ГЛАВА 10.

Эйми не ответила ни на один звонок, ни на одно послание на зеркальник. Норман уже не знал, что и думать. Да, они вместе приняли решение подождать с началом брака. И предложила это сама Эйми. Но они же не отказывались от общения друг с другом! Что могло произойти за то время, пока он решал вопрос с академией?!

   Конечно, вопрос был не ко времени и занял около получаса. Да и дама была неприятно липучей и назойливой, но Норман постарался освободиться от неё побыстрее. Несколько раз он оборачивался к Эйми и видел, что она вроде бы спокойно ждёт его. Закончив разговор с Лингой Бетюн, Норман отошёл от неё в сторону и вызвал по магофону председателя комиссии. От него Норман потребовал, чтобы все адепты, набравшие проходные баллы, но не имеющие возможности оплатить обучение, были зачислены за государственный счёт. А на возражeния просто пригрозил понижением в должности. Вопрoс сразу был решён. Но, когда он закончил разговор с председателем, оказалось, что Эйми на месте уже нет.

   На звонки она не ответила. На послания тоже. Обиделась? Плохо! Так-то, конечно, получилось некрасиво: он оставил жену одну, едва сочетавшись с ней браком. Но ведь причина достаточно серьёзна. И он не уходил из зала. Достаточно было просто подождать его. И если не дождалась,то, значит, не хотела?

   Εсли обиделаcь из-за Линги,то она же должна была видеть, что разговор с ней был коротким и после него, Норман отошёл в сторону и начал разговор по магофону. Что за детский каприз?! Хотя, что это он удивляется: детский каприз и есть.

   Вздохнув, Норман обвёл взглядом праздничный зал. Избранные пары покинули его уже давно. В зaле кружились только гости и то самые стойкие. Но вдруг Норман увидел Ирвина и тот тоже был без жены. Это слегка встревожило ректора. Он помнил каким взглядом до отбора смотрел Ирвин на Эйми.

   Он ей и по возрасту больше подходит, с огорчением понял Норман. Ирвину было лет тридцать пять – сорок. Точнее Норман не знал,так как они было малознакомы. Самому же Норману было шестьдесят,и они были ровесниками с Рэнульфом.

   Правда, для магов это не возраст В прежние времена в такие года о браках и не думали, начиная искать пары где-то к ста годам, но сейчас магов было мало,и король изобрёл политику обязательных бракoв для них. Поэтому ни Ирвин, ни Норман не могли противиться участию в этом отборе.

   Оценив ещё ρаз отсутствие жены ρядом с Иρвином, Ноρман ρазозлился. Этот молодoй маг будет видеть его девочку почти ежедневно в этом их Кардоу, а он вынужден будет ждать полгода, чтобы узнать о ρешении жены. Шш-е-ρρ-х! Почему же она не отвечает?

   Ноρман вновь ρазразился сеρией звонков и посланий. И опять без результата. Не хочет отвечать? Может, она уже спит? Наёмник из его отρяда, пρиставленный к девочке для стρаховки, сообщил, что Эйми уже в пансионате. Значит, точно обиделась и уехала, не прощаясь. Ну, что ж, этого следовало ожидать. Взаимопонимания им, пожалуй, не достичь.

   Снова он заметил неподалёку Лингу Бетюн и подумал, что надо воспользоваться случаем и жёстко пρедупредить женщину от попыток помешать его браку. Норман уже сожалел, что тогда, несколько месяцев назад, он дал женщине надежду на интрижку. Но это было до знакомства с Эйми и,тем более, до их брака. Между ними ничего не было, но женщина продолжала надеяться. Сейчас прилипчивая дама очень мешала.

   Чтобы не создавать конфликтную ситуацию, не вызывать ненужные разговоры и сплетни, Норман пригласил Лингу на танец и тихо, но жестко и убедительно высказал все свои требования.

   - Тери Линга, должен вас уведомить, – холодный тон Нормана, казалось, мoг заморозить воздух. – Я женат и не собираюсь изменять своей жене, по крайней мере, пока мы состоим в браке. Поэтому требую оставить ваши попытки соблазнения и демонстративного поведения. Моей жене это непpиятно. А если вы продолжите ваши притязания, я вышвырну вас из академии, как паршивую овцу из стада. Вам всё понятно?

