Глава 9.

Размышления о любви

— Что за вопрос? — искренне удивилась я, — Он моя пара.

Аглая вздохнула будто даже слегка раздраженно.

— Ну не-е-ет, — потянула она, — Я спрашиваю, любите ли вы его? Влюблены ли вы, понимаете? Как в книгах! Не из-за парности или еще чего, а вопреки всему. Вы бы были с ним, если бы вот вдруг резко оказалось, что ваша пара — не он? Или бы тут же ушли к другому, который бы оказался вашей парой? — она улыбнулась и закивала, будто подбадривая быть честной, — Так вы любите его?

Я осторожно отодвинулась от девочки. Все-таки страненнькие они, эти юные имперские леди… Что за непонятное, жуткое любопытство горит в ее глазах? И что за непонятные, жуткие вопросы? То есть, нет, я тоже полистывала популярное сейчас любовное чтиво, когда собиралась на захват Нико, но она что же, воспринимает все это за чистую монету? Все-таки в племенах все проще и правильней в этом отношении. Подходите друг другу более-менее по запаху? Отлично! И никаких лишних хождений вокруг да около… А в империи слишком много иностранного влияния с их дурацкими межполовыми отношениями, завязанными на всяких жертвенных ритуалах!

Любовь, по-моему, приходит со временем, спустя годы, которые ты проводишь с человеком. Вот я люблю Тори. Я любила дядю и даже немного его сына, и, пожалуй, тоскую по ним до сих пор, хотя сама же от них и избавилась.

Люблю ли я Нико? Нет, мы же знакомы всего пару месяцев! Но он мой. При взгляде на него у меня все переворачивается от желания, я хочу проводить с ним все свое свободное время, хочу оставить в его доме свой запах, свои вещи… Примерно это, кажется, описывают, говоря о страсти и влюбленности других рас, но у нас, оборотней, это зовется иначе — совместимый партнер. Природа дает нам подсказку. А уж дальше мы строим сами. Что умеем, то и строим. Нам с Нико это еще только предстоит, так что все эти разговоры о любви рановато пошли.

Перед глазами вдруг всплыла золотисто-рыжая макушка и шаловливая улыбка моего первого мужчины, и я раздражено дернула головой, выметая из мыслей его образ.

— Я в таких сложных конструкциях не разбираюсь… — слегка натянуто улыбнулась я, — Зачем мне думать о том, что кто-то другой вдруг мог бы оказаться моей парой, если моя пара — он? К чему эти размышления? Разве от них что-то изменится? Никтос — моя пара. Я его обожаю. Он мой. Я его никому не отдам. Так работает любовь у нас, у оборотней, милая. Так зачем сюда приплетать это «если бы»? Поверь мне, лучше просто следовать за природой, за традициями, а не заигрываться в эту новомодную «любовь вопреки парности». Твои родители-то полюбили друг друга, будучи достаточно взрослыми, и это скорее счастливое исключение…

— Так вы его не любите? — в ее глазах блеснула обида, но она не отставала.

Я решила, что отвечать честно — не самая хорошая идея. Чуйка говорила, что девочка поймет меня неправильно. А объяснять… Лучше переведу стрелки!

— А почему тебя вдруг взволновал этот вопрос?

Она прикусила губу и отвела взгляд.

— Ну, понимаете…

— Тори — твоя пара? — навскидку ударила я и не прогадала.

Аглая поперхнулась воздухом, вскинула взгляд и тут же его опустила. Обернулась резко, проверяя, может ли кто-то нас услышать.

— Как вы?..

— Женская интуиция.

— Это так очевидно? Но ведь… Нет, это не правда! Мне просто показалось, видимо. Он на меня никак не реагирует…

Я облегченно вздохнула и с радостью готова была перейти на обсуждение ее личной жизни. Видимо, она для того разговор и завела!

— У этого криворукого болвана обожжена носоглотка, он сейчас даже дерьмо под свои носом не учует! — поделилась я, — Подожди пару дней, пока он придет в себя, и все у вас будет замечательно.

