Глава 14

Константин

Я решил не спешить с интимом, но от поцелуев с Линой отказаться не могу. Последний раз я целовался с удовольствием разве что подростком. Тогда это было удивительно и круто. После шло лишь прелюдией к более серьезным вещам. Неким маркером страсти. Даже с Элиной в ту нашу первую ночь.

Сейчас все по–другому. Мне хочется смаковать ее вкус и быть с ней ближе, чем в обычном разговоре. Да и без слов нам куда легче друг друга понять.

Впрочем, в быту у нас тоже все спокойно. Аверин разгребает дела с врагами их семьи и пока не дал мне контакты специалиста. Так что следующие пару дней мы просто живем своей жизнью. Лина заботится о Лёвке, я все больше с ним общаюсь. Мне нравится.

Днем мотаюсь по делам. Данилов не отстал от меня с идеей открыть офлайн–магазины. Так что я вплотную занялся помещениями к ним. Пока их два. Для начала хватит.

На обед с мамой тоже мчусь из своей будущей точки в центре. Уже из ресторана поеду домой. Нужно будет попросить что–то вкусное на вынос для Элины. Ресторанчик буквально в получасе езды по прямой до поселка. Еда не успеет испортиться.

Мама уже там, когда я приезжаю. Почему–то в этот раз она не попросила столик у окна, как любит. Все заняты? Мама присела у самой дальней стены.

– Привет! – здороваюсь, подходя.

Она не улыбается. Да что такое… А я надеялся, она без серьезного повода вытащила меня на обед.

– Здравствуй, сын.

Голос звучит строго. Как когда–то после родительских собраний. Но честно, я бы сейчас лучше получил выволочку, чем плохие известия об их с отцом здоровье. Хоть и не представляю, за что взрослого сына можно "наругать".

– Ты уже заказала? – присаживаюсь.

– Да, кофе.

Вот те раз!

– Мам, что–то случилось?!

Не могу больше общаться, как ни в чем не бывало.

– Это у тебя нужно спрашивать, Костя. Не произошло ли в твоей жизни что–то, о чем ты забыл нам с отцом рассказать.

Мои челюсти плотно смыкаются. В голову сразу не приходит, о чем она. Но сам тон мне не нравится.

– Мам, мне уже давно исполнилось восемнадцать. Как–то странно докладывать родителям о своих повседневных делах.

Мама на секунду поджимает губы. Выдыхает, наконец, смотрит прямо на меня.

– Я прекрасно помню, когда ты родился, сынок. Но может быть, есть исключения? Например, внуки – это то, о чем мы с отцом имеем право узнать? У тебя есть сын, а ты даже не сказал!

Не так я, конечно, хотел бы обсуждать эту новость. Да и рано пока говорить об этом с родителями. Но судьба распорядилась по–своему. Хотя, судьба ли?

– Ты узнала от Даниловых? – мрачно уточняю.

Мама щурится.

– А что, они все в курсе?! Родителям не сказал, а им…

– Да никому я не сообщал! Агата знает Элину.

Мама тяжело вздыхает.

– Вот девочка пожалела меня и решила все рассказать. Не смогла держать в себе!

Да уж, недержание здесь на лицо.

– Ее это не касается.

– А нас?! – мама говорит с обидой. – Нас с отцом?

Мне не хочется говорить ей о тестах. С Элиной вдвоем мы разберемся. А давать такую информацию о ней родителям я не считаю нужным. Хоть она и не виновата ни в чем. Осадочек останется. Да и неловкость. Лине будет проще общаться с ними без этого всего.

Почему–то я уже почти уверен, им это делать придется.

– Мам, я хотел для начала сам переварить ситуацию.

Мама нервно потирает ладошки.

– Раз вы не вместе, девочка и малыш могут переехать к нам! Если ты будешь строить личную жизнь, мы о них позаботимся.

Отличный план! Надежный как часы.

– О чем ты вообще говоришь? – переспрашиваю устало.

– Ну как… – мама хлопает глазами. – Агата нам рассказала, что отношений у вас нет и не предвидится. Та связь была ошибкой. Но ребенок же ни в чем не виноват! Я очень хочу увидеть внука, Костик.

На глазах мамы уже слезы.

Я выдыхаю как тысяча паровозов.

– Мам! Ну вот этого не надо!

Слава богу, родительница не разрыдалась навзрыд, а лишь немного смочила салфетку. У нее есть дела поважнее, чем реветь. Нужно продвинуть свою сумасшедшую идею. Начинает она, впрочем, с информации.

– Агата застала меня врасплох. Приехала без звонка. Самое противное, что Козырев был дома! – мама имеет в виду отца. – И Агата начала все говорить прямо при нем.

Если честно, все равно. Как там поговорка про сгоревшую хату и сарай?..

– Что она сказала? – самому непривычно от тяжести в голосе.

Мама вздыхает.

– Что на твоем пороге появились случайная любовница и малыш. Она, мол, знает девушку шапочно. Та из не очень хорошей семьи, и помочь ей там не могут. А ты поступил по совести.

– У Лины просто плохие отношения с отцом, – поясняю, – а так семья обычная.