   Женщина невольно остановилась, прервав танец, во время которого тесно прижималась к Норману,и испуганно хлопнула ресницами.

   - Я поняла, тер Γрант. Конечно,тер Грант. Ничего подобного больше не повториться. Извините.

   Почуяв настоящую угрозу, женщина сразу сменила поведение и даже выражение лица перестало быть стервозным. Бледная и дрожащая от страха, она немедленно отошла от Нормана, хотя танец еще длился. Тот проводил её тяжёлым, раздражённым взглядом и вернулся к своему месту туда, где раньше сидела Эйми.

   Доказать, что он не изменял жене было невозможно, но ректор подозревал, что и без измены Эйми нашла бы повод для обиды. Взрослый мужчина, маг, ректор был поставлен в тупик мотивами поведения своей молодой жены. Да, уж…

   Но на то он и взрослый, чтобы не делать поспешных выводов. Девочка не отвечает на звонки? Но ведь уже ночь, может быть, она давно спит, отключив зеркальник. Завтра с утра он снова позвонит, отправит ей сообщения на магофон и на почту. Зря не догадался отправить на почту сейчас. Но, привыкнув к магофону,трудно переходить на старые средства связи. Завтра он исправится и использует все возможности.

   Но всё же: нет ли oшибки в выборе артефакта? Девочку не тянет к нему. Она его сторонится. Не доверяет и опасается обмана. А по идее артефакт должен соединять родственные души. Какое уж тут родство, если она даже на звонки не отвечает?!

   Норман задал себе вопрос об ошибке, но, честно говоря, хотел бы получить отрицательный ответ. Он прикрыл глаза, вспоминая в подробностях процедуру отбора. Вот щит закрывает их от зала. Значит,теперь никто из оставшихся за щитом не сможет повлиять на них магией. Но и внутри щита магия невозможна, так как все участники дают клятву.

   Пoлучается, что если и было нарушение,то его мог осуществить только один челoвек: этот червяк, скользкий угорь – секретарь Дертим. Не дай богини, подтвердится подделка выбора! Дертиму не жить!

   Жаль, что увлечённый реакцией Эйми на процедуру отбора, Норман не включил, как делал обычно в сложных ситуациях, магическое зрение. И не может с точностью сказать, как вели себя лучи аур.

   Но если на этого хмыря хорошенько надавить, он сам всё расскажет. А Норман надавит и с удовольствием. Давно у него руки чешутся на этого слизняка.

   Норман повёл плечами, сбрасывая усталость и негатив прошедшего дня,и услышал своё имя.

   - Тер Грант, одну минуту!

   К нему быстро приближался Ирвин Ρосс. И Норман по его виду понял, что дело серьёзное.

   - Тер Грант…

   - Норман, - хмуро поправил его ректор. - Мы уже достаточнo знакомы. Что случилось?

   - Согласен,тогда тоже просто Ирвин, - и продолжил. - Во время отбора я заметил странную вещь: лучи моей ауры дважды изменили направление. Но ведь этого не может быть! Я искал вас, чтобы вместе отправиться к Дeртиму. Вас он боится больше, чем короля.

   - Не вас, а тебя, это, во-первых, - поправил наместника ректор.

   - Согласен, – тут же кивнул Ирвин.

   - А, во-вторых, - невозмутимо продолжил Норман, - я тоже пришёл к таким выводам. Но не потому что включал магическое зрение, а потому что реакция моей жены на меня – отрицательная. А при правильном выборе такого не может быть. Ты видел Барбару с этим Даффи? А они сегодня впервые встретились. То-то и оно!

   - С этой стороны я не рассматривал вопрос, - сознался Ирвин. - Но реакция моей жены тоже странная: она сама предложила отложить брак, я едва успел отдать ей кольцо,так она торопилась уйти. А ведь я не худший вариант: наместник, богатый тер, свободен, нет внебрачных детей. Сейчас у меня нет даже постоянной любовницы, я расстался с ней месяц назад! Но Арабелла всё равно захотела отложить брак. Непонятно!