Я была рада. Во-первых, за Тори. Он-то, в отличие от меня, пару найти вполне себе хотел, и о детишках давно мечтает. Во-вторых, сдам другу девочку, и никто мне не будет мешать! Надо будет ему незаметно шепнуть, пока она не уехала, а то наворотит дел еще…

— Но я же его не люблю! Понимаете, не люблю! — вскинулась она, прерывая мои складные размышления, — Это просто физическое, а сам он меня раздражает! Он такой грубый и эта его улыбочка насмешливая, но будто бы вежливая… Он себя самым умным считает, да?! Ни капли настоящей галантности, только показная! Совсем не похож на Ни…

— Нико? — прищурилась я, заставляя Аглаю побледнеть.

— П-простите… Простите, я не!.. Нет, знаете, я врать не хочу, — она как-то до смешного легко успокоилась и посмотрела мне прямо в глаза, — Мне нравится Нико. Очень нравится! У меня от его взгляда в животе что-то так сжимается, понимаете? Хотя мы даже не совместимы! Просто то, как он говорит, как улыбается, его мысли и эти странные вежливые фразочки, и взгляд такой озадаченный, будто весь мир для него — что-то необъяснимое… — она смущенно улыбалась и столько всего плескалось в ее глазах, что я даже не хотела ее одернуть, — Я бы хотела, чтобы он был моей парой. Я вам так завидую, — она поджала губы, — И хочу быть на вашем месте. Это гадко, я знаю, но…

— Тише-тише, детка, — я дернула ее за выбившуюся прядку волос, привлекая внимание, и улыбнулась, — Я не злюсь. Что мне злится? Он все равно мой, я его тебе в любом случае не отдам…

— Ну он же не вещь! — возмутилась девушка.

— Думай что хочешь, я просто предупредила, — спокойно пояснила я, — В любом случае, я гораздо больше люблю честность, так что не злюсь. На пушечный выстрел к тебе его не подпущу, но не злюсь. Все в порядке.

Я и правда не злилась. Что на нее злится? Пока она была передо мной и перед собой так открыта и честна, злиться на нее было бы странно. Да и было что-то милое в этом разговоре. Когда я еще поговорю с девицами о любви из книжек? С бабочками в животе и вопреки всему?

— Да? — я кивнула, но она только покачала головой, — А я вот так не думаю. Зачем только я его встретила?.. У меня теперь в голове все перемешалось! — она раздражено откинулась на спинку дивана, запахнула шаль, укрываясь, и обиженно уставилась на приоткрытую дверь спальни, — Почему он не мог бы быть милым?.. Может тогда я бы сразу перестала думать о Нико и мне бы не пришлось больше перед вами краснеть? Я бы смогла с вами сразу согласиться, что да, пара и ля-ля-ля!.. — она скорчилась, кого-то пародируя, — Взгляд в глаза — и все решено, и свадьба без всяких разговоров! Пара — и так же все ясно… И разбираться не обязательно, что за человек, раз уж совместимы! Мама-то по любви замуж вышла, а от меня требует пару себе искать…

На глазах у нее блеснули слезы. Не грусти, а скорее раздражения от того, что она, кажется, и правда запуталась. Я бы хотела сказать ей, что она кое-что неправильно понимает и никакая парность, конечно, хороших отношений не гарантирует, как и ничто их не гарантирует. Просто смягчает некоторые углы, подталкивает навстречу, удерживает от измен — и это уже хорошо. Что, конечно, вполне может быть как у ее родителей, но по сравнению с удачным исходом у хотя бы вполовину совместимых пар — это редкость.

Может даже я рассказала бы ей о своем первом и единственном романе.

Мне хотелось бы успокоить ее и вправить мозги, чтоб не накручивалась по ерунде. Не будь Тори моим другом, а Нико просто — моим, я бы посоветовала ей закрутить роман с обоими, а там посмотреть, кто больше понравится!

