Глава 24

Кажется, безмолвие надолго поселилось в этой пещере. Стах, по всей видимости, не услышав от неё никакого душевного отклика, замолчал. А Линда тихо выплакалась, причём так удачно, что Стах даже не заметил этого.

Не хватало ещё, чтобы он подумал, что их расставание равносильно для неё трагедии! Ей радоваться надо, что судьба послала ей такого благородного атланта. Наигрались, налюбились, а теперь вот, отпускают… Наконец-то она станет сама собой — сильной, независимой и свободной, причём во всех отношениях! В общем, такой, какой и должна быть истинная ведьма.

— А ты за последнее время здорово преуспел! — как ни в чём небывало заметила Линда, решив всё-таки нарушить тягостное молчание.

— В смысле?

— Я даже подумала, что за мной ухаживает профессиональная медсестра. В прошлый раз у тебя получалось гораздо хуже.

— Я уже привык зализывать твои раны, — тихо отозвался Стах и горько усмехнулся.

— Ага, которые я получила благодаря тебе, — не удержалась Линда, но тут же пожалела о сказанном. Лицо Стаха стало каменным, и он вновь замкнулся в себе.

Чёрт её дёрнул сболтнуть это! Но разве она не права? Хотя в первый раз, когда Зверь её выходил, она к нему пришла за его головой…

— Стах, это наши последние часы. Давай, проведём их так, чтобы остались только хорошие воспоминания друг о друге. А я обещаю прикусить свой язык. — Линда грустно улыбнулась и сделала попытку подняться.

Резкая боль тут же пронзила её тело. И в этом не было ничего удивительного, ведь его недавно хорошенько отколошматили, словно для приготовления отбивного. И если бы её не подхватил Стах, который тут же оказался рядом, у неё вряд ли получилось подняться без посторонней помощи.

— Полегче! На тебе живого места нет! Скоро будет готова мазь из кореньев, она быстро разгонит твои гематомы.

— С ума сойти! Атлант лечит ведьму! — на грани истерики вырвалось у неё.

Стах посмотрел на неё долгим, каким-то обречённым взглядом и промолчал. Затем он снял с огня котелок и отлил из него в тарелку немного киселеобразной жидкости. Он решительно подошёл к ней и, не обращая никакого внимания на её показное недовольство, резким движением сдёрнул с неё плед. Как и следовало ожидать, на ней не оказалось ни нитки. Линда окинула беглым взглядом своё тело и поразилась его непривлекательности.

На белой коже безобразными пятнами темнели фиолетово-чёрные синяки. Даже живот был не исключением. По всей видимости, её били ногами, когда она находилась в отключке. В результате чего на темно-синем фоне её лобок с рыжими кудряшками выглядел совсем не сексуально.

— Я бы очень хотела, чтобы ты не видел меня в таком виде…

— Какие глупости! — с раздражением перебил её Стах и начал осторожными движениями втирать это снадобье в кожу Линды.

По мере того как эта жижа впитывалась в её тело, постепенно уходила и боль! И вскоре от неё остались одни воспоминания.

Линда, прислушиваясь к своим ощущениям, осторожно приподняла руку, а затем согнула ногу в колене. Ей действительно не показалось: боль ушла и, вероятнее всего, навсегда! Так как гематомы заметно побледнели, и выглядели уже не столь безобразно как прежде.

— Стах, если ты поведаешь мне рецепт этой чудодейственной мази, то я… я не знаю, что для тебя сделаю!

— Зато я знаю, — почти неслышно произнёс Стах и поцеловал её рыжий треугольник внизу живота.

Его горячее дыхание обожгло ей промежность. И Линда непроизвольно сдвинула ноги, опасаясь последующей боли. Но Стах тотчас нежно просунул свою ладонь между её бёдер и ласково провёл пальцем по самой чувствительной точке её тела.

— Стах, я думаю, не стоит… — но не успела она договорить, как женское начало среагировало вопреки её воли. Линда вся выгнулась, и из её груди вырвался протяжный жалобный стон.

— Я так не думаю, и ведьма внутри тебя со мной полностью согласна, — прошептал он ей на ухо. И тут Стах резко встал и начал не торопясь раздеваться.

Он намеренно делал это медленно, глядя ей пристально в глаза. А Линда лежала, боясь даже пошевелиться, и смотрела зачарованно в его сияющие, потемневшие от страсти, два лунных камня.