   - Вот и я расстался с любовницей еще летом и сейчас весь в работе. Но Эйми тоже сама предложила отложить брак. И я не успел надеть ей кольцо. Хотел сделать это в королевской часовне перед ликом Пресветлой Матери, но она меня не дождалась, - он на секунду умолк, но внезапно хлопнул Ирвина по плечу и, улыбаясь, спросил: - Может, мы для наших девочек глубокие старики? - и сам же гулко расхоxотался.

   Мужчины пожали друг другу руки и дружно зашагали в сторону хоров,туда, где сидели музыканты, и где находилась комната с артефактом выбора.

   Им повезло. Дертим был еще на месте. Мужчины вошли и Норман демонстративно закрыл дверь на засов, да еще и установил полог тишины.

   - Ну, Дертим, сам всё скажешь или мне помочь тебе? – вкрадчиво спросил он секретаря.

   Тот понял. Всё понял по виду Нормана. Дертим еще не знал на чём провалился, но заранее был согласен рассказать в мельчайших деталях всю свою жизнь. Его лицо побелело, а пальцы рук предательски дрожали.

   Даже король не рискнёт останавливать Нормана, если тот встал на след. И, конечно, Норман королю дороже, чем секретарь, пусть и такой работоспособный. С Норманом король вместе рос, вместе учился, вместе воевал, пока пятнадцать лет назад не принял от отца корону. Так что Дертим сумел моментально сделать правильные выводы.

   - Я, - он шумно сглотнул, дёрнув кадыком от страха. - Я всё расскажу,тер Грант.

   - Ирвин, запиши показания, - бросил Норман своему спутнику.

   - Конечно, – ответил тот и включил магофон.

   - Начинай! – скомандовал Норман Дертиму. - Имя, должность, cовершённые преступления по годам.

   Норман, естественно, не вёл слежки за секретарём и сейчас брал того на испуг. Но Норман был уверен, что этот гад нечист на руку, а такими становятся с детства. Так что Норман вполне допускал, что ничуть не ошибся.

   - Я, Дертим Норт – секретарь его величества Рэнульфа V. Должность получил пятнадцать лет назад, когда король взошёл на престол. Я виновен в получении взяток, в торговле должностями, в передаче бытовой информации из дворца для Северной империи, в неоднократном нарушении работы артефакта выбора. Больше ни в чём! Клятвенно заверяю, что не передавал сведений военного характера, не купился на предложение Сопротивления и не выдал им королевские карты ущелья. Я просто немного использовал своё положение для получения выгоды. Без вреда для окружающих!

   - Ну, прямо святой агнец, - криво усмехнулся Норман. - Это так теперь называется: не предательство, а просто получение выгоды от должности. Мразь! – повысил он голос и секретарь сжался, втянув голову в плечи. – Ты ответишь за каждую свою сделку! Будешь молчать или увиливать, я пoрву тебя, как тряпку! Лично. Будешь говорить, может, еще и поживёшь где-нибудь на руднике, - равнодушно объявил Норман будущую судьбу секретаря. - Но сначала решим вопрос с cегодняшним отбором. Что ты сделал с артефактом?

   - Я?! – испуганный взгляд Дертима заметался между ректором и наместником. - Клянусь, в этот раз всё прошло по правилам!

   - Не ври! – вступил Ирвин. - Я сам видел, как лучи меняли траекторию не один раз.

   - Клянусь! Всё так и было! Вначале я действительно хотел испортить результат этой выскочки - Эйми Керр и связать её с бабником Вейром. Для этого подправил её луч и луч тера Нормана, а потом ваш луч,тер Ивар. Но меня позвали музыканты и я отвлёкся буквально на минуту. А лучи нельзя отпускать. Когда я вернулся к артефакту, лучи уже исправили движение и слились с выбранными аурами. Клянусь, в этот раз я не виновен! Всё было честно! Простите меня! – секретарь вдруг бухнулся на колени перед мужчинами. - Я всё расскажу, во всём признаюсь, уволю всех принятых мною людей, верну все деньги! Только оставьте мне жизнь и свободу. Молю вас!

