-то трюк с нижней стороной члена Райана.

Не отстраняясь, Джоз заглотил сильнее, и когда Райана настиг оргазм, это было похоже на первые несколько секунд прыжка с парашютом – идеальное свободное падение, земля на головокружительном расстоянии внизу, всё тело гудит от скорости, ничего не остаётся делать, кроме как кричать и наслаждаться полётом вниз. Джоз «выдоил» его, прежде чем Райан, наконец, оттолкнул парня, когда член стал слишком чувствительным. Джоз упал рядом с Райаном, уже менее осторожно. Его пакет со льдом оказался где-то на полу, но Райан не трудился переживать.

Постепенно он опустился обратно на землю, чувствуя голову Джоза у себя на груди, пока рука парня отчаянно работала над его собственным членом.

– Вот. Ты не устал от своей собственной руки? – пробормотал Райан, отталкивая руку Джоза и заменяя её своей.

– Твою мать, да.

Всё тело Джоза поднялось вверх, пока Райан помогал ему таким отчаянным темпом, которого, как он знал, жаждал Джоз, крепко стиснув кулак, шепча парню на ухо грязные подбадривания.

– Вот так. Чёрт, ты такой идеальный. Это был лучший оргазм в моей жизни.

– Ты... говоришь это... каждый раз, – Джоз наполовину смеялся, наполовину задыхался.

– Я серьёзно, – Райан переместился, чтобы иметь возможность оставлять засосы на шее Джоза, пока дрочил ему. Не потребовалось особо большего, прежде чем Джоз задрожал, забрызгивая спермой всю руку Райана.

– Вот чёрт. Я люблю тебя. Скучал по этому, – рассмеялся Джоз, отодвигаясь.

– Эй, ты куда собрался? – проворчал Райан.

– Устал. Хочу подремать.

– Спи прямо здесь, – Райан подтащил его ближе к своему боку и обвил рукой грудь Джоза, удерживая его на месте.

– Думал, ты не обнимаешься, – Джоз прижался ближе к боку Райана.

– Обнимаюсь ради тебя, – серьёзно произнёс Райан. – Ради тебя я многое бы сделал.

Джоз вытянул шею, глядя на Райана большими глазами.

– Я действительно очень тебя люблю, ты ведь это знаешь, да? Это была не просто болтовня из-за потрясающего секса. Я тоже ради тебя многое бы сделал.

– Я тебя тоже люблю, – Райан поцеловал его в макушку, на этот раз слова дались легче.

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Посмотри, кто ходит!

Зак сегодня зашёл со мной повидаться – сказал передать тебе спасибо за коды последних обновлений. Пока он был здесь, я попросил его сделать для тебя эту фотографию. Наконец вернул свои ноги, и угадай что? Врачи были правы – после операции протезы теперь сидят лучше, и нога кажется более устойчивой. Не могу дождаться, когда покажу тебе это на выходных.

P.S. Угадай, что ещё случилось на этой неделе? Первый урок ручного управления. Не пройдёт много времени, прежде чем я смогу ездить к тебе.

ОТ: Josiah@spacevillager.com

КОМУ: Ryan.Orson@goodmail.com

ТЕМА: Re: Смотри, кто ходит!

Только не спеши! Я счастлив ездить к тебе, лихач! И горячо выглядишь, приятель. Люблю твою широкую улыбку. Передай Заку, чтобы держал руки подальше от моего мужчины.

ОТ: Ryan.Orson@goodmail.com

КОМУ: Josiah@spacevillager.com

ТЕМА: Первое плавание

Мы все настроены на четверг. Инструктор по вождению говорит, что я готов. На удивление, Зак жаждет быть моим вторым пилотом. Я сказал ему, что он задолжал нам ещё и немного времени для игр, и он нормально к этому относится. Не могу дождаться, когда ты увидишь мою машину!

ОТ: Josiah@spacevillager.com

КОМУ: Ryan.Orson@goodmail.com

ТЕМА: Re: Первое плавание

Чувак, если скинешь мне ещё больше фотографий машины, я начну отбиваться видео с Грейси. Не могу дождаться, когда увижу Зака! (О, и тебя тоже. ;) )

ОТ: Josiah@spacevillager.com

КОМУ: Ryan.Orson@goodmail.com

ТЕМА: Удачи!

Это мы с Грейси подбадриваем тебя в твой первый день занятий. Я знаю, большинство твоих занятий проходит онлайн, но мы по-прежнему думаем, что тебе пригодился бы новый рюкзак, чтобы это отметить. Горжусь тобой, приятель.

***

– Идём, мы не можем опаздывать на выпускной! – крикнул Джозия Райану, который всё ещё был в ванной. Он закончил причёсывать Грейси, а затем отряхнул свои хаки.

