Глава 3. Очередное приключение

— Преступница, я багетом избила троих непослушных людей, будь багет крепче, то я бы ночевала в камере.

Девочка рассмеялась.

— Шутите?

— Нет, она не шутит, самое странное нападение за всю мою службу. Так что дочь осторожнее, у нас в доме опасная преступница.

Вот теперь никто не может сдержаться, мы снова начали смеяться над моим преступлением. Скажу честно, вдруг почувствовала себя уютно и естественно. Как будто давно знаю и Гордея, и Алину. Мы быстро выпили чай и разбрелись по комнатам. Я уснула так крепко, что утром не услышала, как хозяин уехал на службу, а Алина встала и хозяйничала на кухне.

Что-то выпало из её рук, или она специально решила устроить мне побудку, но я очнулась от грохота. Первые секунды не поняла, где я, потом вспомнила весь ужас прошлого вечера.

— Проснулись? — слышу детский голос над головой.

— Да, тебе в школу пора, а я задерживаю? — поспешно встаю с постели и одеваюсь. Сама вспоминаю, что лето на дворе.

— Каникулы, папа на службе, а я совершенно свободна, скучно, грустно, — девочка, похоже, обрадовалась собеседнику.

— Но каникулы лучше, чем рутина учебного года?

— Нет, мне нравится ходить в школу, есть там некоторое неприятные моменты, но в целом… Пойдём завтракать! — девочка вдруг сменила тему.

— Пойдём.

Убираю свою постель, снимаю постельное, мне в эту квартиру не возвращаться, лучше сразу за собой прибрать. Одеяло сложила, поднимаю подушку и вижу под ней листок, сложенный пополам.

«Даша, это мой телефон, если что-то нужно, звони. Не спеши уезжать!»

Гордей написал мне свой номер и просьбу притормозить с отъездом. Но я так не могу. Телефон сохраню, но уеду и даже быстрее, чем собиралась.

Алина снова позвала меня завтракать!

— Иду, сейчас постельное в машинку закину, и я вся твоя!

Она как хозяйка сделала мне кофе, снова бутерброды, довольно умело, надо сказать. Я тоже с детства самостоятельная, лет с десяти всё сама. А когда папа умер и вовсе повзрослела. Алина очень напоминает меня в детстве.

И я это только сейчас осознала, мы с ней и внешне похожи. Невероятно. Как сёстры или мама с дочерью.

Наверное, очень долго в упор смотрела на Алину, что она смущённо улыбнулась. А я вдруг задала глупый вопрос:

— Любишь копаться в чужих вещах?

— Не поняла? — девочка замерла, вопрос показался слишком провокационным.

— Мне надо срочно собрать вещи в квартире мужа, пока туда не прибежали его родственники. И от помощи я не откажусь. Просто скидаем всё в сумки, вызовем машину и вещи отвезём в ячейку хранения, знаешь такие? А потом домой, что скажешь?

— Забавно, никогда не помогала преступникам, — она засмеялась.

— Всё когда-то случается в первый раз! Значит, я могу на тебя рассчитывать?

— Да, я в деле! Папе надо говорить?

— Смотря, как он отреагирует, мне твоя помощь реально нужна, а если он запретит, то я без тебя не справлюсь.

— Он снова до поздней ночи на службе, так что если не скажем, то он и не узнает.

— Тогда пошли на место преступления, скрывать улики!

— Правда или шутишь? — девочка замерла.

— Да, вчера там твой папа основательно всё осмотрел, так что особо уже ничего не скроешь. Муж сегодня ещё никому ничего не успеет сказать и у нас есть пара часов, чтобы управиться.

Мы съели по бутерброду, собрались, я вызвала такси, доехали быстро. И с ужасным чувством отчаяния я перешагнула порог своей, теперь уже бывшей квартиры. Лёшик мне не простит увечья, я не прощу ему предательства.

Очень тяжело, правда, ощущение, что я тут кого-то убила и теперь вернулась на место преступления, да ещё и чужого ребёнка с собой притащила. Функция «думать, прежде чем сделать» у меня отключилась.

Вчерашний пакет с продуктами, так и лежит у входа, но у меня мало времени.

Боже, мне очень сейчас тяжело.

Как эта скотина безрогая мог со мной так поступить? Я же кормила его почти год, свинтус! Тварь!

Работала, брала дежурства лишние, всё ждала, когда он найдёт себя. А надо было его сразу гнать на работу, чтобы он от безделья не сделал то, что сделал.

Очень тяжело ходить по «своей» квартире, понимая, что ты тут больше не останешься, что все твои привычки, быт и отношения рассыпались. Умерла моя прошлая жизнь и убил её муж, за что и расплатился своим членом.

Села на диван, хотелось хоть немного прийти в себя.

— Даша! Тебе плохо? — прошептала Алина.

— Да, очень плохо моя жизнь разрушилась по вине мужа вчера. Сейчас собираем вещи и уходим, прости.

— У меня мама умерла в почти два года назад, я тебя понимаю. Тяжело, когда жизнь рушится. Мы ещё не привыкли.

Я молча протянула к девочке руку, она ответила на рукопожатие, я встала и почему-то захотелось её обнять. Что я и сделала.

— Знаешь, в минуты отчаянья, каждый плачет о своём горе, прости меня, что впутала в свою дурацкую историю.

— Мы же по делу пришли. Давайте работать.

— Точно! — я вдруг чмокнула чужого ребёнка в лоб, понимая, какую глупость делаю. Но меня сейчас вообще сложно назвать адекватной.

Достала несколько клетчатых сумок «челночников», остались от прошлого переезда. Показала Алине, что скидывать: обувь, одежду, какие-то книги. Документы сложила в дорогую дорожную сумку и часть одежды. С этим багажом я сегодня уеду в Тулу к маме.

Уходя, не сдержалась, высыпала ему на пол рис, горох, пшено и макароны. Пусть перебирает или клюёт, удод! Это пока самое малое, что могла сделать.

Развод подпишу, а, может, и сама подам заявление. Но не сейчас. Надо найти угол, где пережить смутные времена. А там посмотрим.

Мысли роем крутятся в голове. Три больших сумки собраны. Не такие и тяжёлые. Утварь и прочие бытовые вещи остаются мужу. Себе только плойку, ноутбук, фен и личные вещи.

Негусто за три года замужества.

Мы с Алиной спустились, мне пришлось ещё пару раз возвращаться за очередными сумками. Когда всё забрала, швырнула ключи в квартиру, и тут же захлопнула двери. Мне здесь делать нечего.

Вышла из подъезда и как раз подъехало такси, мы загрузились и…

Свекровь собственной персоной пожаловала, она что-то крикнула похожее на проклятье, но мы с Алиной поспешно спрятались в машине, и я феерично скомандовала таксисту:

— Гони!

Отвезли вещи в ячейку для хранения, и моя Московская жизнь на этом завершилась. Я думала сразу отправить груз в Тулу, но вы не знаете мою маму. Решусь появиться на пороге с сумками, то она просто не откроет двери. Замужество, по её мнению, священный долг женщины, и если у меня развод, значит, я дура-баба, которая не смогла удержать мужика.

— Чёрт, — вырвалось у меня с языка ругательство. Алина улыбнулась, снова смотрит на меня с любопытством.

Я пожала её худенькую ручку, осталось отвезти девочку домой, потом заехать на работу написать заявление, и всё. Вроде свободна, но теперь полностью завишу от других людей, мамы, например. Рано пока об этом думать.

Появилась маленькая приятная идея и я тут же предложила её Алине…