Глава 11

Глава 11

Когда моё тело охватили огненные языки, и поток воздуха ударил в грудь, вырывая дыхание, первая мысль была — панический ужас. Умирать не хотелось. Вся моя сущность сжалась от страха перед неминуемым.

Меня пытались убить и раньше (отравить, изрезать, сжечь), потому Хида не боялась гибели — надо постараться, чтоб прикончить бессмертную змею.

Боялась Майя. Та моя часть, которая отвечала за всё светлое, правильное, чистое.

Но хоть боль и не уходила, а смерть тоже не приближалась.

Кажется, я всё-таки осталась бессмертной.

Много позже я поняла, что взрывной волной меня попросту выбросило из машины и откинуло на десяток метров. Боль плыла по телу, отдавалась в костях, в свежих ранах и ожогах. Но понемногу утихала. Работала регенерация, восстанавливая моё тело.

Я приоткрыла веки и смотрела на то, как черный дым валит из искореженных кусков металла. Глубоко вдохнула. Ещё пара секундочек, и можно попытаться встать.

Спустя эти пару секундочек Ярослав склонился надо мной. Взгляд его был абсолютно безумен. Он и сам выглядел очень экстравагантно, скажем так. В обугленной одежде, в свежих, едва начавших заживать ранах.

Ох, неужели я тоже так плохо смотрюсь?

— Майя… Хида… Черт! Ты как?!

— В порядке, — прокашлялась, выбивая из легких гарь, — Где Рома?

— С ним тоже всё хорошо, вон он, покоцан, но жив. Не двигайся. Вдруг что-то всё же повредила.

Ярослав аккуратно дотронулся до меня, проверяя.

Какое счастье, что Дохах с Хвостиком ушли гулять — брату ничего не угрожало, а вот щенка мне бы было жалко.

— Что произошло? — я обхватила шею мужчины руками, думая о том, как приятно оказаться в его объятиях, пусть и таким образом.

— Нас пытались подорвать, — ответил Яр мрачно.

— Но Рома бессмертный, ты — тоже, — удивилась я, думая о том, что недруги феникса или инкуба явно тоже об этом должны догадываться.

— Значит, охотились не на нас, — красноречиво ухмыльнулся Ярослав. — Но ты жива, а значит…

— Хиды во мне больше, чем Майи, — невесело улыбнулась я.

Ярослав упрямо мотнул головой.

— Может тот парень, которого я чуть в клубе не прибила оказался не просто придурком, а мстительным придурком? — предположила я, пытаясь встать на ноги. — Яр…

Я вскликнула, когда мужчина поднял меня на руки, он осторожно прижал меня к себе, его тепло, проникало сквозь все мои раны, ожоги успокаивая их. Казалось, больше ничего плохого не может случиться.

— Ну или мы переоцениваем умственные способности моих недругов или Ромкиных, все-таки взорвали же его тачку, — предположил он, — Осторожно, не шевелись. Ты уверена, что тебе помощь не нужна? Может быть врача вызвать?

— Только врача нам до полного счастья не хватало. — буркнула я. — Или у тебя зелье забвения под рукой есть, если доктор слишком профессиональный окажется, и поймет то, чего не надо?

— Нужно будет — найду зелье. — Ярослав сказал это так, что сомнений не осталось. Действительно найдет. Зелье, врача, и всё что только может понадобиться.

— Сестренка! — Дохахк бежал ко мне на перегонки к Хвостиком. — Ты в порядке? Кого убить надо? Эй ты, отпусти мою сестру!

— Дохах, успокойся, я жива… Ярослав, прекрати на него скалиться. Сейчас на взрыв человеческие службы съедутся, да еще и арбитры всем составом не подалеку… Может вы где-нибудь в другом месте будите друг на друга так злобно зыркать?

Ярослав еще крепче прижал меня и отвернул от брата в сторону, словно опасался, что Дохах будет меня отнимать.

— Со мной она в безопасности.

— Это ты называешь безопасностью?! Сестренка, ты только намекни, я эту куру-гриль разом заглочу.

— Успокойтесь, оба! — Я попыталась вырваться. — Ярослав, поставь меня на землю, уже почти ничего не болит.

Ярослав нехотя опустил меня, но все равно встал между мной и Дохаком.