Но я вдруг подумала: а если убрать естественную реакцию тела на его запах, что я вообще чувствую к Нико?..

И советовать что-то Аглае перехотелось.

* * *

Мой первый мальчик случился в академии, в нежные восемнадцать. Да-да, я тогда тоже слегка увлеклась теми самыми книжками, что популярны у настоящих имперских леди, и даже подумывала, что найти себе мужчину по велению сердца, а не нюха… ну, как минимум, это должно быть забавно! Это все так отличалось от того, как я жила раньше, как меня учили, что фантазия уходила впляс. Возможно, поэтому я и попалась.

Когда Илии, парень на год младше нас вдруг начал за мной ухлестывать, я сначала только смеялась над ним. Какой-то тощий, кривоносый лисеныш с невыразительным запахом и слабым зверем всерьез думает, что может претендовать на мое внимание?! Золотисто-рыжие вихры, шальная улыбка, раскосые глаза и демонстративные, яркие ухаживания, больше похожие на провокацию — наглец! Я смотрела на него и каждый раз почти восхищенно прицокивала: наглец! Ну какой же наглец! Смеет не просто надеяться, а искренне верить в мою благосклонность! Настолько в себе уверен, что даже не сомневается, что я ему отвечу взаимностью… Это было смешно, ведь его запах меня не манил, а его зверь — не восхищал. Ни-че-го. Просто какой-то смешной мальчишка.

А потом я вдруг поняла, что ищу его взглядом. Что просыпаюсь утром и жду, когда же в мыслях прозвучит с восхищением: наглец! Жду момента, когда наткнусь глазами на самоуверенную улыбку, на верткую фигуру, на золотящуюся на солнце шевелюру…

Наверное, тогда в моих глазах было столько же, сколько теперь в Аглаиных, стоит ей заговорить про Нико.

Я тогда сама к нему пришла ночью. Решила, что он заслужил за свои старания, что может есть в этой моде игнорировать природу что-то интересное. Сказала ему, что мы теперь вместе, и поцеловала. Илии будто на секунду расстроился, а потом солнечно улыбнулся, объявив, что он и не сомневался, что так будет. И поцеловал меня сам, выбивая дух неожиданно опытными действиями. Мы встречались целую неделю! Счастливую неделю, наполненную горячими взглядами и ласками…

А потом я узнала, что он поспорил с друзьями, что уложит на лопатки даже «эту огромную стерву Роашат». Мои однокурсники, проигравшие спор, достаточно громко обсуждали это в общей столовой. Илии был наглецом, да… Выигрыш свой он забрал, но и со мной расходиться вовсе не торопился, раздражая всех до смешного счастливой рожей. Ввязывая его в этот спор, старшие товарищи рассчитывали, что он так или иначе проиграет: либо не найдет ко мне подхода, либо получит от меня тумаков по итогу. И когда Илии умудрился и рыбку съесть, и на х… кхм! И любовь всей жизни найти, в общем — порадовало это не всех.

Конечно, когда все вскрылось, он извинялся, причем, как ни странно, совершенно искренне. И даже не получил от меня по наглой роже — почему-то я не смогла разозлиться достаточно, чтобы ударить его. Хотя и смотреть на него тоже больше не получалось. Так что из жизни я его, само собой, вычеркнула и второго шанса, как он просил, давать не собиралась. Я ему дала первый — этого вполне достаточно.

Вот только Илии оставался наглецом и сдаваться не торопился. Бегал за мной хвостиком весь следующий год, и все бы ничего, но его семья была богатой и знатной, и когда в полной мере осознали серьезность намерений юного отпрыска, прилюдно пообещавшего переписать на меня все свое состояние, если я выйду за него замуж, спустили, как водится, всех собак на меня.

