Глава 2

Отключив трансляцию, я принялась собираться. Белая блузка, застегнутая под самое горло, приталенный пиджачок и клетчатая юбка. Волосы убрала в косу, на нос очки. В руки взяла папку с документами, среди которых лежало направление на практику, рекомендательное письмо и темы работ, над которыми я должна подумать во время практики.

Вроде бы ничего не забыла, свое зеркало на ручке я сунула в карман, как самую необходимую вещь. Надеюсь, получится поснимать в кабинете. Мне хотелось разнообразить свой блог сюжетами с учебы, раз уж она проходит в таком знаковом месте. Ну и мне не понравились комментарии подписчиков, которые считали меня недалекой.

Меня учили всю жизнь, кажется, с того момента, как я сказала свое первое «агу» в колыбели. Именно поэтому к двадцати годам мне учеба, скажем так, несколько надоела, а вот общение с подписчиками и видосы — нет.

Мне осталось чуть-чуть работы с аудиторией, и можно будет брать деньги за рекламу и делать платный контент. Еще парочку видосов таких же, как случайное видео с колоритным мужиком. Если бы я не понимала, что популярность видео не основана на случайности, пожалуй бы, отбросила все принципы и отправилась бы на поиски случайного спонсора популярности моего контента. Но это так не работает, поэтому просто попытаюсь удержать случайно набежавшую аудиторию, тщательно спланированным контентом.

Встреча была назначена в рубиновом кабинете на втором этаж. Я надеялась, что смогу найти его и не заблудиться. Заблудиться в огромном замке было несложно, поэтому я сверялась с картой, которая лежала у меня в конверте вместе с приказом о зачислении на практику. Судя по ней, мне стоило идти сначала прямо, потом направо, потом налево, а потом снова прямо. И я, надо сказать, блестяще справилась с задачей, замерла перед дверью и включила свой переговорник, направив его на значок с рубином, вмурованный в темное, покрытое лаком дерево.

— Ну что…Готовы вместе со мной заглянуть за эту дверь? — спросила я у подписчиков, стараясь, чтобы мой звонкий голос сейчас звучал приглушенно. Не хотелось бы, чтобы меня кто-то подслушал. В планах было заинтриговать и отключиться. Потому что снимать во время первого разговора с научным руководителем — это не самое хорошее решение.

Но все снова пошло не по плану. Я не успела отключиться, как дверь передо мной открылась и на пороге появился тот, кого я увидеть совершенно не ожидала, и я потрясенно замерла, открыв, как рыба рот и не в силах вымолвить ни слова.

— Ну и что ты здесь бормочешь под дверью? — рыкнул он и тут же замолчал, видимо, тоже узнав меня. Очень приятно, что ошалевшее лицо было не только у меня.

Несмотря на то что незнакомец выглядел совсем иначе, чем при нашей первой встрече пару часов назад, не составило труда его узнать. Растрепанные волосы сейчас были собраны в аккуратный хвост, лицо гладко выбрито, а татуировки скрывали длинные рукава темно-серого дорогого пиджака. Но это был определенно он, и снова нашу неожиданную встречу я снимала. И опять абсолютно случайно.

— Ты? — потрясенно пробормотала я и получила сухой ответ.

— Мне удобнее слышать от студентов «вы».

Н-да уж! Похоже, я влипла. В моем представлении папин приятель, которому он меня выдал, должен был выглядеть как-то иначе. Ну как минимум на десять лет старше и на двадцать кг тяжелее.

— П-простите… — мяукнула я и бочком начала протискиваться в дверь. Да что же это за преследующие меня неудачи! Как неловко вышло. Снова! Рука, которой я прижимала к себе папку, дрожала, к тому же я пыталась ей дотянуться до зеркальца и отключить очередную позорную трансляцию. Но такое элементарное действие оказалось не так просто совершить, если руки трясутся от волнения, а ладони стали влажными.

О том, что его снимают, мужчина, к счастью, не знал, видимо, не придал значения зеркалу, которое я сжимала, как самый важный трофей.

Он повернулся ко мне спиной, и размашистым шагом двинулся вглубь кабинета.

— Меня зовут Натаниэль Даркфлай, я твой руководитель практики. Мне не нужны студенты, мы серьезная контора, и нянчиться с тобой никто не будет. Твой отец говорит, тебе нужно набраться опыта. Набирайся, мешать не буду. Слушай, смотри, как делают другие. Это очень ценный опыт. Твоя задача — мешать как можно меньше и не привлекать к себе внимание.

