Глава шестнадцатая
- Да, Аринка, - Руслана говорила с подругой по телефону и одновременно выбирала в ноутбуке очередной фильм. - Чего? Нет, я тут думаю, чего посмотреть.
- Небось, стала киноманом. - усмехнулась подруга. - Давай я тебе читалку принесу?
- У меня есть. - Руслана не стала уточнять, что туда Кай тоже закачал сотни самых разных книг.
- Что тебе еще надо?
- Общение. - хмыкнула девушка. - Мне срочно нужно общение с любимой подруженькой. Приедешь сегодня? Меня, кстати через неделю вроде выписывают.
- Приеду к пяти часам, сразу после универа. О, супер, наконец-то сможем общаться в комфорте, а не под прицелом кучи любопытных глаз.
Руслана покосилась на соседок по палате.
- Ну...есть такое. Давай тогда, жду с соком и сплетнями с аэродрома.
Широко улыбаясь, девушка закончила разговор и откинулась на подушку. Радость словно отрезало. Положив мобильник на тумбочку, Руслана рассеянно смотрела на экран ноутбука, где побежали титры какого-то фильма. Она даже не понимала какого.
Оказалось, что самое сложное это не операция, а происходившее после нее. Осознание, неверие и упрямое желание доказать всем, что они ошибаются. Да это даже смешно! Как она больше не будет прыгать?
То, что окружающие ее не понимают и не слышат, Руслана поняла сразу. Лечащий врач Алексей Романович сразу и жестко пресек ее попытки возражать. И в красках пояснил, почему она больше не сможет прыгать. Ближайшие лет десять точно. Сложный перелом, куча медицинских терминов. В результате, Руслана сделала вид, что поверила и смирилась. Хотя в душе была уверена: не пройдет и года, как она снова прыгнет с парашютом. Иначе не выдержит: сойдет с ума, сопьется или еще что-нибудь придумает.
Для родителей она тоже разыгрывала смирение. Труднее всего было по ночам, когда наваливалась бессонница и подозрение, что вся ее бравада - напрасное дело. Вдруг правда больше ей никогда не ощутить порыв ветра, хлопок раскрывшегося парашюта и ту пронзительную тишину, которая словно очищает каждую клетку тела? В такие моменты Руслана кусала подушку и проливала тихие отчаянные слезы. А опухшие и покрасневшие глаза объясняла тем, что много смотрит фильмов и сериалов. Алексей Романович косился с подозрением, но пока делал вид, что верит. Тем более, в остальном Руслана медленно, но верно шла на поправку.
Гельке и Каю девушка тоже ничего не говорила, решив, что все равно не поймут. Слишком далеки они от парашютного спорта. Впрочем, бывший парень, казалось, чувствовал ее смятение, но деликатно не поднимал острую тему.
А вот Даньке и Арине Руслана рассказала все. И жадно требовала от них новостей с полей аэродрома. Друзья как раз ездили прыгать в другой город, привезли кучу историй и фотографий. Данила уже почти перестал дуться на Руслану за ее ночную поездку к Каю. Девушка ему все объяснила и заявила, что отношения без доверия - это просто «пшик». Даня подумал и согласился, хотя выразил желание набить сопернику морду. Но как-то вяло, словно сомневался в правильности своего желания.
Жаль только Даня приходил не так часто, как хотелось бы. Арина с Гелькой старались прибегать каждую свободную минуту, Кай заглядывал практически каждый день, хотя бы на пять минут. А вот Данила появлялся от силы раза три в неделю.
Вот и сегодня он не пришел. Руслана весь тихий час смотрела фильм, потом еще один. Время в больнице тянулось медленно, монотонно и, казалось, тоже пропахло лекарствами. Серая погода за окном давила на затылок, поселяла в душе скребущее ненастье. Влетевшая в палату Арина в красных джинсах и синем пушистом свитере показалась ярким пятном.
- Бледная немочь. - уставилась она на подругу. - После больнички срочно возвращай нормальный цвет лица. И кончай пялиться в ноутбук, у тебя уже взгляд дикий.
- Отстань. - вяло проговорила Руслана, равнодушно глядя как подруга отбирает ноутбук и ставит его на тумбочку. - Даня опять не приедет.
- Бли-и-ин. Вот дебил. Руська, он ведь того...себя виноватым считает.
- Чего?
