Осколки нашего лета Юлия Монакова · Глава 54. Больше не грустный праздник

Глава 54. Больше не грустный праздник

Незаметно подкралось десятое июня.

Вита не любила, когда в день её рождения все чаты, мессенджеры и соцсети буквально взрывались поздравлениями — причём зачастую от людей, с которыми она практически не общалась в повседневной жизни. Её ужасно напрягало, что нужно всем отвечать, благодарить… хотя бы стикер в ответ отправить, что ли. И вроде бы секундное дело, но не в том случае, если речь идёт о сотне-другой благодарных стикеров. Так что в конце концов Вита убрала дату своего рождения как минимум из «одноклассников» и «вконтакте».

Помнит ли Дамир о её дне рождения, она даже не представляла. Да и ребята, Тимур с Сэмиком, тоже, наверное, давно забыли, как тусили раньше в этот день у Виты дома… Чтобы не расстраиваться, Вита заранее запретила себе ждать и надеяться. Не вспомнят — что ж, значит, так тому и быть, она не станет на них за это обижаться, честное слово.

Первой её традиционно поздравила мама — по телефону. Но если раньше её поздравления Вита воспринимала как обычную формальность, то теперь между ними что-то неуловимо изменилось. Словно Вита тем своим звонком расколдовала их обеих от долгой спячки, и теперь они торопились наверстать упущенное, взахлёб окутывая друг друга взаимной любовью и нежностью.

— Я взяла билет на тридцатое июня, — сообщила мама. — Ты же уже вернёшься к тому времени из лагеря? Не хочу торчать в Южноморске без тебя, хочу, чтобы мы были вместе каждую минуту…

Затем её поздравил Славик — как всегда серьёзно и обстоятельно, пожелав крепкого здоровья, успехов в творчестве и новых книг. Поинтересовался, как идут дела с написанием новой истории, и Вита уклончиво ответила, что всё нормально. Как она проводит время в лагере, удаётся ли ей найти общий язык с ребятами — это Славика совершенно не интересовало, потому что не входило в сферу его интересов.

Потом позвонила Таня, мамина сестра. Удивительно, но за все эти годы фактического не-общения с матерью Вита поддерживала достаточно тесную связь с тёткой. Они ведь и жили у неё первое время после переезда в Москву… Таня закрыла глаза на их конфликт в Южноморске и позволила остановиться у неё, пока они не определятся с постоянным жильём. К счастью, мерзкий Арсений к тому времени уже успел благополучно испариться из её жизни, потому что жить с ним под одной крышей Вита бы не смогла. Впрочем, годы мало изменили Таню — она по-прежнему металась от одного мужчины к другому, наивно веря, что именно этот и станет её единственным.

Поблагодарив за поздравление, Вита сообщила, что они помирились с матерью. К её удивлению, Таня как будто была не очень-то рада услышать эту новость.

— Всё-таки Наташка тебя дожала? — скептически фыркнула она. — И ты повелась?

— Что значит «дожала»? — растерялась Вита. — И почему это я повелась? Я же сама ей позвонила. Это было исключительно моё желание.

— И ты так просто забудешь всё то дерьмо, что она тебе сделала? Опозорила вас обеих на весь город, кувыркаясь в постели с женатиком, затем сдёрнула тебя с места, вырвав из привычного круга общения, лишила друзей, родного дома, любимой школы, не дав даже доучиться один год в выпускном классе…

— Она просто хотела защитить меня, — отозвалась Вита, ошеломлённая этим неприкрытым натиском злобы одной сестры против другой. — И она… не кувыркалась с женатиком. Она его любила. И он её тоже очень любил!

— Я смотрю, она тебя уже обработала, — отозвалась Таня. — Что ж… дело ваше, вмешиваться не стану. И вообще, чему я удивляюсь, Наташка всегда умела состроить из себя невинную овечку… этим и мужиков брала, — добавила она, и Вита явственно услышала в её голосе зависть. Застарелую, отчаянную, неприкрытую зависть.

— У нас с мамой всё хорошо, — твёрдо повторила Вита и торопливо свернула разговор — почему-то стало так неприятно, что захотелось помыться. То ли она не замечала раньше в Тане этой лютой зависти к младшей сестре, то ли та искусно скрывала её все эти годы… Вите не хотелось сейчас об этом думать.

Зато потом день заиграл для неё самыми яркими и тёплыми красками. Не успела она выйти из домика, чтобы отправиться в столовую на завтрак, как на неё тут же налетели её воспитанники — все участники литературного кружка, младшая и старшая группы. Они обнимали её, хором орали поздравления, перебивая друг друга, дарили самодельные открытки со стихами собственного сочинения, совали в руки шоколадки и конфеты… Вита растрогалась до слёз, с благодарностью обнимая своих ребят в ответ.

У входа в столовую её перехватили Сэм с Дариной, а также Тимур Карпекин — и вручили роскошный розовый букет. А над её столом гордо реяли воздушные шарики, привязанные к стулу…

Она соврала бы, если бы сказала, что не ждала поздравления от Дамира. Что не искала его взглядом в толпе, украдкой озираясь по сторонам. Однако его нигде не было видно.

«Я не буду расстраиваться, — приказала себе Вита. — Всё хорошо. Всё в полном порядке!»

Повара приготовили сегодня поистине королевский завтрак. То ли так случайно совпало, то ли это было в честь дня её рождения (хотя откуда они могли знать?!), но только на столах не было никакой скучной каши и варёных яиц — их всех ждали оладушки со свежей клубникой, а также нежнейший пышный омлет. Вита даже не удержалась и попросила себе добавки.

Однако главный сюрприз ждал её впереди.

Когда она закончила завтрак и направилась к выходу, все присутствующие как-то вмиг поутихли, приглушённо шушукаясь и поглядывая на неё хитрыми глазами. Вита уже поняла, что её ждёт что-то необыкновенное, и терялась в догадках, что это может быть. Она медленно вышла из столовой, стараясь не упустить из внимания ни одной мелочи… и замерла на крыльце, не в силах сдвинуться с места.

Внизу, у подножия лестницы, её уже ждали. Сэм с гитарой, Карпекин с ударной установкой… и когда только успели, тихушники?!

Но самое-то главное — на импровизированном музыкальном пятачке стоял и Дамир. Он смотрел на неё снизу вверх, и в его глазах было столько всего невысказанного, что Вита на миг даже зажмурилась.

Тем временем Карпекин отстучал четыре такта, и Сэм заиграл на гитаре мелодию. Вита узнала её с первых же аккордов, её невозможно было не узнать… Он играл ту самую песню, под которую Дамир поставил танец на её семнадцатый день рождения.

«She’s The One».

Она — единственная…