Меня обвинили в привороте третьего уровня. Подобное приравнивалось к магическому подавлению воли и было уголовным преступлением. Само собой, никаких приворотов я делать не умела — это было ни разу не моим профилем. Да и к чему такие ухищрения мне?! Я большая, сильная, здоровая и красивая хищница. Меня и так хочет в свою семью любой нормальный мужчина.

Хотя, признаться, когда я узнала, что меня соблазняли на спор, а не от большой любви, я-таки засомневалась в своем очаровании… К счастью, Илии оказался не настолько бесстыжим, чтобы не влюбиться в меня по-настоящему. В общем, конечно, я этого не делала. Но откуда-то взялись доказательства, свидетели и даже колдунья, у которой я, якобы, заказала сердце несчастного мальчика.

Тогда мне подсобил Сильван, и дело до суда все-таки не довели. Пообсасывали в газетенках полгодика, изгваздали мне еще немножко репутацию — но все обошлось.

Полагаю, примерно об этом говорила Аглая, когда спрашивала меня о любви. После того случая я решила, что ерунда это все, и искать партнера надо как предки завещали! Учуял свое — за шкирку и тащи скорее в свой дом! А все эти сердечные томления, все эти новомодные «вопреки судьбе и природе»… Нет. От влюбленности до смешного много проблем. Скандал тогда вышел громкий и аукался мне до сих пор смешками за спиной и подозрениями.

Тогда я категорично решила, что все это для любых других рас, но не для оборотней, которым судьба сделала подарок в виде парности.

А сейчас вот, наглядевшись на Аглаю, думала: а может я просто что-то не так поняла и нам с Нико не хватает еще любовных переживаний?

Ведь тогда, в те дни, еще пока не вскрылось, что Илии — маленький гаденыш, было замечательно… Было замечательно, как никогда. Я сама чуть не искрилась под его взглядами, я расцветала под его улыбкой. Это было короткое, но такое яркое время.

Я спустилась тихонько на первый этаж, собираясь выйти, и с удивлением обнаружила, что за мной кто-то идет. Повернулась и оглядела недовольно одного из людей дома Веномверн. Вот чего он отвлекает меня от переосмысления ценностей?! Это очень важный момент личностного роста — отказ от категоричной юности и шаг в старческие компромиссы!

— Чего тебе, голубчик? — вскинула бровь я.

— Меня зовут Али, — прошелестел мужчина, поклонившись, — Я ваш сопровождающий. Вам опасно одной…

— Миленький! — ахнула я, — Я большая и сильная девочка, мне давно уж не нужна нянька. Идите, выпейте чайку с малиной у меня на кухне и не нервничайте по ерунде…

— Госпожа, не положено, — упрямо возразил сторож, — Приказ господина Никтоса — везде сопровождать его невесту. На такой случай просил передать, что прекрасным юным леди негоже гулять без сопровождения.

Я оглядела с ног до головы худощавого мужчинку, которого могла бы переломить одной лапой. Черная коса, тонкие, невыразительные черты лица, но выразительный взгляд, спрятанный в пол. Сильным не выглядит, но что-то в нем есть… Я бы может даже взяла его с собой, да только не было у меня причин с кем бы то ни было делить свои дела и секреты. Вдруг еще чего лишнего услышит?

— Вообще-то уже поздно, — капризно потянула я, — Вы должны были сказать, что мне вообще в ночь из дома выходить не следует. Вы что, не знали, что прекрасных юных леди нельзя ночью выпускать из дома? Боги, и как только Нико мог отправить ко мне такого чурбана!

— Нижайше прошу простить. Не подумал, — покорно согласился он, — Прекрасная госпожа, молю, не покидайте дом в такой поздний час.

Я одобрительно улыбнулась, присаживаясь за прилавок и закидывая на него привычно ноги, и кивнула, предлагая продолжить. Он же не думал, что уговаривать юных леди от побегов — дело полминуты?

— Начало неплохое. Продолжайте. Только я предпочитаю, чтобы меня молили в стихотворной форме.

Мужчина смог удержаться от усталого вздоха. Как бы так от него избавиться?