- Вот зря ты ему рассказала, что на ночных прыжках ногу тогда чуть подвернула. Он же сразу все понял. Нога была повреждена, когда ты прыгала, а тут еще эта яма и вуаля - перелом. Поэтому он такой мрачный ходит. Он хочет приехать, но ему стыдно.
Руслана только простонала и уткнулась лицом в ладони.
- Да что ж это такое? - глухо произнесла она, не обращая внимание на любопытные взгляды соседок. - Сам же просил быть с ним откровенной. Разве я его в чем-то обвинила? Знаешь, мне иногда кажется, что ему просто неприятно видеть меня такой...беспомощной. Он же все время говорил, что я храбрая, сильная и так далее. А тут вон, валяюсь вся перевязанная, бледная и мрачная.
- Нет, что ты! Давай я с ним поговорю, скажу, что ты тут переживаешь.
- Нет уж. Я сама поговорю.
- А что Кай? - понизила голос Арина. - Он больше не пытается тебя вернуть?
Руслана покачала головой. Кай не пытался. С момента травмы он вообще не поднимал тему их отношений. Просто приходил, разговаривал на нейтральные темы, пару раз приносил небольшие букеты цветов, но и только.
Он просто находился рядом. И терпел перепады ее настроения.
Арина, еще немного поболтав, убежала на свидание к очередному ухажеру. А Руслана, подумав, набрала номер Даньки. Он ответил сразу и, судя по шуму, был где-то на улице.
- Ты не хочешь меня видеть? - девушка постаралась убрать из голоса капризные нотки.
- С ума сошла? - искренне перепугался парень. - Тебе там вкололи что-то?
- Сойдешь тут! Собственный парень избегает!
- Я не избегаю. Руська, как тебе такое в голову могло прийти.
- Мне сейчас чего только не приходит в голову. - мрачно поведала ему Руслана. - Я вообще неадекват. Я домой хочу и прыгать, а меня не пускают. Еще немного и начну по шторам лазить. Хочешь девушку-паука?
- Ну если у нее будет обтягивающий костюмчик. - отшутился Даня. - Я приеду завтра, хорошо. Буду спасать тебя от неадеквата.
Вроде разговор прошел нормально, но что-то скребло на душе. Словно веткой по стеклу. Руслана поняла, что ей нужна Данькина улыбка. Подпитаться от нее позитивом, как телефон от розетки.
***
Из больницы Руслану выписали, когда осень уже начала маскироваться под зиму. Все чаще выпадал снег и уже не таял, едва коснувшись асфальта. По утрам девушка видела за окном как все больше становятся белые кляксы на пожухлой траве. И едва не выла от желания оказаться дома. Ее уже бесило все: палата, больничные запахи, процедуры, такие же больные, как она сама. Поэтому в день выписки Руслана едва не рванула галопом: остановила временная невозможность бегать, да окрик родителей, которые вместе с Даней приехали ее забирать. Девушка кивала, слушая рекомендации врача, машинально взяла выписку и сунула маме, машинально поблагодарила за все, а мыслями была уже в своей комнате. Неимоверно хотелось принять душ в родной ванне, лечь на родную кровать и расслабиться. А потом начать думать, как быстрее реабилитироваться для прыжков. Руслана фразы Алексея Романовича про запреты на парашютный спорт просто пропускала мимо ушей.
Нерешительно наступая на ногу, опираясь на костыли, девушка допрыгала до машины и с облегчением уселась на заднее сидение. Данька пристроился рядом и проговорил, хмурясь:
- Руська, не смей только пропускать процедуры, которые тебе назначили. И гимнастику. Иначе лично отлуплю.
- Не пропущу. - рассеянно отозвалась девушка. - Мне надо быстрее восстанавливаться и начинать прыгать. Итак кучу времени потратила на фигню. Ненавижу болеть!
- А кто любит? Эй, какие прыжки? Ты еще не выбросила из головы?
- Не выбросила. - повернулась Кира Леонидовна с переднего сидения, тогда как отец Русланы грозно засопел. - Делает вид, что послушала врача, а сама только и ждет удрать на аэродром. Руська, без шуток: запру дома, пока дурь не выбросишь из головы.
- Ничего вы не понимаете. - огрызнулась девушка, уверенная, что Данька встанет на ее сторону. Но к огромному изумлению Русланы, парень вдруг поддержал родителей.
- Руська, на летное поле ты теперь приедешь разве что на других посмотреть. Серьезно. Взрослая девочка, должна понимать, что к чему.