— Я позвонил Жанне, она тут неподалеку, сейчас подъедет. — Рома хромая подошел ближе, в руках был чудом уцелевший мобильник. Сам инкуб выглядел… плохо. Опаленные волосы и одежда, кровавые подтеки по всему телу, ссадины. Правая рука вывернута под неестественным углом. — На всякий случай, не буду подходить к вам близко.

— Ты в порядке? — забеспокоилась я.

— Я? А, да. У меня же огонь феникса внутри. Что мне будет от какого-то взрыва. — С этими словами он дернул левой рукой правую, с противным хрустом ее вправляя. — Получаса и буду как новенький.

Рядом с нами начали останавливаться водители, кто-то даже прибежал с огнетушителем. Люди волновались, спрашивали надо ли чем-то помочь, вызвать скорую, пожарных. Ярослав успокаивал одних, но тут же останавливались другие.

«Надо же, какие все ответственные и добросердечные. Особенно тогда, когда это прям совсем не в тему!»

От людской помощи нас спас огромный черный восьмиместный джип, остановившийся на обочине. За рулем оказался Базука.

— Роман Дмитриевич, что тут у вас? — услышала я взволнованную Жанну, вылезающую с пассажирского сиденья.

В итоге Жанна с Базукой остались ждать приезда служба у взорвавшегося Ламборгини, а мы все дружненько загрузились в их тачку.

До квартиры Ярослава на этот раз ехали молча. Молча зашли внутрь.

— Располагайтесь. — бросил хозяин жилья. — Сейчас принесу аптечку.

— Я помню, где у тебя зелья лежат. Сам возьму. — пробормотал Роман, проходя в глубь квартиры.

— Корм для собак принеси лучше, — фыркнул брат, безошибочно направляясь на кухню. — А вообще, я бы и сам пожрать не отказался, мясо есть? Из морозилки тоже пойдет. — послышался звук открываемого холодильника. — О, пельмени!

— Он щас мороженных наглотается. — смущенно пробормотала я. Дохак частенько выкидывал какие-нибудь глупости, но почему-то сейчас за его поведение было особенно неловко.

— Пусть грызет. — фыркнул Яр, но выражение лица быстро стало серьезным, он принялся осматривать меня с головы до ног. — Майя, ты уверена, что врач не нужен? Если переживаешь за сохранность своего секрета, то возьмем с него кровную клятву, напоим зельем — не вопрос.

Я глубоко вздохнула. Боль действительно еще немного ощущалась, но сейчас было не время для слабости.

— Она не Майя, она — Хида! — проорал брат из кухни чем-то безбожно чавкая и хрустя.

Ярослав на это нахмурился, но все же посмотрел на меня вопросительно.

— Мне… Майя больше нравится. — призналась я, ощущая внутри неловкость.

Яр не смог сдержать улыбки.

— Если почувствуешь себя хуже, сразу скажи. И в любом случае нужно твои ссадины обработать, еще не все зажили, восстанавливающих зелий хочешь? Майя…

— Если Рома их не все вылакал. — не смело улыбнулась я в ответ.

— Тут на всех хватит. — а это уже кричал инкуб из одной из спален.

Вскоре мы все напились зелий и перекусили тем, кто что отыскал. Хвостику оборудовали лежанку и место для кормления, и он задрых, абсолютно счастливый.

В общем-то, если не считать взрыва, ранений и общего помятого состояния всё было неплохо. Уютно и как-то по-приятельски. И пытался уловить желания Ярослава по поводу меня и всей ситуации, но ничего конкретного не читалось.

Но он ведь узнал моё истинное имя. Неужели у него нет желания придушить меня или выгнать вон? Или еще какого-нибудь сильного, испепеляющего всё кругом? Он не одержим мыслью отмщения мне за вранье?

Не укладывается в голове.

Он должен меня возненавидеть.

Так почему он не пылает изнутри?

— Яр, — я заглянула к нему в кабинет чуть позже. — Можно?

— Заходи. — он добавил в мобильный телефон: — Отчет жду через час. Через час, я сказал, никаких «не успеем». Ты как?

Это уже мне.

Я встала напротив Ярослава, осознавая, что больше не зажимаюсь при нем. Теперь, когда все тайны открыты, наконец-то можно выдохнуть, расслабиться.