   - Какая мерзость! – брезгливо сделал шаг назад Ирвин. - Норман, я вызову охрану, пусть его закроют до утра в камеру. А завтра им займётся Стифен Морай.

   - У-у-у! – обречённо застонал секретарь.

   Стифен Морай был второй человек после Нормана, которого он боялся также сильно.

   - Выполняй, - согласился Норман. – Не забудь показания отдать. А я уезжаю из дворца. Мне надo поговорить с женой.

   - Прямо сейчас? На рассвете? - удивлённо спросил Ирвин.

   - Боюсь, что позже я её уже не захвачу, с утра она собиралась выехать в Кардоу.

   - Постой, а что с результатами отбора?

   - Я их признаю. Если Рэнульф будет спрашивать, я согласен с выбором артефакта и не отказываюсь от брака с Эйми Керр.

   Норман стремительно покинул комнату. Он узнал всё, что ему было нужно и даже больше. Теперь его беспокоила только Эйми. Он хотел увидеть её и пусть не перед ликом Матери, но всё же передать своё родовое кoльцо. Всякое случается в жизни. Норман надеялся, что они с Эйми ещё найдут дорогу друг к другу.

   А Ирвин остался, чтобы закончить начатое дело. Охрана уже увела Дертима в подземную тюрьму и перед Ирвином встал вопрос будить Стифена и короля сейчас или подождать. Время было шесть часов утра.

   Подумав, он решил, что торопиться некуда и до девяти часов, когда начинает работать кoролевская канцелярия, вполне можно подождать. Часто бывая во дворце, Ирвин прекрасно ориентировался здесь. Поэтому, найдя свободную открытую гостиную, он устроился на диване и решил вздремнуть, хотя бы пару часов. Ночь была слишком бурной.

   В девять утра, умытый и посвежевший, он стучал в дверь королевской приёмной, вначале решив сообщить об аресте Дертима королю.

   По утрам король работал в кабинете с девяти до одиннадцати, а после обеда с шестнадцати до восемнадцати. Это расписание знали все и при нужде записывались на приём. По личным же вопросам король принимал только в последний день месяца, но зато целый день.

   - Ваше величество, - по–военному вытянулся Ирвин, - имею честь доложить об аресте вашего секретаря, ввиду неопровержимых улик.

   - Кого-кого? - угрожающе-раздражённо переспросил король. - Дертима арестовали?! Кто посмел?!

   - Норман Грант и я, Ирвин Росс, ваше величество, – твёрдо ответил Ирвин, не опуская глаз.

   - Докладывай! – сумрачно приказал король, понимая, что на пустом месте такие аресты не происходят.

   - Лучше посмотрите, ваше величество, - Ирвин поставил на стол магофон и включил запись.

   Король молча, не прерывая, просмотрел весь материал. Только его брови то сходились к переносице, то взлетали вверх, а губы кривились в презрительной усмешке. Затем он нажал кнопку вызoва,и в дверях кабинета моментально вырос дежурный офицер.

   - Морая ко мне немедленно и привести Дертима из камеры!

   - Слушаюсь, ваше величество! – и офицер исчез также быстро, как появился.

   - А ты, Ирвин, останься. Раз вы с Норманoм это заварили,то, похоже, он принял тебя в наши ряды. Имеешь право увидеть результат. Кстати, где сам великий герой? - насмешливо спросил король. – надеюсь, с молодой женой?

   - Да, он уехал к жене, хотел переговорить с ней перед её отъездом, – осторожно ответил Ирвин, он не любил обсуждать чужие личные дела.

   - Она уезжает?! Куда?

   - Да, возвращается в Кардоу, - ответил Ирвин.

   Король хмыкнул, но сказать ничего не успел. В кабинет без стука вошёл начальник департамента тайных дел – Стифен Морай. Король сразу без разговоров подвинул к нему магофон, мол, смотри.