- Если бы все слушали врачей, то никто бы не рисковал. Сколько примеров, когда после травмы человек полностью восстанавливался и возвращался к любимому делу. Хотя ему все твердили что все, можно завязывать с экстремальным хобби.
- Не передергивай. Слушать как раз врачей и надо, а исключения только подтверждают правило. Ты сейчас вся на эмоциях, потом успокоишься и поймешь, что мы правы.
- И ты - Брут. - проворчала Руслана, не желая при родителях начинать ссору. Ничего, Арине все выскажет. Та хотя бы не читала нотации, а шутила и советовала брать аэродром штурмом, размахивая снятым гипсом, как флагом свободы.
Дома и правда оказалось здорово: тепло, уютно, пахло чем-то вкусным, а из комнаты брата доносилось бурчание ноутбука. Сашка выглянул, картинно удивился, что сестра вернулась со всеми конечностями и опять ушел смотреть кино.
- Дебил. - сообщила ему Руслана уже с кухни, где ее принялись закармливать так, словно она провела три недели не в больнице, а на необитаемом острове. Даня только посмеивался, но на помощь не спешил. Наоборот, подтрунивал над девушкой и вслух рассуждал, сколько можно впихнуть в человека еды, прежде чем она полезет из ушей.
- Все-таки я буду прыгать. - сообщила ему Руслана, когда ее на руках отволокли в комнату и уложили на кровать. Отдуваясь, девушка откинулась на подушку, стараясь не икнуть от переедания. Взгляд же умиленно скользил по любимым обоям с нежным рисунком, по плакатам, по заваленному всякой всячиной туалетному столику и прочим привычным вещам. Даже нога стала меньше болеть.
- Ты когда на аэродром? - девушка перевела взгляд на сидевшего рядом Даню и невольно им залюбовалась. Все же симпатичный у нее парень, чем-то на капитана Америку похож, из последнего просмотренного ею фильма. Еще бы навещал чаще, а то как попала в больницу, так он словно отдаляться стал.
- Сегодня. - откликнулся парень. - С тобой вот побуду и поеду. У меня два выходных впереди. Кстати, можем завтра в кино съездить. Обещаю на руках доставить в кинозал и вынести оттуда. Как тебе?
- Идея хорошая, а то я озверела сидеть в четырех стенах. - Руслана не стала говорить, что Кай уж пару раз предлагал ей после выписки съездить куда-нибудь в кафе или в кино. Девушка отказалась, решив не нервировать Даню. Особенно после той дурацкой истории с ночной поездкой к бывшему парню.
Договорившись на какой сеанс они пойдут, Даня еще немного посидел и убежал, поцеловав Руську и пожелав скорейшей реабилитации.
- К Новому Году научусь на пилоне танцевать. - хмыкнула девушка, на что получила заинтересованный взгляд.
- Хочу на это посмотреть.
Руська с улыбочкой помахала рукой Даньке, но едва он вышел из комнаты, как мигом насупилась. Какие уж тут пилоны, когда душа в обнимку с парашютом рвется в небо.
«Все равно прыгну», - девушка была уверена, что все получится. Она же хочет вернуться к прыжкам? Мечтает! Значит надо просто идти к мечте. Ну или ползти хотя бы. Главное двигаться в ее направлении.
Пискнул телефон: пришло сообщение от Кая. Парень интересовался, как она себя чувствует. Он даже не заикнулся о том, чтобы прийти сегодня в больницу и помочь с выпиской. Видимо, догадался, что там будет Данька. Руслана мысленно была благодарна парню за то, что он вдруг стал таким деликатным. При этом стараясь отогнать царапавшие мысли насчет того, что у Кая могла появиться своя личная жизнь.
***
Геля тихо ненавидела установившуюся погоду: ветер с мокрым снегом и сырость, которая пробиралась под одежду и заставляла дрожать. Девушка в принципе отличалась повышенной любовью к теплу и порой мечтала жить где-нибудь в Греции или Таиланде. Потому что в родном городе она, с наступлением холодов, желала стать медведем и завалиться в спячку до весны.
Ну или по крайней мере пропускать университет, дорога до которого становилась сущим испытанием. Вставать утром Геля себя буквально заставляла. А пока ехала в автобусе, то клевала носом и мерзла, мерзла, мерзла. Периодически мама заставляла ее пить витамины и что-то выговаривала по поводу питания, низкого гемоглобина и прочего. Гелька же просто куталась в шарф и мечтала забраться под одеяло.
