Глава 14

Блэр

— Послушание должно быть у тебя на первом месте, милая моя, — голос мужа раздается прямо над ухом, от чего резко дергаюсь в сторону, едва не упав со стола.

Он так бесшумно подкрался, что очень сильно напугал своим присутствием, аж за бешено бьющееся сердце хватаюсь и поднимаю глаза на высокого мужчину, вновь без разрешения вошедшего в мою комнату. Хотя он никогда и не спрашивает, не предупреждает о своем визите. Это же его особняк, а хозяин может делать в нем все, что захочет и когда захочет. Даже меня тревожить.

— К чему ты это говоришь? — с трудом сглатываю, так как Родриго наклоняется ко мне слишком уж близко. Могу даже носом втянуть запах его парфюма, которым так любит пользоваться.

Ну что за странная реакция на этого мужчину? Он же посадил меня как птичку в клетку, а я словно приворожена им, заколдована, порой глаз оторвать не могу, хотя и стоит их отводить, чтобы не поддаться его чарам. Ведь ни к чему хорошему это не приведет, будет только хуже. Родриго Морейра просто выгодно купил меня, использовав грязный шантаж, играясь на моих родственных чувствах, а я вынуждена следовать его правилам.

— Ты снова меня ослушалась, — проводит тыльной стороной ладони по моей щеке сверху-вниз. Один его палец останавливается на нижней губе, давит на нее, вынуждая открыть рот. — Я же просил подготовиться, как следует к приему, — еще ниже наклоняется. Наши лица практически соприкасаются. Теперь обе его руки на моих плечах находятся, с силой их сжимая. — Прекрасно же знаешь, как он для меня важен, сеньора Морейра.

— Знаю, — только и могу ответить я, словно бы приклеившись ко стулу.

Пошевелиться не могу. Встать бы и отойти от него подальше, в другой угол комнату, но какая-то странная сила меня останавливает от такого опрометчивого поступка. Родриго может это ой как не понравится. Недаром он сейчас в лице меняется, как будто бы сам на себя не похож. Что-то в нем явно не то. Даже улыбка отличается от привычной гримасы.

Отворачиваю лицо в сторону, дабы не видеть мужа перед собой, бросить ему очередной вызов, да только его рука тут же на место возвращает. Глаза от шока округляю, пытаюсь что-то сказать, но как будто рта не имею. Руки же оказываются связаны какой-то крепкой веревкой. Я в ловушке. В ловушке у чужака, протягивающего ко мне руку, чтобы погладить волосы, вдохнуть их запах, назвать меня по имени.

— Блэр! — только вот голос у него совсем другой, не моего мужа…

Передо мной не он, не Родриго Морейра. Мужчина похож, очень на него похож. Всем, абсолютно всем, но это не может быть именно он. Это галлюцинация. Бред. Надо выбираться от него, не позволять больше этих чертовых прикосновений. Сделать что-то…

— Блэр!

Резко приподнимаюсь с больничной койки, кричу на всю палату нечленораздельные фразы и даже руками машу в разные стороны, словно бы от кого-то отбиваясь, защищаясь от опасности. Чьи-то ладони ложатся мне на плечи и с силой укладывают обратно на подушку. Фокусирую взгляд и понимаю, что рядом находится Бруно, пытающийся меня успокоить. Молодая медсестра что-то ему шепчет, периодически косясь в мою сторону.

На пару секунд прикрываю глаза, стараясь вспомнить все события недавнего часа. Ведь не понятно, как я тут оказалась. Почему Альварес у кровати стоит? Почему было это странное воспоминание о муже, который… Черт! Принимаю сидячее положение после того, как в голове всплывает неожиданная встреча в коридоре, из-за которой со мной и случился обморок. Я увидела призрака, настоящего призрака из прошлого.

Обнимаю себя руками, почувствовав неожиданный холод по всему телу. Тошнота к горлу подкатывает, а перед глазами все также стоит тот, в ком мой воспаленный мозг узнал бесследно исчезнувшего мужа пять лет назад. Сюрприз от судьбы, что решала со мной поиграться? Неужели я еще не вдоволь от нее натерпелась? Неужели еще что-то она для меня приготовила?