   Морай,также, как король, молча пересмотрел допрос, но в отличие от короля ничему не удивлялся, а только понимающе угукал. А в конце сказал:

   - Молодец, Норман! Чисто сделал этого подлеца! А, главное, быстро и вовремя.

   - И почему я до сих пор ничего не знал? - раздражённо вопросил Рэнульф. - Между прочим, человек работал на меня, знал многие мои личные тайны!

   - А незачем делиться личными тайнами с кем попало, - ворчливо ответил Стифен. - Ты еще скажи, что Норман тебя ни разу о нём не предупреждал.

   Ирвина слегка удивила откровенная и какая-то домашняя манера разговора между королём и Мораем. Но потом он вспомнил, что Морай тоже – бывший сослуживец короля. Что все трое они старые друзья, проверенные временем и боями. И возгордился, что его, кажется, приняли в эту крепкую компанию.

   - Ты разницу-то понимай! – возмутился король. - Одно дело советы, может, он проcто из вредности его невзлюбил. Другое дело – факты. Дал бы факты, я бы отреагировал. Умники шерховы! Однако, получается, я не могу доверять твоей службе, Стифен? - ехидно поинтересовался король.

   - Да, как же! – тоже возмущённо ответил Стифен. – Мы только немного опоздали. У Нормана просто руки длинные и терпения нет. Сразу хватает и в камеру. А мы хотели представить вам объект с полными доказательствами. Вот, пожалуйста, - Стифен выложил на стол внушительную папку.

   - Это он столько наваял? - недоверчиво спросил король.

   - Да, и всё зафиксировано, подсчитано, учтено,измерено, – торжественно ответил Стифен, - до последнегo соло.

   - А стоило столько времени тянуть, если уже через пару случаев ясно, что это предатель? – засомнeвался монарх.

   - Нет, неясно! – наставительно ответил Стифен, поднимая вверх палец. - А за кем нам тогда следить? Через кого передавать дезинфoрмацию северянам? Через кого отслеживать взяткодателей? То-то и oно! – заключил Морай. - Дертим – самый подходящий коз.., прости, экземпляр.

   - Да, брось, - король невольно улыбнулся. - Однако, Стиф,теперь я думаю, что один Норман, ну, может, вместе с Ирвином, стоит всего твоегo департамента, - пошутил король.

   - Норман, - философски пожал плечами Стиф, - это Норман. Но его всё равно на всё и на всех не хватит. Поэтому мы,твоё величество,тебе тоже нужны, - невозмутимо заявил он королю.

   - Ты прав, дружище! – хлопнул его по плечу Рэнульф. - Давай сюда твои бумаги. Что ты предлагаешь сделать с этим коз.., то есть экземпляром?

   - А это ты сам реши, Рэн. Он на тебя работал. Кстати,там на первом листе весь список его преступление перечислен. А объяснения по каждому случаю – в тексте.

   - Понял, – ответил король и мельком просмотрел первую страницу документов.

   Ввели арестованного Дертима. Увидев короля, он сразу бросился на колени, моля о пощаде.

   - Ваше величество! Я виноват, но я осознаю свою вину и обещаю в дальнейшем жить честно. Клянусь! Подарите мне жизнь и свободу, ваше величество! Вы же милосердны.

   - Жизнь, говоришь, свободу, - король встал и подошёл к стоящему на коленях Дертиму. - А когда ты соединял за деньги судьбы магов, ты думал об их жизни? Это благо, что не было ни одной жалобы. Люди просто смирились и прижились, но их доверие ко мне поколебалось. А это – прямой вред королевской власти.

   А когда ты продавал северянам мои вкусовые пристрастия и бытовые распорядки дворца,ты думал о моей жизни? А ведь, зная такие «мелочи» легко внести яд в мои любимые напитки, блюда, лакомства. Ты нанёс прямой вред моему здоровью.

   А я доверял тебе, Дертим, как близкому человеку, - с сожалением произнёс король. - Да,ты никого не убил, не ограбил лично ни одного человека. Ты сделал хуже: ты подорвал доверие народа к королевской власти. Заставил народ сомневаться в справедливости.

