Глава 28. Безумие

Наши дни

Мысли Виты забегали так же лихорадочно, как и глаза. Заметил!.. Он всё-таки заметил её купальник! Ну и что ты мечешься, дура, быстро сказала она себе, ты же мечтала об этом, и хватит врать, будто нет.

— У тебя очень красноречивое молчание, — шепнул Дамир, опаляя своим дыханием её ухо, словно нарочно поддразнивал. Его ладони по-прежнему лежали на её обнажённых плечах, а взгляд упёрся в… ну да, прямо в её грудь, тут невозможно было ошибиться.

Всё Витино красноречие сдохло в одну секунду. Как она ни пыталась родить сейчас меткий и остроумный ответ на его реплику, мозги словно превратились в кисель. Она просто стояла, продолжая жадно глотать ртом воздух, и не двигалась, позволяя ему и дальше касаться её… в неожиданных местах, в которых она не привыкла, чтобы Дамир её касался.

Но когда его руки скользнули вниз по её плечам, поглаживая и одновременно обжигая кожу, Вита не выдержала.

— Тебе не кажется, что то, что ты делаешь… немного странно? — тихо спросила она, надеясь, что голос не дрожит, словно овечий хвост.

— Странно, — согласился он. — Всё как-то изменилось, и я до сих пор не могу толком понять, как мне себя с тобой вести.

Она незаметно облизнула пересохшие губы.

— А что именно ты хочешь понять?

Дамир задумчиво покачал головой.

— Не знаю. Ты приехала, и я так обрадовался… Мне казалось, что между нами всё будет как раньше, по-прежнему. А вместо моей привычной Хомы — как будто другая девушка. Новая. Красивая такая, что глазам больно. И как с ней дружить, я даже не представляю… — его руки скользнули выше, и теперь нежно поглаживали ей затылок под волосами.

— Дам, ты слишком наивный, — фыркнула Вита, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не зажмуриться от удовольствия. — В твоём возрасте верить в дружбу между парнем и девушкой — это просто смешно…

— Но мы же дружили с тобой как-то целых четырнадцать лет.

— Дружили. Но после этого прошла вечность! Теперь мы оба изменились. И, разумеется, я уже не та, что раньше…

— Я вижу, — кивнул он. — Теперь, по крайней мере, у тебя действительно есть грудь.

— В каком смысле — «теперь»? — вспыхнула Вита.

— А помнишь, классе в восьмом или в девятом ты отчитала меня за то, что я оборжал твой лифчик? «У всех девушек в моём возрасте есть сиськи!» — пропищал он тоненьким голоском.

Вита, конечно же, прекрасно помнила. Но то, что, оказывается, помнит и он, её по-настоящему шокировало.

— Дам, мы с тобой сейчас действительно обсуждаем мои сиськи, или мне это снится? Ущипни меня, пожалуйста, — попросила она.

— Не провоцируй, — его глаза потемнели.

Не на шутку занервничав под таким взглядом, Вита попыталась закрыться, обхватив себя руками, но Дамир не дал ей этого сделать. Его ладони снова властно легли ей на плечи, не позволяя двигаться.

Они стояли совсем близко друг к другу, буквально лицом к лицу, и Вита уже не знала, куда смотреть, чтобы избежать его прямого испытывающего взгляда. Что он пытался прочитать в её глазах? На какие вопросы искал ответа?..

Впрочем, он, кажется, уже ничего не искал. Просто наклонился к Вите, на миг прижавшись губами к её щеке, а затем скользнул чуть ниже — к подбородку, в опасной близости от её губ.

— Что… что ты делаешь, — выдохнула она, чувствуя обморочную слабость.

— Не знаю, — хрипло отозвался он, касаясь губами сначала её шеи, а потом спускаясь к голому плечу. — Но ты можешь остановить меня, если тебе не нравится.

Вита судорожно всхлипнула и вцепилась в его предплечья, словно боялась упасть. Остановить? В самый потрясающий момент её жизни? Да он с ума сошёл?!

Приняв молчание за согласие, Дамир продолжил исследовать губами её кожу. Он снова поднялся выше, в обратном порядке — от плеча к шее, а оттуда к лицу. На секунду их глаза встретились — и Вита увидела, что взгляд у него совершенно шальной.

— Наверное, то, что мы делаем — это неправильно, — еле слышно произнёс Дамир прямо ей в губы.

— Неправильно, — эхом откликнулась Вита.

— Но я не хочу, чтобы это заканчивалось, — договорил он.

Их губы были уже в миллиметре друг от друга, и всё, что он говорил, она ощущала буквально физически. И как же трудно, как невыразимо трудно было преодолеть этот последний миллиметр!.. Ни он, ни она не решались переступить черту, отделяющую дружбу от… чего? Вита и сама не смогла бы сейчас сформулировать точно. Но в этот момент Дамир наконец решился, и она ощутила, как его губы плотно прижались к её.