– Разве обычная семья откажется от дочки?! – изумляется мама. – Хотела бы взглянуть этим "родителям" в лицо!

Морщусь.

– Имею в виду, они не употребляют или что–то такое.

Мама машет рукой.

– Неважно! В общем… Агаточка мне все прямо выпалила. Я даже чай не успела ей предложить. Отец тоже в большой комнате сидел. Взбеленился…

Вот мнение папы меня интересует в последнюю очередь.

– Мам, я понимаю твои чувства насчет внука. Но это только мое дело. Сначала я сам разберусь, потом уже будем знакомиться и все такое.

– Костик, ну как же так! – по тону мамы понятно, она не отступится. – Я же не собираюсь лезть в твои дела. Но я должна увидеть малыша! Познакомь меня с Элиной. Мы по–женски найдем общий язык, и я буду с ними общаться. Хочу видеть, как растет мой внук!

Мама эмоциональна. И вряд ли успокоится. Но она позитивно настроена, почему нет?

– Я поговорю с Линой.

– Молодец, сынок! – мама снова тянется за салфеткой.

Она с моего детства такая. Поругает, потом начинает любить и жалеть.

Даю ей успокоиться, беру смартфон. Тем более, он звякнул смс. Смотрю на экран… Мои брови лезут вверх, а ноги уже через пару секунд несут меня из ресторана.

***

Лина

Иногда мы что–то предчувствуем в жизни. Нам не по себе, накрывает странная тревога. А когда случается плохое, говорим – ну я как знал! Или чуял пятой точкой.

Так вот, сегодня все мои части тела молчали. Я ощущала полное умиротворение. Костя уехал на обед с мамой, а я тихо–мирно занималась своими делами. Лёвушкой, немного домом. Даже часик почитала интересную новую книгу.

В последнее время между мной и Козыревым воцарилась романтика. Да, наши тела изнывали от страсти, которой мы пока не даем выход. Но кажется, это дело скорого времени. Да и не так сильно мешает жить. Ведь мы прикасаемся друг к другу, целуемся, и главное – так много времени проводим вместе. Это порой приятнее самых откровенных вещей.

И в глубине моей души даже поселилась уверенность – с отцовством будет все хорошо. Грамотные люди разберутся! Ведь Лёва – сын Кости и ничей другой.

В общем, я просто расслабилась. И не подозревала, выходя на прогулку с сыном, что на обратном пути нас будут ждать.

Поселок Кости не новый и хорошо обжитой. За пределами усадьб не начинается пустырь. Нет, здесь все облагорожено. Широкие проезды, но есть и дорожки для пешеходов. Можно как следует пройтись с коляской и даже заскочить в пекарню по пути. Встречаются соседи, дети. Атмосфера совершенно цивилизованная.

Впрочем, испугает меня далеко не бомж или алкоголик. Я встречусь с мужчиной из самого высшего общества.

Купив по дороге маленьких сахарных булочек к чаю, выруливаю с коляской к дому. Мой сладкий пончик спит. Но закряхтит точно, только уйдем со свежего воздуха. Ну ничего, как раз пора поесть. А там и Костя вернется… Я не беспокоила его смс, он ведь обедает с мамой. Да и если честно, отвлеклась на свои дела. Когда внутри спокойно, легче дождаться встречи.

Мой покой однако рассеивается очень быстро. Только подхожу к кованым воротам Костиного особняка. За спиной раздается мужской голос.

– Элина? Постойте. Я отец Константина.

Незнакомец выдал главную информацию сразу. Я так же быстро разворачиваюсь.

Худой, жилистый, взрослый мужчина. Есть некая схожесть с Костей. Когда–то этот человек был красавцем. Сейчас от него просто веет благополучием и, несмотря на сухое телосложение, силой. Она идет прямо от взгляда серо–зеленых глаз. И пугает. А еще больше ужасает, что он знает мое имя.

– Мм… Здравствуйте. Костя уезжал обедать с мамой.

Говорю так, потому что не знаю наверняка, не вернулся ли хозяин дома.

– Я в курсе, что его нет.

Ого!

– Ему можно позвонить…

Мне очень хочется это сделать.

– Не нужно. Я бы хотел поговорить с вами. Меня зовут Илья Константинович. Пройдемте в дом.

Говорит мужчина вежливым, но командным тоном. Внутри проносится мысль – Костю назвали в честь дедушки. А вот сказать "очень приятно" его отцу совсем не хочется. Что ему нужно от меня? Хотя подозреваю…

Стою молча и жду, когда он начнет открывать калитку. Почему–то не сразу доходит, что у Ильи Константиновича нет ключей от дома сына.

– Открывайте! – холодно велит он мне.

Прошмыгнуть в дом без него будет невозможно. Его высокая фигура в дорогом темном пальто стоит прямо у ворот. Только и ждет, когда я пикну ключом.

– Наверное… Нам лучше подождать Костю здесь. Я не могу пускать к нему домой кого–то.

Такие же слова я говорила Мийке. Но, конечно, куда более уверенным тоном. Сестра капризничала, а отец Козырева подавляет.

– Что за глупость! – изумляется он. – Я должен торчать под дверью в доме собственного сына?!