   Моё решение таково: полная конфискация имущества и счетов в банках. Лишение статуса «тера» для тебя и твоей семьи, пусть поживут простолюдинами. И, - король мрачно взглянул на бывшего секретаря, - десять лет в должности второго секретаря Стифена Морая со специализацией «регистрация допросов во время пыток».

   - Нет! – в ужасе поднял руки секретарь. – Я не переношу пыток, я не переношу вид крови! У меня будут дрожать руки,и я не смогу писать. Я не переношу чужую боль! Я брезгую человеческими испражнениями! Пощадите, ваше величество, - упал он на сложенные на пoлу руки.

   - Да? - хладнокровно удивился монарх. - Быстрее поймёшь, как тебе повезло не оказаться на месте тех преступников. Это их будут пытать, а ты всего лишь будешь записывать. Увести! – приказал король и отвернулся.

   Стиф молча выволок Дертима за шкирку, а Ирвин неожиданно улыбнулся:

   - Прекрасное решение, ваше величество. Да вы прирождённый воспитатель!

   - И не говори, – согласился король. - Надеюсь, он поймёт, чегo лишился и стоило ли оно того. А, кстати, пoчему ты не с женой?

   - Она уехала с посольством к северянам.

   Брови короля уже который раз за утро поползли вверх.

   - Ну, вы с Норманом и удивили. Может, отменить итоги выбора?

   - Зачем, - пожал плечами Ирвин. - Всё было честно. А то, что нам не повезло, еще не повод портить жизнь другим восьми парам.

   - Ты прав, Ирвин. Ваше дело. Как будете выкручиваться, – и король предвкушающе ухмыльнулся: он этот путь покорения и приручения жены прошёл уже несколько лет назад и, вроде, успешно.

***

Норман торопился, но порталом пользоваться не стал, да и запрещены они были в столице и применялись только в чрезвычайных случаях. Вначале он вернулся домой, освежился и переоделся. Вряд ли в такую рань кто-то отправится в путь. Но в шесть- семь часов вполне возможно.

   К пансионату он подъехал на своём мобиле к шести часам утра. Судя по спокойствию слуг, никто никуда еще не собирался. В небольшой круглосуточной кофейне напротив Норман заказал кофе и принялся ждать.

   Наёмник, приставленный к Эйми и разбуженный ранним звонком, сообщил, что выезд назначен на семь часов. Так что у Нормана было время обдумать ситуацию.

   Хотел ли он этого брака? Вначале нет, а теперь точно – да.

   Хотела ли этого брака Эйми? Нет,и до отбора, и после. Тем более, после.

   Почему же артефакт соединил их таких разных? Чем магия Эйми дополняет магию Нормана? Или чем магия Нормана дополняет магию Эйми?

   Норман – боевик, его магия – огонь. Эйми – целитель, её магия – восстановление.

   Норман резкий, жёсткий, никому не верит, ни одну женщину до сего момента не пускал в свою душу.

   Эйми прямая, открытая,ироничная, деловитая, добрая. Проникла в душу Нормана без спроса и без труда.

   Симпатия: есть ли она между ними? С его стороны есть безусловно. С её стороны – большой вопрос.

   Что должен он сейчас сделать, чтобы тонкая нить притяжения между ними не порвалась окончательно? Он не знал!

   Конечно, сейчас Норман собирался извиниться, надеть кольцо. Поговорить. А пoтом – время подскажет.

   Норман взглянул на пансионат: там забегали слуги, зажглись огни, у крыльца появился тяжёлый дормез для дальних поездок, а на заднем дворе послышалось ржанье лошадей. Он сегодня не спал, однако, не испытывал от этого особого дискомфорта. И не такое бывало. Не страшно.

   Страшно ему вдруг стало, когда открылись двери пансионата,и на крыльцо вышла Эйми, готовая к дальней дороге. Норман сам не заметил, как оказался рядом с девушкой.

   - Эйми, - тихо окликнул он. - С добрым утором.

   Девушка резко повернулась и удивлённо-настороженно взглянула на него.

   - Вы уже простились со своей сотрудницей, - через небольшую паузу язвительно спросила она.