— Кто он? — дергаю Бруно за рукав халата, привлекая к себе внимание. Он непонимающее смотрит сначала на мою руку, а уже потом и на лицо. — Тот мужчина, — машу рукой на дверь, за которой, как мне кажется, именно он и находится. Вот чувствую на каком-то ментальном уровне, — что принес меня в палату, — наверняка же сам на руках нес сюда. — Кто он такой?

— Один из посетителей клиники, — доктор пожимает плечами, вырывает подол халата и уже полностью ко мне поворачивается. — Что случилось, Блэр? От чего этот обморок? Раньше с тобой это было?

Пытается осмотреть, прощупать ритм пульса, но я не даю ему этого сделать. Просто сбрасываю руку и злобно смотрю на мужчину в белом, сначала как-то растерявшимся от моего взгляда, но потом пришедшего в себя. Что скажешь? Профессионализм, мать его. Всегда хочет всем помочь, причем порой стараясь навязать свое мнение. Как в случае с этим суррогатным материнством.

— Я в полном порядке, а вот ты так и не ответил полностью на мой вопрос, — поднимаюсь на ноги, расправляю плечи и подхожу к немного поникшей медсестре, что в ужасов в глазах рассматривает меня. — Узнай для меня всю информацию об этом человеке.

— Сеньора Морейра, вы… — Бруно пытается остановить, но я всего лишь выставляю вперед правую руку, повелев ему заткнуться. Не время рот ему сейчас открывать.

Летиция, как гласит бейджик на груди, в качестве поддержки бросает вопросительный взгляд на Альвареса. Ведь он же ее непосредственный начальник, от него она получает все приказы и просьбы. Мнется на месте, явно не зная, как поступить. Бестолковая сука, которую придушить охота прямо в этой палате.

— Либо ты сейчас выполняешь мой приказ, — с трудом в руках себя держу. Если она продержится тут еще минут пять, точно станет пациентом этой клиники. Причем на «приеме» у патологоанатома окажется, — либо собираешь все свои вещи и вылетаешь вон из больницы, — грозно наступаю на нее, от чего она пятится назад, пока не упирается спиной в стену. Отлично. Девушка запугана. — Узнай. Все. Об. Этом. Человеке, — как маленькому ребенку, каждое слово по отдельности произношу.

Не проходит и пяти секунд, как медсестра кивает в знак согласия, срывается с места и выбегает из палаты, громко хлопнув дверью. Морщусь от неприятного звука. Сука! Решила своеобразно последнее слово за собой оставить. Чертова медсестра, с которой точно нужно провести разъяснительную беседу.

— Какого черта, — поворачиваюсь к недовольному Бруно, — ты раздаешь приказы моим, — подчеркивает данное слово. — сотрудникам? — его лицо сейчас пятнами красными покроется от злости. Поджимаю губы, чтобы не рассмеяться в голос. — Блэр, ты не в своем офисе, поэтому не в праве так…

— Право чего-то требовать, — перебиваю Альвареса, откидываю прядь волос за спину и встаю практически к нему вплотную. Люблю влезать в личное пространство людей, это заставляет их еще больше нервничать, и мало соображать. В такие моменты они особенно уязвимы и крайне говорливы, — от твоих сотрудников у меня появилось в тот самый день, как я переступила порог этой клиники, вложив в нее кругленькую сумму денег. Помнишь этот день?

Молчит, глаза отводит, а значит, то время в памяти его хорошо так отпечаталось. Ничего не забыл, поэтому и не пытается дальше спорить. Как же порой скучно бывает с людьми, не способными даже в спор вступить, что-то доказывая. Нет достойного противника, что смог бы как-то развеселить.