— Как новенькая. Свежа и здорова. На самом деле, я хотела перед тобой извиниться. За обман. Ты заслуживал правды с самого начала, а я скрывала её, ещё и бегала от тебя вместо того, чтобы открыться. Прости.

— Да уж, для древней змеи ты ведешь себя слишком легкомысленно. Сказала бы сразу, не пришлось бы отлавливать тебя по городу, — улыбнулся он, но без желания меня уколоть. — Зато моё внутреннее чутье не ошиблось. Ты изменилась.

— Ну, если по правде, я всегда была такая. Только не помнила себя.

— А такая — это какая? — Он поднялся, обогнул стол и обратил на меня задумчивый взор. — Я читал личное дело Хиды и Дохака. Ох, кхм, довольно красноречиво описывает твои давние поступки.

— Это в прошлом, — перебила я его.

Да, раньше мы были кровожадны, мстительны и скоры на расправу. Мы выживали в мире, которым правили вампиры. Мы соответствовали их законам. Я не оправдываю себя и не пытаюсь обелить. Нет, меня устраивало то положение дел.

Но теперь — всё иначе.

Возможно, частица Майи во мне пылает ярче, чем казалось раньше. Возможно, что-то ещё послужило поводом. Но я действительно не собираюсь возвращаться к прежней жизни.

Я бы с удовольствием начала новую. Ту, где у Дохака есть Хвостик, и за ним не тянется кровавый шлейф от постоянных убийств. Ту, где мне не нужно постоянно озираться, бояться, что кто-то придет и отнимет у меня власть.

— Неужели? — Ярослав продолжал изучать меня как диковинную зверюшку.

— Угу. Я была честна, когда говорила, что больше всего хочу покоя. Уехать, затаиться. В общем, прости меня ещё раз. Обещаю, я докажу, что изменилась не только мой характер. Я вся другая. Ладно, не буду отвлекать. Спасибо, что приютил. Если понадобится помощь — говори. Теперь мы равны, я не бесполезна.

Отвернулась и направилась к двери.

— У меня есть ещё один вопрос, — окликнул он меня. — Я ведь не ошибаюсь. Майя что-то испытывала… насчет нас?

Голос его как будто хрустнул, сменился тембр, стал мягче. Этим самым голосом Ярослав говорил со мной, когда предлагал начать всё заново.

По коже полезли предательские мурашки.

— Да.

Не оборачиваясь. Смотря в дверь. Стараясь не выдать коротким ответом эмоций. Оставаться холодной, когда внутри закипал пламя.

— А Хида? Что испытываешь ты сейчас?

«Острое желание тебя поцеловать», — едва не вывалила я.

Коснуться. Вспомнить под пальцами каждый сантиметр тела. Научиться быть с тобой ласковой. Доказать, что пусть я и изменилась, но во мне есть место чувствам.

Но лишь пожала плечами.

— Думаю, в этом плане мы с Майей чувствуем одинаково.

Большего сказать я не успела. Потому что его ладонь притянула меня к себе, прижала спиной к груди. Я почувствовала лопатками жар его тела. Закусила губу. Как же хорошо. Стоять бы так вечно.

Ярослав обхватил мою талию обеими руками, обнял крепче, не поворачивая к себе лицом.

Словно прививка ко мне заново. Губы его легли на мой затылок.

«Я соскучилась», — гулко стучало сердце.

Его касания были такими необходимыми. Я и забыла, как моё тело реагирует на них, каким податливым оно становится. Как наваждение, которое заполняет мой мир. Как нечто невозможно необходимое. Естественное. Правильное — словно ориентир во мраке.

Ярослав тоже молчал. Но не отрывался от меня, и не требовались никакие слова, чтобы понять — он тоже скучал. Я не была одной из многих его подружек, чьи имена можно было перепутать поутру.

Я заставила себя запомнить.

Возможно, потому что ушла — а возможно, потому что вернулась.

— Яр, короче, ребята пробивают, кто та гнида, что нас подорвала, — Рома вошел в кабинет, уставившись в смартфон и не замечая нас. — Устройство подложили у дома Наташи, это по-любому так. Короче, я… ой…

Он смутился как мальчик, увидев нас, стоящих вот так, в обнимку. Даже покраснел.

Ярослав не отпустил меня. Его руки оставались на моей талии, даже чуть усилили хватку, будто он боялся, что я исчезну.