   - Я простился с ней сразу через пятнадцать минут разговора. Если вас волнует эта дама,то её не будет больше рядом со мной никогда. Простите, Эйми, за моё некрасивое пoведение на балу. Я всё понял и такого больше не повторится.

   - Никогда не говори никогда, - непонятно ответила Эйми и внимательно посмотрела на Нормана. - Вы приехали извиниться?

   - Не только, – хрипло ответил Норман, глядя на эту, вдруг повзрослевшую девушку. – Пытаюсь завершить то, что хотел сделать вчера в часовне Пресветлой Матери.

   Эйми подняла бровь и непoнимающе посмотрела на негo.

   - Я хотел вчера, как положенo, надеть вам наше родовое кольцо в часовне, но это можно сделать и сейчас. Пусть мы договорились быть вдалеке друг от друга, но кольцо – это символ брака. Все будут знать, что вы замужем. И замужем за Норманом Грантом. Разрешите? - он вынул массивный перстень из кармана френча и протянул руку Эйми.

   Но Эйми не тoропилась отвечать и не торопилась подавать в ответ руку, чтобы Норман надел ей кольцо. Она продолжала молча смотреть ему в лицо изучающим взглядом. И это был взгляд далеко не юной девушки, а умной опытной женщины, которая, казалось, видит Нормана насквозь.

   Норман забеспокоился. Похоже было на то, что ему сейчас откажут. А как же их договор? Ему не верят? Не видят в нём опоры? Это задевало и… отрезвляло. Что ж, значит, не судьба. Но протянутую руку Норман не убирал, дожидаясь словесного ответа девушки.

   - Я, - через довольно длинную паузу ответила Эйми, - думаю, - она нервно сглотнула, - что мне не стоит брать ваше кольцо. Наш брак фиктивен и будет существовать всего полгода. Не вижу смысла, - пожала она плечами и отвернулась. - Простите, нам пoра ехать, - бросила ему через плечо.

   - Как скажете, — Норман убрал кольцо в карман и холодно произнёс ей в спину: - Наши договорённости остаются в силе. Я пришлю к вам выпускников прошлого года. Также вы всегда можете обратиться с любой просьбой к моему помощнику. Его имя я отправил к вам на магофон еще вчера. Прощайте, Эйми!

   Твёрдым шагом, но совершенно не видя дороги из-за пелены тяжёлого разочарования, Норман всё же дошёл до мобиля. Она ему отказала! Та единственная женщина, к которой он проникся хоть каким-то доверием. Что ж, не судьба, опять повторил он. Мобиль рванул с места,и только визг шин о мостовую говорил о его скорости.

   Эйми повернулась, глядя вслед уехавшему мужчине. Он извинился да, но как-то скупо, без объяснений и оправданий. Как бы и не чувствуя вины. Хоть бы в глаза заглянул. Руку поцеловал. А то: прости, больше не буду. Фи! А, может, всё же зря она отказалась?

   Кстати, что он там говорил про магофон? Мила пошарила по карманам брюк, куртки и вынула свoй зеркальник. Открыла. Никаких звонков и сообщений по–прежнему не видно. Ну,и где фамилия этого мага из «скорой помощи»?

   Мила пробежала пальцами по ободу зеркала, нажимая на все камни по очереди. И, да! Она клуша! Всё же местные зеркальники отличаются от земных мобильников. У них нет функции автоматического оповещения, если она специально не включена. А включается она синим камнем.

   Как только Мила его нажала, на зеркале сразу появились куча непринятых звонков и сообщений. «Идиотка!» - обругала себя Мила. Звонков было не сосчитать. Норман звонил ей весь вечер почти с того самого момента, как она покинула зал.

   Сообщений было не меньше десяти и среди них то самое: с именем помощника Нормана. А еще со взволнованными вопросами, горячими извинениями, просьбами о прощении… Мда!

   Но не бежать же теперь за ним, роняя тапки. Что случилось, то случилось. Всё случается к лучшему, успокаивала себя Мила. Значит, не судьба. Может,так и надо…

   А в сердце вонзилась тонкая игла сожаления и ранила его до крови. Что ж…