— Ага, — сказала я громко и тише: — Да, демоны! — пытаясь удержать документы и отключить эфир. Делала все слишком суетливо, и в итоге, конечно же, вышла полная ерунда. В итоге не заметила стоящий перед собой стол с папками и с грохотом влетела в него, пытаясь не материться очень громко (остановил меня эфир, а не грозный мужик). Пришлось шипеть сквозь сжатые зубы что-то неразборчивое.

Как я ни старалась справиться с возникшими сложностями, все шло из рук вон плохо. Моя собственная папка рассыпалась, удержать я ее не смогла. Пухлые, еще не подшитые дела разлетелись по полу, зеркало с трансляцией вылетело из рук. Полное фиаско.

Кинулась я, естественно, за зеркалом, надеясь поймать его в полете, а в итоге не смогла даже поймать себя. Рухнула с пугающей мыслью, лишь бы моя связь с внешним миром не оборвалась. Но ковер в приемной магюристов Клана Южной ночи оказался мягким. Это я испытала всей собой и мягко приземлившимся зеркалом.

Для руководителя практики подозреваю, все происходящее за спиной звучало как: «бум-бах-хрясь-шмяк»!

Натаниэль медленно обернулся и изумленно замер. На холеном породистом лице не дрогнул ни один мускул, но янтарные глаза вспыхнули ярче.

Я с растрепавшейся косой сидела заваленная горой неподшитых дел и пыталась натянуть клетчатую юбку на колени.

— Простите… — Я сглотнула и накрыла все еще работающую трансляцию одной из рассыпавшихся по полу бумажек. Мне казалось, так будет лучше. Посмотреть, что же на этой злополучной бумажке, я не догадалась.

— Что в моих словах про «тихо и не привлекать внимание» было что-то непонятно? — сурово уточнил эрр Даркфлай, а я лихорадочно затрясла головой.

— Я случайно! И все верну, как было!

— Не уверен, что у тебя получится, — скептически заметил Натаниэль, но ты попытайся. — Чтобы к моему приходу все разложила по кучкам! Понятно? А я пока приглашу кого-нибудь, чтобы тебе помогли не сильно облажаться.

— Фух! — выдохнула я, когда за руководителем захлопнулась дверь. Открыла свою трансляцию и склонилась над зеркалом. Я стояла на коленях на полу, на лицо падали волосы и вид у меня был потерянный. — Я правда не знала, кто он! — обратилась я к подписчикам, но по количеству комментариев поняла, что разговор ушел куда-то в сторону. Просмотры на видео набегали в геометрической прогрессии. И самым популярным был «Сколько-сколько получит эта вертихвостка отступных? А не жирно ли этой козе, которая даже не была истинной ледяного принца?» и вот тут-то до меня дошло, что кидать на зеркало с включенной трансляцией рабочие документы не лучшая идея. — Ой-ой… — пробормотала я и поспешно отключилась.

Ну что, Дана, ты хотела просмотров и комментариев? Ты получила просмотры и комментарии… как говорится, бойтесь своих желаний.

Я медленно сортировала бумажки, закусив губу от усердия. Это было непросто. Что к какой папке относится, можно было разобрать, лишь сравнив номер на странице и последний с первым абзацем. Иногда приходилось перебрать листов десять, прежде чем найдешь нужную пару.

Если с номерами на страницах все было более или менее в понятно, то вот с содержимым… абзацы были написаны самопишущей ручкой с одинаковыми чернилами и убористым, ровным и безликим почерком. И к тому же сухим, черствым языком канцелярита. Формулировки удавалось расшифровать с трудом.

Я только поняла, что в основном документах были претензии Ледяного клана к поведению юной жены принца. За каждое прегрешение следовали штрафные санкции. Задача магюристов клана Южной ночи было проверить каждый эпизод и попытаться оспорить, Юлиане грозило уйти из дома мужа босиком. Это было неинтересно никому. Часть серьезных даров, таких как прииски, шахты и многое другое было уже учтено кланом, где-то велась активная работа, что-то продали. В общем, этот развод стал головной болью для магюристов с обеих сторон.