* * *

Аглая гипнотизировала дверь спальни. Стоило бы, конечно, встать и открыть окно, чтобы выветрить хоть немного запах мужчины, который не давал покоя, но девушка почему-то не хотела. Она вспоминала, как только вчера осознала свою влюбленность, а уже сегодня ее чувства должны проходить проверку на прочность этой дурацкой тягой к другому, к нелюбимому, к раздражающему. К мужчине, который не бросил на нее ни одного ласкового взгляда!

Но она выстоит. Она не будет облегчать себе задачу. Дух сильнее тела.

— Дух сильнее тела…

— Что ты там бормочешь?

Аглая чуть не взвизгнула, удержавшись каким-то чудом на мысли о том, как сложно было уложить капризного пациента спать. Еще проснется, а ему постельный режим положен!

— Г-госпожа Соль?.. — прошептала девушка, оборачиваясь, — Разве вы не ушли?

Женщина нахмурилась, присаживаясь на подлокотник кресла и наклоняясь к девушке, нависая над ней, почти заключая в ловушку. Расстегнутая сверху рубашка открыла волнующую ложбинку груди прямо на уровне Аглаиных глаз, и девушка не сразу смогла отвести их. Толстая рыжая коса змеей скользнула с плеча Соль и мазнула мягко по щеке. Аглаю обдало тяжелым, но волнующим запахом взрослой женщины, а лениво-цепкий взгляд Соль тут же поймал ее взгляд, не отпуская.

— Меня пасут. Надо убрать хвост.

— Что? — девушка сморгнула восхищение, в очередной раз подумав, что будь она мужчиной, то влюбилась бы в Соль, не задумываясь.

Интересно, сможет она быть вот такой же, когда подрастет? Девушка чуть не скривилась — ей на роду написано быть миниатюрной и безобидной даже на вид.

— Нико своими людьми ведь дом окружил — не выйти без присмотра.

— Ну конечно, — кивнула девушка как само собой разумеющейся, — Вам же угрожают, как он может вас отпускать куда-то одну? Вас нужно защищать от злодеев, посмевших вам угрожать!

Соль снисходительно улыбнулась и что-то тоскливо-торжествующе блеснуло в ее глазах, заставляя поежиться.

— Практика показывает, что это злодеев, посмевших мне угрожать, надо от меня защищать.

Аглая мотнула головой упрямо.

— Мама говорит, никогда нельзя себя переоценивать, а то можно жестоко разочароваться! — она задумалась, — Н-ну, это она, конечно, про меня говорила, а не про вас, вы не подумайте, но…

— Аглая, — перебила ее женщина строго и проникновенно посмотрела в глаза, — Девочка моя, что это такое?

— Что такое? — непонимающе переспросила она.

Соль нахмурилась и склонилась еще ниже, заставляя Аглаю смущенно зардеться.

— Детка, скажи мне, кто мы?

— К-кто мы? — просипела девушка, стараясь не смотреть ниже глаз.

— Мы сильные женщины.

— Д-а-а?

Женщина кивнула.

— Именно. А что делают сильные женщины? Они никому не позволяют запирать себя в клетку! Я ведь права?

Аглая хотела бы напомнить, что взаперти-то их никто не держит, а в сопровождении нет ничего дурного, тем более — в такой ситуации, но когда Соль так уверено говорила про клетку, девушка и сама начинала верить, что так и есть… Что кто-то вероломно пытается запереть сильную женщину!

— Д-да?

— Что за блеянье? Ты гордая лань или овца?!

— Да! В смысле, гордая л-лань?

Женщина довольно улыбнулась, накручивая на палец русую прядку девчушки.

— А повеселиться за чужой счет хочешь?

Аглая хотела смочить пересохшее вдруг горло, но не могла не кивнуть согласно, когда Соль предлагала ей какую-то совместную шалость. Это же считай общий секрет? Ну кто бы на ее месте отказался!