Виту словно пробило током. Он целовал её! Господи, он её целовал… Сколько раз она представляла себе их первый поцелуй — не счесть! В мечтах Дамир целовал её то страстно, то влюблённо, то горячо и очень развратно… но ни один из воображаемых поцелуев не был похож на этот, реальный. Он не был напористым, не был глубоким… и вместе с тем он был трепетным и деликатным, робким, почти неумелым. Дамир не пытался ворваться в её рот языком, он просто нежно захватывал то её верхнюю губу, то нижнюю, а она, закрыв глаза, отдавалась захлёстывающим ощущениям — новым, пронзительно-острым, пьянящим… Вита коротко и глухо застонала прямо ему в рот.

Она не помнила, как они добрели до расстеленного на камнях пледа, как опустились на него и легли — кажется, по-прежнему не разрывая этот сумасшедший, безумный, долгий и сладкий поцелуй. Продолжая целовать Виту, Дамир осторожно спустил с её плеча сначала одну бретельку, затем другую. Его руки впервые мягко коснулись её груди, заставив её инстинктивно прогнуться ему навстречу, а затем он всё-таки оторвался от её губ, чтобы сместить поцелуи ниже…

И тут Вита, сделав судорожный вдох, вдруг протрезвела. Словно глоток кислорода моментально привёл её мысли в порядок.

— Дам, — позвала она, тронув его за плечо. Он поднял на неё затуманенный взгляд.

— У тебя есть защита? — строго, почти по-учительски, спросила его она.

Дамир растерянно моргал, видимо, не сразу сообразив, о чём она спрашивает. А поняв — сконфузился.

— Н-нет… — пробормотал он виновато.

Божечки, ну какая, к чёрту, защита?! Вита готова была отдаться Дамиру прямо так, здесь и сейчас, и потом родить ему десять детей… пусть не сразу, а поочерёдно! Но вслух она сказала почему-то другое:

— Ну ты даёшь, не ожидала от тебя такой недальновидности.

— К сексу с тобой жизнь меня точно не готовила, — пытаясь сгладить неловкость момента, пошутил он, и снова потянулся было к ней, видимо, не осознав, что это конец. Хотелось умолять его: «Не останавливайся, продолжай!» Но вместо этого Вита села, деловито подтянула чашечки купальника наверх, вернула на место бретельки и сказала совершенно спокойным и бодрым голосом:

— Наверное, это судьба вмешалась, не позволила нам сделать глупость.

— Глупость? — в замешательстве переспросил Дамир.

— Ну да, — кивнула она, сама ненавидя себя за то, что говорит. — Мы потом себе и друг другу этого не простили бы. Ну да, получили бы сиюминутное удовольствие… но боюсь, затем нашей дружбе пришёл бы конец.

— Ты же сама заявила, что в нашем возрасте глупо верить в дружбу между мужчиной и женщиной, — выговорил он, наконец собравшись с мыслями.

— Ну, не стоит всё воспринимать так буквально, — наигранно засмеялась она. — Секс убил бы даже то, что между нами ещё оставалось. Ты бы смог потом общаться со мной, как раньше? Я — точно нет.

Трусиха! Жалкая трусиха! Пока они целовались, она могла бы признаться ему в своих чувствах, а теперь подходящий момент был упущен. Возможно, в глубине души Вита ещё надеялась, что он разубедит её и продолжит начатое, но, к её величайшему разочарованию, Дамир медленно кивнул.

— Ну да… наверное, ты права.

— Может, в мире и существуют уникумы, которые умудряются сохранять хорошие приятельские отношения после дружеского секса, — продолжала щебетать она, забалтывая неловкость и одновременно всё больше и больше себя закапывая, — но это явно не наш случай.

— Не наш? — неуверенно переспросил он.

— Давай всё-таки определимся: мы либо друзья, либо парень с девушкой. Другом твоим быть я могу. Пусть не лучшим другом, как раньше, но всё-таки. А вот девушкой… не уверена. И ты, наверное, тоже не представляешь себя моим парнем. Ведь правда?

— Не представляю, — послушно повторил он, вероятно, несколько ошеломлённый её напором.

— Ну, вот и ладушки. Значит, будем вести себя как друзья! — она вымученно улыбнулась ему.

Струсила! Банально струсила! «Ссачка», как сказал бы про неё Дамир. Она так мечтала о нём, что просто испугалась. Испугалась того, что он отвергнет её как девушку, и поспешила отвергнуть его сама. Как же она проклинала себя сейчас за это малодушие!..

— Так что там у тебя есть из еды? — быстро сменила тему Вита, давая понять, что возвращаться к чуть было не случившемуся она больше не намерена. — Неси скорее, а не то я прямо сейчас умру голодной смертью, и тебе придётся где-то прятать тело.

— Я скормлю твой труп дельфинам, — вздохнул Дамир, не глядя ей в глаза. И, честное слово, тон его был очень убедительным.