– Позвоните ему, – пожимаю плечами.

Да уж, мы точно не подружимся. Но я просто боюсь оставаться с ним наедине в доме. Посреди улицы я могу хотя бы развернуться и уйти.

– Да что ты несешь?!

У меня мурашки по коже от волны негатива, которая идет от дедушки моего сына. Шагаю в сторону. Непослушными пальцами быстро набираю Косте смс. Пусть будет на всякий случай в курсе.

– Идем и поговорим спокойно, – Илья Константиныч чуть сбавляет тон, – потом сама же мне спасибо скажешь.

Неужели отец будет говорить что–то плохое про Костю? Не могу поверить и уж тем более слушать не хочу. Однако скоро понимаю, дело в другом.

– Ты захотела войти в приличную семью при помощи ребенка! – летит мне в спину. – Но сделала ты всё совершенно зря!

Становится обидно. А кому бы не было? Может, будь у меня реально такой план, я бы ничего не почувствовала. Ну, кроме облома и досады. Сейчас же мне очень мерзко. Даже ноги не слушаются. Останавливаюсь на тротуаре, далеко уйти я не успела.

– Всё не так. Я забеременела случайно.

Вылетает само собой. Умом понимаю, я не должна оправдываться.

Мой собеседник лишь смеется.

– Мне можешь не врать, я видал жизнь. Так вот знай, Костя давно отлучен от семейной кормушки. Выбрал самостоятельность.

– Я его за это уважаю, – смотрю пожилому мужчине в лицо.

– Только вот можешь не рассчитывать рядом с ним на красивую жизнь, – хмыкает тот, – да, у него есть этот дом, тачка. На продукты, наверное, тоже деньги имеются. Но его бизнес пока еще встает. Твои хотелки он не будет исполнять. И я помогать не стану. Детей делает он без моей помощи. Не разбираясь, с кем…

– Перестаньте меня оскорблять! – обрываю его дрожащим голосом. – Мне не нужны Костины деньги! А ваши тем более! Я не хотела ничего плохого…

Я хоть и высказалась, все равно чувствую себя паршиво. Папа Кости очень тяжелый пугающий человек. Стою перед ним и не могу сдвинуться с места. Как будто он побежит за мной, словно бойцовский пес.

– Ты побывала у него в койке один раз! Не от большой же любви? Из выгоды!

– Так получилось…

– Женщины ищут в постели только выгоду! Такие, как ты!

Он словно спохватывается. Конечно, свою супругу он явно такой не считает.

Машинально смотрю на экран, Костя мне не ответил. А если он и сам в курсе?! Говорил с мамой… Та позвонила отцу. Да нет, такого просто быть не может! Глупышка я или нет, но не верю, что Костя мог так поступить. И со мной, и вообще. Он бы не побежал плакаться родителям.

Значит, за него рассказали. Сразу приходит на ум, кто.

– Вы меня совсем не знаете. До свидания.

Хочется уйти подальше. Но я по–прежнему не могу. Цепенею. Козырев–старший снова начинает что–то говорить. Но слова как будто проносятся мимо. Слышу только обрывки.

– Костя не собирается жениться минимум до тридцати пяти лет… Ищи себе ровню… Еще нужно проверить, здоров ли ребенок… Думала, самая умная?..

И все в таком духе. Не вижу смысла стоять и препираться с ним. Нахожу силы сделать шаг вперед. И вижу, из–за поворота вылетает автомобиль. Кто так позволяет себе ездить в поселке?! Через секунду понимаю – Костя.

Он ловко тормозит. Стремительно покидает авто. В глазах злой блеск.

– Папа, что тебе здесь нужно?!

Еще недавно, Илья Константинович казался мне всемирным злом. Но сейчас понимаю, здесь появился достойный соперник. Костя сразу идет в наступление.

– Чего ты приперся сюда?!

А ведь я не написала про поведение его отца ничего плохого. Просто по факту, что он здесь. Значит, Илья Константиныч ведет себя в своем репертуаре.

– Ты все еще мой сын. Не забыл?

– Помню. Уже двадцать седьмой год как. Прилично, не считаешь?!

– Мне все равно, сколько тебе. Меня напрямую касается, как ты продолжишь наш род!

Смотрю на этих двух. Нервно усмехаюсь. Королевская семья, ни дать, ни взять!

– Твой род, – Костя переводит дыхание, шагает к нам с Лёвой, – уже продолжен вот здесь!

Костя тычет пальцем на коляску. У меня отваливается челюсть.

– Я в курсе, – дедушка зло усмехается.

– А больше от тебя ничего и не требуется! – ставит точку его сын.

– Ты должен был включать голову…

– Я ничего не должен! Разговор закончен. Нашему ребенку пора домой. И ты, папа, тоже езжай домой.

Выдыхаю. Но как же рано! Ведь отец Кости открывает рот.

– Она словила тебя на живот! Не смей жениться! Делай тест ДНК! Прикидывается овечкой, по ней видно, она…

Костя буквально набрасывается на отца. Хватает его за грудки. Хорошо, я успела отогнать коляску. А еще слава богу, к нам уже бежит Аверин.