А молодые продолжали, насколько я знаю, с огоньком зажигать, давая все больше поводов для сплетен. Признаться, я надеялась с порога застать какой-нибудь красочный скандал и именно с него залететь во все возможные топы, но увы. Вместо скандала ледяного принца с Южной принцессой меня ждали разборки с мужиком. Нет, вышло тоже неплохо, но я очень не любила игнорировать контент-план. Зря, что ли, я его так долго и скрупулезно составляла?

Через сорок минут у меня было почти все готово. Оставалось рассортировать листочков двадцать, и я почувствовала гордость за себя. Сама уронила, сама справилась!

Когда резко распахнулась дверь, а за ней по нелепому стечению обстоятельств и форточка, я не успела среагировать. Образовавшийся сквозняк буквально за тридцать секунд перемешал все мои почти часовые труды, один листок кинул в физиономию, закрыв вид, и я так и не поняла, кто это заглянул с испуганным воплем:

— Ой, эрра Натаниэля еще нет! Ну я попозже забегу.

Дверь хлопнула. Кружащиеся в воздухе листы, упали на пол, снова перемешавшись, а я несчастно взвыла.

Именно за этим позорным занятием меня и застал Натаниэль, который шел в сопровождении тонкостного юноши с прилизанной прической. Юноша излучал презрительное снисхождение. Костюм на нем был дорогой, отглаженный, очочки в золотой оправе. Короче, перспективный магюрист при богатых родителях. У меня таких полный курс. А этот, видимо, недавно выпустился, поэтому смотрел на меня непередаваемой смесью превосходства и раздражения. Правда, где-то в глубине глаз мелькнуло еще кое-что. Я увидела, мои коленки он оценил по достоинству.

— Ну, как видишь, в полку бесполезностей прибыло, — раздраженно отозвался Натаниэль, укоризненно посмотрев на меня. — Так и знал, что тебя не хватит даже на такую малость, как рассортировать это все по кучкам. Знакомься, это Георг, он тебе поможет! Возможно, вдвоем, вы сможете нейтрализовать друг друга.

— Но я это сортировал три дня! Мне из-за некоторых криворуких теперь начинать заново? — Георг закатил глаза, и его, и без того красноречивый взгляд преисполнился страданием.

— Я уже почти… а оно… — начала спутанно объяснять я, но, похоже, это никого не волновало.

— Так, просто помолчи! — простонал Натаниэль. — И сделай нам, пожалуйста, кофе. Надеюсь, с этим ты справишься?

«Еще я в прислугу не играла!» — хотелось буркнуть мне, но я не стала нагнетать и так напряженную обстановку. В конце концов, я действительно виновата, даже сильнее, чем предполагает начальник. Так, еще и с элементарным заданием не справилась. Так что кофе — значит, кофе, может, это мой шанс реабилитироваться, все же я не привыкла выглядеть в глазах окружающих криворукой недалекой неумехой.

— И где здесь добывают кофе? — по-деловому уточнила я, все видом показывая желание исправлять косяки. Признаться, ждала, что меня отправят куда-нибудь за тридевять земель, но кофе-станция находилась за соседней дверью в небольшом уютном помещении.

— Обычно кофе варит Нинель — моя помощница, но сегодня ее нет, — пояснил руководитель практики. — Сегодня вообще выходной, поэтому ее кабинет в твоем распоряжении. Добудь нам кофе, я его выпью и придумаю, какое задание дать такое, чтобы тебя не было ни слышно, ни видно.

Едва я скрылась в соседнем помещении и выдохнула, в дверь приемной раздался стук. Сначала я, занятая приготовлением напитка на горячей плитке, вокруг которой закручивались магически потоки, ничего не заметила. Кофе готовить я любила и умела, немного специй, молоко тонкой струйкой и небольшой вихрь для пенки. Все шло просто отлично до того момента, как из-за двери до меня донесся вопль.

— Ка-ак? Как это могло произойти? — Голос был мне незнаком, мужской, но какой-то высокий, визгливый, словно его обладатель был в шаге от истерики.

— Да демоны! — Я дернулась и чуть не расплескала кофе, который был еще не до конца готов. — Зачем же так орать…

Вопрос бы риторический, да и ответить на него было некому. Оставался самый последний и ответственный шаг. Посыпать плотную пенку тертым шоколадом!

Среди магюристов тоже работали гурманы, тертый шоколад стоял в баночке на самом виду. Я дернула крышку, но эта зараза не поддалась. А здесь еще мужик за стенкой перешел от абстрактных воплей в конкретике, которая мне не совсем понравилась. Точнее, совсем не понравилась!