Глава 32. Лимузин

Матвей остался ночевать у нас, и я легла спать в комнате Алины на второй диванчик.

И всё же…

Я очень захотела пить, встала и, не включая свет, прошла на цыпочках на кухню, и в этот момент попалась.

— Даша, подожди, пожалуйста, не сбегай! — он вошёл на кухню, в одних трусах, не стесняясь меня, сделал шаг. Понимает, что я не стану сопротивляться, чтобы не разбудить Алину.

Про багет он, похоже, не знает.

— Не стоит ломать жизни, — шепчу ему и пытаюсь выйти из кухни.

Он ловит меня за руку, второй рукой за шею, рука скользит под волосами и секунды не прошло, как он, обхватив мой затылок, прижался всем телом, настойчиво обнимая. Быстрый поцелуй, одно касание губами.

Запретная страсть, вот как называется это состояние, когда оба осознают, что делают что-то невозможно ужасное! И остановится он не может.

Он нет, а я?

Я могу!

— Отпусти меня! Пожалуйста, не разрушай свою, мою и отца жизни, — на секунды его хватка слабнет. Не дождётся от меня шага навстречу, ни в чём.

Я отлично помню его проверки, отлично помню его подкол в кафе. И я не доверяю ему в таких делах. Не доверяю и начинаю бояться, как Романова.

— Люблю тебя, пожалуйста, пойдём со мной.

— Я беременная от твоего отца, он обожает меня, а я люблю его, и этого не изменить, и не хочу ничего менять, — шепчу ему в ухо, пока он не отпустил меня.

И он отпрянул, как от горячего утюга.

— Беременная? От отца? Обманываешь?

— Милый, я не вру. И ты мне скажешь спасибо, позже года через три-четыре поймёшь, что я для тебя слишком взрослая, кажется, что я молодая. Но я столько пережила, что нет. Ничего между нами не получилось бы, даже будь я свободной. Прости.

— Это ты прости меня. Это дурман какой-то. Не могу с собой справится. Не мог. До этого момента. Прости. Не верил…

Его пальцы придерживают мою руку, едва касаясь, хрупкая связь, но от неё мурашки по всему телу. Но это его страсть, не моя! От меня только паническая атака, ещё миг и я снова упаду, мои нервы на пределе, однако сейчас я должна выстоять и не отступить. Нельзя ему позволить проявить заботу обо мне, поэтому никакой слабости!

Я сильная! Я справлюсь!

Боже! Но я хочу кричать…

Под моей кожей холодом растекается страх, паника, хочется бежать и спрятаться от него. Я никому не верю, кроме Гордея, ни один мужчина не может прикоснуться ко мне так, чтобы не вызвать во мне паническую реакцию и отторжение.

Матвей этого не понимает, может быть, я и поддалась бы на провокацию. Но сегодня я снова видела глаза бывшего мужа, наполненные дикой ненавистью. Нет, Матвей не такой, но я его не знаю и не доверяю.

Мысли проносятся в моей голове, он всё ещё надеется на что-то? Стоит и молча смотрит в мои глаза…

Однако выдыхаю и ищу слова, какие не позволят нам скатиться в пропасть непонимания и ненависти:

— Чуть позже поймёшь, как я тебя люблю. Но это другая любовь. Моя душа болит о тебе, сердце разрывается. Милый! Постарайся забыть всё, что сейчас происходит, найди молоденькую девочку и отпусти меня.

Он рывком прижимает меня к себе, и обнимает двумя руками, я слышу, как он выдыхает.

— Спасибо, что ты есть, Даша! Спасибо…

Отпустил? Он со мной прощается сейчас…

Развернулся и сбежал в свою комнату.

Я выпила этот несчастный стакан воды, но уже запивая успокоительное, какое мне прописал Аркадий Михайлович. Руки трясутся так, что пару раз стекло ударило по зубам…

Не хотела мешать Алине, ушла спать в нашу с Гордеем спальню, теперь мне ничего не угрожает.

Через несколько минут услышала, как захлопнулась входная дверь. Матвей сбежал. Ему невыносимо находиться со мной в одной квартире. Как и мне.

Боже, почему всё не может быть как-то проще? Почему такие испытания? Что такого ужасного в прошлой жизни я сделала?

Мне неудобно до ужаса, получается, что я выжила парня из его квартиры.

До утра лежала, не сомкнув глаз. Мне так не хватает сейчас Гордея. Его нежности, силы, его голоса.

Задремала и тут же запиликал будильник. Алину пора проводить в школу.