– Чувак, ты воспринимаешь этот собачий выпускной слишком серьёзно, – Райан вышел из ванной, стуча тростью по полу из твёрдого дерева.

– Эй, она трудилась для этого шесть месяцев. Это её большой день, – усмехнулся ему Джозия. – И, кроме того, это хорошая практика для твоего выпускного.

– Предполагая, что я сдам свою педагогическую практику.

Тон Райана был слишком беспокойным для кого-то, кто осенний семестр закончил с наивысшим средним баллом.

– Хорошо, Грейси, ещё одна тренировка, – Райан позволил своей трости упасть на пол, его равновесие только слегка колебалось. – Грейси, подними!

Грейси, которая увеличилась в размерах в четыре раза с тех пор, как Джоз её взял, включилась в действие, подбирая трость и плавным движением вкладывая её в руку Райана. Решение выучить Грейси на служебную собаку было практически напряжённее, чем обсуждения переезда Райана в квартиру – Джоз был только за, но Райан не хотел «красть» собаку Джоза. Однако её склонность помогать Райану поднимать предметы с пола или доставать из низких ящиков была очевидна даже с их собственными неуклюжими тренировками. Так что они записали её на официальную программу обучения служебных собак.

Кроме того, у неё по-прежнему было множество времени быть и обычной собакой тоже – множество посиделок в доме мамы Джоза и походы к нему на работу и дни, лениво проведённые в квартире. Райан всё ещё разговаривал с ближайшим школьным округом, где проходил педагогическую практику, насчёт того, сможет ли Грейси сопровождать его по некоторым дням, но Джоз не сомневался, что всё это получится.

– О, и, кстати, о выпускном, я достал для Зака кучу оснащения в «Космическом жителе» на его выпускной начальных курсов подготовки ВМФ. Напомни мне отправить всё по почте на следующей неделе.

Райан рассмеялся.

– На прошлой неделе я шутил с Пайком, что достану ему фотографию Зака в форме, когда он, наконец, закончит эту докторскую.

– Видишь. Говорил же тебе. Это сезон выпускных, – Джозия прильнул для нежного поцелуя. Он мог не состоять в официальной программе, как Райан или его друзья, но казалось, будто он тоже приближается к важному этапу жизни – его рабочий проект через несколько недель будет передан на выпуск, и он сделал то, что должен был – доказал себе, что может быть лидером. И ответственным взрослым, который имеет власть над своей электронной системой оплаты счетов и приложением для покупки продуктов, и который сам ставит себе напоминания о лекарствах.

– Нам лучше взять кресло на время после церемонии и на собачью вечеринку, – сказал Райан, указывая жестом на свою коляску, которая уже стояла у входной двери. – Не хочу рисковать опухолью колена.

С другой стороны от входной двери располагался ряд фотографий в рамках – Грейси становится всё больше и больше, они на различных дневных путешествиях по Сан-Диего во время его визита туда, они в ту ночь, когда Пайк затащил их в клуб, и в центре его любимая фотография из всех – они на скайдайвинге. Они нашли инструктора, который специализируется на адаптивных прыжках с парашютом, и Райан исполнил своё желание присутствовать при первом прыжке Джозии.

– У тебя получилось, – голос Джозии был странно хриплым из-за эмоций и воспоминания, пока он пристёгивал поводок к Грейси, прежде чем передать его Райану. Его колено работало не на сто процентов, вероятно, так не будет никогда, но он разработал баланс между использованием протезов и коляски. – Ты за рулём?

– Ты знаешь, – Райан усмехнулся ему, когда Джозия наклонился, чтобы сложить кресло для переноса в машину.

– Лучше не гони, – предупредил Джозия.

– Один штраф от которого я отвертелся. Я ведь не превращаюсь в такого лихача, как твоя мама.

– Ха. Только позволь мне выбирать музыку, – Джозия вышел за ним к машине. После больших размышлений Райан остановился на ярко-красном «MV-1», который выглядел как маленький внедорожник, но на самом деле был доступным для колясок автомобилем со встроенной рампой. Райан ворчал из-за того, как много его сбережений ликвидировала эта машина, но любил её с дьявольской преданностью.

Джозия разместил кресло и Грейси, пока Райан усаживался сам.

– Эй, – Джозия подошёл к окну с водительской стороны, стуча по нему, пока Райан не опустил стекло. – Я бы отправился с тобой куда угодно, ты ведь это знаешь?

– С тобой я тоже куда угодно, – Райан схватил в кулак майку Джозии и притянул его для поцелуя. – Люблю тебя.

Путешествие, от их первых несмелых попыток сказать эти слова до этого момента, когда они не могли их сдерживать, Джозия не променял бы ни на что.