Когда у его ног осталась лежать абсолютно вся одежда, и он предстал перед ней во всей своей античной красоте, Линда с трудом оторвалась от его глаз. Пробежала взглядом по его восхитительному телу и… её дыхание тотчас замерло от неописуемого восторга! А когда увидела мужское достоинство, возвышающееся горделиво и даже вызывающе, она и вовсе обмерла в восхищении.

Едва Линда оторвала взгляд от этой красоты, как опять попала в плен гипнотически притягательных глаз атланта-полубога. Тем временем Стах шагнул ей навстречу и, обхватив голову Линды руками, нежно прижал её к своему твёрдому торсу. А она, словно этого и ждала, сильнее прижалась к нему щекой. Её руки тотчас пробежались по его твёрдым ягодицам, по впадине внизу спины, затем заскользили верх.

Линда ласкала его гладкую кожу, впитывая пальцами его великолепие, вдыхала его мужской запах с горьким ароматом полыни…

Но когда она захотела осчастливить его оральными ласками, Зверь с мягкостью от неё отстранился и тихо возразил:

— Я не могу этого позволить. У тебя все губы разбиты. Тебе не то что космический минет, как ты его называешь, а улыбнуться нельзя!

Линда с испугом схватилась за свои губы и с ужасом обнаружила там засохшую и довольно болезненную корку.

— Стах, у тебя должно быть здесь зеркало. Где оно, я что-то его не вижу. Хочу увидеть себя во всей красе.

Линда сделала попытку подняться на ноги. Но Стах осторожно надавил ей на плечи, и она снова оказалась сидящей на кушетке.

— Нет, не хочешь. Сейчас ты должна хотеть только меня, понятно? — ласковым, но в то же время довольно твёрдым голосом приказал он.

Стах аккуратно подхватил её на руки и, приподняв немного над постелью, положил её на другой край. А сам тотчас занял освободившееся место рядом с ней. Согнутую в локте руку он подложил себе под голову, а другой нежно обнял Линду. Улёгся и застыл так, с нежностью глядя ей в глаза…

Проснулась Линда от того, что издалека раздавался бодрый пересвист птиц. Утренние лучи солнца весело плясали над сводом пещеры, отражаясь от водной глади в ведре. Она лежала и с трудом вспоминала события прошедшей ночи.

Какой стыд! Ещё ни разу она не засыпала рядом с прекрасным и возбуждённым от страсти мужчиной. Тоже мне, ведьма называется!

— Проснулась, соня! — Стах готовил что-то мясное и очень вкусно пахнущее на своей примитивной печке.

— А круассанов не будет, как в прошлый раз?

— Нет, не будет. Если только ты согласна ждать часов пять.

— Не согласна. Не хочешь или не можешь? — Линда с любопытством уставилась на него.

— Не могу. Чтобы поддерживать эти способности, надо много и упорно заниматься. Причём каждый день. А мне в последнее время, сама знаешь, было не до этого.

После обеда они наверстывали упущенное. Линда отдавалась ему с едва контролируемым безумством, словно хотела налюбиться на несколько лет вперед. Ведь она прекрасно знала, что их у неё больше не будет. Поэтому её такое непростое женское счастье разливалось по телу, оседая в душе горькой грустью.

Чтобы не продолжать дальше эту душевную пытку, Линда приняла непростое для себя решение:

— Стах, отвези меня сегодня домой. Кажется, ни к чему тянуть с этим.

— Но ведь ты ещё не оправилась! — возмущённо возразил ей Зверь.

— Залечивая мне телесные раны, ты бередишь душевные. Пускай я и ведьма, но всё-таки женщина.

— Ладно, как скажешь, — холодно отрезал он. — Можешь одеваться.

Возвращались они под дружное молчание. Линда украдкой бросала на Стаха осторожные взгляды и видела лишь красивый профиль с плотно сжатыми губами. Даже на заправке, купив Линде её любимый горький шоколад, он лишь молча бросил плитку ей на колени, после чего спокойно положил руки на руль.

Он притормозил около её подъезда и, повернувшись к ней вполоборота, сухо заметил:

— Прощай Линда. Как найду для тебя что-нибудь подходящее: подальше от меня и всего семейства Шахонских, я тебе позвоню.

— А главное, подальше от Конте…

Стах оставил без комментариев её замечание. Он лишь демонстративно отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

— Ну что ж, прощай, — спокойно добавила Линда и вышла из автомобиля.