— Рома, дай нам минуту, — сказал Ярослав.

Рома кивнул, всё ещё смущённый, и быстро вышел из кабинета.

Мы остались вдвоём в тишине, которая казалась одновременно напряжённой и успокаивающей.

Я повернула голову, чтобы встретиться с его взглядом. Яр осторожно коснулся моей щеки

— Я тоже не идеал добродетели. — зачем-то сказал он.

— Ну по сравнению со мной… — потянула я, — Или с братом…

— А нельзя провести на нем такой же ритуал как на тебе? — вдруг спросил Ярослав. — переселить его в тело младенца, лишить всех сил, запечатать память. По мне — идеальный вариант для перевоспитания. Тебе ведь помогло…

— Ты… — понятия не имею, почему меня так разозлило это его предложение.

Это звучало настолько уничижительно, как будто я — прежняя ничего не стоила. Да, я многое переосмыслила после опыта жизни Май, но в целом — характер ведь остался тот же. Желания — те же: защитить себя и своего брата. Просто раньше, это можно сделать только забравшись повыше. Сейчас я увидела и другие варианты. А в список тех, кого я хочу защитить, кроме Дохака добавились и другие. Но это не значит, что я — это больше не я.

— Теперь в тебе куда больше от простой студентки… — словно не замечая мою реакцию продолжал Ярослав. — Даже то, как ты за Наташу переживала…

Я оттолкнула его с такой силой, что он отлетел на диван. Грудь часто вздымалась, а от близости трансформации на коже проступала чешуя. Я была уверена, что даже глаза сейчас уже не выглядят человеческими.

По его мнению, у меня как у Хиды не могло быть сострадания? Переживаний? Друзей?!

— Майя, в чем дело? Что я такого сказал?

— Ничего, совсем ничего, — мои слова прозвучали как рык, и я почувствовала, как мои когти начинают пробиваться сквозь кожу.

Я выскочила из комнаты, и захлопнула за ним дверь. Зря я подумала о том, что у нас с Ярославом может что-то получиться. Он даже меня — мной не воспринимает. О чем тут вообще можно говорить!

Зашла на кухню, плеснула себе воды в стакан. Даже не заметила, что за кухонным столом сидит инкуб.

— Эм… вы же там только что миловались? — уточнил Рома, отвлекаясь от телефона. — Как-то слишком много у вас все прошло.

Я жадно сделала несколько глотков, чтобы успокоиться.

— Мы ведь были с тобой знакомы. Ну, до того, как я переродилась. — не смотря на него спросила я. — Скажи, я сильно изменилась?

— Ну, не так уж сильно мы с тобой и общались. Где — всевластная Хида, а где скромный владелец борделя. Вот твой братец мне куда больше крови попил. Фигурально выражаясь.

— Помнишь, Дохак как-то сожрал парочку твоих девиц, и ты пришел ко мне, чтобы помогла спасти их. — хмыкнула я, неожиданно вспомнив про старый случай.

— О, да… — Икуб стремительно начал краснеть. — Ты согласилась, а взамен попросила меня выполнить одно ма-а-аленькое задание…

— Ты ведь не говорил об этом Ярославу? — вскинулась я, представляя как все это теперь может выглядеть.

— Нет. — Клятвенно заверил он. — Куда ты, кстати, использовала? Ну… мои ядовитые жидкости, которые ты просила для тебя собрать? — Он снова покраснел.

— Да так… траванула кое-кого. — пожала плечами я. — Вроде даже не все использовала, надо посмотреть в тайниках, может лежит еще пол баночки в загашнике…

— Иу… — скривился инкуб. — Уж лучше свеженького. Если понадобится.

Я не удержалась и тоже расхохоталась, а в след за мной прыснул и Рома.

Но смех вскоре стих. Я все еще чувствовала обиду и непонимание от слов Ярослава. И про ритуал для Дохака… даже если представить, что мы действительно смогли бы незаметно провести такой ритуал. Замаскировать чем-то выброс колоссального количества энергии. Нашли бы свежий труп младенца, а Дохах бы вдруг сумел выучить и запомнить все нужные слова, движения и нигде не напортачить… что само по себе уже является чем-то на грани фантастики. То он бы все равно остался собой. Людей и нелюдей надо принимать такими какие они есть. Или не принимать вовсе.