Дни до приезда Гордея прожить невыносимо тяжело, я теперь боюсь одна ездить в центр, но помощь пришла откуда не ждали.

Утром после ночного инцидента с Матвеем, неожиданно Алине позвонил дедушка и сказал. Что с этого дня, пока отец не вернётся, нас в школу и обратно будет возить их шофёр. Об этом попросил Матвей.

Он внезапно переехал жить к приёмным бабушке и дедушке?

И вот в наш небедный Московский двор въезжает огромный чёрный крокодил, ой простите, что-то типа лимузина, чёрт его знает, что за модель. Но выглядит, как свадебный, да что там свадебный. Как президентский автомобиль. Путин решил проверить, как мы тут живём?

Скажу, что ко многому привычные обыватели, глазели на нас с огромным любопытством. Да что скрывать, я бы, и сама на нас посмотрела со стороны.

Также феерично мы приехали к школе, я вышла, проводила Алину, чмокнула в щёку и пообещала приехать, только чтобы она не выходила из школы, до моего приезда. Что-то мне тревожно.

Я теперь, как побитая собака, боюсь любого нестандартного момента в жизни. Пока Гордея нет, лучше перестраховываться и не рисковать, особенно Алиной.

Думала, что водитель уже уехал, ведь девочка уже в школе, но он ждёт.

— Дарья, простите, не знаю вашего отчества. Прошу вас в машину. Матвей Гордеевич просил вас не оставлять.

— Олеговна. Неудобно.

— Я могу сам съездить за Алиной Гордеевной и привезти её домой, чтобы вас не тревожить. Может у вас есть дела? Я свободен до трёх дня!

— Да, но дело слишком хозяйственное, вещи мои из хранилища забрать, — я вспомнила про сумки. Вот смешно, на таком лимузине за клетчатыми сумками съездить.

— Говорите адрес, привезём ваши вещи.

Это было ещё более феерично, чем привезти девочку в школу.

В хранилище моментально нашлись грузчики, и сами принесли в машину три моих сумки. У подъезда тоже вышла заминка. Я вспомнила, что тяжести носить не могу. Водитель, тут же взял две сумки и поднял на этаж, потом принёс третью.

— Дарья Олеговна, раз вам есть чем занятья, то Алину я привезу сам. Отдыхайте.

И ушёл.

А мне понравилась такая жизнь. Надо было раньше привезти мой хлам или выкинуть и забыть. Но Гордей постоянно на службе, а просить Матвея не хочу, а сама таскать уже не могу.

Лимузин не самая подходящая машина для такого мероприятия, но так интереснее, люди будут скрипеть зубами от злости, глядя на безумно дорогое авто, но всё же услужливо выполнять то, что обязаны.

Откуда эта страсть к угодничеству перед сильными мира сего? Во мне такого нет, но не потому, что я революционерка вся из себя, нет. Мама работала в администрации, и я всегда считала нашу семью успешной. Просто никогда не сталкивалась с людьми, которые ездят в лимузинах!

И тут до меня доходит, что лимузин — это крошечка, маленький такой кусочек богатой жизни. А ведь существуют яхты, загородные дома, деньги, украшения и прочие прелести жизни, о которых я только в кино видела.

Вдруг вспомнился мамин сериал «Великолепный век». Меня передёрнуло. Реально, Эвелина, Марианна и кто-то ещё, кого я не знаю, они все готовы перегрызть глотку за эти богатства.

Но при чём тут мы? Гордей неродной, я чужая. Почему они на нас взъелись? Мы же не угроза.

Есть что-то ещё?

Хотела быстро разобрать вещи, до прихода Алины. Огромный шкаф Гордей для меня уже выделил в комнате, так что просто быстро сделаю своё дело.

А ещё, наконец, у меня старенький ноутбук, после того как Романов украл мой телефон, я не успела восстановить все явки и пароли, а мне бы надо войти в рабочий чат ТЦ и пообщаться с подругой. Что я и сделала быстро, но поменяла свой ник и аватарку, бывший, явно сидит в этом же чате.

Зашла и увидела кучу личных сообщений. Позже проверю, не хочу сейчас расстраиваться.

Пора готовить обед для Алины, снова суета на кухне и слышу, что двери в квартиру открываются. Очень надеюсь, что это не Матвей.

Но это Матвей.

— Я за вещами! Переезжаю к деду. Не переживай, я тебя не трону, — виновато улыбнулся и прошёл в комнату.

Да уж, переживать, что он меня тронет, как же. Кто ему позволит.