Даже Нандо способен лишь на жаркий, качественный секс, порой происходящий очень спонтанно и до безумия горячо. В остальном же…обычный парень, позирующий перед девушками с текущей киской в одних трусах, так аппетитно подчеркивающих его внушительный член. Никакой ревности или же собственнического чувства во мне не появляется. Мы же свободные люди, обещаний по поводу верности не давали, а значит, может делать все, что захотим. Замуж же за него я не пойду, детей тем более с ним не собираюсь заводить. Он просто приятный бонус к моей новой жизни.

— Нельзя ли быть помягче с людьми, Блэр? — закатываю глаза от очередной порции нравоучений от доктора Альвареса. Он просто не исправим. — Ты им боль на словах причиняешь, причем…

— В этом насквозь прогнившем мире, мой милый, — делаю два шага к окну, отодвигаю занавеску и смотрю на двор больницы. Несколько машин скорой помощи, к дверце одной из которых врач прижимает явно свою пациентку. Выглядит это как начало какого-то порнофильма. Тоже мне моралисты, — надо быть жестким, несгибаемым и очень сильным, иначе…тебя сожрут. Не успеешь оглянуться, как уже лежишь лицом в грязи, а по тебе ходит ничтожество, возомнившее себя Богами.

— Не все же люди такие плохие, — поворачиваюсь к Бруно, громко фыркнув.

Вот вроде бы взрослый мужчина, много чего повидавший в свои годы, но упорно считающий, что в каждом человеке может быть тот лучик света, что его спасет. Он мне пытается доказать, что под маской холодной стервы кроется глубоко ранимая душа, которая хочет тепла и заботы. Только он сильно так ошибается. Под всей этой коркой льды, образовавшейся благодаря «добрым людям» точно не скрывается милейшей души девушка, способная проявлять мягкость по отношению к другим.

— Не будь столь наивен, Бруно, — проходя мимо него, ладошкой хлопаю его по груди несколько раз. — Где же твоя Летиция? — надоело мне ждать эту девушку. — Такое чувство, как будто она сквозь землю провалилась.

Едва произношу эту фразу, дверь открывается и в палату буквально влетает запыхавшаяся медсестра, тут же протягивающая мне какую-то папку. Принимаю ее, многозначительно глядя на Альвареса. Мысленно даю ему команду, чтобы он меня оставил одну, а не находился сейчас рядом со своими нравоучениями. Бруно тяжело вздыхает, осуждающе качая при этом головой, берет Летицию под локоть и выходит в коридор, отрезав меня от внешнего мира, так сказать.

Я же открываю папку на самой первой странице, намереваясь прочесть всю информацию. Руки слегка дрожат, даже ладошки потеют, а внутри зарождается странное предчувствие, что меня ожидает нечто шокирующее. Впервые за пять лет нервничаю, не сразу различая буквы перед глазами. Когда же немного в себя прихожу, то от первой же строчки глаза округляются, а во рту застревает ком, который с усилием сглатываю и вновь читаю самый верхний текст.

Медицинская карточка Софии Бенисиу. Семейное положение: замужем за Джованни Бенисиу. Какого черта? Еще раз пробегаю глазами по только что прочитанному, так как кажется, будто бы у меня галлюцинации. Имя, его имя совсем другое. Но ведь ошибиться в том, кого именно видела в коридоре, никак нельзя.

Психических расстройств не имею, сумасшедшей не являюсь. А значит не узнать все же, в какой-то степени близкого для меня человека, никак не могла. И уже собираюсь пойти расспрашивать Альвареса, как внимание привлекает поставленный диагноз для пациентки. Рак легких. Меня аж передергивает всем телом от этих двух слов. Страшная, опасная болезнь, которая уносит огромное количество жизней. Эва даже делала сбор средств для людей, имеющих разные виды рака. А теперь я воочию столкнулась с тем, что мать того мальчика находится на грани смерти.

Вито. Раз он привел меня к отцу, значит… Родриго имеет полноценную семью. Жена, ребенок. Их, твою мать, сын. Маленький мальчик, которого Джованни подарила София. В то время как я не могу никак забеременеть. Бесплодная девушка, мечтающая взять на руки крошечное чудо, которому может подарить любовь, тепло и заботу.