Глава 17

– Лучше печенья берите, – улыбнулась Эля одними губами. Глаза её так и остаются пронзительными, словно острые стеклянные осколки. Печенье и вправду выше всяких похвал – рассыпается на языке тающей сладостью. Я даже жмурюсь от удовольствия, как обнаглевший Аннабель, достающий лапой из миски оранжевый креветочный хвост, который, кажется, больше самого котёнка.

– Очень вкусно, – я не вру. Выпечка и вправду идеальная. И чай такой, какой и должен быть: ароматный, терпкий, с привкусом лесной ягоды. Но не химическим, а как у бабушки. Там наверняка в заварке сушёный малиновый лист и ягоды земляники. И хочется попросить ещё чашечку, но мне это кажется неудобным.

– Вы же не за чаем сюда пришли? – бровь у Эли шикарная, соболиная просто, ползёт вверх. И в глазах женщины наконец появляются искры интереса.

– А за чем, по-вашему?

– Вы хотите узнать свою судьбу, – теперь улыбка кухарки тёплая и слегка надменная.

– Я хотела убедиться, что с котёнком всё в порядке, – я же не вру. Так почему сейчас мне вдруг хочется остаться и смотреть на карты, которые так и мелькают в полных руках Эли? Явно в чай она что-то добавляет. Капельку волшебства, например.

– Да ладно, расслабьтесь, Рита. Это же просто карты. А Аннабель – обычный, вполне послушный котик. Кстати, Дуся убежала к себе, и у нас есть немного времени поболтать по-женски. А вам ведь Дуся очень нравится?

– Очень. Она восхитительная, – улыбаюсь я. – Но слишком взрослая для своего возраста.

– Поэтому вы и тут. Вы же понимаете, что судьба сталкивает всегда нужных друг другу людей? Она вам тоже нужна. А вы нужны хозяину. Ничего не бывает в этом мире просто так.

– И то, что Аннабель тянет у вас плюшку, это тоже задумка вселенной? – хмыкнула я, глядя на белоснежного монстра, поглощающего пышную булку с каким-то утробным рычанием, не присущим маленьким котятам.

– Ну, то, что он тут, – определённо чья-то задумка. Слушайте, а вам говорили, что вы очень везучая, Рита?

– Ага, говорили часто. Но только обратное. Вот, например, моя мама…

– Вам нужно ей позвонить, и чем скорее, тем лучше. А по поводу везучести… Вы станете очень счастливой, совсем скоро.

– Точно, получу денежку и магазин, стану богатой невестой и… – я вдруг осознаю, что мне ужасно страшно. Мне не нужны деньги. И что я буду делать в дурацком магазине, если у меня не будет возможности общаться с девочкой Дусей и спасать этот замок от урчащего на всю кухню аспида Аннабеля?

– Ну вот, и карты оказались не нужны. Вы и сами всё поняли. А теперь бегите в холл. Там без вас катастрофа случится через… А вот. Через минуту.

До моего слуха доносится какая-то яростная трель домофона. И котик выгибает дугой спину и начинает шипеть.

– Идите, идите. Я задержу этого усатого задиру. Поспешите. Всё, что происходит вокруг – детальки конструктора, из которого строится счастье.

Странная эта женщина. О каком счастье она говорит? Я вот, например, чувствую всем своим объёмным филеем сейчас только приближение огненных проблем. Дуся, судя по тишине, тоже разделяет мою чуйку.

– Маргарита, там… – выскочил мне навстречу заклеенный пластырем ливрейный. Не помню его имени. Неудобно как-то.

– Что там? Небо упало на землю? Или ваш хозяин снова мечет молнии?

– Полиция там. Хотят видеть хозяйку дома.

– Ну, мало ли что они хотят. Где я им возьму хозяйку этого дома-то?

– Вы сейчас за неё. Хозяин приказал звать вас госпожой Малининой. Его-то нет сейчас дома. Так что… Слушайте, у него бывает. Ну подыграйте, что ли? А то всем по шапке прилетит. Егор Георгиевич не самодур, просто его заносит иногда. И… – слишком разволновался дворецкий. Жалко его. Он ещё после моего выверта с огнетушителем не отошёл, похоже. А дядька в возрасте.

– Ой, – фыркнула я и твёрдым шагом пошла навстречу очередному своему позору. Ну а как же? Я же самозванка. Ну какая из меня жена олигарха? Так, профанация. У олигархов-то жёны худенькие, надменные и очень красивые. И тут я сейчас явлюсь. Да меня сразу расколют полицейские. На раз. – Заносит его. Почему кого-то заносит, а меня только разносит? Риторический вопрос.

Полицейский при виде моей персоны хмыкнул, галантно сделал подобие книксена и сделал вид, что в его папке он увидел что-то невероятно интересное.

– Слушаю вас, – не выдержала я затянувшегося молчания. – Если вы к господину Малинину, то его нет.

– Я как раз по этому поводу. Хотел… Заехал узнать, всё ли у вас в порядке. Не пропадало ли чего ценного. Я тут новенький в участке, к которому ваш дом прикреплён. Ребята послали меня сюда. Сами от чего-то ехать отказались. Говорят, место у вас тут плохое.

– Что, например? – приподняла я бровь. Странный он какой-то, этот блюститель. Мнётся. Разулся у порога. Теперь стыдливо прячет рваный на пальце носок.

– Машина, регистрационный номер Б007НД, – пришёптывая спросил полицейский. – Я тут новенький в участке, к которому ваш дом прикреплён. Ребята послали меня сюда. Сами от чего-то ехать отказались. Ну я и… Короче, сегодня на выезде задержали машину с вышеназванными номерами. За рулём находился мужчина, который не смог предъявить нам документы для идентификации его личности. Коллеги пробили номера, и вот…

– Что «вот»?

– В общем, задержали мужика до выяснения. Он ничего не говорит, мычит только… страшно так.

– Матом? – Господи, что я несу. Этот несчастный и так в прострации, я тут ещё со своими глупыми шутками.

– Ну, не знаю. Только вот с ним в обезьяннике даже бомжи боятся сидеть. А рецидивист Хренов вообще с нервным срывом уехал на скорой. Бредил, что у мужика на маске светятся кошачьи черепа. Мы пытались маску снять, но… она словно приросла. И этот… ну, мужик орать начал так, что кровь в жилах стынет. Он вот написал… – сунул мне под нос бумажку слуга закона. Я пробежала по криво написанной строчке глазами и вздохнула. «Я Малинин, и я вас всех…» – дальше непечатно, не буду воспроизводить.

– В панамке мужик-то?

– Ага. В жёлтой такой. Парни, ну коллеги, сказали, что это точно не Малинин. Малинин никогда в жизни бы так не оделся. И он крутой и всех бы нас поставил… ну, вы поняли.

– Да поняла уж. Наш это. Не Малинин, конечно. Жорка – дурачок. Он машины моет у нас после того, как его БелАЗом переехало по голове. Вот беда-то беда. А маска… ну, психически ненормальный. Сами понимаете. Но нам как сынок, ага. И Малинин вас за него точно поставит… ну, вы поняли, – хмыкнула я, даже примерно не представляя, зачем я выгораживаю человека, который меня наизнанку вывернет, когда домой вернётся.

– Так поехали, заберёте его, – слишком как-то уж радостно гаркнул полицейский. Я аж на месте подскочила от неожиданности. Вот уж ошиблась Эля. Где тут счастье? Ума не приложу. Фуфло эти её карты.