Вот и сегодня, когда пары, наконец-то закончились, девушка спешила домой, мечтая о горячем чае с чабрецом и медом. А еще предвкушала вечерние посиделки у мадам Аристовой. Из-за учебы пришлось немного забросить любимое увлечение, и Геля ходила злая и раздраженная. К счастью, Демон в последнее время особо не старался ее мучить. Видимо, копил силы для чего-то глобального. Девушка посильнее натянула шапку на уши и буквально припустила через небольшой сквер, находившийся между остановкой и домом. Летом он выглядел весьма симпатично, а сейчас голые замерзшие деревья размахивали торчащими ветками и навевали тоску.
Осенью Гелька особо остро чувствовала нехватку чего-то, что не поддавалось объяснению. В такие моменты она спасалась любимым хобби или книжками.
В сквере прогуливались собачники, пробегали случайные прохожие. Геля проскочила бы его насквозь, но знакомый голос заставил замедлить шаг и начать оглядываться.
- Господи, ты специально выбираешь самые ужасные места города, чтобы нас точно не засекли знакомые? - Геля узнала голос Арины. А затем увидела ее - красивую и яркую - сидевшую чуть в стороне, на скамейке. Блондинка в любимом красном пальто и ее спутник, в котором Геля узнала Даню, были так заняты друг другом, что вокруг не смотрели.
- Здесь, по крайней мере, я их не встречал.
Геля временно превратилась в статую, внимательно прислушиваясь к разговору. Ветер иногда заглушал фразы, но того, что слышала девушка, было предостаточно.
- Руська опять твердила про прыжки? - Арина держала руку на плече парня и заглядывала ему в глаза. - Ты ведь убедишь ее, что больше нельзя прыгать?
- Я стараюсь. Но она упрямая, как черт! Рина, я больше так не могу. Она вечно смотрит сейчас на меня глазами собаки, которую усыплять везут. Ну тошно, честное слово! Ведь такая сильная девочка, умная, а порет чушь. Как одержимая!
- Мы все одержимые. - проговорила задумчиво блондинка. А Геля с круглыми глазами наблюдала, как пальцы Арины запутываются в волосах Дани. Тот в сердцах сдернул шапку и вертел ее в руках.
- Даньчик, ну кому ее понять, как не нам? Думаешь, мне легко, когда она начинает расспрашивать о прыжках? Как рассуждает о том, что сделает все, чтобы вернуться? А самое хреновое - мне дико стыдно при этом. Словно это я виновата в ее переломе. Только мы должны поддержать ее, ясно? И ничего не говорить! Все равно она дома валяется, свиданий у вас нет, да и я девушка не ревнивая.
- Не знаю, - голос Дани звучал как-то глухо, - по мне, так нам лучше все рассказать. А то словно кошке по кусочкам хвост отрубаем.
- Ты ж мой ветеринар. - Арина буквально зарылась в его объятия и что-то прошептала. Что, Геля не слышала, но ей было достаточно зрелища целующихся Арины и Даньки.
- Это ... что? - шепотом высказалась Геля, которая отказывалась верить своим глазам. Слов цензурных у нее не было. Временно забыв про то, что мерзнет и про ветер в лицо, девушка дошла до милующейся парочки и, набрав воздуха, зловеще прошипела:
- Ну вы и твари!
Парочка не так испугалась бы, разразись у них над головой гром. Буквально отпрыгнув друг от друга, они уставились на пыхтевшую от негодования Ангелину. На их лицах все сильнее проступала паника.
- Геля, - Арина попыталась улыбнуться, хотя губы дрожали и получалось нечто, похожее на оскал. - Это...ну мы...
- Это не то, что я подумала? - Ангелина посмотрела на побледневшего парня. - Я о тебе была лучшего мнения, любитель живности. Что, теперь Руську к больным животным причисляешь? Поэтому совесть не позволяет взять и расстаться?
Она обвела онемевшую парочку злым взглядом и припечатала:
- Сутки вам, чтобы все Руське рассказать. Иначе огребете, уроды жалостливые.
- Геля, давай поговорим. - Даня сделал шаг вперед, но девушка отпрыгнула и повторила:
- Сутки. Думаю, Руське будет больнее услышать о вашем предательстве от постороннего человека.
- Ты рискнешь рассказать? - прищурилась Арина. - Рискнешь ее расстроить?
- Да лучше так, чем обманываться. - рявкнула Геля и ушла, почти убежала, щуря глаза от мокрого снега. Ее трясло и вовсе не от холода.